Брошенные однажды, не должны быть брошены дважды.

Вернувшись домой, Азирафаэль тут же направляется в спальню и на протяжении долгого времени обдумывает произошедшее ранее. Казалось бы, ничего и не случилось, Кроули лишь встретился со своей бывшей женой. Однако вся эта скрытность и их неподдельное счастье все же не могут найти в голове мужчины логического объяснения. Одна мысль сменяется другой, затем возникают новые, или он возвращается к старым. Голова начинает нещадно ныть, а когда в глаза ударяют утренние лучи, Азирафаэль понимает, что думал об этом всю ночь. Мужчина покидает комнату и собирается пройти на кухню, желая что-нибудь выпить. Но останавливается на полпути и решает, что умыться сейчас будет лучшем вариантом. В зале магазина пусто, до открытия еще пара часов. Азирафаэль всматривается в книжные стеллажи, пока оттуда не показывается Брайан. — Доброе утро, папа. – Произносит он, увидев отца. — Доброе, Брайан. – Азирафаэль трёт пальцами глаза. – Ищешь, что почитать? — Уже нашел. – Мальчик показывает книгу в оранжевой обложке и, подойдя к двери в свою комнату, скрывается за ней. Наконец, умывшись, Азирафаэль проходит на кухню и располагается на одном из стульев. Кофе ему не нравится – он слишком горький, поэтому сегодня его утро начинается с ароматного каркаде. Мужчина делает глоток, горячая жидкость приятно проходится по горлу и словно даёт ему немного сил. Голова после многих часов размышлений пуста, а все мысли спутаны. Он вздыхает и смотрит на часы, которые любезно подсказывают ему, что сейчас 7.30. Азирафаэль подпирает голову рукой, и вновь уходит в раздумья, совсем не замечая, как окружающий его мир блекнет, а затем и исчезает вовсе. Лишь когда его рука окончательно немеет, а голова предательски падает на стол, он пробуждается от сна без сновидений и на сей раз чувствует себя еще более отвратительно, чем ранее. Он вновь смотрит на часы, стрелки которых продвинулись вперед, на этот раз показывая 9.30. Азирафаэль хлопает себя ладонями по щекам, зависает на пару секунд, тупо глядя куда-то вдаль, а затем резко, даже для себя, подрывается, приглаживает кудрявые волосы и идёт к шкафу, вытягивая из него свой любимый светлый костюм. Все как в бреду. Пуговица за пуговицей, запонки, рукава, и вот он уже тянет за уголки шнурков, получая изящный бантик. Входная дверь стремительно открывается, холодный воздух ударяет по лицу, отрезвляя мужчину, который, наконец, понимает что делает. Он запирает магазин и, ещё раз вдохнув полной грудью, отправляется в путь, решая просто поговорить обо всем. "Раз беды не избежать, то нужно хоть встретить её гордо" – думает он, быстро идя по тротуару и прикрывая рукой глаза от яркого солнца. Когда его наручные часы показывают 10.00 он уже стоит у знакомой двери. Слегка мнётся, боясь кого-либо разбудить, однако сомнение быстро проходит, и мужчина стучит. — Иду, – слышится девичий голосок. — О, это вы, здравствуйте. – Ханна приветливо улыбается. — Здравствуй. – Ласково отвечает Азирафаэль. От постоянного и неподдельного оптимизма, который излучает эта девочка всегда становится легче. – Твой папа дома? — Нет. – Она задумывается. – Ушел около часа назад. Пройдете? — Спасибо. – Азирафаэль проходит в квартиру. – Куда он мог уйти так рано? — Он не сказал. – Ханна проводит мужчину на кухню и тут же ставит чайник. Как говорит ее отец, это нужно делать всегда, ведь даже если гость не против напитка, от стеснения или из вежливости он может отказать. « Не оставляй им выбора» - Так говорит Кроули. — Спасибо. – Азирафаэль принимает чашку с какао. – А вчера он поздно вернулся? — Вечером. – Отвечает девочка. Азирафаэль замолкает, очевидно, что Кроули скрывает что-то не только от него, но и от дочери. — Ханна. – Несмело начинает мужчина, и девчонка поднимает на него глаза. – Могу я узнать, почему твои папа и мама в ссоре? – Азирафаэль решает узнать и её версию. — Это папа сказал, что они не ладят? – Девочка вскидывает брови. — Да. — Ну, тогда он соврал вам. – Говорит она, а Азирафаэль лишь удивлённо смотрит на собеседницу. – По-моему у них отличные отношения. Азирафаэль не может придумать ответ, а тем временем она продолжала: — Вы только не говорите, что я знаю. – Ее голос становится тише, словно она боится, что её могут услышать. – Он же вроде как это скрывает. — Я не скажу. – Уверяет мужчина. – Как ты узнала? — Это было несложно: ему иногда звонил один номер. Это происходило редко - раз в пару месяцев. – Ханна мешает ложечкой напиток. – А однажды возвращаясь из школы, я увидела их в кафе. Она такая же, как на фото, словно и не прошло столько лет, узнать её было не сложно. – Девчонка вздыхает. – Я только не понимаю, почему папа скрывает, что общается с ней. Она же моя мама. — Прости. – Азирафаэль жалеет, что спросил. Лицо девочки слегка мрачнеет. — Ничего. – Она улыбается и делает это как всегда так широко и естественно, что просто невозможно понять, настоящая ли это эмоция. Азирафаэль решает сменить тему: — Так он не говорил куда пойдет? — Нет, но я могу позвонить и узнать, если он вам так нужен. — Буду благодарен, — говорит мужчина и, замечая, как Ханна уже набирает номер, добавляет. – Только не говори, пожалуйста, что это я спросил. Она кивает и вслушивается в гудки, которые вскоре прерывает голос Кроули. — Алло? Что-то случилось? – Сразу спрашивает он. — Нет, ничего. – Девочка на миг замолкает, – ты где сейчас? — А что такое? — Ушёл и не сказал, я, может, волнуюсь. – Произносит она и улыбается Азирафаэлю. — Я, – тянет мужчина, — у твоей любимой пекарни. — Прекрасно. – Вырывается у Ханны, и прежде чем её отец успевает что-то произнести, она говорит, – Купи мне тех круассанов, спасибо. – И сбрасывает. Вновь раздаются гудки. — Слышали, он у пекарни. — Спасибо, что узнала. – Азирафаэль встаёт из-за стола. – И за чудное какао. Девочка проводит мужчину к двери, и они прощаются. Пекарня находится в минутах тридцати ходьбы от квартиры Кроули, из-за чего Азирафаэль порядком устаёт, пока ищет её. Находится она в новом районе, который довольно пуст, в сравнении с другими густо заселенными местами. Из-за этого найти одиноко припакрованный Бентли не составляет труда. Азирафаэль осторожно подходит к нему и оглядывается: никого вокруг нет , как и Кроули в машине. За спиной слышатся голоса и он, испугавшись, словно его могут обвинить в шпионаже, прячется за угол дома. Из многоэтажки выходят двое: Кроули и его жена – и подходят к машине. Мужчина недолго роется в багажнике, а затем достаёт оттуда какой-то предмет и бережно, словно обнимая, берёт в руки. Азирафаэль присматривается и очень удивляется. В руках Кроули держит цветок, совсем такой же, как множество его цветов дома. Даже его горшок точь-в-точь. Прошедшие не перестают говорить, и, хоть шум их голосов доносился до ушей белокурого мужчины, разобрать их слова невозможно. Кроули и его спутница стоят на крыльце несколько минут, а затем направляются в дом. У Азирафаэля пробегает по телу дрожь. Он складывает в голове пазл из событий и все больше понимает, на что это похоже, однако, как бы это не было плохо, не хочет в это верить. Мужчина решает подождать. Кроули наверно вот-вот выйдет, не сидеть же ему там вечность. Однако спустя два часа ожидания, "шпион" уже ни в чем не уверен. Он отчаянно смотрит на время, затем на дом и с последней надеждой набирает номер. Гудки. За последнее время он проклял и их, и мобильных операторов, пускай и невиновных. Гудки не прекращаются, а затем и вовсе замолкают, сообщая Азирафаэлю, что вызов завершен. Мужчина медленно кладёт телефон в карман, разворачивается и направляется домой.