Поцелуй соседа

      — Найти тебя оказалось не так сложно, как я думал, — Юнги наблюдает за севшим рядом с ним парнем, младшекурсником-хубе с его потока. — Ты же Чхве Ён, я верно помню?       Младший неподвижно сидит рядом с расслабленным Мин Юнги, выдерживая эгоистичную паузу.       — Я не особо и прятался, Юнги-сомбе.       Голос парня тихий и монотонный, слишком непривычный, ведь обычно в комнате их факультета Ён самый громкий и активный.       — Как долго ты планировал продолжать эту «игру»? — Шуга упирается лопатками в спинку уличной скамейки, закидывая ногу на ногу и всматриваясь в затягивающееся облаками небо над безлюдным парком. — Ты же понимаешь, что простыми извинениями за «шалость» не отделаешься? То фото, шантаж, угрозы — это не шутки.       — Я не собирался извиняться перед ним, — едва ли не вскрикивает младший, резко поворачиваясь к Юнги. — И не собираюсь, даже если вы меня попросите!       Шуга ухмыляется, но его челюсть сжата настолько сильно, что ходящие под скулами желваки выдают напряжение бесстрастного выражения лица.       — Если ты хотел денег, то он, бедняк и простофиля — не лучшая жертва, у него их нет.       — Мне не нужны его деньги.       — Тогда, — Юнги морщит нос и дергает носком ботинка, к которому прилипли грязные опавшие листья. — Умнее было бы начать шантажировать меня.       — Я бы так не поступил, — сдавленно роняет краткие ответы хубе, виновато наклоняя голову. — С вами бы я ни за что так не поступил.       — Зачем тогда ты вообще затеял это представление?       Голос Шуги выдает нетерпение и холодную подавленную ярость, стынущую напряжением в челюсти до онемения.       — Я хотел, чтобы он отстал от вас. Раз и навсегда, — шипит младший, лишь боковым зрением наблюдая за сидящим рядом сомбе. — Но он не слушался! Он сам продолжал это!       — Остынь, — обрывает Юнги, глубоко вдыхая. — Не перекидывай ответственность на жертву за свои действия! И с чего ты взял, что можешь принимать решения: кто будет в моем окружении, а кто — нет?       — Он чужой! Он не подходит вам, — младший хмурится и обиженно выдавливает из себя эгоистичные слова. — Из-за него… Это из-за него вы…       — Хватит, — обрывает Шуга, пытаясь выровнять дыхание от накатывающей волнами злобы. — Это бред. Даже не пытайся втюхать мне это за правду.       Хубе закусывает губу, опускает голову ниже, снедаемый собственным эгоизмом и жадностью, одурманенный иллюзией захватить другого человека, пример, объект восхищения в свое единоличное пользование.       — Вы встали перед этим отбросом на колени при всех! — Ён вскакивает с парковой скамейки перед старшим, кипя обидой и кровью, прилившей от стыда к щекам. — Перед ним! Да кто он такой! Юнги-сомбе, это же шутка, да?       Шуга внимательно смотрит на стоящего перед ним парня, рассудком который еще совсем ребенок, горящий собственными страстями и фантазиями.       — Ты и понятия не имеешь о чем говоришь, — Юнги отворачивается от пытливого жалостливого взгляда хубе, привлекшего своим импульсивным поведением внимание пенсионеров с псом на поводке, прогуливающихся по соседней дорожке. — Отброс — это тот, кто способен на шантаж ради эгоизма, не осознавая последствий. Ты слишком большого мнения о себе, раз считаешь, что можешь решать кто есть кто, ради сохранения собственных иллюзий. Я ненавижу таких людей.       Младший меняется в лице, поджимает губы и сопит, пытаясь поймать взгляд игнорирующего его сомбе.       — Я думал, что разговор будет иной, — Шуга выпрямляется, сидя на скамейке, вытягивает ноги, а затем не спеша встает. — Я закрою глаза на твою выходку на этот раз, но если ты посмеешь вытворить что-то подобное в его или мою сторону — я за себя не отвечаю. Тебе будет лучше сразу убираться из города, но даже там я тебя найду.       Юнги убирает руки в карманы черного длинного пальто, ежится от прохлады и поворачивается в сторону ближайшего выхода из парка на парковку.       — И да, — старший не поворачивается, но его хорошо слышно пристыженному хубе, кусающего свои губы и напряженно смотрящего в силуэт спины сомбе. — Выкинь из своей головы то дерьмо, что придумал обо мне.       Младший злобно сжимает руки в кулаки, пытаясь совладать с собой.       — Юнги-сомбе, — его вскрик заставляет Шугу остановиться на месте в нескольких метрах, чуть повернув голову. — Начали ходить слухи… Неужели вы в него…?       — Я же сказал, выкинуть из головы это дерьмо. И удали фото.       Старший уходит, оставляя Ёна в одиночестве рядом с пустой скамьей.       Телефон Юнги вибрирует в нише рядом с ручкой коробки передач, когда парень садится в машину, автоматически протягивая руку к кнопке принятия вызова и включения громкой связи.       — Алло.       — … Юнги-сомбе, — голос Чимина слышно смазано из-за его частого дыхания ртом. — Я не отвлекаю вас?       — Все в порядке, говори. Ты чего запыхался?       — … Я в метро, немножко задержусь, но постараюсь быть на месте как можно быстрее!       Сбивчивый голос младшего веселит Юнги, случайно заметившего свою непроизвольную улыбку в зеркале заднего вида.       — Не торопись, я подожду. Что-то случилось?       — … Сейчас уже все хорошо. Мужчине стало плохо, и я помог ему добраться до медпункта метрополитена. Но я уже двигаюсь к месту встречи!       — Будь осторожен, — Шуга хмыкает и заводит автомобиль. — Встретимся там.       — … До встречи, Юнги-сомбе.       Юнги завершает звонок и выезжает с парковки, но телефон снова привлекает к себе внимание входящим вызовом. Парень на автомате отвечает на звонок парой прикосновений к экрану смартфона.       — Да, Хосок, привет, ты на громкой, так как я за рулем.       — … Вау, наконец-то занятой Юнги-хен ответил! Привет! Я с хорошей новостью!       — Что за хорошая новость? — Шуга выезжает на главную дорогу и следует указаниям на навигаторе, попутно оглядываясь на телефон. — Неужели наши отношения перешли на новый уровень?       — … Хен, ты же знаешь, что я давно к этому готов, — Хоби ржет в трубку настолько громко, что указания навигатора просто не слышно. — Но, на самом деле, новость даже лучше — близится день рождения клуба N, чей владелец — наш с тобой хороший друг!       — Если бы ты не сказал, я бы забыл, — Юнги к своему стыду прикидывает в уме даты и, действительно, его старший, который не так давно помогал ему в реализации записи микстейпа, отмечает день рождения совсем скоро. — Такое нельзя пропустить.       — … И то верно! Будут все наши друзья, закрытая вечеринка только для своих. Ты обязан придти!       — Я не подведу, я не могу пропустить это мероприятие из уважения к хенниму.       — … Я знал, что ты так скажешь! — Хосок сопровождает речь множеством звуков, подтверждающих его бодрое расположение духа и радость от услышанного. — Кстати, куда ты направляешься? Мы давно тебя не видели. Джин-хен подозревает, что тебя у нас увела горячая красотка постарше…       — Что за чушь?       Шуга смеется, крепче сжимая руль.       — О? Неужели, горячий рыжий красавчик с танцевального?       Пауза.       — … Юнги-хен? Ты тут?       — Да-да, — Шуга недовольно потирает шею одной рукой и ощущает легко нарастающее напряжение, хотя поток сегодня не плотный и объективных причин для раздражения нет. — Я еду в новый десерт-бар в районе N, не помню название, но там лимитированная продажа десертов.       — … О! Это популярное место, но туда не пробиться, если не стоять в огромной очереди…       — Ты же знаешь, для меня это не проблема. Я уже договорился о столике без очереди, сделал заказ…       — … Это точно свидание! — Хоуп едва ли не кричит на частоте, доступной лишь для слуха дельфинов. — Колись, неужели те слухи…       — Хоуп, не перегибай, — Шуга ворчит, оглядываясь на телефон. — Я кладу трубку.       — … Но хен! Я всегда на твоей стороне, не забывай!       — Вот же заноза. Пока, Хоби.       Юнги сбрасывает звонок и возвращается к анализу маршрута до пункта назначения. Еще один квартал, и он на месте.       Автомобиль паркуется на небольшом расстоянии от кафе, но даже отсюда виден конец очереди за лимитированными десертами. Шуга сдерживается, чтобы по-стариковски не заворчать на очереди бездельников — большие скопления народа не приносят удовольствия тем, кто даже время для похода в ближайший магазин подбирает из анализа наименьшего потока посетителей с учетом суточной проходимости. Он закрывает автомобиль, попутно убирая ключи в карман пальто, выходит на тротуар и переключается на телефон, чтобы набрать…       Юнги невольно оглядывается и отступает в сторону, когда слышит за своей спиной шумный топот.       — Юнги-сомбе! — Чимин запыхаясь цепляется рукой за плечо старшего, сгибаясь пополам после спонтанного порыва догнать спину Юнги, которую он заметил издалека.       — Как хорошо, что вы недолго меня ждали.       Пытаясь восстановить дыхание, Пак наклоняется набок, выглядывая снизу на улыбающегося старшего. От яркой эмоции, которую Чимин совершенно случайно замечает на лице обычно равнодушного ко всему Мин Юнги, щеки начинает предательски щипать румянцем.       — Я только что приехал, все в порядке. Молодец, что успел, — Шуга невольно тянется к рыжей макушке, и еще не успев отдать себе отчет в действиях, мягко ерошит непослушные волосы младшего, сбитыми локонами неаккуратно лежащими от ветра и бега.       — Пойдем внутрь.       Старший опускает руку с головы Пака, поджавшего губы и замершего на месте от удивления и восторга, и шагает вперед, увлекая за собой. Чимин еще тушуясь срывается вслед, нагоняя быстрые шаги спутника.       — А куда мы идем?       Смесь дурашливости и непосредственности в правильной очаровательной пропорции, являющаяся частью рыжего соседа, смущает и невольно привлекает внимание Шуги, старающегося держаться и не быть очевидным для окружающих в собственных переживаниях, чей градус от близости Пака начинает нарастать быстрее и быстрее.       — Это новый десерт-бар, кажется, — Юнги обходит толпу, залипающую в смартфоны в ожидании свободного места и последней порции гремевшего славой десерта. — Я решил, что будет неплохо посетить его ради удовлетворения любопытства.       Чимин с чуть тронутыми румянцем на яблочках щек, то ли от холода и бега, то ли от приятного смятения, молча кивает и следует за старшим, кутаясь в заблаговременно надетую дутую куртку, надеясь, что Юнги не обратит внимание на «готовность» младшего, надеющегося подольше провести время с сомбе на прогулке-свидании.       — Тут много посетителей, — Пак останавливается в шаге от спины старшего, который что-то говорит администратору на входе в десерт-бар. — Надеюсь, мы успеем попасть внутрь до закрытия.       — Нет необходимости ждать, — Юнги поворачивается к Чимину и делает шаг в сторону, пропуская его перед собой. — Проходи, нас ждет столик.       Пак смущенно благодарит поклоном учтивого администратора, и ловко проскакивает в помещение, невольно останавливаясь в нескольких шагах от входа, цепляясь преисполненным любопытством взглядом за множество лампочек и теней от струящихся светом торшеров и бра, льющих тепло вокруг, питая каждый сантиметр уютного бара. Утопая в текстурах дерева в отделке и аксессуарах, приглушенных тонах текстиля подушек на плетеной мебели, Чимин с восторженным взглядом поворачивается на пятках к Юнги, пританцовывая на месте плечами от возбуждения, едва не утыкаясь носом в лицо стоящего позади старшего.       — Тут очень красиво, сомбе!       — Рад, что тебе нравится, — Шуга довольно хмыкает и проходит в просторный зал с приглушенным светом. — Наш столик самый уединенный, у восточной стены. Пойдем.       Пак следует, не отрывая глаз от переливов потоков света, пытаясь не запнуться и не растянуться на полу, что было для него необычайно сложно.       — Я впервые в таком месте, — Пак садится в плетеное кресло за аккуратным круглым столом из темного дерева напротив Юнги, беспокойно перехватывая тканевую салфетку пальцами и заминая ее уголок торопливыми движениями. — Мне очень нравится мягкость света и атмосфера места. Спасибо за приглашение, Юнги-сомбе!       Шуга устраивается к кресле поудобнее, расстегивая пуговицы верхней одежды и оправляя полы пальто, и с улыбкой обращается к еще суетящемуся Паку.       — Кстати, почему ты все еще обращаешься ко мне «сомбе»? Мы же вдвоем и встре…       — Юнги-сомбе! — внезапный вскрик Чимина, покрасневшего до кончиков ушей, перебивает сказанное Юнги в тот момент, когда официант подходит к их столику. — Что-что вы закажете?       Шуга по-акульи ухмыляется и потирает подбородок, не разрывая зрительного контакта с Паком, успевшим измять угол накрахмаленной салфетки на манер гофре.       — Фирменный десерт, и кофе для меня. Что-нибудь из напитков для тебя, Чимин-а?       Пак наклоняет лицо вниз и отрицательно мотает головой. Официант степенно удаляется.       — Так почему бы тебе прямо сейчас не начать обращаться ко мне, как к хену, Чимин-а?       Чимин поднимает взгляд, еще бегло осматриваясь по сторонам на сидящих вдалеке гостей, увлеченных беседой и десертами.       — Ну же, — Юнги настаивает, наблюдая за младшим, который мягко улыбается и не торопится поддаться шантажу. — Или я создам еще более смущающую ситуацию.       — Вы блефуете.       Сдавленное ворчание Пака и взгляд исподлобья, любопытный и настойчивый, раззадоривает Шугу провоцировать Чимина еще и еще.       — Ты прав, блефую. Просто очень хочу услышать свое имя от тебя.       — Так нечестно, — пауза, и Чимин наклоняет голову, морщит нос и закрывает глаза, борясь с собой. — Грязные приемчики, Юнги… -хен.       Обращение по имени настолько тихое, что Шуга с беззвучным смехом наклоняется над столом и поворачивается ухом к внезапно «притихшему» младшему.       — Что-что? Чимин-а, тебя плохо слышно…       Пак прикрывает лицо руками и смеется от глупости ситуации и собственного щемящего внутри восторга.       — Хватит вам, Юнги-сомбе! Ой, хен.       — Привыкай, — Шуга хмыкает и кивает официанту, который вернулся к их столику с заказом и тут же поставил его перед гостями. — Спасибо.       — Ваш кофе, и наш фирменный сезонный десерт — хоттоки с сезонными фруктами и орехами в меду с мороженным и печеньем.       — О, — Чимин восторженно тянет на одной ноте на выдохе слог, не скрывая удивления. — Это просто невероятно.       — Хорошего вечера.       Официант уходит, а Пак перехватывает десертные приборы, но не спешит притронуться к шедевру на тарелке перед собой.       — Вкусно! — Чимин широко открыв глаза и еще даже не успев вытащить вилку изо рта отзывается, уплетая первый кусочек десерта, подхватывая губами тянущийся по металлу прибора густой мед. — Это очень вкусно, хен.       — Тогда ешь молча.       Юнги улыбается смазано из-за кружки кофе, из которой делает торопливый глоток, словно это он сейчас чувствует на губах тягучесть и плотность меда, настолько сладкого и пряного, что перебивает все остальные ощущения.       — Может попробуете?       Чимин с удовольствием, на которое приятно смотреть, уплетает десерт, но сейчас останавливается и с интересом смотрит на старшего, все еще прячущегося за чашкой кофе.       — Я не так уж и люблю сладкое.       — Вообще, я тоже, — отзывается Пак с улыбкой, очаровательно пережевывая хоттоки с начинкой, снимая кусочки с вилки губами. — Но это все равно невероятно вкусно.       Шуга чувствует смятение и хмурится, отставляя в сторону чашку с профессионально сваренным крепким кофе.       — Я чувствую себя убого, потому что решил, что могу продемонстрировать к тебе свое внимание, как к девушкам.       Чимин сдавленно улыбается, испытывая неловкость от слов старшего, но что-то внутри все равно откликалось на внимание от Юнги, вопреки правильности-неправильности действий.       — Все хорошо, хен, — тихо добавляет Пак через паузу, всматриваясь в обеспокоенный взгляд старшего. — Мне приятно, что вы просто думали обо мне.       Шуга вновь тянется к кофе и делает еще один глоток.       — Но в следующий раз я приглашу тебя в гриль-бар и угощу мясом.       Чимин смеется, откладывая в сторону приборы. Слишком сладко.       — О да!       Юнги ухмыляется и допивает кофе, не без удовольствия представляя себе ужин в гриль-баре в компании аппетитно поедающего мясо Пака, сейчас облизывающего мед с вилки слишком соблазнительно для простого перекуса.       — Может ты бы хотел сегодня куда-нибудь еще сходить? Со мной.       Чимин отвлекается на мороженое, тающее на кусочках горячих хоттоков, задумчиво поджимая губы, кажется, пропитавшиеся сладостью от десерта. Юнги думает о том же самом.       — Мне было бы интереснее узнать, что вы еще придумали, Юнги-хен, — Пак с озорством щурится и отправляет в рот кусочек абрикоса в меду. — Может быть это букет цветов, ожидающий меня в на пляже, куда мы поедем после десерта?       Юнги смеется, отставляя чашку в сторону, а затем трет переносицу.       — Нет, мой план был без цветов.       — Значит, план все-таки есть.       Старший переключает внимание на сидящего напротив Чимина, явно подогревающим интерес к их отношениям провоцирующими к действиям фразами.       — Я хотел позвать тебя прокатиться на машине, а затем — пригласить к себе домой.       Слишком неловкая пауза подчиняет себе обоих, горящих любопытством и смущением, воспоминаниями о прошлой встрече и прикосновениях друг к другу.       — Звучит здорово.       Чимин с легкой улыбкой поднимает взгляд на старшего, отчего у Юнги внутри все холодеет и горит одновременно: влажный блеск глаз и взгляд с соблазнительной поволокой вытесняет из головы все разумные доводы, заставляя гадать насколько сладкие сейчас на вкус губы парня напротив.