гроза и фиалка

— Вы не уезжаете? — удивляется Дикой, смотря на оплату, которую ему пропихивает Чондэ, — что-то случилось? — У ребят проблемы с тачкой, мы останемся еще немного, а в ночь поедем. — На вас не похоже. — Выспимся днем, ночью проедем больше, чем в обычном темпе. По сути, мы ничего не теряем, — поясняет Чондэ. Он всем телом ощущает волнение ребят, которые бы в эту ложь не поверили никогда. В их компании не может быть проблем, которые выявляются в последний момент. — Только, Зевс, свалите сами, я не собираюсь ночью ради вас подниматься. — Конечно, — это и должно им помочь. Парень прощается с хозяином и идет к ребятам, которые смотрят немного осоловело, но стараются держать себя в руках. По сути, это их пугало, против Института не каждый день встаешь. Плана даже как такового не было, все должно было решаться по ходу дела. — Минсок, идешь с нами, — выдыхает Чондэ. — Что? — мальчишка озвучивает свой вопрос одновременно с ребятами, которым эта идея не показалась разумной. — Если мы попадемся, бросим тебя, а сами сбежим. Это во-первых. Во-вторых, мы понятия не имеем, что нам нужно. И, главное, это твоя идея, а не наша, тебе и отвечать. — Я справлюсь, — уверенно заявляет Минсок. Чондэ искренне надеется.

***

— Внутри никого нет, — шепчет Заря, вглядываясь в скрытое в ночи здание Института. Они сделали вид, что уехали из Осо-Висты, но сами вернулись задними путями, чтобы сделать задуманное. Заря бьет Чондэ по коленке, просто рукой хлопая наугад, ибо не отрывает взгляд от цели. — Зевс, реагируй на меня, пожалуйста, — зовет она. Чондэ трет виски, стараясь взять себя в руки. Неожиданная слабость сбила его с толка, а вернутся обратно не давала. — Там вообще нет охраны? — Есть, — считает девушка, — по два человека с разных сторон. Я не знаю, на что закрыты двери... — Визу, разберись с охраной у главного входа, — решает Чондэ, — Опссо, Джу, вы со мной. Заря, оставайся глазами. — А я? — улыбается Минсок. Чондэ смотрит на него, щурит глаза, словно его оценивает. — Ты прилагаешься ко мне. Они выбираются из укрытия, проходя так, чтобы их не было видно. Опссо обвязывает лицо Визу платком, чтобы его не запомнили. Стирать память они не умели. Парень подходит к охране, привлекая к себе внимание. Они достают оружие, но замирают на месте, потому что Визу успевает выставить руку вперед, ловя их в свою силу. Остальные проходят к зданию. — Тут замок на чипах, я не вскрою, — шепчет Джу. Чондэ прислоняется к двери спиной, включая рацию. — Заря, прием. — Зевс? — Мы точно в здании будем одни? — спрашивает он, ожидая ответ несколько секунд. — Сейчас - точно. Чондэ сам себе кивает и свет в здании гаснет, открывая им замок. Парни забираются внутрь очень быстро, чтобы Чондэ успел включить свет до того, как это обратит к себе внимание. Визу сбегает от охраны, снимая с них свое влияние уже позже. — И куда теперь? — шепчет Опссо, заставляя Чондэ включить рацию. Но его хватает только на это, а потом просто отдать ее парню и прислониться к стене, — Зевс? — Спрашивай у нее, я сейчас, — хрипит он, стараясь перевести дыхание. Голова идет кругом, вместе с кислотой под языком, которую хочется выплевать вместе с этим самым языком. Заря объясняет путь, хотя все ее слова звучат так, словно она понятия не имеет, что им делать. По сути, она видит только стены, она не может знать наверняка. Опссо смотрит на коридор, а потом тормошит Чондэ, стараясь оторвать его от стены. — Ты справишься? Может, мы сходим сами? — Если тут все замки такие, вы нихера не сможете сами, — ворчит он, убирает рукой волосы с лица, отмечая, как они вымокли от потной кожи, и отталкивается от стены, чтобы идти в нужном направлении. Они проходят часть пути по указаниям Зари, которая хоть как-то может просмотреть всё здание. А другую часть их ведёт Минсок, который почему-то отлично ориентируется в том, как должны выглядеть такие места. Они доходят до места со стеклянными стенами, разделяющие маленькие комнатки с оборудованием. Мальчишка усиленно заглядывает в каждую, стараясь найти нужное ему оборудование. Каждая комната оказывается на электрическом замке, а Чондэ искренне благодарит небеса за то, что ему не приходится открывать каждую. — Эти две, — указывает он, едва заметно улыбаясь. Лабораторные комнаты оказываются соседними, устроенные прямо напротив друг к другу. Чондэ встает между ними, чтобы было проще отключить электричество именно в них. — Ты в темноте найдешь? — Внутри же будет свет из коридора, — напоминает Минсок, словно это что элементарное, но у Чондэ нет никакой гарантии, что он не вырубит здесь всё. Но свет аккуратно гаснет в нужных местах, позволяя открыть замки. Ребята забираются внутрь, выполняя указания мальчишки, а сам он уходит во второе место, забирая нужные мелочевки, которые ему явно пригодятся. — Эта штука такая легкая, ты уверен, что она полезная? — спрашивает Опссо, который несет в руках нужный аппарат. Минсок улыбается ему и уверенно кивает, обнимая небольшую коробку с всем тем, что он взял. — Уходим, — бросает Джу, а Чондэ вытягивает рацию, чтобы спросить у Зари, как им лучше выйти. Но перед глазами все плывет. Чондэ честно пытается взять себя в руки, но ему не удается устоять на ногах. Он четко слышит, как рация ударяется о пол, а что происходит потом, он даже не совсем понимает. Когда он приходит в себя, то понимает, что его несет на себе Джу. Это немного успокаивало. Он слышит голос Зари, но ни слова не понимает, как и не понимает, где они находятся. Парень слабо пытается обнять Джу за шею, словно можно спрятаться. А внутри ощущение, словно холодно, а от холода этого не спрятаться. — Ты очухался? — спрашивает Джу, — мы идем через задний ход, без тебя мы не откроем главные двери. Зевс? — Хо..лодно, — хрипит он, стараясь разлепить глаза, чтобы хоть немного осмотреться. — Есть вероятность, что ты умираешь, — весело бросает Минсок, а Чондэ кажется, что это даже не шутка. Первое, что он видит, открывая глаза, собственную кровь, отпечатавшуюся на чужой куртке. — Ты так не шути, — ворчит Опссо, толкая мальчишку локтем. Тот виновато улыбается и обещает, что все будет хорошо. Они говорят еще о чем-то, но факт того, что Чондэ пришел в себя, выматывает его так сильно, что он вырубается снова.

***

Просыпается Чондэ уже тогда, когда чертово солнце светит в глаза, проникая через стекла их фургончика. Никого внутри не оказывается, что дает парню фору, чтобы попытаться расшевелиться и хоть как-то подняться. Правда, он сразу же падает обратно. Про себя он думает, что занял чье-то место, а так же заставил Опссо потратить кучу сил, чтобы их прокатить. Собственная одежда оказывается в крови, потому что куртка была подложена под голову. В крови оказывается еще и щека, и весь нос, который Чондэ пытается оттереть, но получается из ряда вон плохо. Парень заставляет себя подняться и выбраться на улицу. Ребята удивленно на него смотрят, словно видят мертвеца, это заставляет Чондэ вымученно улыбнуться, как попытка показать, что всё хорошо. Маид поднимается с места и идет к нему, помогает оторваться от дверок, за которые он держался, сам не заметив. — Пошли, умоешься, — тянет он к себе за руку, придерживая за пояс. Чондэ хватает ровно для того, чтобы зайти за машину, а потом упасть на колени от тошноты. Маид заботливо собирает его волосы от лица. Так же заботливо помогает умыться и привести себя в порядок. Обратно Чондэ уже доходит самостоятельно, на ходу убирая волосы в высокий хвост. — Ты всё равно выглядишь херово, не пытайся, — предупреждает Визу, сбивая натянутую улыбку с чужого лица. Чондэ устраивается к ним, осматриваясь вокруг. Они уехали достаточно далеко от Осо-Висты, можно и отдохнуть. Скорее всего, ребятам придется отсыпаться. — Мне кажется, вы слишком бодрые для людей, которые не спали ночью, — пытается отшутиться он, но эта фраза заставляет ребят переглянуться между собой. Они кажутся сбитыми с толку. — Ты был в отключке два дня, — осторожно начинает Заря, — мы давно отдохнули после той вылазки. Ну, почти все. — Вы издеваетесь? — Нет, мы вполне серьезно, — настаивает Заря, — ты потерял сознание еще в Институте, парни притащили тебя. Ты был в каком-то коматозе, время от времени тебе было лучше, но в себя ты не приходил. — Ох, — только и может выдохнуть парень, понимая, насколько влип. Опссо впихивает ему чашку с едой, взглядом показывая, что отказы не принимаются. Приходится есть. — Я не знаю, чем этот ведьмак тебя пичкал, но тебе стало лучше, — замечает Джу, указывая на Минсока. Это кажется странным. Хотя, у него появились некие компоненты, вероятно, он мог и помочь. — Эй, Бьолетта, — зовет Опссо, — что ты делал? — Ничего особенного, — улыбается мальчишка, а Чондэ четко ощущает его более взрослым, чем в последний раз. И он понимает, что значила фраза о том, что не все они отдохнули. Маленькому гению пришлось потрудиться, чтобы вытащить Чондэ из ада. И отчасти это было так эгоистично, потому что он просто отказывался бояться один. — Спасибо, — искренне произносит Чондэ, получая кивок в ответ. Уставший Минсок, который спас ему жизнь.

***

В пути они проводят несколько дней, почти без остановок, потому силы Опссо кончаются за пару часов до того, как они достигают Граден. Чондэ пользуется своей силой, что позволяет им не тратить топливо, которого и так было слишком мало. Но уже на стоянке в городе его тошнит до блевоты, с которой он уже справляется самостоятельно, потому что двигаться стало в разы проще. Собственная сила отказывалась воспринимать его хозяином. — Есть вероятность, что я не успею помочь, — говорит Минсок, отдавая бутылку с водой парню. У мальчишки глаза темные-темные, почти на него непохожие. Он успел отоспаться, даже закидать их кучей глупых вопросов. А теперь перед Чондэ стоит то самое существо, что отвечает за мысли в этой голове. И чувство какого-то страха пронизывает изнутри, то ли от его слов, то ли от его вида, то ли от оба варианта являются верными. — Помочь с чем? — С тем, чтобы вы не погибли, — достаточно строго произносит он, — я не знаю, как это сделать. Нет такого решения проблемы, чтобы сбитую мутацию вернуть в норму. А ваше тело оказалось самым неспособным к работе и терпению. Вы либо умрете сами, либо не сможете перенести что-то из-за моих попыток вас спасти. И я не могу ничего предпринять. — А что ты мне еще можешь предложить? — Чондэ заводится, потому что ему страшно, — у меня просто нет никакого варианта, кроме как выбираться из всего того, куда я попадаю. — Вы могли умереть еще в Институте, вы знаете? — Да это бред, — выдыхает парень, невольно отходя от шаг, — я выживал после таких ран, после которых ни люди, ни мутанты не выживают. А тут ты мне предлагаешь умереть от того, что мое тело не выдерживает малую часть моей же силы? — Проблема в том, что...вы тратите всю свою энергию, не давая взамен что-то телу. И вы истощаете себя настолько, что однажды просто не сможете завести свое сердце. И я не смогу, потому что дважды чуда не случается. — Прекрати меня пугать, Минсок, — просит Чондэ. Мальчишка смотрит на него своими чернеющими глазами, чтобы потом их закрыть и тяжело выдохнуть. Следующий его взгляд оказывается более светлым. — Рас... — Эй, вы чего застряли? — перебивает Минсока Левша. Парни улыбаются ему и отмахиваются, словно ничего серьезного не обсуждали. Приходится прийти к остальным, чтобы найти место для ночевки и отдыха.

***

Старушка Ду по-родительски улыбается и обнимает ребят по очереди, знакомится с Минсоком и почему-то искренне радуется его появлению в компании. Опссо лениво заваливается спать на чердаке, чтобы попытаться доспать и восстановить силы. Ду кормит ребят достаточно простой и вовсе не сытной едой, но не им возмущаться. — Вы выглядите расстроенными, — замечает женщина. Команда нехотя пожимает плечами, кто-то качает головой. Чондэ смотрит на них и лениво моргает, откинув голову к стене. Ему кажется чертовски удобным сидеть в углу, ведь можно так удобно устроиться. — Мы немного устали, — вмешивается Минсок, — на удивление, для ребят это оказался более тяжелый путь, чем раньше. — Не наделали ли вы бед? — беспокоится она. Минсок тут красиво не отвертится. — Не знаю, в какой момент мы сделали больше бед, — усмехается Заря, как-то агрессивно зыркая на Чондэ. В плечо ее толкает Визу, замечающий эту подколку. — «Сдохну, тогда и возмущайся», — напоминает Чондэ. Его до скрежета в зубах бесило, когда такое начиналось. По сути, он никого не просил слушаться, но его назначили лидером, почему тогда возмущались его приказами? — «С чего ты вообще взял, что можешь мне приказывать?» — «Если вы сейчас не заткнетесь, я встану и перестреляю вас», — звучит Опссо, что заставляет невольно улыбнуться. — Всё, что мы делаем, является бедами, — он действительно пытается быть позитивным в голосе, — но ничего не бывает зря.

***

Парни разбираются с дровами, потому что они должны помочь Ду. Зарю она напрягает другими делами, что девушку злит, но задачи не им выбирать. Работа кипит, а Чондэ ощущает себя отвратительно. Больным. Пот льется по спине после двух походов туда и обратно, отчего становится до тошноты душно. — Зевс, сынок, иди ко мне, — зовет Ду, заставляя зайти в дом. Чондэ стирает пот с лица рукавом водолазки на ходу, убирает волосы с лица, чтобы выглядеть лучше. — Присядь, — почти приказывает женщина, а потом всучивает парню стакан с какой-то мутью, — что же с тобой? — Все хорошо, — врет он и послушно пьет то, что ему дали. По вкусу - это глабра, слегка отвратная, но все еще приятная. — Ты похудел, да и выглядишь ужасно. Не говори только, что все хорошо. — Но я и не могу сказать, что все плохо, ведь я все еще жив, — Чондэ слабо улыбается, стараясь поверить в свои же слова. Женщина смотрит на него с волнением, но не спорит. — Возьми Бьолетту и идите за продуктами. — Что? Почему? — Мальчик явно плохо справляется с тяжелой работой, будет тебе полезен. — Я про то, почему я должен идти? — Зевс, — выдыхает Ду, — тебе плохо, это единственное, чем я могу облегчить твое существование. И я думаю, ребята будут даже благодарны за это.

***

— Кто эта женщина? — спрашивает Минсок, перехватывая удобнее бумажный пакет снизу, чтобы было легче нести. Они молчали весь путь туда, потому было странно, что мальчишка начал разговор. — Понятия не имею. — Но.. вы же с ней близки. — Мы оказались здесь два года назад, нужно было где-то остановиться. Ее семья дала нам крышу. Когда мы вернулись снова, она уже была одна. Плату она с нас не берет, потому что мы работаем для нее. Она одна не справляется, — поясняет он, — я ничего о ней лишнего не знаю, только то, что сказал. — Она добра к вам, — улыбается Минсок. Чондэ хочет отшутиться, но замирает на месте, не в силах сделать еще шаг. Минсок проходит еще немного, а потом оборачивается, — Зевс, вы чего? А он даже ответить не может. Чувство ужасное. Словно земля под ним дрожит, аж маленькие камушки шевелятся на ней, подскакивая. А потом в ушах проносится оглушительный свист, что заставляет Чондэ выронить свой пакет и закрыть уши руками. — Зевс! — Стой, — почти кричит Чондэ, стоит мальчишке попытаться к нему ринуться. Камушки с земли поднимаются вверх, вместе с яркими яблоками, что выпали из ноши. — Но ва... — Отойди! — просит парень, крепче прижимая руки к ушам, надеясь шум не слышать. А он четкий, звучащий так сильно, словно из головы. Звон, похожий на свист и истошный крик, хочется попытаться перекричать его, но это просто невероятно. И чертова помеха в его голове - Минсок. Самое глупое в том, что мальчишка этого не понимает и искренне хочет помочь. — Что происходит? — не выдерживает Минсок, опускает покупку на землю чуть дальше, а сам медленно пытается подойти. Чондэ видит, как мальчишка удивляется, когда его короткие волосы встают дыбом, а длинная куртка задирается. И идти ему становится немногим сложнее. — Не подходи, — шепчет Чондэ, но слушает ли его кто-то? Он жмурится, потому что шум становится невыносимым. А потом резко стихает, стоит мальчишке его обнять. — Зевс, все хорошо, — успокаивает он. А Чондэ искренне не уверен, что может быть что-то хорошее. Он открывает глаза, видит землю и капли крови на ней. Думает о том, что ему не хватало опять облиться красным из носа. Но ведь это его защитная сила, она не разрушает его тело. — Эй, Минсок, — выдыхает парень и останавливается. Тонкая палочка в чужом плече пугает, но отвечает на все кровавые вопросы. Ему явно повезло, что она попала в руку, а не в голову. — Я же сказал, отойти! — ругается Чондэ, отвешивая мальчишке подзатыльник. Он присаживается на корточки, чтобы собрать раскиданные вещи. Толкает Минсока в здоровое плечо и заставляет идти. По ходу забирает и его пакет. Неудобно, но сейчас не до этого. — Но вам нужна была помощь, — замечает Минсок. Он неловко плетется сзади, сжимая рукой место раны, так сильно, чтобы не лилась кровь. Рана не серьезная, если не считать того, что это дыра насквозь. — Ты издеваешься? — почти кричит Чондэ, — Если тебе говорят, что нельзя подходить, это значит, что нельзя. Я же могу тебя убить и не заметить! — Не убили же! — А может мне это сделать? — Чондэ даже оборачивается, из-за чего мальчишка в него врезается. Сконфуженно отводит взгляд, но потом даже спину выпрямляет и смотрит с вызовом. — Я считал, что вы выше этого, а получается, даже сдержать себя не можете. — Не забывай, что я в первую очередь монстр, а только потом "выше этого".

***

Они возвращаются к дому, где Чондэ не отвечает ни на один вопрос ребят, что еще заняты на улице, в слух. Он честно обещает рассказать всё потом, но его чертовски трясет от злости, которую он не может никуда деть. Он чуть ли не с грохотом бросает покупки на стол, силой усаживает напуганного Минсока на стул и стягивает с него куртку, что вызывает у мальчишки чуть ли не обморок от боли, но ему приходится терпеть. Уже не совсем белый рукав оказывается измазанным в крови, что не дает решить, как же поступать. — Зевс? — зовет Заря, что только вернулась. Чондэ оглядывается на нее, стараясь не свирепствовать. Весь пыл спадает просто от чувства вины перед всеми, кто от него пострадал, — боже, что случилось? — спрашивает она, заметив руку мальчишки. Тот вымученно улыбается. — Ничего страшного, — почти врет он. По сути, от раны он не потеряет много крови, но и ничего хорошего тут нет. — Я задел его, — прямо говорит Чондэ, выпрямляя спину, потому что нужно найти нужные средства, чтобы чужую руку подлатать. — В смысле, задел? — теряется девушка, — Зевс, что э.. — Это значит то же, что и всегда! — срывается он, — каждый чертов раз это одно и то же, а ты у меня спрашиваешь смысл? Тебе наглядно показать, что ничего другого не оставляет в людях такие раны? Заря отводит взгляд, после чего отходит на шаг в бок, позволяя пройти. Чондэ просто нужно найти медикаменты, чтобы хоть как-то загладить свою вину. Заря смотрит на Минсока, что сжимает крепко плечо пальцами, дышит через раз, откинув голову к стене. Он оказывается в разы сильнее и смелее, чем они все думают. Она встает к нему ближе, наклоняется так, чтобы мягко растормошить его, потому что нужно прийти в чувства. — А ты крепкий орешек, — подбадривает она, — дыши только нормально, а то посинеешь. — Легко говорить, — хрипит он, жмурится, но честно пытается делать нормальные вдохи и выдохи, хотя пару раз все равно промахивается, — я даже не понял, что произошло. — Мы в первый раз тоже. Его мутация основывается на энергии, которую он легко перерабатывает. Когда его нам представили, никто не знал, сколько проблем это вызовет, думали, что с нами просто замкнутый придурок. А потом эти его выбросы энергии, два трупа и куча неприятностей. — Это было и до того, как вы остались без части сил? — Ага, — она поднимается и встает так, чтобы опереться о стол и смотреть на мальчишку, — он оказался слишком сильным для мутанта, а никто его не мог научить этим пользоваться. То, с чем ты столкнулся, это защита. Когда кто-то сильнее его моральнее оказывается с ним слишком близко и давит, он защищается так. И никакого самоконтроля. — Но я не сильнее. — Но ты чем-то его напугал, — исправляет она, — это стало очень редким, когда он научился пользоваться своей силой правильно. Словно, с этим он стал неуязвимым. А сейчас он расклеился, еще и к тебе проникся, а ты его чем-то смутил. Просто это копилось достаточно долго, чтобы вырваться так неожиданно. Тебе повезло. Чондэ честно слышит весь разговор. Сжимает пальцами крошечную коробочку с медикаментами и не знает, куда себя деть. По сути, Минсок его ждет. Но Заря ему рассказывает о том, о чем сам Чондэ никогда и не заикнется. Парень выходит к ним, получая улыбку от Зари. — Я к ребятам, скоро буду, — бросает она, — ты же справишься или мне кого-то позвать? — Должен справиться. Девушка выходит, а Чондэ ставит коробку Минсоку на колени, себе же приносит стул, чтобы сесть напротив. Усаживает мальчишку боком, сам расстегивает все пуговки на его рубашке, чтобы в лишний раз кровью не окрасить. Кожа у Минсока бледная, даже с грязной от пыли шеей остается какой-то слишком яркой для их мира. И Чондэ честно думает, что еще и нежной, но мягко стаскивает один рукав, доставая ножницы. — Может быть больно, если задену, — предупреждает он, — разрешаю кричать. — От прикосновения не до криков. — Я на весь процесс разрешение даю, — улыбается Чондэ и осторожно режет рукав, чтобы можно было и снять, и хотя бы зашить потом. Одежду было слишком сложно находить, чтобы ей вот так разбрасываться. Приходится повозиться, чтобы вызволить мальчишку из одежды. Он ежится от прохлады, но стойко терпит. Чондэ всучивает Минсоку порошок, который тот осторожно сыпет под язык, потому что так приказали. Парень бы честно не дал никому наркотики, если бы не знал, что такие вещи очень болезненные. Чондэ ждет, когда хоть немного подействует, мажет руки спиртом, дотошно вонючим, но так лучше. — Не смотри, — он даже показательно тыкает ладонью Минсока в щеку, чтобы голову отвернул. Выдергивает палку он резко, чтобы не пришлось долго терпеть. После этого действия мальчишка хватается за плечо, дергается пару раз и почти беззвучно стонет сквозь зубы. Чондэ позволяет ему проморгаться от слез, а потом убирает его руку и берется обрабатывать. И если первое время он дергается и шипит, то потом, когда Чондэ тонко зашивает рваные места, расслабляется и даже не плачет больше. Парень перебинтовывает ему руку, после чего накидывает свою куртку на плечи, чтобы хоть как-то было комфортнее. — Ты понимаешь, что происходит? — Я ничего не чувствую, — пьяно произносит Минсок, — даже язык. — Это нормально, — успокаивает Чондэ, — если уснешь, я унесу тебя потом. Если нет, то провожу до места. Станет болеть, говори. — Ладно, — его голос звучит тише, а Чондэ приобнимает его и целует в макушку. — Прости. — Ничего страшного.

***

Вечером у Минсока поднимается температура, а в себя он так и не приходит. Во сне хватается за больное место, тихо скуля, но не больше. Чондэ рассказывает ребятам о случившемся, но те его успокаивают, что придает хоть немного сил. Бодрый Опссо идет к главе Градена, после чего возвращается и говорит о небольшой выручке. Это немного расстраивает, но не больше. Местной валюты у них до полна было, так что не напрягало. Все разбредаются отдыхать, когда Ду пытается придумать, как лучше зашить порванный рукав уже чистой рубашки. Чондэ пристраивается к ней, словно пытается помочь. Ощущает он себя отвратительно. Но и уйти спать он не может, потому что совесть ему не позволит и глаз сомкнуть. — Могу отрезать рукава, — предлагает женщина. Чондэ виновато улыбается и качает головой. — Слишком холодно, — поясняет он, — нет варианта просто его зашить? — О, — она поднимается с места, — сделаю всё в лучшем виде, подожди. Чондэ кивает, позволяя женщине уйти за чем-то. Опссо садится к нему, толкает в плечо и что-то отдает. Это оказывается ампула с антибиотиком. Чондэ знает, что они стоят целое состояние. А еще он знает, кто умеет врать так, чтобы все поверили. Смотрит на Опссо глупым взглядом, а потом обнимает, ощущая себя так, словно это нужно ему, а не кому-то другому. Опссо мягко гладит по спине, словно успокаивает. — Иди, ему будет лучше, если ты поможешь, — Чондэ думает, что это того не стоит. Но почему-то сейчас все кажется именно таким, каким оно и должно быть.

***

Утром Чондэ меняет мальчишке повязку, отдает перешитую рубашку, у которой теперь короткие свои рукава. Пришитые другие, какие-то грязно-оранжевые, но так подходящие самому Минсоку. Он неловко впутывает руку в них, шипит, но выглядит в принципе неплохо. Рукой двигает он немного скованно, но вполне справляется. — Теперь вы квиты, — смеется Джу, напоминая о том, что Минсоку пришлось с Чондэ повозиться. Теперь они поменялись местами. И были бы квиты, если бы Чондэ не был виновником чужой раны. Они собирают вещи в машину, чтобы отправиться в путь дальше. Чондэ набирает воду в канистры, но делает это как-то лениво, не желая ни с кем пока что общаться. Его не отпускало ощущение, будто что-то не так. Он смотрит на ворон, что вьются рядом с колонкой. Чондэ уходит, а потом понимает, что в этой зоне нет птиц. Ни одной из летающих. Он откидывает канистры, наспех вытягивая пистолет из пояса, разворачиваясь, он подставляет дуло к груди какого-то мужчины. Тот смотрит немного опешив, потому что явно хотел напасть со спины. — «Быстро к воде», — зовет ребят Чондэ, снимает пистолет с предохранителя и быстро оценивает ситуацию, понимая, что воронов всё еще двое. Почему он не увидел третьего сразу, чтобы тот не успел оказаться с ним рядом в образе человека? — Зачем Салливан прислал вас? — строго спрашивает парень, всем своим видом показывая, что попытки вырваться он не примет. Мужчина как-то странно на него смотрит, а потом вороны начинают перекрикиваться, что заставляет противника усмехнуться. — Удивительно, что всемогущий Зевс не заметил хвоста, — тянет он. Чондэ выходит из себя, раздражается и честно хочет выстрелить, — кажется, ты можешь сдохнуть? Нравится такой вариант - все твое величие на грязной обочине? — Что он хочет? — повторяет вопрос парень. — Разве ты не знаешь? Всё то, что хотел и до этого. Возвращайся, Зевс. Салливан будет очень рад тебя видеть. Вроде, вы подобрали мальчишку с собой, хотя не берете крыс, — по этой фразе Чондэ понимает, что никто не знает, где они достали Минсока, — если он тебе нравится, можешь прихватить его с собой. Не думаю, что Салливан откажет тебе в такой привилегии, ведь ты его ма... — Зевс! — зовет Маид, подбегая к нему ближе. Он явно прибежал быстрее остальных. Наверное, он сейчас является единственной причиной, почему все вороны Салливана еще живы, — шавки нашли нас. — Это было не очень сложно, — делится мужчина. Подтягиваются ребята, что немного позволяет расслабиться, — Зевс, пошли с нами? — Зевс, застрели его, — ворчит Заря, — да и всех остальных, — она указывает на воронов, которые недовольно на ее слова подают голос и неловко топчутся на месте. Чондэ и сам не против просто нажать на курок, а потом пустить по пуле в шакалов Салливана. Но он смотрит мельком на удивленного Минсока, который явно его решение не оценит. Для этого мальчишки хотелось быть лучшим по его же стандартам. Но это иной мир.