Зависимость/Addiction

Segal — Lincolnshire

Резкая вспышка озарила помещение, и Бибер зажмурился от яркого света. Перед глазами прыгали зеленые пятна, но вскоре стали исчезать, позволяя мужчине пробежаться взглядом по толпе, что как ни в чем не бывало, продолжила танцевать, потягивая напитки. Вновь оглушила музыка, но Бибер слышал ее будто из-под толщи воды. Тяжелое сердцебиение слилось с глухими басами, что отбивали четкий ритм во внутренних органах. — Отойди, — грубо прошипел Джастин, пробираясь к выходу из просторного зала. Он попытался растолкать пьяных людей, которые неуклюже пошатывались, разливая на свою одежду содержимое бокалов. Вскоре и его белая рубашка оказалась в мокрых пятнах и неприятно прилипала к коже, но Бибера это совсем не волновало. — Кендалл? Джастин не переставал звать ее, взволнованно озираясь по сторонам. Будто сквозь землю провалилась. Куда она могла деться? Неспокойно приоткрыв губы, он глотал разгоряченный воздух. Его челка спала на лоб, кончики светлых волос стали влажными, будто мужчина пробежал приличное расстояние, но он всего лишь вылетел в коридор, где неожиданно столкнулся с Октавией. — Эй, ты чего? — от неожиданности она охнула, а затем подняла взволнованный взгляд на своего брата. — Тебе нехорошо? — заботливо приложив ладонь к холодному лбу Джастина, спросила девушка. — Хочу подышать воздухом, — как можно быстрее протараторил он, но Октавия тут же нахмурила брови и напористо перегородила Биберу путь, когда тот попытался обойти ее. — У тебя что-то случилось, — твёрдо изрекает она. Октавия никогда не ошибается. Она видит своего брата насквозь, и читает его, словно открытую книгу. — Кендалл пропала, — сдался он, почти скалясь от раздражения. — Дай мне пройти. Я должен найти ее, — Бибер сделал уверенный шаг вперед, но Октавия снова схватила его за рукав рубашки. — Я с тобой, — вдруг вызвалась она, решительно двигаясь следом за братом. — Исключено, — строго кидает мужчина, только прибавляя шаг так, чтобы сестра на высоких каблуках не успевала за ним. Но она настырная. Девушка сбросила с ног высокие туфли и, так и оставив их валяться посреди коридора, живо подбежала к Джастину. — Я сказал, не ходить за мной! — зарычал Бибер, наконец, остановившись, и прижал Октавию к стене, на долю секунды сбивая ее с толку. Он заметил, как карие глаза тревожно бегают по его лицу. Они начинают блестеть, что вызывает очередную волну гнева внутри. Бибер двигает желваками, унимая злобу в кулаке. — Это небезопасно. Ты должна остаться здесь, — отчеканил Джастин, пытаясь сделать свой тон как можно более мягким. Он коснулся костяшками пальцев ее щеки и посмотрел в родные шоколадные глаза. — В чем дело? — откуда-то из-за угла появилась фигура Макса. Его руки в карманах, а брови сдвинуты на переносице. Парень прожигает настойчивым взглядом их обоих, пока Джастин не решается сказать слово первым. — Макс, — выдохнул он, будто с облегчением, и отстранился от шатенки, освобождая ей путь, но только для того, чтобы Октавия перешла в другие руки. — Я доверяю ее тебе. Спрячьтесь в какой-нибудь кабинет и не высовывайтесь, пока я не найду вас. Блондин понятливо кивнул и, обхватив рукой талию девушки, притянул ее к себе. — Идем… Он сам во всем разберется, — успокаивающе произнес он ей на ушко и повел к лифту. Джастин ещё пару секунд пронаблюдал за ними. Октавия обернулась, кинув опечаленный взгляд на своего брата. Она будто что-то предчувствует. Знает, что это не обычная пропажа. Это похищение, к которому, скорее всего, причастен Марк. Бибер заметил, как ее губы приоткрылись. Они безмолвно шевельнулись, позволив Джастину прочитать по ним: «Будь осторожен». Прозрачная слезинка скользнула вниз по ее скуле, и двери лифта моментально захлопнулись, отдавая Биберу команду бежать. И он, будто знал, куда. Джастин выскочил в одно из служебных помещений, где железная лестница вела вверх, на самую крышу небоскреба. Ступени мелькали под его ногами, сменяясь одна за другой. Прохлада и сырость голых бетонных стен охладили его напряженное тело. Голова кружилась, в горле пересохло, но Бибер и не думал останавливаться. Напротив, только ускорился, чтобы успеть не дать Марку воплотить свои планы в жизнь. Последний шаг, и в лицо ударил холодный ветер. Его непослушные волосы взлохматились, и мужчина прищурил глаза, твёрдо ступая на крышу грубой подошвой кроссовок. Его сердце пропустило тяжелый удар. Кончики пальцев задрожали, а в горле застрял огромный душащий ком. Он увидел ее… Кендалл стоит неподвижно, сзади нее Марк. Он держит ее мертвой хваткой, не позволяя шевелиться. Ее серые глаза смотрят на Джастина с мольбой о помощи. К изогнутой шее приставлен нож, и ледяное лезвие неприятно царапает кожу. — Я знал, что ты найдешь нас, — довольно промурлыкал Марк, расплываясь в своей фирменной глумливой улыбочке. — Пришёл по зову сердца или головой додумался? А может быть, тебя привел сюда твой чл… — Отпусти ее, — выплюнул Бибер, сверля его ненавидящим взглядом. — Отпустить? — бровь Марка хитро изогнулась. — Я не для того забрал ее, чтобы так просто взять и отпустить, — он наигранно зацокал языком, качая головой. — Что ты хочешь? — Джастин сжал кулаки. — Проучить тебя. Лишить жизни твою подружку у тебя на глазах, наблюдать, как ты мучаешься, а потом прикончить и тебя самого. Он бережно обхватывает пальцами ее щеки, заставляя девушку взглянуть в его голубые глаза. — Может быть, я даже трахну ее… Позову своих друзей и пущу твою девочку по кругу, затем полосну ее горло от уха до уха…- Марк мечтательно улыбнулся. — Как тебе, сладкая? — шепчет он почти ей в губы, обжигая дыханием холодную кожу лица. — Пожалуйста, — пренебрежительно бросил Бибер, скрещивая руки на груди, и принял безразличный вид. — Очередная шлюха, которую я собирался бросить этой же ночью, — равнодушно жмет плечами шатен. — Мне похуй на неё. Режь. Кендалл распахнула глаза. В них застыли слезы и испуг.

Nero — Etude(Original Mix)

Девушка дернулась, но Марк не позволил ей вырваться из его рук, сильнее надавив лезвием на ее шею. На жемчужной коже появилась капля крови, которая невесомо упала на светлую ткань воротника, пропитывая ярко-алым пятном ткань легкого платья. Бёрд зажмурила глаза, с силой закусив губу. За ней скатилась слеза, чуть разбавив красный оттенок. — Джа…стин, — прерывисто прошептала она, всхлипнув. Хоффман задумчиво промычал и, дразня, снова легонько провел клинком по нежной коже, хрипло хохотнув. Брюнет резким движением оттолкнул от себя Кенни, позволив девушке упасть на холодную поверхность крыши, к самому краю обрыва. Еще несколько дюймов, и Бёрд полетела бы вниз. С такой высоты, с которой можно увидеть весь город. Где машины кажутся игрушечными, а люди сравнимы с муравьями. В ушах зазвенело. Она сильно ударилась коленями, разодрав их в кровь. Ладони зажгло. Девушка подняла глаза вверх, заметив сквозь пелену слез, как Джастин ринулся на лестницу, ловко перепрыгнув невысокую оградку, чтобы как можно скорее убежать от Марка, который так же стремительно пытался догнать его. Бибер пересчитывал ногами мелкие ступени, то и дело поднимая голову вверх. Хоффман приближается. Он вытягивает руку вниз, чтобы схватить воротник его рубашки, но тут же промахивается, потому что Джастин молниеносно ускальзывает в сторону, запрыгнув в подсобку. Он быстро закрывает за собой дверь, судорожно щелкая замок. Хоть его руки и трясутся от волнения — Джастин чувствует себя достаточно уверенно. Не впервой он убегает от этого психопата с ножом. Мужчина ровными быстрыми шагами выходит в коридор, внимательно осматриваясь. Мимо проходят какие-то люди. Они смеются и поют, только действуя Биберу на нервы. Недовольно фыркая себе под нос, он подошел к лифту. Нажал кнопку вызова и поднял стеклянные глаза вверх, наблюдая за меняющимися цифрами на маленьком табло. Пронзительный звон. Двери разъехались по сторонам, и Джастин вздрогнул от неожиданности, когда увидел перед собой высокомерную усмешку Марка. — От смерти не убежишь, дорогой… — приторно протягивает он, и Бибер, размахнувшись, наносит сильный удар по его лицу, чтобы выиграть для себя время. Пока Хоффман сгибается, корчась от боли, и сплевывает вспенившуюся кровь прямо на мраморный пол, Джастин подрывается с места и мчится в сторону второго лифта, двери которого только-только открылись. Оттуда вышел ни о чем не подозревающий Дейв, который ошеломленно оглянулся, когда Бибер едва ли не сбил его с ног, чтобы успеть проехать на скользящей подошве внутрь открывшегося лифта. — Я задержу его, — тут же сообщает мужчина и, не отрывая сосредоточенного взгляда от приближающегося Марка, кидает Биберу звенящие ключи, которые одним резким движением вынул из своего кармана. Джастин поймал их одной рукой и стал нервно давить на кнопку с единицей. Он услышал несколько глухих ударов, прежде чем двери плотно захлопнулись и лифт поехал вниз. Бибер глубоко вздохнул, пытаясь выровнять сбитое дыхание. Ключ от мотоцикла Дейва неприятно врезался в кожу плотно сжатой ладони. Кажется, это единственное спасение, потому что, судя по всему, Марк настроен решительно. Джастин оказался на первом этаже. Он вышел из главных дверей офиса и мимолетно оглядел парковку. Вот он. Чёрный лакированный красавец, припаркованный прямо у выезда на главную дорогу. Бибер подбежал к нему и, перекинув одну ногу, забрался на кожаное сидение. Провернул ключ и, нажав большим пальцем кнопку «старт», добавил газу. Скорость росла с каждой секундой. Джастин повернул рукоять до упора, вылетая на трассу так быстро, что ночные фонари размылись золотистыми разводами. Бибер почти ничего не видит. Он щурит глаза, чувствуя выступающие от ветра слезы, и они препятствуют зрению еще больше. Кажется, будто он унёсся слишком далеко. Туда, где никто не сможет его найти. Но громкие выстрелы позади развеяли все иллюзии. — Сука, — шипит Джастин, нагибаясь ниже, чтобы пули не задели его. В правом зеркале он увидел стремящуюся на высоченной скорости тачку. Из-за приспущенного окна виднеется рука, держащая серебристый пистолет, мерцающий в темноте. Даже сквозь тонированное стекло Бибер заметил ухмыляющуюся физиономию Хоффмана. Снова выстрел. Джастин резко выворачивает руль в сторону, избегая попадания пули, затем возвращается обратно, ловко изворачиваясь от следующей, что заискрилась оранжевым светом, пролетая по касательной параллельно асфальту. Он едет зигзагами, перенося вес с одной стороны на другую и легко удерживая равновесие. Все это стало похоже на какую-то игру, и Бибер вошел в азарт, когда пуля в очередной раз пролетела мимо него. Счастливчик? Нет. Ровно в это мгновение его рука дрогнула. Мотоцикл потерял управление, а в нос ударил запах жженой резины. Послышалось шипение, будто от пробитого колеса. Мопед слишком резко сбавил скорость, а Бибер, не успев ничего сообразить, по инерции вылетел вперед. Удар. Тупая боль в голове и темнота перед глазами. Джастин перестал дышать, чувствуя, как от острой боли парализовало все тело. Жизнь стала утекать вместе с кровью, что непрерывным потоком сочилась из его головы. Это конец? Нет, это только начало… Джастин лежит с закрытыми глазами. Под щекой отчетливо ощущается сырость шершавого асфальта. Запах крови вызывает тошноту, но Бибер не может и пальцем пошевелить. Поэтому он так старательно борется с дискомфортом внутри. Бибер почти не дышит. Даже сердце перестало биться в груди, будто сомневаясь, жив ли вообще его хозяин. После такого удара мало, кто выживает и даже приходит в сознание. Джастин уловил вибрацию от приближения тяжелых шагов и стал мысленно молиться о том, чтобы его оставили в покое… — Сдох? — небрежно спрашивает низкий голос. — Проверьте, — приказывает Марк, с отвращением наблюдая за растекающейся лужей крови. — Если нет — выстрелите в висок. Он подкинул пистолет вверх, и оружие, перекрутившись в воздухе, попало в руки одному из мужчин, выполняющих приказы босса. Марк отошел в сторону своей машины и поджег сигарету, расслабленно затягиваясь густым дымом. Джастин потерял всякую надежду остаться в живых. Он приготовился к выстрелу, как услышал тихий скрипучий голос: — После такой аварии никто бы не выжил… — предполагает он. — Верно, — соглашается другой. — Да, и для легавых это будет обычное ДТП… — А с огнестрельной раной мы вызовем подозрения, — заканчивает первый, и оба отходят от полумертвого Бибера. Послышались хлопки дверей автомобиля, рычание мотора, и снова тишина. Выворачивающая наизнанку. Заставляющая задуматься о жизни, которая только что промчалась мимо. Джастин еще никогда так не ценил ее, как сейчас… Щеки обожгли слезы. Они крупными каплями стекали вниз, делая длинные ресницы мокрыми. Бибер через силу открывает глаза и чувствует, как кружится голова. Далее он мало, что помнит. Помнит пронзительный, душераздирающий крик полный отчаяния. Помнит серые блестящие глаза, затем карие… Они запутались между собой, сливаясь в единую карусель. Голос Кенни всхлипывает его имя. Он слышит ее тяжелое дыхание и ощущает, как ей тяжело. Джастин испытал чувство вины. Черные ресницы дрогнули, и с уголка закрытых глаз скатилась слеза. Она блестела из-за света холодной луны, как драгоценный камень. Теплые руки осторожно приподнимают его голову, и он еле слышно застонал от боли. Джастин не разбирает, кто опустился на колени рядом с ним. Перед глазами скачут черные пятна, буквально съедая изображение, забирая все краски. Делают мир черно-белым. Он позволил себе глоток пыльного воздуха и сразу же закашлял, выплевывая густую кровь. — Тише… Скорая уже едет, — голос сестры убаюкивает. Она заботливо вытерла капли крови с его губ и погладила пальцами его волосы. Жесткие. Они спутались в запекшейся крови и пыли. От ощущений ее сердце заледенело. Бибер задрожал. Он чувствовал, как подкатывает истерика. Как еще чуть-чуть, и он разрыдается вслух. Закричит во все горло, выпуская наружу всю боль, с которой он упорно боролся, пряча ее где-то внутри себя. Он не хочет быть слабым, но черт… Это невыносимо. Глубокий вдох. Он набрал воздуха, чтобы заскулить, но грудь сдавило изнутри. Даже мычать стало больно, поэтому Джастин молчал. Не издавал ни звука. Горячие слезы уже высохли на его щеках, оставив от себя только чуть покрасневшие следы, которые так выделялись на контрасте с молочной кожей лица. Он такой измученный, бледный… Кендалл снова охватил ужас. Случилось то, чего она боялась больше всего. Она снова увидела подступающую к нему смерть. Но на этот раз она не в силах ему помочь. Оглушающая сирена, слышимая, будто из-под толстого слоя ваты. Яркие фонари мигалок. Неразборчивая речь врачей. И снова пропасть. Джастин разомкнул глаза, когда солнечные лучи наполняли его палату волшебным золотистым светом. То, что он оказался жив — поистине волшебство, и эта странная атмосфера счастья просто переполняла его изнутри. Бибер медленно повернул голову в сторону и заметил, как на небольшом кресле рядом с его кроватью, поджав под себя ноги, сопит Кендалл. На ее шее красуется бежевый пластырь, спокойное лицо абсолютно чистое, как и белый халатик на ее ровных плечах. Девушка не спала всю ночь. Она терпеливо ждала, когда Джастину окажут необходимую помощь, когда его жизни больше ничто не будет угрожать. И даже потом, убедившись, что он спит, Кендалл еще долго наблюдала, как вздрагивают его пальцы, как трепещут пушистые ресницы. Она вслушивалась в его сердцебиение, боясь, что в какой-то момент настанет тишина. Изучала каждую мелочь, засекала время, за которое его грудь должна подняться, а затем опуститься в ровном дыхании. Ее волнение за его жизнь доходило порой до абсурда, но как тут не сойти с ума, когда любимый человек оказался на волоске от смерти? И Кендалл сходила с ума, заливаясь слезами. Она беззвучно глотала обиду и боль, будто на себе испытывая то, что пережил Джастин. Прижимая ладонь к покрасневшим губам, девушка смотрела на него и просто не верила своим глазам. Он рядом с ней. Дышит. Живой. О таком счастье можно только мечтать. Серые глаза закрылись непроизвольно. В борьбе со сном Кендалл просто не смогла одержать победу. Да это и не нужно. Ей необходим отдых. Легкое прикосновение мягких губ к ее ладони заставило девушку вздрогнуть и проснуться. Первое, что она увидела — еле заметная ласковая улыбка. Карие глаза наполнены жизнью, благодарностью и любовью. В медовом оттенке были еще и нотки усталости, но Джастин пытался их тщательно скрыть. — Джастин… — прошептала она, чувствуя, как глаза зажгло от слез. — Прости меня, — еле слышно произносит мужчина. И эта фраза вонзилась в ее сердце, словно нож. Кендалл закачала головой, стараясь сдержать подступающие рыдания. Она не хочет, чтобы он просил прощения. Джастин и так настрадался. Он не виноват. Бибер уткнулся лицом в ее колени. Девушка видела, как вздрагивают его плечи, чувствовала горячую влагу, которая пропитывала ткань ее больничного халата. Слышала тихие всхлипы. Джастин был такой настоящий, искренний. Он дал волю своим эмоциям, не стал больше держать их в себе. Показал свою слабость. Но он не стал от этого менее сильным. Наоборот. Трудности, которые предоставляет ему Марк, только закаляют его. Полдня они просидели вот так, обнимая друг друга и делясь своими чувствами. Кендалл поглаживала его мягкие волосы, улыбаясь сквозь слезы, а Джастин иногда поднимал свои глаза вверх, будто убеждаясь в ее присутствии, а затем робко прятал их, словно ребенок. К вечеру на смену пришла Октавия. Как всегда спокойная и выдержанная. Красивая. Девушка поправила длинные волосы, забрасывая их за спину и уселась в кресло, обхватив ладошку брата и сжав его пальцы между своими. — Как ты? — интересуется она, с улыбкой наблюдая за ямочками на щеках Джастина. — Хорошо. — Врачи собирали тебя по кусочкам, — с горькой усмешкой сообщила шатенка. Она хлопнула ресницами и опустила глаза вниз. — Марк неадекватен… Он жестокий и бесчеловечный, — шепотом проговаривает она. — И когда узнает, что ты жив, он… Октавия запнулась. Было видно, что ей тяжело говорить об этом. Вспоминать то, что она лицезрела этой ночью, погружаться в события снова. — В следующий раз чудо не случится. Он не допустит повторения истории. Ты понимаешь это? — Понимаю, — Бибер тяжело вздохнул, осторожно перекладываясь на спину, и отстраненно посмотрел в потолок. — Ты так спокойно говоришь об этом? — девушка мотнула головой, отказываясь воспринимать этот невозмутимый тон. — Готов смириться с тем, что не сегодня, так завтра умрешь? — А что ты предлагаешь сделать? — Опередить его, — холодно выпалила та. — Ты хочешь убить его? — Бибер не смог сдержать насмешки. — Ну, и как бы ты это сделала? — его бровь скептически изогнулась, но Октавия не теряла настрой. Она взглянула на брата с каким-то неестественно ожесточенным огоньком в глазах. В них заплясали чертики. Бибер с замиранием сердца заметил, что они стали точно такими же, как и у него самого. Октавия разозлилась не на шутку. — Я бы прижала его к земле… Нашла бы на ней какую-нибудь палку и придавила ему горло… Я бы смотрела, как жизнь утекает из его глаз и продолжала давить. Сильнее и сильнее…. Пока он не дернется в последний раз и не закроет их. Губы девушки растянулись в одержимой, нездоровой улыбке, а Джастин вздохнул и положил ладонь на ее затылок, притягивая ее лицо к себе. Губы коснулись ее лба. — Моя глупая сестрёнка…