Я встретил её когда плакало небо

      Мужчина сидел у дерева, упираясь спиной в величественное творение Бога. Ветер ласкал кроны и те шелестели, словно шептали о спокойствии и гармонии в окружающей его жизни. Он наблюдал за тренировкой своих учеников, лениво жуя травинку и слегка улыбаясь. В последнее время жизнь ему нравилась все больше. Хокаге меньше дёргал за советом, ученики развивались и без его участия, а мать была занята внуком. Мужчина был предоставлен сам себе большую часть времени, когда не занимался делами своего клана. Казалось бы, всё было идеально, но нет. Была в его бочке мёда ложка дёгтя. Его супруга.       Они были знакомы с детства и он слишком привык к её присутствию в своей жизни, совершенно не думая, что когда-нибудь что-то поменяется. Но это случилось. После войны и рождения их сына Шикамару был уж слишком занят. То Хокаге, то клан, то задания, то ученики. И всё это слишком отдалило их друг от друга, ведь супругу он видел реже нежели свою подушку. Чоджи на расспросы о сестре только плечами пожимал — та ему ничего не рассказывала, Ино же хмыкала и отворачивалась едва он начинал разговор о своей жене. Первым начинать разговор он не то чтобы не имел желания, просто предчувствовал ссору и выяснения, которых хотелось избежать. И вот наступила долгожданная тишина. Все оставили его в покое, однако он обнаружил, что супруга, оказывается, начала спать в отдельной комнате. За всеми своими делами он даже не заметил, что та уже неделю как переселилась!       Амая была не просто его женой. Она была поддержкой, партнёром, другом, товарищем. И сейчас, наблюдая за учениками он понял, что слишком ушёл в дела и из-за попустительства жены перестал в ней видеть девушку, женщину, которую любит. Нет, она всё так же прекрасно выглядит, красиво одевается, прекрасно готовит, но никогда не настаивает на внимании. Не устраивает сцены, не выказывает претензии, что он слишком погряз в делах совсем про нее забыв. И съехала лишь для того чтобы не будить его ранним утром, когда вставала, чтобы дать ему отоспаться после тяжелого рабочего дня, который и заканчивался далеко за полночь. И как ей удавалось всё скрыть от его суровой матери? Та бы сразу поставила его коленопреклонённым перед супругой в требовании вымаливать прощение. Но нет, она прикрывала его. Его Амая.       Мужчина поднимает взгляд на крону дерева и слегка улыбается. Лёгкий летний ветер шевелит его волосы туго стянутые в резинку на затылке. Его ангел бережет его покой даже когда он этого не видит. Убирает в кабинете, меняет чернила, сортирует документы, приносит обед в резиденцию Хокаге, где его часто задерживали, приносит его ученикам обучающие свитки, когда он не может. И при всем при этом успевает вести хозяйство и иногда работать в своей лавке. Лесная булочная по прежнему пользуется большой популярностью и радует своих клиентов экспериментальными творениями.       — Пора и честь знать. — Его ученики замирают и обращают внимание на своего учителя, подавшего голос. Мужчина поднимается и они выстраиваются перед ним в линию улыбаясь. Может кто-то и сказал бы что их учитель никудышный, однако он никогда не отлынивал, всегда готовил им разные задания, прописывал инструкции, когда не мог сам присутствовать на занятиях, да и его жена всегда их угощала перекусом. И самое главное, он всегда их поддерживал во всех начинаниях. Да, они набивали себе синяки, получали ссадины, но они учились на собственном опыте и сенсей никогда не просил задания с которыми они бы не справились.       — На сегодня тренировка окончена. Завтра отдыхайте. — Он кивнул и направился прочь с тренировочного поля. Нара заметил, что дети не стали расходиться и последовали за ним и решил позволить им испытать себя в роли шпионов. Все же это тоже своего рода тренировка. Воспользовавшись возможностью он скрылся за поворотом, взобравшись на крышу. Спустя несколько минут они его нагнали. После он спустился на оживлённую улицу, смешался с толпой, успел купить такояки и уже расплачивался с Ино за букет камелий подмечая её кивок одобрения выбора цветка. Яманака как флористка знала обозначение цветка и сразу смекнула кому он будет подарен. На все её эмоции Нара только хмыкнул.       — Какой длинный хвостик ты за собой привёл. — Усмехнулась Яманака на что товарищ только закатил глаза.       — Пусть учатся, потом будет разбор ошибок. — девушка кивнула на его слова и пожелала удачи, только сказав, что сегодня Амая в своей булочной. Ну вот как? Почему даже она знает, где на данный момент его жена, а сам он не в курсе?       Он останавливается возле лавки Ичираку. Лесная булочная находится в двух магазинах от него. Сегодня на ней было одето красивое голубое кимоно с белыми лотосами, а волосы красивыми волнами лежали на плечах. Его женщина принимала товар, сверяясь с написанным на бумаге и о чем-то спорила с поставщиком. У неё краснели щёки, а брови сошлись на переносице. Вот она упирает руки в боки, слегка наклоняясь вперёд упрямо стоя на своём и поставщик поджимает губы, сдаваясь и махает рукой. Вот она улыбается и показывает своим работникам на ещё один мешок. Выторговала — от осознания этого у него в душе расцветает гордость. Сам он не любит споры, они слишком выматывают, но супруга в такие моменты была очаровательна. Ученики подходят ближе, он чувствует это и бросает взгляд на баки с мусором, за которыми спряталась его ученица. Она вздрагивает и сразу мрачнеет от понимания, что их одурачили, что они не смогли застать сенсея врасплох. Она даёт знак своим сокомандникам и Нара слышит стон полный разочарования и досады.       Амая передаёт листок в руки одного из работников — невысокого парня и тот слегка сжимает её ладонь. Не ощутимо задерживая контакт. Этого никто бы не мог заметить, но Шикамару замирает. Женщина отшатывается, дергая руку на себя и хмурится. Он может поклясться, что сейчас её сердце стучит быстрее. Его супруга, как и он сам была слишком внимательным человеком. Нара направился прямиком к ним.       — …и я люблю своего мужа, чтобы кто ни говорил.       — Амая-тян, дай мне шанс, я тебя не разочарую. — Она подбирается в возмущении и вбирает себя побольше воздуха. Шикамару останавливается за спиной жены, смотря на этого паренька. Обычный гражданский, чуть шире в плечах и более накаченный — видимо результат каждодневного таскания мешков. Не будь Шикамару шиноби, он, может и проиграл бы ему по всем параметрам.       — Во-первых не «тян» я вам. Тянкать будете своей подружке, для вас я Амая-сан, как и для всех своих работников. А во-вторых я уже сказала. Моим идеалом всегда будет мой муж. Он ценит меня, и… — Она запинается, чтобы подобрать слова которые разбегались от волнения.       — Любит, — подсказывает вдруг он наблюдая за замершим парнем.       — Любит! И…       — Уважает, — он переводит взгляд на жену.       — Уважает! И вообще…что? — Она отшатывается в сторону встречаясь с ним взглядом и стремительно алеет от стыда. Не успевает красавица опомниться, как оказывается родных объятиях уже пленённая поцелуем. В стороне замирают ученики, ойкая и пряча смущение, старательно отворачиваясь. Паренёк отшатывается от них. Из соседней лавки доносится поддерживающий свист. Едва мужчина отстраняется как его жена прячет лицо ладонях.       — Ну что ты? — Не сдерживает он вопроса и прижимает её к себе поближе и крепче. — Я счастлив, что у меня есть ты. — Он слышит её судорожный вдох и прижимается губами к макушке, прикрывая веки. И как бы он жил без неё? Без этой гармонии в его жизни. Она была связующим звеном между ним и всем остальным миром. Его лесная фея.       Женщина отвлекается на шуршащую упаковку за спиной и удивлённо смотрит на букет цветов, который вскоре оказывается у неё в руках. Взгляд утыкается в пакетик с данго и Шикамару предлагает вместе прогуляться. Свидание — сразу же понимает Амая и пуще прежнего краснеет улыбаясь и соглашается. Ученики испаряются, как и недоухажёр и они остаются предоставлены сами себе.       Они молчат — уютно, идиллически, и держат руки в замке, слегка покачивая ими. Словно не давно женатая пара, а всего лишь влюблённые подростки, только-только выпустившиеся из академии. Они не уходят далеко, лишь прогуливаются по городу ведя путь в клан, где они садятся на такаюка напротив сада с камнями внутри своего двора и в тишине едят такояки, что он для неё купил.       Амая опускает голову на его плечо, обнимает за пояс и прикрывает веки. На ее губах расцветает улыбка. Да, вот теперь он чувствует что всё в его жизни идеально. Его самое главное звено — его жена. Прекрасна как и в день свадьбы, как в день объявления войны, в день когда он достал её из-под завалов, в день когда в свете фейерверков он влюбился в эти зелёные глаза и день первой встречи. Мог ли он подумать, что его душевное равновесие когда-то будет зависеть от нахождение рядом жены, от их отношений? Все держалось только на ней.       Нара мягко поглаживает её спину, прижимаясь щекой к макушке и слегка остраняется, опуская голову чтобы насладиться этой гармонией сполна. Супруга отвечает на поцелуй сразу, полностью отдавая себя этой нехитрой ласке. Это заставляет сердце замереть и сжаться от нахлынувших чувств к этой особе. Их главный дом никто не посещает в это время. Ёшино с Шикадаем ушла к Чоузе, советники уже получили от него все документы, Хокаге заверил что ближайшие пару дней трогать не будет, а ученики не потревожат и завтра. Это радовало.       — Шика? — Она смотрит на него своими яркими невыносимо красивыми глазами лежа на такаюка. Её волосы почти сливаются с тёмной древесиной пола, а бледная кожа ярко выделяется. Когда он успел? Или это она отвлекла его за собой? А в прочем, не важно, ведь ладонь уже скользит вверх, раскрывая складки кимоно, посылая табун дрожи по её хрупкому телу и пальцы замирают, а во взгляде она видит удивление и шок.       — Ты, — едва слышно произносит он обвиняюще и сразу подхватывает под колено поднимая ногу и оказываясь ближе к раскрытому месту, чтобы в следующий момент прижаться губами к распустившемуся бутону срывая с губ супруги громкий всхлип и протяжный стон. Бестия, не надевшая нижнего белья оказывается в открытую его соблазняла! И он повёлся, слыша её тяжёлое дыхание, едва слышный стон. Сдёргивая с себя жилетку он отстраняется, приподнимаясь и снимая футболку. Раскрасневшаяся она выглядела как букет камелий что лежал недалеко от них. Он не теряет времени, не щадит, лишь раскрывает ширинку — нет времени снимать штаны, бытрее, сейчас — и входит сразу, сжимая её талию руками и запрокидывая голову от наслаждения под ласкающий слух вскрик. Мужчина замирает, каждой клеткой ощущая как дрожит жена, как сжимаются в спазме её бедра от напряжения и опускает взгляд. В уголках её зелёных глаз слёзы, волосы в ещё большем беспорядке, ладони не находящие опору сжимаются в кулаки над головой и он замечает её колдовской взгляд. Наверное именно им она его пленила. Её тонкие пальцы опускаются на ткань, все ещё скрывающую части хрупкого тела и она открывается перед ним маняще медленно, заводя до предела, сводя с ума и начинает ласкать себя. И он делает резкое движение назад сразу возвращаясь, чувствуя как упирается в нее до конца этим быстрым болезненно сладким движением. Этот пошлый хлюп, этот хлопок и её глаза закатываются, но руки продолжают и он более не может остановится. Он берет её до тех пор пока по разгоряченной спине не начинает течь пот повторяя уже пройденые дорожки, пока в иступлении не слышит её задыхающийся крик, пока сознание не взрывается фейерверком сдерживаемых ранее чувст. Они целуются как в медовый месяц, жаждущие ласки и любви, не замечают ничего вокруг себя, существующие только друг для друга.       Казалось, будто они вновь воспылали друг к другу любовью, но это было не так. Их любовь никогда не гасла. Просто у них не было времени проявить её. И теперь он не забывает одаривать её тело поцелуями-бутонами и на её ключицах, спине, бёдрах едва ли не каждый день расцветают алые цветы. Вскоре букет камелий сменяет следующий, а за ним ещё один и ещё. Второй комплект постельного белья был забыт в шкафу, а Шикамару более не выпускал супругу из объятий чтобы она легла отдельно. Теперь он неизменно вжимал в себя хрупкое тело и засыпал уткнувшись носом в приятно пахнущий шампунем затылок и прижавшись губами к тонкой шее, которую иногда прикусывал от чувства собственничества под тихий смех жены.       И не было ничего удивительного что спустя пару месяцев Амая радует его известием о своей беременности. Он, как в первый раз отказывается от всего, лишь бы быть ближе к жене, любить её ещё сильнее, целовать тонкие пальцы благодарно смотря в глаза и носить на руках. Они все чаще гуляют всей семьёй. Шикадай удивительно сильно похож на него самого — такой же спокойный и собранный, а еще очень ленивый. Его ученики любят играть с его сыном, пока сами супруги наблюдают за детьми, сидя недалеко на лавочке. А потом рождается его дочь. Вторые роды проходят тяжелее и Шикамару не помнит себя от беспокойства за своих двух фей. Он отказывается от заданий, требовательно берет отпуск у Хокаге и отдаёт себя всего семье. Амая очень долго была его молчаливой поддержкой. Теперь настала его очередь