Стефани и вампиры

Стефани проснулась, но открывать глаза не торопилась, испытывая сонливость, слабость и одновременно какое-то странное, но очень приятное чувство отстранённости от происходящего. Она поняла, что лежит на чём-то мягком, не таком пушистом облаке дорогого матраса, как в небоскрёбе, но и не на дырявом подобии мешка с соломой, как дома у Спенсера. Мысли лениво покружили вокруг событий накануне – детектив Дартвуд, рабочие с ящиками, побег из небоскрёба. Но неожиданным образом это не показалось чем-то серьёзным, достойным рефлексии. Даже раздавшиеся невдалеке голоса не заставили приятную расслабленность отступить. - Укусов у неё столько, что я трижды со счёта сбился. И это я ещё не смог посчитать те, которые на одном месте, там по-любому шрамы останутся. - Зачем ты вообще считал? Когда я попросил оценить её состояние, то не так буквально же. - Ну просто… - обладатель первого голоса явно стушевался и смутился, отчего Стефани сразу поняла, что это её нежданный спаситель, детектив Дартвуд. - Ещё что-то? Синяки, травмы, разрывы? - Ну синяки, да, её явно кто-то хватал за руки, там от пальцев следы на запястьях. Я ещё в тот раз увидел, у неё тогда была губа разбита… И на шее сзади какой-то жуткий порез, ковырялся как будто кто-то. Даже не знаю, что это и зачем. А насчёт… ну, я там не смотрел, блин, неудобно как-то. Стеф поняла, что обсуждают её, но вместо негатива и смущения испытала отчего-то только приступ веселья. - Да, конечно, ты прав, если захочет, расскажет… Я прикинул дозу снотворного, думаю, она должна уже вот-вот проснуться. Этот голос, спокойный, но твёрдый, с едва заметным акцентом на согласных, был Стефани незнаком. Она шумно выдохнула, потянулась и с любопытством приоткрыла глаза. Тут же в лицо ударило солнце – окно располагалось прямо напротив, в изголовье неширокой полутораспальной кровати. Ситцевые занавески, похоже, выполняли только декоративную функцию. Тут же, у окна, рядом с кроватью сидел обладатель незнакомого голоса, так что мощную фигуру подсвечивало сзади будто божественным сиянием. - Ты похож на ангела, - расслабленно улыбаясь, поведала Стеф доверительным полушёпотом. Мужчина наклонился, опираясь локтями на колени, и, улыбаясь, ответил: - А ты, похоже, ещё не отошла от лекарств. Стефани захихикала и, откинувшись на подушке, принялась разглядывать незнакомца. Широкое лицо, высокие скулы, тёмно-русые волосы в неряшливой стрижке лезли в глаза. От улыбки на щеках появились отчётливые ямочки, а взгляд не подавлял, а изучал её с мягким интересом. - Ты кто? – подмяв под себя подушку, спросила Стеф, перекатившись на живот. – И где. - Я брат Криса. Детектива Дартвуда, ты его помнишь? - Его зовут Крис? – Стефани, сморщив носик, поразмыслила над этим и кивнула, принимая к сведению. – А тебя? - Доминик. Можно Ник, - всё так же спокойно улыбаясь, ответил мужчина. На вид ему было лет тридцать, должно быть, чуть старше Спенсера. Вспомнив друга, Стеф, склонив голову сперва в одну, потом в другую сторону, прикинула, что у них даже есть нечто общее в развороте плеч и взгляде. - Мы в… ну, назовём это штаб-квартирой, - продолжал Доминик, поднявшись, и прошёлся по комнате. Она была крошечной, по паре-тройке шагов в обе стороны, не больше. Кровать, тумбочка и окно составляли нехитрую обстановку. - Бюджета маловато, - подытожила Стефани, осмотревшись. Доминик сперва удивлённо вскинул брови, а затем неожиданно расхохотался. - Пожалуй, да, - отсмеявшись, он отбросил со лба волосы, полностью открывая лицо, тоже чуть непривычное взгляду. - А откуда ты? - приятная отстранённость из мыслей никуда не делась, и думать и рассуждать о серьёзном Стефани не хотелось. Она покрепче обняла подушку и легла, глядя на собеседника снизу вверх. - Из Польши, - легко признался Доминик. - А ты? - Папа из Мексики, а мама из Висконсина… Ну она вроде немка, - подумав, вспомнила Стеф. - Необычно, - оценил Ник. - Да, ты тоже ничего, - глубокомысленно кивнула Стефани. – И Дартвуд… Крис, в смысле, он тоже из Польши? - Глобально да, но он родился, конечно, уже здесь. А я пожить успел. - И как там? Катаржина говорила, что не очень, - припомнила Стеф. Тут выражение лица Доминика изменилось, и даже пребывающий в эйфории мозг это отлично уловил. - Катаржина, - повторил он с ноткой грусти. - Значит, ты с ней знакома? - Конечно, я ей жизнь спасла, вообще-то, - оскорбилась Стеф. - Ты бы видел эти дырки от пуль, она таа-а-аак тряслась, а я как тряслась, это просто жесть… Спенс меня всю ночь чаем отпаивал потом. Доминик молчал, похоже, переваривая услышанное. Так и не прокомментировав, он приблизился и присел на корточки у кровати. - Стефани, можешь рассказать, что ты конкретно делала в небоскрёбе? Сколько ты там была? - С ноября, - кое-как сориентировавшись по датам, ответила Стеф. – После Дня Мёртвых сразу. - Что ты там делала? – мягко напомнил Доминик первый вопрос и, потянувшись, коснулся её ладони. Стефани покрутила головой, рассматривая окружающее пространство, будто где-то в воздухе вокруг неё был написан ответ на вопрос. - …Жила, - наконец выдала она. - А ещё что? - А что ещё? - Зачем ты была им нужна? Они тебя похитили? Стефани капризно наморщила носик. От настойчивых расспросов разнылась голова, и думать не хотелось. - Отстань, - буркнула она, отмахнувшись для верности. – Спроси у Спенса, это он виноват. - Спенсер виноват в том, что ты оказалась у вампиров? – впервые за всё знакомство лицо Доминика приобрело хмурое, даже мрачное выражение. - А ты знаешь, как больно, когда у тебя кровь пьют? – пожаловалась Стеф, почесав шею. Укус на ней оказался заклеен свежим пластырем. – Больно. - Да, я представляю, - задумчиво подтвердил Ник и открыл рот, видимо, спросить ещё что-то, но был бесцеремонно перебит: - А если во время секса, то ещё больнее. Это прям ууух как больно. И он никогда не останавливается, даже если я прошу. Доминик осёкся, и взгляд его изменился снова, на этот раз на сочувственный. - Давай ты ещё поспишь, хорошо? – он поднялся, дождавшись кивка, аккуратно отобрал и расправил порядком помятую подушку, натянул сбившееся в ком в ногах одеяло. Стефани, меланхолично наблюдающая за всеми манипуляциями, зевнула и сонно добавила: - А знаешь, кто точно во всём виноват? Мой дедушка.

***

Когда проснулась в следующий раз, Стефани уже не чувствовала себя отдохнувшей. Напротив, в горле подозрительно покалывало, болели мышцы, и общее разбитое состояние намекало, что заботятся об организме неподобающе. Стеф отбросила тяжёлое одеяло в ноги, подтянула себя в вертикальное положение и, потирая глаза, осмотрелась. Несомненно, это была та же самая небольшая комнатка, но на этот раз отчего-то она показалась в разы более тесной, мрачной и неуютной. Задувало в щели, неплотно подогнанные половицы зловеще щурились чёрными трещинами, а продавленная в матрасе дыра больно колола изнутри пружинами. Стефани поёжилась и, обняв себя руками, обнаружила вместо своих вещей рубашку из грубого хлопка, настолько огромного размера, что казалась платьем и доходила до самых колен, а рукава были подвёрнуты раз пять. Она спрыгнула и тут же поморщилась, ощутив под босыми ступнями плохо обструганные доски. К счастью, рядом обнаружились её кеды. Стеф помялась на пороге, но поняла, что оставаться на месте бессмысленно. Необходимо было выяснить, кто эти люди и представляют ли угрозу. Прошлое пробуждение подбрасывало образ добродушного мужчины по имени Доминик, но если с тех пор изменилась спальня, то плодом лихорадки мог бы быть и сам хозяин дома. Дверь поддалась со скрипом – во всех смыслах – и выпустила её в негостеприимный узкий тёмный коридор такой ширины, что наверняка здоровяку Нику приходилось тут пробираться боком. Преодолев несколько метров полнейшей темноты практически наощупь, Стефани добралась до новой двери и услышала приглушённый диалог. Разобрать слов никак не получалось, поэтому она решила просто войти, предварительно постучавшись. Это оказалась, очевидно, кухня, даже уютная. Гарнитур, на плите пузатый металлический чайник, присобранные занавески с забавными кактусами и несколько горшков на подоконнике. За небольшим столом сидел детектив Дартвуд. В футболке и джинсах ему можно было смело скинуть ещё пару лет. По-детски подогнув ноги, он сосредоточенно отсчитывал ложки сахара и тщательно мешал, одновременно что-то воодушевлённо доказывая. Доминик оказался вполне реален – он обнаружился у мойки и выглядел абсолютно так же, как Стеф и помнила. Мощный силуэт в майке и расстёгнутой рубашке выглядел так, будто ему приходилось сутулиться, чтобы просто выпрямиться здесь во весь рост и не задеть потолок. Едва Стефани постучала и неуверенно заглянула через проём, оба отвлеклись и уставились на неё. - Привет, - неуверенно шепнула Стеф, смутившись от такого внимания. Дартвуд вскочил и суетливо пододвинул ей свой стул, хотя рядом стоял ещё один, точно такой же. От этого неловкого джентльменского жеста Стефани даже улыбнулась. - Спасибо, - она заняла стул и машинально глянула в окно. Тут же рот сам собой приоткрылся от изумления. Потому что в голове она представила себе именно что квартиру, типичную однушку в бедном районе. Но взгляду предстала не улица с высоты какого-нибудь пятого этажа, а полоса лужайки и следом – монументальные, уходящие в небо шпили собора. - Это что, церковь? - Ага, Собор святого Фомы, - откликнулся Дартвуд. - А это? Какой-то дом? - Домик садовника, да. - Но я здесь постоянно не живу, - добавил Ник. - Вы? Вы садовник? – удивилась Стеф. - Мы опять на «вы»? - хмыкнул тот. – Ну точно действие прошло. - Ник у нас гений, - доверительно сообщил Дартвуд, пихнув брата локтем. – Редчайший специалист по ботанике. Такие растения выращивает, ты офигеешь просто. - А… - Стефани потёрла переносицу и помотала головой, чтобы там всё встряхнулось и встало на места. - А ты сейчас поешь, - бескомпромиссно закончил Доминик и поставил рядом со Стеф тарелку. Вроде бы обычный скрэмбл с беконом, но пахло какими-то экзотическими специями, одновременно пряными, острыми и сладкими. Стефани, изначально даже думать в сторону еды не собирающаяся, сама не заметила, как смела содержимое тарелки. - Клёво, да? - наворачивающий уже, кажется, третью тарелку Дартвуд подмигнул и отсалютовал стаканом чая. - А вы почему не?.. - начала Стеф, и Доминик улыбнулся. - Вообще, мы уже ели, полчаса назад. Я Крису ещё приготовил, чтобы ты не переживала, что мы тебя пытаемся отравить. Стефани фыркнула. - Я, наверное, не меньше суток провалялась в отключке. Смысл на меня продукты тратить? Дартвуд хрюкнул от смеха и чуть не подавился, закашлявшись. Доминик тоже не смог сдержать улыбки. - Ты права, Крис, добавки не получишь. Стефани, хихикая, доела и обняла чашку с чаем. - Вы это… простите, что я себя так вела, - спохватившись, вспомнила она, обращаясь к Нику. Сложив посуду в раковину, тот вернулся за стол, заняв третий свободный стул, и вопросительно поднял брови. - О чём ты? - Ну… я какой-то бред вам наговорила… да? – пробормотала Стефани и даже слегка покраснела. - Застенчивый подросток, вытаскивающий из бандосов пули, - хмыкнул Дартвуд. Стеф дёрнулась и испуганно округлила глаза. - Заткнись, Крис, - ровным тоном предупредил Доминик. - Да чего я сказал-то, - буркнул детектив. – Правда же забавно. - Это я вам про пули рассказала? – почесав в затылке, Стефани припомнила кое-какие детали. - Да, ты упоминала Катаржину. Стеф взъерошила волосы и вздохнула, поняв, что фрагментарность собственных воспоминаний не даёт никакой уверенности. - Ты сказала, что в том, что ты оказалась у монстров, виноват Спенсер, - впервые за разговор с лица Доминика стёрлась улыбка. Серьёзные голубые глаза изучающе рассматривали её, и, засмотревшись, Стефани далеко не сразу осознала смысл фразы. А когда осознала – поперхнулась и ещё долго кашляла, отплёвываясь и пытаясь отдышаться. - Боже, мне так стыдно, - наконец выдавила она, пряча глаза в злополучной чашке. – Я так не думаю, правда! Честно! Ник и Кристиан с улыбками переглянулись. - Водички налей, - попросил Доминик, и Дартвуд исчез из поля зрения. – Стефани, если это так и Спенсер сделал с тобой что-то плохое… - Нет! – воскликнула Стеф так громко, что, казалось, дрогнуло даже оконное стекло. Крис показался из-за угла с огромными глазами. - Простите, - спохватилась она и нервно сжалась, теребя край рубашки. – Спенс самый лучший. Он единственный меня не оставил, пытался спасти… Не знаю, зачем я такое ляпнула. - Потому что ты на самом деле так считаешь в глубине души, - снова абсолютно бестактно влез Дартвуд, но на этот раз Доминик не стал его одёргивать. – И ты ещё сказала, что твой дед виноват. Стефани со стоном спрятала лицо в ладонях; даже наощупь оно казалось горящим от стыда. - Какой ужас… Пожалуйста, не давайте мне больше это лекарство, ладно? – невнятно пробормотала она в ладони и услышала два синхронных смешка. - Хорошо, если не хочешь, можешь не… - начал Ник, но Кристиан бесцеремонно влез: - А кто твой дед? Стеф тоскливо вздохнула и неохотно убрала руки от лица – становилось сложновато дышать. Сделав пару глотков из протянутого бокала с прохладной водой, она, помявшись, ответила: - Мой дед был археологом. - Был? - проницательно уточнил Ник. Стефани кивнула, и установилась неловкая тишина. Подумалось, что слишком откровенной быть не стоит, хоть эти люди и не казались плохими. Пока она взвешивала, что может безопасно рассказать, чтобы в случае чего не оставить на себя компромата, в отдалении послышался стандартный рингтон. Извинившись, Ник вышел, и Крис тут же плюхнулся на его место за стол. - То есть ты детдомовская? – повернув стул, Дартвуд сложил руки на спинке и принялся беззастенчиво её разглядывать. Подумав, Стеф решила не врать совсем уж откровенно. - Ну нет. Спенс меня на улице подобрал, от копов спас… в смысле, от полицейских, - смущённо поправилась она, вспомнив, с кем имеет дело. Крис хмыкнул, явно не обидевшись. - От патрульных? И что им было надо? - Ну, меня разыскивали. Вроде как. - Украла чего? – удивлённо вскинул брови Дартвуд. - Не, я это… из дома убежала. - Ааа, пропавший ребёнок. Ясно всё, - расслабился детектив. – Из приёмной семьи сбежала? - От тётки. - Била? - Да нет… Она меня хотела в Висконсин увезти и в интернат отдать, - рефлексируя о прошедших событиях, Стефани понимала, что с высоты её нынешних перспектив интернат и тётка уже не выглядят таким мраком и злом. - О, - глубокомысленно выдал Дартвуд. – А что родители твои? - Давай не будем. Они умерли. Давно, - помрачнев, Стефани помотала головой. – Спенсер мне за всех. И за родителей, и за друга, и за брата. На последней фразе лицо Криса неуловимо изменилось, но сказать он ничего не успел. В дверном проёме показался Ник. - Босс звонил, ты нам нужен, - коротко произнёс он и обратился к Стефани: – Посидишь тут без нас минут сорок? - Угу, - согласилась Стефани, и братья покинули кухню.