Defeat of man

Бэк полагал, что его план безупречен. Но вот только если и начинать, то надо делать до конца. Никаких полумер. Мужчина предполагал, что это будет сложно, долго и местами даже муторно. Но, ему казалось, что именно в этом и есть его предназначение. Обойти Тони Старка, взять всё, что принадлежало ему, и даже больше. Квентин не мог простить Железному Человеку тот факт, что его разработка стала какой-то психотерапевтической программой. А ведь этот проект имел такие огромные возможности: от победы в войнах до мирового господства. Иллюзия – обман – всё, что было необходимо ведомому стаду народа, готового молиться на Мстителей. Только что и требовалось – небольшой толчок, маленький вооруженный конфликт, где Квентин мог бы применить эту программу, чтобы все увидели, что войну можно выиграть без крови. И, конечно же, гениальный Старк сразу понял это. Он конфисковал все разработки, все чертежи и уволил Бэка, но всё же не оставив того совсем с голым задом. Квентин первые месяцы после увольнения находился в невероятном состоянии прострации. Он делал всё на автомате: ел, мылся, спал. Поверить в то, что теперь труд всей его жизни не принадлежит ему, он не мог до сих пор. По забывчивости и утренней сонливости Квентин начинал собираться на работу, медленно и методично готовя вещи для рабочего дня. А потом осознание наваливалось на него тяжеленной глыбой. Никуда ведь не надо идти. Ничего уже не надо делать. Квентин в такие моменты чувствовал себя невероятно потерянным и ненужным, словно его не просто уволили, а жить запретили. Тогда он медленно проходил в гостиную и заваливался на диван прямо так, не снимая одежды и обуви. Но время шло. Надо было что-то делать. Привыкший к обеспеченной жизни, Бэк редко себе в чем-то отказывал, и вот когда на его телефон пришло сообщение из банка, он крепко задумался. «Ну это же не может продолжаться вечно» В конце концов, у него были образование и мозги. И тогда ему в голову пришла Идея. «Старк пожалеет о том, что сделал» Квентин возжелал мести. И не просто мести, а тотального поражения по всем фронтам. У него было достаточно времени, чтобы всё подготовить – Танос уничтожил половину населения Земли, но из тех, кто остался, Бэк сумел сколотить команду. Полагая, что так теперь будет всегда, мужчина планировал полностью развалить Старк Индастриз и попрать на чем стоял оставшийся Мир Железного Человека. Но Мстители (впрочем, как и всегда) спасли всех. А вот Старк не вернулся. Бэк рвал и метал. Вся его идея трещала по швам. Как можно мстить мертвецу? Пусть этим мертвецом и был сам Тони Старк. Объявление наследника всех миллиардов Старка и всего Старк Индастриз становится новым камнем в огород Квентина. А когда на экране начинает мелькать лицо школьника по имени Питер Паркер, Бэк громит свою лабораторию, чем до ужаса пугает свою команду. - Ненавижу! – кричит он, швыряя в стену незаконченный дрон. – Ненавижу! Старк! Даже мертвый он сумел мне всё испортить! Бэк буквально вылетает из помещения на улицу, где его сразу же пробирает до костей декабрьский воздух. Он обнимает себя руками и смаргивает злые слезы, которые грозятся заледенеть. Квентин думает о том, что ему нужна новая Идея.

***

- Нет ничего плохого в том, чтобы понимать больше, чем остальные, - мягко улыбаясь, говорит Квентин Питеру. - Просто… Это ведь так круто! Мистер Бэк! Это ведь просто невероятно! Теория мультивселенной! Другие миры! Я просто в восторге! – Паркер скачет вокруг голографической Земли другой Вселенной и чуть ли не хлопает в ладоши. - Мистер Паркер, - прерывает восторг парня Фьюри. – Я пригласил вас не для восторгов и воспевания дифирамбов современной науке. Проблема гораздо серьезнее, чем мы думали. - Я не могу! - Почему это? – справедливо возмущается Фьюри. - Но у меня каникулы! Ведь я всего лишь дружелюбный сосед Человек-паук, - Питер тупит взгляд, надеясь, что это сработает. - Ты в космосе был, - твердо отрезает Ник. - Не один же! - Так и здесь не один, - Фьюри указывает на Бэка. – Так, послушай меня сынок, - с каждой секундой голос мужчины начинает звучать всё более угрожающе. – Ты полетел в космос, потом вообще перестал существовать, а потом вернулся и надрал задницу фиолетовому гиганту. И сейчас ты мне говоришь про свою дружелюбность, Паучок? – Ник устремляет жесткий взгляд на Питера, который даже не находит, что сказать. - Агент Фьюри, - вмешивается Бэк. – Может быть, Питер прав? Здесь главное – не допустить объединения элементалей, а в остальном я с ними справлюсь. - Агент Хилл, когда ожидается следующее нападение? – Фьюри отворачивается от Паркера, и тому кажется, что даже дышать стало немного легче. - Через тридцать часов, - отвечает Мария. - Паркер, чтобы эти тридцать часов ты был всегда на связи! – гаркает Ник. – Потом катись на все четыре стороны. - Так точно! – Питер весь подбирается и шутливо отдает честь. - Приятно познакомится. Человек-Паук, - Бэк протягивает руку. - И мне, Мистер Бэк, - Питер крепко стискивает ладонь мужчины, но тот не подает вида. – Пока! Пакер ураганом проносится к выходу, на ходу цепляя маску.

***

Квентин опять злится. Он хочет швырнуть стакан в стену, но лишь крепче сжимает его в руке, слыша скрип. Бэк хочет заорать: «Отдай мне эти чертовы очки!», но он сдерживает себя и продолжает спокойно улыбаться, слушая детский лепет Питера. За последние несколько дней мужчина невероятно устал от пацана – тот постоянно что-то болтал, лез куда не просят и был таким непростительно искренним, что что-то сжималось внутри. «Ни мытьем, так катаньем» - Занят на выходных? – словно незаинтересовано спрашивает Квентин. - Ну, эм, - Питер отпивает из своего стакана. – У нас завтра самолет. Потом у меня пара встреч во всяких там клубах вернувшихся. Думаю, нет. Если, конечно, Нэд не притащится ко мне с очередной Звездой смерти от Лего. - Тогда было бы неплохо встретиться, что думаешь? - А вы собираетесь в Америку? - Фьюри предложил мне место в штабе ЩИТа, кроме того, я - программист, - Бэк подмигивает парню и опрокидывает в себя остатки выпивки, тут же жестом прося бармена еще. – Так что… - Это просто суперкруто! – Питер даже подскакивает со стула. – На вашей планете был Нью-Йорк? Вы вообще откуда? О, боже, что я несу? – Паркер сам себя бьет по лбу. – Извините, мистер Бэк. Просто я… - Всё в порядке, Питер, - Квентин кладет руку на плечо Паркера и легко сжимает. – Я расскажу тебе всё, что захочешь узнать. Питеру улыбка Бэка кажется смутно знакомой, но он отгоняет от себя навязчивые ассоциации. Тряхнув головой, он усаживает обратно и просит бармена новый напиток. Спустя некоторое время, которое совсем незаметно пролетело для Питера, он опять подскакивает. - Извините, мистер Бэк, я, наверное, совсем вас заболтал. Вы устали… Я пойду, пожалуй, - Паркер цепляет на нос очки. – Эдит, меня никто не потерял? Квентин надеется, что Питер не замечает, как его улыбка при виде этих очков превращается в оскал, а зубы начинают скрипеть. Мужчине хочется резко податься вперед, дернуть парня на себя и пока тот в замешательстве, сорвать с него эти очки, но Старк же, сука, умный, без подтверждения передачи управления это будет бесполезный, хоть и стильный аксессуар. - Ой, блин! Эдит, соедини меня с Нэдом. До свидания, мистер Бэк, - Питер на секунду застывает в ступоре. – Э-э-э, номер. Мой номер… - Полагаю, что Ник сможет предоставить мне эту информацию, - Бэк через силу дружелюбно улыбается. – Беги. - До свидания! – Паркер оборачивается возле двери и улыбается так лучезарно, что у Квентина начинает неприятно покалывать в сердце. Когда дверь за парнем закрывается, проекция начинает медленно сползать с предметов, являя полуразрушенное здание. Все присутствующие замирают, с беспокойством устремляя взгляды на Квентина. - Планы изменились, - громко говорит он. – Пакуемся. Мы летим домой.

***

На улице, на удивление, было немноголюдно. Питер и Квентин шли рука об руку, практически соприкасаясь плечами. Бэк с некоторой грусть в голосе рассказывал о своей Земле, практически дословно повторяя слова, надиктованные ему в ухо одним из членов его команды. Паркер с упоением слушал его, и каждый раз удивленно открывал рот, когда что-то в их реальностях разнилось. Так Питер узнал, что Квентин после нападения элементалей вступил в ряды Легиона – это что-то типа армии – и именно там его снарядили всеми крутыми штуками. Бэк в некоторые моменты поражался невероятной наивности парня. Ладно, хер с тем, что он умел летать, но вот этот абсолютно невообразимо глупый аквариум на голове – вот как в такое можно поверить? Или спотыкающиеся рассказы о его семье, когда он намеренно перевирал кое-какие вещи. Паркер не обращал внимания и на это. Хотя, может быть, Бэку только это казалось. В итоге, через два месяца достаточно плотного общения Питер с уверенностью подростка мог сказать, что Квентин Бэк – его друг. Но вся проблема заключалась в том, что сам Квентин не считал Питера своим другом. Он видел в нем средство для достижения своей Идеи. Бэк понимал, что заполучить Эдит или еще лучше Пятницу, теперь становится делом времени. А ждать он точно умеет.

***

Лето ворвалось в Нью-Йорк как-то слишком неожиданно. Солнце припекало спину, пока Питер стоял на крыше здания, ожидая сигнала. Захваченный грузовик с токсичными отходами, которые преступники планировали слить в Гудзон, несся на всей скорости. Заходя в поворот, прицеп опасно занесло, но водитель быстро выровнял его, набирая скорость. - Паучок, твой выход, - раздалось в наушнике. – И без особых геройств. Просто останови его. - Вас понял, мистер Фьюри, - Паркер прыгнул с балки моста, тут же выпуская паутину. - Если что Мистерио тебя страхует. - Питер, - негромкий голос Квентина тепло зазвучал в наушнике. - Квентин, - Питеру очень нравилось называть мужчину по имени. - Если вы закончили обмен любезностями, то может быть, мы уже начнем? – громко и нетерпеливо спросил Ник. На линии повисла тишина. Питер приземлился на кузов грузовика, сразу же с помощью Карен определяя его дальнейшее место следования. Прикинув, сколько еще осталось до места назначения, он быстро нырнул вниз, туда, где прицеп крепился к кузову. Как и ожидалось – крепление было заминировано. - Черт! Карен, у меня есть что-нибудь, что сможет заглушить взрыв? - Питер, здесь слишком мощный заряд. Если устройство сработает, то радиус поражения составит более двух километров, - мелодично отозвалась Искин. - Да что ж этим плохим ребятам дома не сидится! Паркер пролез между кузовом и прицепом, упираясь в него ногами. Если не получалось обезвредить бомбу, то всё равно было необходимо остановить грузовик. Потому что пунктом назначения был один из торговых центров. - Питер, нужна помощь? – спросил Квентин. - Пока нет. Я думаю, что сам разберусь. Паркер согнулся совершенно невероятным образом, покрепче хватаясь за крепления прицепа. Если он всё просчитал правильно, то ему надо просто оторвать эту железку. И, конечно же, в этом деле есть столько нюансов, чтобы его не разнесло на кусочки. В этом узком пространстве всё гудело и дребезжало, ветер свистел в ушах. Питеру не было страшно, но в этот момент он хотел, чтобы его кто-нибудь поддержал. - Карен, мне нужна паутина с взрывчаткой, только самый слабый заряд, только чтобы немного ослабить крепления. - Конечно, Питер. Паркер выпустил немного паутины на крепление рядом с детонатором и, когда та взорвалась, он сразу же толкнул кузов. Но он ничего не изменилось. - Карен, еще раз, увеличь заряд на пять процентов. Искин молча выполнила просьбу и Питер опять пустил паутину. Но и в этот раз ничего не получилось. - Да он из вибраниума что ли? – вздохнул Питер. - Проблемы, Паучок? – слишком ласково спросил Квентин. - Не, просто эта фигня всё никак не хочет поддаваться. Питер схватился за железную балку возле самой спайки и, упершись ногами в кузов тягача, потянул наверх. Металл нехотя и со скрипом начал поддаваться, и именно в этот момент сработал детонатор. - Упс! – Питер опустил взгляд на электронный циферблат. – Пять минут. Всяко лучше, чем ничего. Мистер Фьюри! - Да, Паук. - Тут бомба активировалась. Уберите всех в радиусе двух километров. Я попробую её обезвредить. - Боже мой. Паркер! Иногда у меня складывается такое впечатление, что ты камикадзе! И что руки у тебя растут не из плечей, а из ж… - Карен, кикни его, - у Паркера сейчас совсем не было желания слушать вопли Ника. – Квентин? - Да, Питер, - голос Бэка совершенно магически успокаивающе действовал на Питера. - Детонатор запустился. Времени пять минут. Я… - Паркер даже толком и не придумал, что сказать. – Это… Помоги людей убрать. Вот. - Конечно, Паучок. Паркер выдохнул и, собравшись с силами, потянул балку на себя. Оторвав её от спайки, он уперся ногами в прицеп, начиная тормозить. Преступник, видимо, почувствовав, что что-то происходит начал набирать скорость, но тем самым только облегчил задачу Питеру. Когда между прицепом и тягачом стало достаточно просторно, Паркер опустился на землю, начиная тормозить пятками. Он помнил, что у него совсем мало времени, чтобы сделать хоть что-то, чтобы рвануло не так сильно. - Карен, как обезвредить эту бомбу? – запыханно спросил парень. - Конструкция данного взрывного устройство не предусматривает обезвреживания, но можно загасить ударную волну. Бомбу необходимо кинуть в воду. Я просканировала все конструкции моста, они выдержат. - Спасибо, Карен, - выдохнул Питер. Паркер быстро бросился к взрывчатке, мельком глядя в сторону автострады. Машины продолжали стоять на мосту, но как успел заметить Питер, в них никого не было. Он резко схватил бомбу, и хотел было её швырнуть, но Карен остановила его. - Питер, химическая смесь во взрывчатке нестабильна, если ты бросишь её, она детонирует в воздухе. - Да что ж такое! Питер со всех ног бросился к краю моста, надеясь, что успеет донести её до воды. Времени оставалось всё меньше. - Питер, ты как? – голос Квентина разрушил напряженное молчание на линии. - Я? Нормально. Только мне придется прыгнуть с бомбой в воду, - Паркер сказал это так, словно вместо бомбы он нес в руках булку хлеба. - Что? Не вздумай! Я сейчас! Квентин бросился к Питеру на мост, поскрипывая зубами от злости. «Ну уж нет! Этот несносный пацан не разрушит мои планы!» - Так! Оп, минута! Я пошел. Питер легко перепрыгнул перила и выпрямился, надеясь, что он не отобьет ступни при вхождении в воду. Вода так резко приняла Паркера в свои объятия, что он на несколько секунд потерялся в пространстве. Его резко окружила темнота, под маску попала вода. Чуть привыкнув к этому ощущению, Питер открыл глаза, но увидел лишь размытые силуэты. В это мгновение ему стало страшно – не вздохнуть, ни выдохнуть у него не получалось. - Питер, - подала голос Искин и создала воздушную подушку возле лица Питера. – Кислорода в костюме хватит на три минуты. - Понял, - ответил он, жадно глотая кислород. Он продолжал держать бомбу и опускаться с ней всё ниже, надеясь тем самым уменьшить урон. - Питер, пятьдесят метров. Пора отпускать. - Да, сейчас, - но Паркер не отпускал. – Сейчас, вот сейчас. - Питер, шестьдесят метров. - Сейчас! – крикнул Питер и разжал руки, отталкивая бомбу от себя. Циферблат на ней перестал работать из-за контакта с водой, но своим сверхчувствительным слухом, Питер уловил, что внутри неё что-то раскололось, словно колба с реагентом, а в следующую секунду, мощный взрыв оттеснил Питера к балке моста, о которую он ударился затылком и потерял сознание. - Паркер! – Фьюри кричит в микрофон. – Паркер, твою мать! Всплеск от взрыва окатил мост, а потом всё прекратилось. На линии была звенящая тишина.

***

То, что он можешь вновь дышать, Паркер понял не сразу. Он медленно приоткрыл глаза и уперся взглядом в чью-то щетину. Питер попытался поднять руку, но та, как ему казалось, словно была сделана из свинца. - Мистер Старк… - голос парня сорвался. – Простите меня, простите меня… Питер опять потерял сознание, повисая на руках своего спасителя безвольной куколкой, а Квентин подумал, что сорвал джек-пот. Отдав парня медикам из ЩИТа, Бэк ретировался на свою базу, где он внёс значительные корректировки в их план. Его команда несколько скептично восприняла правки, но спорить никто не осмелился, потому что всё еще были свежи воспоминания недавнего убийства их коллеги, которое совершил Квентин, будучи несколько не в себе. Мужчина довольно улыбнулся чему-то своему и свернул голограмму.

***

Первым, кого увидел Питер, придя в сознание, оказался Квентин. Мужчина сидел в телефоне и что-то печатал. Не поднимая головы, он сказал: - Привет, Паучок, - его улыбка насквозь фальшивая, но такая профессиональная, что никто и не засомневался бы в его искренности. - Привет, - хрипло ото сна ответил Паркер, приподнимаясь на локтях. – Долго я был в отключке? - Не больше суток, - Бэк встал и подошел к парню, нажимая на пульте кнопку, чтобы приподнять изголовье кровати. – Пить? - Да, пожалуйста, - Питер жадно присосался к стакану, пил большими глотками и шумно выдыхал через нос. - Да не спеши, никто не отберет, - Квенти присел на край кровати и взъерошил и без того растрепанные волосы парня. Питер немного смутился от такого жеста, но ничего не сказал, лишь немного покраснел щеками. Напившись, он поставил стакан на тумбочку и ненадолго завис, глядя в стену, словно вспомнил что-то. Квентин не трогал его, лишь переместил руку на колено парня и чуть погладил округлую косточку. - Я… Эм… Простите, мистер Бэк… - Квентин. - Квентин, да… Я назвал вас мистером Старком, - когда он произнёс имя Тони, взгляд парня мгновенно потемнел, а Квентин почувствовал ликование. Вот оно. Вот ОНО. - Всё в порядке, Питер. Многие скучают по мистеру Старку. Ведь он сделал так много для всего Мира, - мужчина подсел ближе. – Я понимаю. - Я ведь его л… - Питер осёкся и замолк, уставившись на свои руки, покрытые поджившими царапинами. – Это сложно, мистер Бэк. - Квентин. - Квентин, - тут же исправился парень. - Всё в порядке. Ты жив. Всё хорошо. Слезы Питера расползались пятнами по покрывалу, и он всхлипнул. Парень закрыл ладонями лицо и вздрогнул всем телом. Квентин подсел ближе и обнял Паркера, чуть прижимая к себе. Горячие ладони мальчишки скользнули по крепкой спине мужчины и с силой сжимали халат, накинутый поверх рубашки. Квентин думал, что весь Мир у его ног – это не для него, это что-то старковское; ему же достаточно, чтобы у его ног был Питер, и тогда Мир сам склонится перед ним.

***

Привязать к себе неопытного подростка для Бэка не составило труда. Мужчина с легкостью занял собой практически всё свободное время и пространство Питера. Ему даже ничего делать особо грандиозного не пришлось: пару-тройку раз забрать из школы, а иногда и вытащить с занудных уроков под предлогом новой миссии, которой на деле оказывалась дегустация пиццы в новом заведении, и травить свои побасенки, которые сочинялись на ходу. Квентин просто развлекался, не видя практически никаких преград к осуществлению своего плана. Для него месть ощущалась как нечто естественное, что изначально было в нем. Старк же просто дал этому несмелому чувству, которое постоянно подавлялось совестью, прорасти в полную силу, пустив свои корни глубоко в сердце. Месть стала для Бэка чем-то вроде смысла всего его существа. Он не мыслил себя без неё. Но в какой-то момент - наверное, это произошло тогда, когда Питер слишком солнечно ему улыбнулся или неловко споткнулся на ровном месте, - у Квентина что-то перевернулось в душе. В подкорке начала пищать такая крохотная мысль, что, возможно, но это абсолютно не точно, Паркер не виноват, и пытаться через него отомстить Старку, наверное, даже как-то, ну, глупо, что ли. Бэк старался отмахиваться от этих мыслей, но не проходило и дня, чтобы он не задумывался о том, как сегодня Питер проводит день. Так же, как и в случае с Квентином, с Питером произошло практически то же самое. Мальчишка стал частым гостем в его доме, жизни, сердце. Бэк старался отгородиться от этого, стараясь рассматривать Питера только как средство для достижения цели, но было в парне что-то, из-за чего Квентину с каждым разом становилось всё сложнее отключать свою человечность. И как-то совершенно неожиданно Квентин понял, что он больше не мстит Старку, а борется с самим собой. Питер забрался на потолок спортивного зала, где они часто проводили тренировки, и сплел гамак из паутины. Парень удобно устроился в нем, как бы намекая, что на сегодня достаточно. - Эй, так не честно! – крикнул с земли Квентин. – Не все здесь вообще-то ползать по стенам умеют. - Так ты же летать умеешь! – справедливо возмутился Паркер. – Поднимайся! Бэк тяжело вздохнул и достал телефон из кармана, начиная быстро активировать на нем дронов, чтобы создать иллюзию. От этой лжи уже начинало подташнивать. Когда дроны подлетели к нему, он сделал несколько пасов руками и его окружил зеленый дым. Со стороны это выглядело очень эффектно – Квентин сам писал программу – он, окруженный плотной завесой, быстро взлетел вверх и устроился рядом с Питером. Гамак провис сильнее под весом, из-за чего они оказались рядом, сидя бедром к бедру. Паркер смотрел вперед, улыбаясь чему-то своему. - Знаешь, - негромко начал парень. – Мистер Старк никогда мне ничего не объяснял. Он дал мне костюм и увез в Германию. Сказал только, что у Кэпа надо будет забрать его фрисби. А потом, когда я крупно облажался на пароме, он забрал у меня костюм и сказал, что если без костюма я ничего не могу, то не достоин носить его. Ну а потом ты и сам всё знаешь. Я перестал существовать, а мистер Старк вернул меня. И спас всех, - Питер всхлипнул. – И знаешь, еще тогда, когда он впервые пришел ко мне, я понял, что ну… Влюбился в него. Знаешь, вот когда детское восхищение перерастает в подростковую влюбленность. И это было так странно. Я не успел ему этого сказать. - Питер… - Бэк положил ладонь на спину парню и медленно поглаживал, стараясь успокоить, но Питер словно не замечал этого. - Я думал, что всю жизнь буду об этом жалеть, но потом появился ты. Ты был так похож на мистера Старка, что мне даже казалось, что ты – это он, - Квентин тяжело вздохнул и обнял парня, чувствуя, как внутри начинает разгораться ярость. – А потом я понял, что ты совершенно другой. Я боялся тебе сказать, но в твоем присутствии моё чутье постоянно срабатывает, словно ты опасен. – Питер вздохнул. – Но ты ведешь так, словно я тебе дорог. И понимаешь… этот диссонанс… Я не знаю, что мне делать, Квентин. Скажи мне правду, - Паркер спрятал лицо в ладони и покачал головой. – Я так устал. - Питер, - Бэк дёрнул мальчишку, заставляя посмотреть на себя. – Вся правда в том, что я и сам уже ничего не знаю. Они зацепились взглядами друг за друга и практически не моргали. Питер чувствовал фантомное прикосновение чужих губ, когда его лица коснулось дыхание Квентина. Сам же Бэк совершенно не понимал, что происходит у него внутри: ярость, что была до этого, прошла. Теперь в его сердце что-то начало тянуть, и хотелось скулить: то ли от безысходности, то ли от незнания. Если злость – это ясное чувство, то то, что сейчас чувствовал Квентин, вообще не подвергалось классификации. Бэк наклонился ближе к парню и практически его поцеловал, но громогласный голос Фьюри разрушил момент. - Какого черта?! Паркер! Бэк! Матерь божья! Это что за фортель, Паркер? Что за несанкционированная инсталляция? – от голоса Ника, казалось, задрожали стены. – Десять минут. Мой кабинет. Момент был полностью испорчен. Квентин быстро отстранился от парня, надеясь, что Фьюри не заметил того, как близко они сидели. Питер хотел было потянуться обратно за поцелуем, но его остановила жесткая хватка на плече. - Мы потом поговорим, хорошо? – Бэк слишком виновато улыбнулся, что паучье чутье Питера опять проснулось, неприятно отзываясь в голове короткими вспышками боли. - Хорошо, - кивнул Паркер, но вопреки своему согласию он подался вперед и прижался своей гладко выбритой щекой к густой щетине Квентина, прикрывая глаза. От мужчины пахло одеколоном, смутно напоминающий старковский, такой же сильный и влекущий. Питер на мгновение позволил себе расслабиться и отдаться этому чувству. Когда Бэк впутал пальцы в волосы парня, то паучье чутье совсем успокоилось и стало так спокойно, так правильно, словно всё вокруг перестало иметь значение. - Нам пора, - тихо сказал Квентин, заставляя себя оторваться от мальчишки. – Пора, Питер. - Ага, - Паркер согласно кивнул, но не отпустил Бэка, лишь сильнее прильнул к нему грудью. – Да-да, сейчас. Квентин чувствовал горячее дыхание возле своего уха, от чего у него бежали мурашки, и тянуло внизу живота. Эти иррациональные чувства приводили мужчину в смятение. Он совсем запутался. Наконец, Питер с трудом заставил себя отпустить мужчину и быстро спрыгнул вниз, чтобы не передумать. - Догоняй! – крикнул Паркер и выбежал в коридор. - Да что же мне с тобой делать? – вздохнул Квентин и, подозвав дронов, медленно планировал вниз.

***

Когда Квентин услышал знакомый адрес, то что-то неприятно заворочалось у него внутри. А когда Фьюри озвучил, что это операция будет носить только захватнический характер, то он буквально посерел на глазах. Это был адрес его склада, на котором он нелегально продавал оружие. Он не считал это своим главным задельем, но пока это приносило прибыль, то Бэк полагал, что в таком способе заработка нет ничего зазорного. Тем более, что у него целый штат ученых и разработчиков, которых стараниями Старка никуда не берут, кроме как в Баскин Робинс. - Все ваши предложения вы можете изложить в письменном виде, а потом подтереться ими! – кричал Фьюри. – Я не намерен выслушивать ваши сопли! Паркер, меня в последнюю очередь волнует, что у тебя что-то там было в планах! Родина сказала: «Надо»! Поэтому молча взял костюм, втиснул в него свою задницу и сел в джет! - Но мистер Фьюри… - Питер Бенджамин Паркер! – Николас начал грозно идти на парня, замахнувшись какими-то бумагами. – Быстро. В джет! Питер понуро опустил голову и зашагал в самолет, думая, что у всех есть личное пространство и время, кроме него. До места назначения было несколько часов лёта. За это время Питер сумел выиграть несколько шахматных партий у телефона на самом сложном уровне, три раза собрать кубик Рубика и полностью изучить панель управления второго пилота. Квентин же просто сидел всё это время уставившись в телефон, практически ни на что не реагируя. Он экстренно активировал протоколы безопасности, чтобы в случае чего успеть замести следы. Мужчина успел предупредить несколько своих «работников», чтобы те на рожон не особо лезли и стреляли только предупредительными в «молоко». - Бэк, - привычно гаркнул Фьюри. – Ты в порядке? Странно выглядишь. «Вот ничего не укроется от его вездесущего глаза» - подумалось Квентину, но он ответил: - Да, полковник. Полный порядок. Ник согласно кивнул и вернулся к изучению бумаг. Весь полет Питер мельком поглядывал на Бэка, стараясь разгадать, что же скрывает тот. Но в виду его окружения, мысли у него были далеко не радужные. И даже если бы Квентин сказал ему о том, что у него кто-то есть, то Питер мог бы воспринять эту информацию гораздо более спокойно, чем ту, что мужчина собирался ему рассказать. По мере приближения к пункту назначения, чутье Питера разрывало его практически постоянно. Парень начал дергаться, нервно ходить на джету и барабанить пальцами по бедру. Когда он зашел на очередной круг, то Квентин поймал его руку и спросил: - Питер, ты в порядке? – глаза мужчины были полны беспокойства. - Да. Я… Всё хоро… - Мы на месте, - сказала Хилл, перебивая Питера, и сняла наушники. - Погнали, - Паркер подпрыгивал от нетерпения. Как только люк джета открылся, парень ринулся вперед, вполуха слушая инструкции Карен. Суть миссии заключалась в обезвреживании террористов, по возможности без смертей, и захвате всех бумаг, которые мало-мальски относились к делу. Как и предполагал Квентин, их уже ждали. Он взлетел и, махнув рукой, отправил несколько дронов на облет местности. Первые выстрелы зазвучали в отдалении. - Питер, блять… - мужчина бросился к парню, надеясь, что тот не успел схлопотать рикошетом пулю. Когда Бэк был на месте, то Питера уже и след простыл. Единственное, что говорило о том, что парень всё-таки был здесь – это связанные шок-паутиной преступники. Квентин мысленно извинился перед ними и быстро прошел вглубь доков. Взрыв был слишком громким. Даже не смотря на то, что впереди мужчины летело несколько дронов, его все равно откинуло взрывной волной. В наушнике тут же раздался голос Ника: - Бэк, где это членистоногое? - Я не вижу его, сэр. - Найди его. И сильно его не ругай, оставь это доброму дядюшке Фьюри, - мужчина хрипло засмеялся. Видимо, чувство опасности подстегивало в нем юмор. - Вас понял. Квентин поднялся и пустил дронов сканировать местность. - Объект обнаружен, - рапортовала система. Мужчина направился в указанный квадрат и, дойдя до места, застыл в изумлении. Питер лежал на земле со вспоротым животом, из которого, медленно пульсируя, вытекала кровь. Рядом с ним без сознания, но вроде, целыми лежали преступники. Бэк бросился к парню. Он опустился рядом с ним на колени и зажал рукой рану, чтобы хоть немного остановить кровь. Шок сменился растерянностью и сковывающим страхом. Кровь ленивыми толчками продолжала выходить из тела, пропитывая собой костюм Питера. Она сочилась сквозь пальцы Квентина, всё никак не желая останавливаться. Что-то похожее на ужас начало затапливать Бэка. - Очнись, дурак. Это всё не взаправду, - Квентин свободной рукой начал хлопать его по щекам. – Я не могу тебя вот так потерять. В его голосе было столько горечи, что во рту стало непривычно сухо. Язык словно прилип к небу, а челюсти напряглись, не желая размыкаться. Горло сковало спазмом. Квентин понял это только тогда, когда сумел сделать судорожный вздох. В это же мгновение всё вокруг него стало размытым и нечетким. Что-то прокатилось по его щеке и упало на руку, которой он зажимал рану. - Ну же, Питер… - сорвавшимся голосом произнес Квенитин и заплакал. Впервые за эти долгие годы.

***

Операция шла уже пятый час. Квентину разрешили остаться в предбаннике операционной, если он не будет мельтешить перед смотровым стеклом. Послушно сидя на скамейке, Бэк смотрел в пустоту. Вся его поза говорила о сломленности и сожалении. Он так и не умылся после того, как Питера забрали медики. Его руки - липкие от крови, неприятно стягивало. Удушающий сладковато-металлический запах забил ноздри, но, казалось, Бэк совершенно этого не замечает. За эти несколько часов, что Питер находился в операционной, Фьюри несколько раз подходил к Квентину, сначала прося, а потом угрожая, чтобы тот хоть немного привел себя в порядок. - Я дождусь конца операции, - монотонно отвечал мужчина. В итоге Ник махнул на него рукой, но всё же попросил Марию принести ему влажное полотенце и бутылку воды. Бэк с тихой благодарностью принял это и, не глядя, начал оттирать руки от крови. Липкая пленка сначала не хотела поддаваться, но медленно под монотонными движениями она начала слезать, ошметками оставаясь на белоснежном полотенце. Внутри у мужчины был полный раздрай. Мешанина из чувств и эмоций не позволяла ему нормально думать. Невероятный груз вины и ответственности лег на его плечи. Встать, чтобы дойти до туалета и выполоскать полотенце, практически насквозь пропитанное кровью Питера, представлялось непосильной задачей. «Это всё какая-то глупая шутка,» - думал Квентин. – «Это всё неправда.» Мужчина чувствовал себя ужасно, будто всё то, что он так старательно годами искоренял из себя, вырезал из своей сути, вновь вернулось. Стыд, вина, обреченность – словно он вернулся в то время, которое так не любил вспоминать. Бэк поднял взгляд на суетящихся за стеклом врачей и не различил ни одного цвета. Мир вокруг него стал черно-белым, будто немое кино. Безысходность накрыла Квентина с головой. Он откинулся на стену и медленно моргнул, стараясь прогнать наваждение. Прикрыв глаза, мужчина глубоко вздохнул, загоняя запах крови еще глубже в легкие. Перед глазами замелькали события нынешнего дня – с того момента, когда Питер жадно обнимал Квентина и до того, как теперь уже сам Квентин практически с нечеловеческой силой зажимал рану мальчишки. От этой боли, приютившейся в груди, хотелось выть. Мужчина сильнее стиснул зубы и закрыл ладонями лицо. Горячий, нутряной запах ударил в нос, от чего Бэка затошнило, а к глазам подступили слезы. И в это же мгновение его накрыла такая тоска, Квентин заплакал, вздрагивая плечами почти совсем как маленький ребенок. Слезы, катящиеся по его щекам, терялись в густой бороде, уши закладывало от давления. Часы, висящие прямо над Квентином, отсчитывали минуты до поражения. Спустя еще пару часов, хирург вышел из операционной, на ходу стягивая с себя окровавленный передник. Квентин, не стесняясь своих слез, быстро подскочил и устремился тому на встречу. Стянув маску, доктор заговорил: - Состояние стабильно тяжелое, но его регенерация поражает. Он быстро восстановится. Мутанты вообще очень живучие, - мужчина как-то недобро ухмыльнулся, что заставило Квентина сжать кулаки. – Отдохните, завтра он придет в сознание. Бэк молча кивнул и на негнущихся ногах направился на выход. Его изнутри раздирало дикое желание броситься к Питеру, чтобы убедиться, что с парнем все точно в порядке. А еще было бы лучше, чтобы это все оказалось неправдой – фикцией – представлением, которые Квентин уже несколько месяцев к ряду устраивал для ЩИТа. Жаркий воздух, который окутал Квентина как только он вышел на улицу, заставил его прийти в чувство. Он сразу же ощутил, как испарина проступила у него на лбу, как неприятно начало припекать спину под костюмом. И именно в этот момент Бэк понял, что он всего лишь человек. И, отбрасывая всё: желание мстить, гениальный ум, актерские способности, Квентин осознал, что он настолько пуст, будто бы вообще полый внутри. Вся его жизнь показалась ему такой маленькой и ничего не значащей, что от этой безысходности хотелось рыдать. Всё то, чем он заполнял своё существование – всего лишь иллюзия, неплохо замаскированная под правду. Мысль как вспышка сверхновой озарила его – отомстить Старку невозможно, потому что в сердцах каждого, кто знал его, жила Любовь. Память о Железном человеке будет жить не только потому, что он спас Вселенную, а потому что его любви хватило на эту самую Вселенную. Тони отдал собственную жизнь, чтобы у других была возможность любить. Квентину стало так тошно, что его вывернуло в ближайшую клумбу. Кто-то из персонала больницы поинтересовался о его самочувствии, но мужчина лишь махнул рукой и зашагал прочь. - Даже мертвому – я не соперник, - сказал Бэк, смотря на граффити Железного человека. Квентин упал на колени и расплакался совсем как ребенок: громко и навзрыд, совсем не стесняясь этого. Бэк чувствовал опустошение, словно внутри него всё выгорело дотла, словно не осталось совсем ничего ради чего стоило бы жить. Мимо него проходили люди, проезжали машины – жизнь шла своим чередом. Мужчина был повержен.

***

На груди Квентина было пятнадцать красных лазерных точек от прицелов направленных на него винтовок. Охранники беспристрастно держали пальцы на гашетках, в любой момент готовые нажать на них. - Я пришел сдаться, - сказал Бэк и опустился на колени, заводя руки за спину. Фьюри вышел вперед и жестом сказал всем опустить оружие. - В наручники его и в допросную. Звоните Паркеру. - Нет, не надо говорить Питеру, - Квентин дернулся, стараясь повернуться лицом к Нику. – Я всё расскажу, только не говорите ему. Мария замерла в нерешительности. Взгляд мужчины пробрал её до костей – в нем было столько боли и сожаления, что ей хотелось было поверить, но солдатская выучка сделала свое дело. - Это агент Хилл, - отчетливо сказала женщина. – Главный офис ЩИТа. Десять минут. Квентин рыкнул от безысходности и позволил себя увести, перестав вырываться. Сидя в допросной, Бэк отвечал на все вопросы, которые ему задавали Фьюри и Хилл. Он беспристрастно говорил о работе в Старк Индастриз, о своих разработках, щелчке Таноса и всем том, что мало-мальски относится к делу. Ник слушал внимательно, грозно поглядывая своим единственным зрячим глазом. Он даже посочувствовал бы Квентину, но когда в комнату внесли ноутбук с записями камер из личного архива Бэка, то сочувствие как-то отступило на второй план. На видео – разработка плана нападения, в документах – подсчет возможных жертв из гражданских, на остальных файлах – бухгалтерия. - А ты основательно подготовился, Бэк, - задумчиво сказала Хилл, просматривая очередной документ. Квентин отвел взгляд и вздохнул. У него совсем не осталось сил притворяться, юлить и строить из себя инопланетянина. Фьюри смерил его долгим взглядом, а потом облокотившись на стол локтями, спросил: - Ради чего ты всё это затеял? – его голос полон скрытого гнева. - Чтобы отомстить Старку, - Квентин даже не повернулся в сторону мужчины. – Он забрал у меня всё, я хотел сделать тоже самое, но он погиб. Тогда я решил, что всё равно отомщу, уничтожив его наследие. Но… - Бэк замолчал, нахмурив брови. – Но потом появился Питер. - И при чем здесь мальчишка? – Ник нарочно задал этот вопрос небрежно, провоцируя. Квентин проигнорировал эту подколку и спокойно продолжил. - Нет никакой особой для этого причины. И никогда не было. Просто все получилось так, как получилось, - Квентин отпил немного воды из бутылки и поставил её на место. – Вы уже всё рассказали Питеру? Фьюри и Хилл проигнорировали этот вопрос, продолжая молча просматривать документы. Квентин не стал настаивать. Спустя какое-то время, дверь допросной распахнулась и, прорываясь сквозь охранников в комнату вошел Питер. - Квентин, - голос мальчишки был испуганным. – Мистер Фьюри, что происходит? - Так! Кто пустил его сюда? – Ник обернулся и зло глянул на охранников, а потом перевел взгляд на Паркера. – Паркер, вон отсюда! Всё потом! - Я никуда не уйду! – взъерепенился он, когда охранник прикоснулся к его плечу. – Что. Происходит? - Ну так что? – этот вопрос уже был адресован Бэку. – Сам расскажешь или мы? - Я расскажу, только оставьте нас, - тихо ответил мужчина. Ни Фьюри, ни Хилл не стали спорить. Они поднялись со своих мест и вышли из допросной, прикрывая за собой двери. Как только замок тихо щелкнул, Питер бросился к Квентину и упал перед ним на колени, заглядывая тому в глаза. - Что происходит? Почему ты в наручниках? – теплые каштановые глаза были полны беспокойства. – Квентин… - Это всё я, Питер, - тихо сказал Бэк. – Всё это время это был я. - Что? В смысле ты? О чем ты? – Питер искренне не понимал, о чем говорит мужчина. - Все эти элементали, нападения. Это всё я, - Квентину показалось, что на это признание он потратил все свои силы. - Что? – с горем пополам смог выдавить из себя Паркер, и мужчину разозлила такая наивность. - Боже, Питер, - Бэк всплеснул руками. – Ну вот как маленький, в самом деле. Что тебе не понятно? Это был я! Всё это время был я! Все эти нападения. То, что я рассказывал про другую вселенную – тоже бред! Да Боже мой! Это всё неправда, - на одном дыхании выпалил мужчина. Питер ошарашено смотрел на него, стараясь понять, хотя даже больше принять правду. Паркер быстро поднялся на ноги и отошел на пару шагов. Он завел руку назад, стараясь нащупать стену, чтобы не упасть. - Как? – тихий голос мальчишки, словно раскаленное железо, ворвался в сознание Квентина. «Теперь он знает» От этой мысли Бэка затопило облегчение. Он спокойно выдохнул и, чуть улыбаясь, посмотрел на Питера. Мальчишка до сих пор был шокирован и не реагировал практически ни на что. Он глупо хлопал глазами и хватал ртом воздух. «Вот и всё» - Вот и всё, - вслух сказал мужчина. Паркер быстро подскочил на ноги и рванул к двери. - Я виноват, Питер, - мальчишка замер на мгновение, но потом решительно открыл двери и вышел, оставляя Квентина одного.

***

Единственное, за что Фьюри всё-таки уважал Бэка, так это за то, что тот не выдал своих подельников. Ник понимал, что их всех объединяло желание отомстить Старку, но если бы не жертвы среди гражданских, то… Расследование установило, что основным процессом управлял Квентин. Он сам координировал большинство своих операций, а те, кто работал с ним, лишь давали ему некоторые, скажем так, приспособления. Однако же личности некоторых соучастников удалось установить, и их закрыли на несколько пожизненных. Самого же Квентина ждал электрический стул. Его поместили в отдельную камеру в самом охраняемом крыле ЩИТа, где и муха не могла пролететь, чтобы не остаться не замеченной. Еще до суда всем было понятно, что из этой камеры он выйдет только первый и последний раз. К Квентину никого не пускали: ни родственников, которые даже и не подозревали, что он вернулся после щелчка, ни друзей, ни Питера. Бэк несколько раз слышал, как Питер ругался с охранниками, которые не пускали его, и, при таком явном желании, он мог бы с легкостью пройти, просто отодвинув их, но он не приходил. «Боится» Хотя, по сути, чего мог бояться Питер? Он – мутант, силы которого в несколько раз превосходят силы обыкновенного, даже тренированного человека. Черт, да он вибраниумную руку Зимнего Солдата останавливал. А тут – бойцы ЩИТа – люди, пусть и тренированные. Квентил опустился на койку, ровно в тот момент, как сработал электронный замок. В камеру вошел Фьюри, и дверь за ним тут же закрылась. - Квентин, - мужчина кивнул в знак приветствия. - Ник, - Бэк тяжело и со вздохом поднялся. - Завтра будут зачитывать приговор, - без предисловий начал Фьюри. – Я полагаю, что тебе и без того понятно, что будет дальше. - Глупо было бы предполагать что-то другое, - Квентин пожал плечами и почесал заросшие щеки – бритву ему не доверяли. Ник подошел к окну, что располагалось возле самого потолка, и продолжил: - Знаешь, я ведь тоже поверил тебе. И ты так натурально рассказывал о другом Мире, что в это хотелось верить. Черт, я не существовал пять лет, а потом опять вернулся. Конечно же я в это поверил, - он усмехнулся и развернулся к Квентину. – Последнее желание? - Я хочу поговорить с Питером, - твердо сказал Бэк. - Хорошо, - Ник кивнул. – А, да, вот, - он достал из внутреннего кармана большую книгу в мягком переплете. – Для досуга. «Убить пересмешника». Действительно, смешно. - Спасибо, - Бэк взял книгу и почувствовал, что та гораздо тяжелее, чем выглядит. - До свидания, Квентин, - сработал электронный замок. - До свидания, Ник. - И, Квентин, - Фьюри обернулся. – Не торопись, прочитай книгу вдумчиво. Мужчина дождался, пока за Фьюри закроется дверь, а затем он открыл книгу. Внутри, среди аккуратно вырезанных страниц, лежал складной нож. Квентин долго разглядывал его, будто бы он мог дать ему ответы на те вопросы, что роились в голове. Спустя некоторое время Бэк отложил книгу, оставив нож внутри. Как и ожидалось, нож молчал. «Оружие не убивает людей, оружием убивают людей» Мужчина лег на койку и заложил руки за голову. Потолок над ним был невероятно белый: без единой трещинки, без шероховатостей и неровностей. Это даже немного напрягало, словно не человеческой рукой это было сделано. От редкого моргания глаза заслезились, и Квентин закрыл их, проваливаясь в беспокойный сон. Ему снился Центральный парк, находящийся в самом сердце Нью-Йорка; зеленые деревья взмывали ввысь, отбрасывая длинные тени. Квентин удобно расположился на пледе в тени одного из них и, привалившись к стволу, наблюдал за детьми, играющими на площадке. Рядом с ним сидел Питер, прикрыв глаза. - Хорошо, - сказал парень. - Да, хорошо, - подтвердил мужчина. - Это ненадолго, - Паркер недобро ухмыльнулся. – Квенти-и-и-ин… Бэк обернулся на мальчишку и не увидел его, словно тот сквозь землю провалился. Всё вокруг приобрело красноватый оттенок из-за кровавых туч, что затянули небо. - Питер? Никто не ответил. Мужчина поднялся на ноги и направился в сторону застывших людей, смотрящих куда-то в сторону. Он протиснулся вперед и застыл – распятый на собственной паутине между деревьев висел Человек-Паук. На его голове был терновый венец, впившийся своими шипами в лоб мальчишки. Всё лицо Питера было залито кровью, он что-то шептал, поглядывая на толпу не поднимая головы. Квентин не мог разобрать слов, уносимых ветром. Он попытался подойти ближе, но охранники, почему-то одетые как римские легионеры скрестили копья, не пуская. - Питер! – громко крикнул Квентин. – Питер! Мальчишка поднял голову и слабо улыбнулся дрожащими губами. - Я прощаю тебя, - сказал он. – Я прощаю вас всех. От этого он совсем обессилил и куколкой повис на паутине. Бэк с ужасом смотрел на разворачивающуюся перед ним картину. Он крепко сжал кулаки, тут же ощущая, что в них что-то есть. Он поднял руки и раскрыл ладони – в каждой блестели серебряные монет. Позади кто-то усмехнулся. - Я не хотел… - прошептал Квентин. Мужчина обошел его и встал впереди. Некто даже не обернулся, но Бэк узнал в нем Старка. - Тони… Мужчина обернулся. Его лицо было испещрено сеткой тонких шрамов, а к правой руке прикипела броня, сам же костюм Железного человека был полуразрушенным, но свет реактора упрямо бил в глаза. - Ты предал его, Квентин, - голос Старка был глухим и тяжелым, но осуждения в нем не угадывалось. – Ты предал моего сына. - Я не хотел, - повторил Бэк и шагнул ближе. – Я… Ты забрал у меня всё, я хотел отомстить. Старк покачал головой и едва улыбнулся. - Это всё не о нас. Это всё, - Тони обвел руками толпу, стоящую вокруг них. – О них. О детях, о будущем, о наследии, что мы оставили, - он устремил свой взгляд на Питера и тяжело вздохнул. – Но нет покоя голове в венце. - Я так виноват, Тони! – Квентин упал перед Старком на колени. – Я так виноват. - Но нет покоя голове в венце, - повторил Тони и растворился в воздухе вместе с толпой. Бэк проснулся от собственного крика и тут же сел на кровати, оглядывая свои ладони. Никаких серебряников в них не лежало. Мужчина жестко растер лицо пальцами и выглянул в окно. На небе занимался рассвет. Через несколько часов Квентину подали завтрак и костюм-двойку. Он беспрекословно переоделся и сел на койку в ожидании сопровождения. Сегодня должны были зачитать ему приговор. Бэк понимал, что ожидать чего-то другого, кроме смертной казни – глупо, но какая-то надежда теплилась в нем. Он невидящим взглядом смотрел на дверь, отсчитывая секунды до своего окончательного поражения. Из медитативного состояния Квентина вывел тихий щелчок двери. Его взгляд стал осознанным, а потом, когда он увидел стоящего на пороге, удивленным. Питер смело, но не уверенно вошел в комнату и прислонился спиной к закрывшейся двери. - Привет, - глухо поздоровался Бэк, чуть улыбнувшись. - Привет, - голос парня был совсем бесцветным. Они оба замолчали, избегая столкновения взглядами. Паркер мялся возле двери, не решаясь сделать шаг вперед. Квентин так не кстати вспомнил свой сон. - Но нет покоя голове в венце, - слова вырвались прежде, чем мужчина успел это осознать. - Откуда ты это знаешь? – колюче спросил Паркер, подходя ближе. - Ты мне поверишь, если я скажу, что это мне приснилось? - Нет. Я теперь тебе вообще верить не могу, - Питер присел на край койки достаточно далеко от Квентина, но при желании смог бы достать его рукой. - Да, я понимаю, - задумчиво покивал Бэк. – Меня казнят, кстати. - Что? – ужас Питера было не передать словами. - Фьюри ходатайствовал о нескольких пожизненных, мол, я еще могу пригодиться, но это международный конфликт. Европейские страны выступили за казнь, – Бэк пожал плечами. – Да я и не против. Я побежден по всем фронтам. Прости меня, Питер. - Квентин… - мальчишка всхлипнул и, забравшись с ногами на постель, обнял мужчину. - Я знаю, Питер, - Бэк взял в ладони лицо Питера и поцеловал его в мокрые щеки. – Я знаю. Мальчишка разрыдался еще сильнее. Он как слепой щенок начал целовать Бэка куда попало. Квентин мягко остановил парня и первым прикоснулся к его губам своими. Поцелуй отдавал горечью грядущей утраты и солью слез. Бэк быстро скользнул языком в рот Питера, навсегда запоминая это чувство. Не разрывая поцелуя, мужчина на ощупь нашарил под подушкой книгу, а затем нож, лежащий внутри. Он сжал его в ладони, а потом, раскрыв, уронил на колени Питеру. Мальчишка тут же оторвался от Бэка и с испугом посмотрел на него. - Что это? - Нож, - тихо ответил мужчина. - Откуда он у тебя? - Я – иллюзионист. Достал из шляпы, - неуместно пошутил Бэк. - Просто скажи хоть раз правду, - Питер вздохнул. – Пожалуйста. - Мне дал его Фьюри. И сказал хорошо подумать, но, вчера, когда я взял его с собой в душ и занес над запястьем, то понял, что я не могу этого сделать. Этого будет недостаточно для искупления. - Квентин, я… - Дай мне закончить, - мужчина перебил Паркера. – Я всю жизнь хотел быть похожим на Старка. Я даже эту программу создал, чтобы его впечатлить, а он разрушил всё, к чему я стремился. И тогда я захотел отомстить. Долгие годы я носил под сердцем свою месть, а потом, когда уже всё было практически в моих руках, Старка не стало, - Квентин щелкнул пальцами, а Питер вздрогнул. – Вот так. Как можно отомстить мертвецу? И тут появился ты. Весь пышущий идеями, желанием помогать. И я подумал, раз уж не Старку, то его наследнику. Вообще, изначально мне от тебя нужна была Эдит, но ты оказался не таким глупым, как мне говорили. Тогда мне пришлось менять планы. Изначально – это все было лишь обманом. А потом я сидел возле тебя в палате, когда ты был без сознания. А потом мы сбегали от Фьюри и ели мороженое в Центральном парке. И я изначально понимал, что не было ни единого шанса на то, что всё закончиться хорошо. Поэтому, Питер, - Квентин вкладывает в руку парня нож. – Я прошу тебя, помоги мне искупить всё то, что я натворил. Паркер ошарашено смотрел то на Бэка, то на нож. - Я не палач, - прохрипел Паркер. - Это не казнь, Питер. Это искупление. Я не хочу, чтобы из этого сделали шоу. Пожалуйста, Питер, дай мне уйти достойно, - Квентин нажал кнопку на рукояти, и лезвие выскочило из пазов. – Я не прошу твоего прощения, нет, я знаю, что это невозможно, но, пожалуйста, Питер. Никто не заслуживает быть униженным на пороге смерти. Питер посмотрел своими огромными оленьими глазами на мужчину и опять всхлипнул. Всё это время, что говорил Бэк, мальчишка продолжал беззвучно плакать. Паркер сжал в руке нож, и на него словно снизошло озарение – если он сейчас откажет, то Квентин не станет настаивать. Ведь это просьба, даже скорее мольба. А еще Питер понял, что значит фраза про венец. Старк, сделав Паркера своим наследником, не только дал ему имя, деньги и возможности – он водрузил на его голову корону, изнутри оплетенную терновыми ветками. И как бы не хотел этого Питер, но теперь он не принадлежит сам себе – ответственность за судьбы других легла на его плечи. И это решающий момент, когда мальчишка должен доказать, что Тони не ошибся. - Я прощаю тебя, Квентин, - парень подсел ближе. – За всё. Бэк покорно склонил голову и Питер, привстав, поцеловал его в лоб. «Какое же у тебя большое сердце, Питер. Как же хорошо тебя воспитал Старк» - Это ведь всё не о нас, - произнес Квентин слова Тони из своего сна. – Это всё о нашем наследии. Помни об этом, Питер. - Квентин, я люб… - Паркер не успел договорить, как Бэк крепко сжал его кулак и направил нож себе под ребра. От испуга и неожиданности Питер дернул рукой, стремясь её убрать, но этим движением он лишь провернул нож. Белоснежная рубашка начала быстро окрашиваться в красный. Кровь лилась из раны прямо на руки Паркера. В воздухе повис удушающий запах железа. Ослабевший мужчина повалился вперед, утыкаясь лицом в шею мальчишки. Горячие слезы обожгли кожу Питера, но он лишь сильнее прижал Квентина к себе, впутываясь пальцами в его волосы. - Я прощаю тебя, я прощаю тебя, я прощаю тебя, - словно в горячке шептал Паркер. – За всё прощаю. - Спасибо, - прохрипел Бэк, харкая кровью на рубашку Питера и делая последний вдох. Через мгновение тело Квентина совсем обмякло. Мальчишка еще сильнее прижал его к себе, утыкаясь носом в волосы мужчины. - Но нет покоя голове в венце, - прошептал Питер и заплакал, как маленький ребенок, – громко и навзрыд.