Семь воронов/Sieben Raben

      Эрен наслаждался этим мгновением тишины. Тишины и спокойствия. Никакой травли, никаких неприятных разговоров. Просто немного времени побыть наедине с собой. Роскошь, которую он сможет позволить себе, казалось бы, никогда.       Он сидел один за столиком в дальнем углу кафетерия. Наступила ночь, окутав территорию школу удручающей темнотой, что было противоположностью теплому комнатному свету.       Как будто бы здесь он был в безопасности. Чтобы расслабиться… чтобы выдохнуть…       Потому что это он смог позволить себе только сейчас. Сейчас, когда Армин надежно спрятан в комнате Леви. И никому до него не будет дела.       Пока что…                      Эрен задумчиво огляделся, изучая уставшими глазами пустой кафетерий. Он увидел только одного ученика, сосредоточенно читавшего книгу. Также он заметил посудомойщиков, усердная работа которых была слышна из подсобки. А также радио, проигрывавшее тихую музыку, которая в этот же момент сменилась новостями. — А теперь к вечерним новостям. Рано днём в особняке на улице Шиганшина полиция обнаружила несколько трупов. Число жертв составляет не менее тридцати мужчин. Предположительно, жестокое насильственное преступление, совершенное группой лиц по предварительному сговору. Полиция предупреждает жителей не выходить на улицу в одиночку и оцепила крупную часть территории. Власти призывают общественность дать показания и ищут потенциальных свидетелей. Однако начальник полиции Эрвин Смит отрицает какую-либо связь между этим происшествием и убийствами за последние две недели… — Что происходит с этим городом? — Эрен услышал громкий голос одного из сотрудников. — В самом деле. Трост всегда был пороховой бочкой, но за последние несколько недель ситуация, похоже, ухудшилась… — Теперь и на улицу страшно выходить…       «Или на территорию школы»       Эрен устало потер глаза, вдруг осознавая собственную ситуацию. Всё казалось каким-то сном, иллюзией: тихий кафетерий, вечерняя тишина и дружелюбная фоновая музыка по радио, до того как передали последние новости.       Это казалось таким… мирным. По крайней мере, в моменте.       Потому что, в конце концов, игра продолжается…       Эрен понятия не имел, чего ждать от завтрашнего дня. Что бы он… не увидел. Его воображения и фантазии уже хватало, чтобы свести с ума.       Куда он попал? Кто бы мог подумать?       Когда он впервые узнал об этой школе, она показалась ему обычной школой для богатых учеников. Ничто не предвещало беды.       Всё обман. Красивый фасад, ничего более. Гениальная система, позволяющая скрыть уродливую правду за хорошей репутацией, красивым школьным двором и шикарной школьной униформой. Ничего такого, чего не знал бы мир…       И всё же… почему он сразу не заметил? Неужели он был настолько наивен и слеп?       Почему он узнал об игре только сейчас? Об игре, которую отвергал всеми фибрами души. С правилами, которые он считал просто омерзительными. С игроками, которые выводили его из себя.       И теперь… он стал частью этого.       Семь дней…. У него больше не осталось времени. И тогда его спокойное время закончится. Срок действия его щенячьей защиты (он ненавидел этот термин) подходил к концу. И тогда на него начнут «охотиться».                      Эрен едва сдержал смех. Охотиться на него. Смешно.       Он не боялся Сатаны и его головорезов. Пусть только подойдут. Он чувствовал себя достаточно сильным и уверенным, чтобы позаботиться о себе и об Армине. Однако, он понимал, что это не долгосрочное решение.       Тем более это не поможет другим ученикам. Для них ничего не изменится.       Да и его пребывание в школе – вопрос времени. Даже если он выйдет сухим из воды… Для Армина этот ужас продолжился бы. Пока он только мог тянуть для него время, больше ничего.       У Эрена скрутило живот от мысли, что его другу вновь придется столкнуться с этим кошмаром в полном одиночестве. Как он в панике запирается в своей комнате, не решаясь одному сходить в туалет… пока они всё-таки не поймают.       Нет.             Он не хотел этого допустить. Ему нужно было воспользоваться этим на той неделе и найти способ закончить игру…       «Нахера мне это дерьмо», — выругался он, раздраженно взъерошив волосы. В конце концов, у него были и другие заботы. Он правда мог бы обойтись без этого говна!       Но теперь он уже ничего не мог изменить. Что произошло, то произошло.       У него не оставалось иного выбора кроме как справиться с этим. Он беспокойно заерзал на стуле, пытаясь найти удобное положение. Он хотел бы остаться здесь ещё на некоторое время. Здесь, где он нашёл покой и тишину, в которых так отчаянно нуждался.       День слишком затянулся. Он даже не чувствовал голода, отчего его пребывание в кафетерии было излишним. Он просто был слишком вымотан для этого.       Но, по крайней мере, он мог насладиться несколькими минутами тишины…       …По крайней мере, до тех пор, пока в кафетерий не ворвались сразу несколько знакомых лиц, заставив Эрена застонать.       Он увидел Мику, Аомине, Незуми, даже Кагеяма и Хибари были с ними.       «Что они здесь делают?»       Но ответ оказался излишним, когда он встретился взглядом с Незуми. Он тут же направился к нему, остальные последовали за ним.       «О, они ко мне?»       Очевидно, они его искали…. Но зачем? — Эрен, — начал Незуми, ещё даже не успев подойти к столу, в спешке даже пропустил приветствие.       Эрен наблюдал, как его одноклассники собрались за его столом, уставившись на него. — Привеееет, — намеренно растянул приветствие он. Эрен ясно дал понять, что относится к их визиту крайне недоверчиво и очень скептически настроен к их внезапному появлению. — Мы можем поговорить? — Меня что, сейчас будут бить? — с ноткой едкости произнёс он. В конце концов, он не знал, как еще справиться с этим представлением. Все пятеро серьезно взглянули на него, не двигаясь, даже не меняя выражений лиц. Даже когда он небрежно уселся на своём стуле, глядя на них и ожидая реакции.       Очевидно, они хотели сохранить серьёзность своих намерений. — Да валяйте, — вздохнул он, сев поудобнее. Словно по команде, они подвинули стулья, дабы занять места. — Ну, так что? — Эрену больше не хотелось терять времени, желая побыстрее со всем этим разобраться. По их угрюмым лицам он уже догадывался, что разговор будет не из приятных. За один вечер он уже был сыт этим по горло. Потому энтузиазмом он особо не блистал. — Мика рассказал нам о вашем разговоре, — начал Незуми, что заставило Эрена взглянуть на блондина, о котором шла речь. Выражение его лица было таким же безэмоциональным, впрочем, как и всегда. Тем не менее, было заметно, насколько он был серьезен и насколько важным он считал последовавший за этим разговор.       Но у Эрена больше не было сил подыгрывать, и потому не скрывал своей не заинтересованности. — Ну и? — Мы просто хотели тебя предупредить. — Спасибо, но на сегодняшний вечер мне достаточно хороших новостей. — Мы хотим предупредить тебя о Сатане, — более четко выразился Аомине, что заставило Эрена прислушаться.       Сатана… на самом деле, это была хорошая возможность узнать о нём больше. До сих пор Эрен знал только, как он выглядит. Он понятие не имел, что за человек скрывался за этим прозвищем. — Кто такой Сатана? — заинтересованно спросил он, — и почему его все так боятся? — Карино Кохей, — вновь взял слово Незуми, — он сын одного влиятельного сенатора. — Насколько влиятельного? — тут же захотелось узнать Эрену, на что Хибари ответил: — Намного больше, чем ты думаешь. — Прежде чем Незуми успел удариться в подробности. — Говорят, он в хороших отношениях с королевой.       «Ой. Это тяжелая артиллерия.» — Он мог бы застрелить кого-нибудь на улице и не угодить за это за решетку. Его отец за него всё решит.       Осознавая, что теперь его борьба с игрой стала еще сложнее, Эрен откинулся на спинку стула.       «Дружок королевы… Кто бы мог подумать?»       Витамин Б. Всё что нужно, чтобы делать, что заблаговолится. — Поэтому он последний человек, с которым тебе нужно связываться.       Эрен чувствовал на себе их подозрительные взгляды, ожидающие его реакции. Но он не оказал такой услуги своим одноклассникам.       Но Эрен не думал строить из себя тут запуганного ребенка. Он относится к своему противнику серьезно, но это не означает, что он будет его бояться. — Держись от него подальше, — вновь настаивал Мика, поскольку Эрена это не испугало, — и раз уж мы об этом заговорили: от Акисе тоже. — Акисе?       Сын заместителя. Без которого бы Эрен не узнал об игре. Тот, кто считал себя одним из плохих парней и которого, кажется, не особо любили другие ученики. — Он прав. Лучше игнорируй этого придурка, — прорычал Аомине, чем вызвал любопытство у Эрена. — Кажется, вы хорошо его знаете. — Все его знают… и что он сделал. — А что он сделал? — Он довольно знаменит, наш маленький первоклассник, — вновь заговорил Незуми, — он единственный из класса, кто уже играет. «Он уже в игре?» — Я думал, только на втором году… можно присоединиться к игре? — Так и есть. Но наш милый Акисе не хочет этого придерживаться. — Никто не рад тому, что он использует своё положение, чтобы участвовать. Но он всегда делал то, что хотел.       Слова Аомине раздались в голове Эрена, чуть ли не вызвав боль. — Он… он делает это добровольно? — недоверчиво спросил он. — Круче. Ему это ещё и нравится.       Эрен не понимал ни слова. Он отказывался в это верить. Почему вообще кому-то хочется добровольно вступать в эту игру? В таком возрасте? Да ещё и из-за удовольствия? — Это ещё даже не самое худшее, что он сделал. — Он поступил в эту школу только ради этой игры.       «Из-за игры?» — Все знают эту историю. Его отец, любимый Деус, пытался сделать всё, чтобы отговорить того. Но Акисе и не подумал. Как только он узнал об игре, ему очень захотелось попасть сюда… И он добился своего.       Эрен взглянул на Мику, Хибари и Кагеяму, которые всё ещё не торопились с объяснениями. Но как только он посмотрел на них, те слегка кивнули, подтверждая сказанные слова. — Как он узнал об игре? Я думал, это секретно? — А вот как. Акисе – детектив-любитель. По крайней мере, он всем так говорит. Уверен, он как-то проник в офис своего старика и все разнюхал.       По крайней мере, это объяснение казалось Эрену правдоподобным. — Но самое ужасное, что он пришёл сюда не один…       «Не один?» — Все его знают не потому, что он добровольно захотел присоединиться,… а потому, что привёл сюда своего лучшего друга. Который ничего не знал об игре.       Сначала Эрен подумал, что ему послышалось.       «Это сейчас серьезно?» — Да, Юкитеру. Маленький мальчик с каштановыми волосами, который ходит всегда рядом с ним.       Эрен сразу вспомнил лицо мальчика, которого он увидел, когда впервые встретил Акисе. — Жаль мальчишку. Акисе использовал влияние Деуса, чтобы заманить Юкитеру в эту школу, просто чтобы он играл вместе с ним. И, конечно же, правила ему вообще не сдались. «Неужели кто-то такой маленький может делать всё только потому, что он сын Деуса?» — А Юкитеру согласился? — Никто не знает, что на самом деле думает Юки,— вдруг взял слово Мика, что напугало Эрена, — он никого не подпускает к себе и проводит весь день в телефоне, что-то вечно печатая, чтобы ни с кем не разговаривать.       «Его можно понять. Тем более, он никого не знал в этой школе.» — Можно только догадываться, что у него в голове… Они оба в школе всего три недели. Он здесь никого не знает и, будучи бронзовым ребенком, он, возможно, напуган.       «Так значит, Юкитеру обычный горожанин. Интересно…»       Судя по всему, Деус очень привязан к Акисе и разрешает ему делать всё,что заблоговолится, позволяя оставаться безнаказанным… Хотя ему вообще трудно было представить этого ублюдка в роли любящего папы. К тому же, он знал, как Акисе относится к своему отцу. — В первый же день он показал Юкитеру, что делают третьеклассники с «неженатыми» детьми. Малец точно перепугался до чертиков. И теперь он делает все возможное, чтобы избежать наказания. В конце концов, эти двое знали друг друга уже много лет. Лучше всё же выйти замуж за друга, нежели за незнакомца…       Но тогда почему Акисе не дождался следующего года? Почему он уже сейчас заставил играть своего лучшего друга, хотя у обоих был еще год…?       Эрен не понимал, что творилось в голове у этого мальчика. И как он мог так поступить со своим лучшим другом. Но, по крайней мере, теперь он понимал отвращение к нему остальных школьников. «В этой истории я отношусь к тем мерзавцам, что тебе каждый может подтвердить. Я в точности как Сатана и получаю определенное удовольствие от игры.»       Если Акисе обо всем знал, почему всё равно поступил так? И что это за грустный взгляд был сегодня в раздевалке? — В тихом омуте черти водятся…, — услышал он шепот Аомине.       Да. Оказалось еще круче, чем думал Эрен. Эрен осознал это отчетливо. — Не знаю, как ты на это смотришь, но мы думаем это просто отвратительно, — презрительно фыркнул Незуми, сжав руки в кулаки, — заманить своего лучше друга в этот ад и тут же заставить играть вместе с собой. Друзья так не поступают!       «Совершенно верно…»       Хоть у Эрена и никогда не было друзей. Но у него была семья, с которой он бы никогда так не поступил. Неважно, какие были бы на то причины… — А у вас как было? — спросил он напрямую. В конце концов, ему и так приходилось по новой знакомиться со своими одноклассниками. Пара предысторий была бы кстати.       Выражение лица Незуми тут же смягчилось, и он слегка улыбнулся. — Однажды, когда Сион узнал об игре, он вечером тайком мне написал. Правила, уловки директоров, наказания… Когда я всё-таки решился приехать сюда, Сион всячески меня отговаривал.       «Неудивительно. Наверное, на его месте я бы поступил также.» — Он звонил мне, наверное, раз двадцать в день, чтобы поговорить со мной. Кажется, он даже прогуливал уроки. А когда я оказался здесь, а обратной дороги уже не было, он успокоился… и был благодарен. — Правда? Он не расстроился? — Нет… Уверен, он обо всем мне рассказал, потому что подсознательно хотел, чтобы я приехал сюда. Хотя сам он никогда бы в этом не признался… Я видел, как загорелись его глаза в тот день. Хоть он и назвал меня тогда тупым идиотом, — хихикнул Незуми, придавшись воспоминаниям.       «Похоже, они были больше чем друзьями еще до игры…» — Когда Юу и я впервые услышали об игре, — вновь взял слово Мика, — мы направлялись в класс. Посреди коридора, в окружении третьеклассников он, разумеется, взял меня за руку и громко крикнул на весь коридор: «Я беру Мику! Все слышали?! Он мой!»       «Да, это было в стиле Юу» — Я спросил его тогда, всерьез ли он. Я был уверен, он просто хотел устроить шоу для старшеклассников. Но он совершенно серьезно произнес: «Ты и никто другой». До сих пор помню, как был удивлен, что при этом он выглядел таким счастливым. Как будто игра его не пугала, пока мы держимся вместе. — При этом черты лица Мики были непривычно расслабленными.       «Посмотрите-ка…»       Видеть, как Мика мечтательно улыбается, было просто настоящим событием.       Эрен кивнул Аомине. — А что насчет тебя? — Ох..,, — раздраженно рыкнул он, почесывая мизинцем ухо, — Кисе, этот придурок, тоже поначалу не хотел играть. Он сопротивлялся и ругался, что никто в жизни его не заставит и что он просто хочет играть в баскетбол. Бла, бла, бла… — Полагаю, тебе это не понравилось. — Да. Когда мы были в первом классе, я на это не особо обращал внимания. Но когда мы перешли во второй класс, этот упрямец всё ещё собирался идти по пути сопротивления. В конечном счете мне удалось его переубедить.       Эрен едва не рассмеялся. — И как же ты его убедил? — Мне пришлось пообещать ему, что если он присоединится к игре со мной, я до конца года буду проводить с ним столько матчей один на один, сколько он захочет. Я еще никогда не видел этого идиота таким счастливым.       Аомине тоже не сдержал улыбки. Будто террор и страх, мучающие других учеников, на них больше не распространялись. Будто они… исцелились.       Он не мог найти слова лучше, дабы описать свое впечатление.       Эрен взглянул на Хибари, который, впрочем, как и всегда, был молчалив. — А ты что собираешься делать?       Хибари задумчиво на него посмотрел, пока, наконец, не вздохнул. — Сначала нужно всё завалить. Это сейчас самое главное. — А потом? — Это зависит от того, чего пожелает мой юный господин. Если он захочет играть, сделаю это вместе с ним. Если нет, буду его защищать. Плевать, дети сенаторов или нет. Любого, кто к нему прикоснется, я убью.       Холодные глаза, смотревшие на юношу, подтвержали его честность. Он правда это сделает. Он правда пошёл бы на всё ради маленького мафиози… — Ты бы играл с ним? — Я отдам жизнь за юного господина. К тому же, это моя вина. Это меньшее, что я могу сделать. — Почему это твоя вина? — Я узнал об игре слишком поздно. Слишком поздно и его уже зачислили. Я хотел рассказать об этом его отцу, чтобы лорд смог что-то предпринять. Но юный господин… Цуна… не хотел этого. — Он не хотел этого? — Он лишь сказал: я был так рад пойти с тобой в школу. Я не хочу отсюда уходить.       «Поэтому он больше не смог убедить отца Цуны. Бедолага.» — Он не хотел уходить из-за меня. Поэтому я сделаю всё, чтобы он не пожалел о своём решении. Я никому не позволю украсть его улыбку.       Эрен молча кивнул. Впечатленный тем, как далеко все готовы зайти, лишь бы защитить своих партнеров.       Он посмотрел на молчаливого Кагеяму, и тот, заметив его взгляд, ответил прежде, чем Эрен успел произнести свой вопрос вслух: — Я хочу кое-что исправить. — И что же?       Он спрятал руки в карманы пиджака, а часть лица прикрыл воротником. — Я люблю волейбол. Это моя страсть, как для тебя – боевые искусства. Я никогда не хотел заниматься ничем другим.       Эрен слушал еще внимательнее, сравнивая их между собой. — Но было время, когда я был близок к тому, чтобы бросить спорт. Никто не мог смириться с моим стилем игры, и потому приходилось проводить много времени на скамейке запасных. Меня тогда спас Хината. Я встретил его, когда нуждался в нем больше всего. И с тех пор он всегда был рядом со мной. Без него волейбол больше не приносил бы удовольствия…       Он серьезно посмотрел Эрену в глаза. — Со школой тоже самое. Я просто хотел играть с ним в волейбол, а он со мной. Поэтому мы подали заявки сюда вместе. И в этом плане ничего не поменялось. Даже когда мы узнали об игре.       «Это то, что я называю спортивным духом.» — Но, конечно, я переживал за Хинату. Он такой маленький и доверчивый. Остальные ученики могли бы… ну ты понял. Поэтому я хотел играть вместе с ним. Теперь пришло время мне спасать его. Сейчас я здесь ради него. И, возможно, когда-нибудь смогу стать платиновым учеником. Чтобы он и дальше могу получать массу удовольствия от волейбола, больше не беспокоясь об игре. Неважно, сколько времени это займет. Я буду пытаться столько, сколько потребуется. Я у него в долгу.       Теперь Эрен не мог сдержать улыбки. В облегчении, что в этой школе были не только ужас, тайны и интриги.       Нет… Здесь было гораздо больше. Хоть это и было оттенено насилием.       Каждый из них хотел помочь своему другу… Каждый из них был готов пойти на всё ради помощи. Он видел это в их глазах. В них не было никакого лицемерия, никакого обмана. Никаких сомнений и колебаний.       Он был благодарен, что парни пришли. Теперь он взглянул на это всё под другим углом и чувствовал, что теперь познакомился с ними настоящими.       И его порыв что-то сделать с этой игрой, был сильнее, чем когда-либо.       Жаль только, что он мог об этом подумать только сейчас.       Эрен вспомнил прошлый понедельник и то, как всё казалось таким безобидным, не считая некоторых маленьких тайн повсюду. В тот день, когда он только пришёл в школу, сделка между Армином и Карино еще не состоялась. Всё казалось более-менее нормальным… — Но почему? — спросил он сам себя, — в свой первый день я не видел никаких нападений или что-то в этом роде… Почему…       «…неужели я ничего не заметил?» — Это нормально, — вдруг выразился Незуми, — Это был первый день, когда наша щенячья защита только закончилась. Банды используют этот день для наблюдения. Они выясняют, кто не женат или у кого нет стабильного брака. Это не означает, что ничего не произойдет. Просто такое довольно редко…       «Это ненормально»       И в глазах Эрена ему не было оправдания, что он ничего не заметил. — Сейчас это неважно. Это в прошлом. Лучше дадим тебе пару советов на будущее. — Советов? — Как тебе следует тут вести себя. То,что у тебя еще длится щенячья защита, не означает, что всё будет мирно.       Остальные, кажется, были согласны с умозаключением Незуми. — Ладно… что я должен знать? — Во-первых: никогда не оставайся один! — предупредил его Аомине, холодно взглянув, — ни в спортзале, ни в классе, а уж тем более ни на школьном дворе. Неважно, в какое время суток.       Не успел Эрен ответить, как продолжил Хибари. — Правило номер два: никому не доверяй! Вполне возможно, что Сатана предложит еще больше сделок. Никогда не знаешь, кто поспособствует этому. Но способен на это каждый. — Правило номер три, — взял слово Незуми, — никогда не связывайся с учителями. Неважно, что они делают, неважно, что говорят… Держись от них подальше. — Учителя? — ещё одна вещь, которая не укладывалась у Эрена в голове.       Казалось, лишь та малая часть учителей, вроде Хисоки и Цукиямы, имели власть и влияние. Остальные казались… нормальными. Старые озабоченные мужички, но совершенно обычные. Как такое было возможно, что они умудрялись охотиться на детей сенаторов, бизнесменов и главарей мафий? Неужели они не боялись возможных последствий? — Это то, к чему тебе нужно побыстрее приспособиться. Хотя многие из них не так сильны, как, например, Изая или Сатана. Игра дает им особый статус, и с ним придется мириться.       «Особый статус?» — Хибари прав. Никто не связывается с учителями. Неважно, что они сказали, неважно, что сделали. Взамен они уважают наши правила. Это своего рода временное перемирие, которое и без того довольно хрупкое.       «Интересно… То есть даже у обыкновенных людей здесь есть власть, пока они работают учителями…?» — И как давно это? — Уже очень давно. Это началось с появлением игры.        Происхождение TSE… Эрену стоило признать, он хотел услышать эту историю. — Это началось где-то в начале пятидесятых. Старый мешок с костями, подобие учителя, изнасиловал тринадцатилетнего ученика. Мальчик тут же сообщил своим родителям, а те уже пошли к тогдашнему директору. Там завязался разговор между мальчиком, родителями, директором и учителем.       У Эрена было плохое предчувствие. Странно, что родители пошли к директору, а не в полицию. Кроме того, странно, что жертва была вынуждена находится в одной комнате со своим насильником… — А дальше было следующее: родители хотели замять это дело.       «Это было так очевидно!» — Они боялись, что их сын прослынет гомосексуалом и этот вопрос станет достоянием общественности. Родители дали взятки директору и учителю, чтобы те никому ничего об этом не рассказывали.       «ЧТО?!» — Они что, даже заплатили насильнику своего сына? — Да. И с этого момента начался настоящий ад.       «И это называется родители?!»       Эрен едва мог в это поверить. Мика был прав.       «Это богатые родители. Они не такие как мы»       Пока Эрен всё ещё пребывал в негодовании от поведения родителей, Незуми продолжил. — Слухи об этом разнеслись молниеносно и в одно мгновение все учителя начали издеваться над учениками. — А почему бы и нет? Ты остался безнаказанным, так еще и денег за это дали, — усмехнулся Хибари.       «Да. Учитывая всю ту фальшивую картинку, созданную этими тупыми родителями, неудивительно.» — Ситуация выходила из-под контроля. Директор школы делал всё, чтобы скрыть это от общественности, что ещё больше раззадаривало учителей. Ученики пытались защититься, нападая на учителей. Они кидались на учителей группами. Все скрыто, за закрытыми дверьми. Учителя мстили плохими отметками и наказаниями… Хотя с виду это была обычная школа с обычными уроками, но на самом деле там происходила маленькая война.       Эрену было трудно это представить. Неужели все в этой школе посходили с ума или, может, у него были чересчур другие ценности, чтобы с этим мириться? — Так, однажды, школьный совет придумал правила, чтобы урегулировать обстановку. При определенных условиях ученики должны были стать неприкасаемыми. Взамен никто больше не будет нападать на учителей. Оценки должны соответствовать успеваемости учащихся. На одном берегу – уроки,на другом – игры. Две инстанции, которые должны быть отделенны друг от друга. Учителя согласились, правила были приняты, и мы по сей день придерживаемся этого соглашения. И тебе тоже придется это делать.       Эрен об этом и не думал. Любой, кто захочет хоть дотронуться до него, сделает это только через его труп. — Посмотрим, — скучающе отозовался он, что, по всей видимости, расстроило Мику. — Эрен! Мы говорим серьезно! Соблюдай правила. — Посмотрим, — упрямо повторил он. — Если хочешь здесь прижиться, то подыгрывай. — А если я не хочу? — Эрен! Серьезнее! — Кажется, Мика по-немного терял терпение. — По-другому не получится. Иначе тебе придется столкнуться с последствиями. — Я сам могу о себе позаботиться, спасибо.       Вдруг Незуми активно замотал головой. —Ты не справишься в одиночку. Что бы ты ни сделал. — По-моему, у меня еще есть неделя, чтобы подумать.       Аомине рассмеялся, услышав это. — Да думай, сколько влезет. Это не сработает. Или думаешь, решение всех проблем явится из ниоткуда? — Что ты здесь делаешь?       В одно мгновение все перепугались, включая Эрена, когда увидели, как его учитель внезапно появился позади Аомине. Подойдя к их столику, Леви оглядел всю компанию.       «Какого черта он так делает?»       Эрен его вообще не заметил. — Сенсей? — Вы нас до чертиков напугали! — Это не ответ на мой вопрос, — равнодушно произнес он, отбросив обвинения в свой адрес.       Он казался разозленным. Выражение его лица тоже не олицетворяло хорошее настроение. — Мы просто хотели поговорить с Эреном.       «Почему он здесь? Почему он не в своей комнате…?»       Эрен не мог оторвать взгляда от Леви. Потому что он проигнорировал ответ Кагеямы. Он вообще не шевелился. Вместо этого он окинул группу пытливым взглядом. Быстро оглядев всех одноклассников Эрена, он, казалось, понял, о чем шла речь. Но виду не подал. Невозможно было угадать, о чем он думал. — Марш в свои комнаты. Уже поздно, — потребовал он и Эрен заметил, каким уставшим тот выглядел.       Эрен не знал, послушались они из-за того, что хотели избежать неприятных тем для разговоров или из-за этого странного правила. В любом случае, все тут же встали и заскрипели стулями по полу, создавая невероятный шум. Но они послушались. Ни обсуждая, ни задавая вопросов.       Эрен тоже хотел было встать, но почувствовал на своем плече руку, толкающую его обратно на стул. — Не ты. —Но- — Подождешь. — Почему? — Потому что я так сказал, — проворчал он в ответ. У него, правда, не было настроения.       Сбитый с толку Эрен сидел на месте, пока все остальные поправляли стулья, готовясь уйти. — Увидимся. — Услышал Эрен голос Незуми и увидел, как остальные одноклассники также попрощались с ним коротким кивком, прежде чем удалиться из кафетерия.       «Что за день…»       Как только его одноклассники ушли, Леви обессилено рухнул на стул рядом, откинувшись назад и слегка потирая переносицу. Его глаза были закрыты, а голова покоилась на спинке стула. Судя по его угрюмому выражения лица, он был очень напряжен и, казалось, запас его энергии был на исходе.       Он никогда раньше не видел сенсея таким. Даже по его меркам это было слишком.       Но он ничего не сказал. Ни слова.       Даже после того, как они уже некоторое время просидели в тишине друг напротив друга. — Как прошло с директором, если можно спросить? — напрямую задал вопрос Эрен. Он устал от этой тишины. И от головной боли, появившейся от этой же тишины. — Хреново, — злобно рявкнул Леви. — И почему я не удивлен? — саркастично пролепетал Эрен себе под нос. Он ни на секунду не поверил в то, что диретор сдастся. Не после всех этих историй, которые ему пришлось выслушать.       Вновь наступила тишина. То, что раньше его радовало, теперь раздражало. Эрен мог наслаждаться этим покоем только, когда находился один. Сидя за одним столом с Леви, тишина была неуместной. Особенно когда он выглядел вот так. Он правда очень сильно хотел ему помочь. Исключительно в качестве платы за то, что он предоставил убежище Армину. Но он ничего не мог придумать, чем бы можно было подзадорить его сенсея.       «Как утешить Леви?»       Эрен тяжело вздохнул и беспокойно заерзал на стуле. Он чувствовал, что бы он ни сделал, что бы ни сказал, это всё будет раздражать того. Поэтому лучшим вариантом было удалиться. — Мне тоже нужно- — Ты останешься здесь! — не так громко, но всё еще угрожающе произнес он. — Почему? — Потому что я хочу еще здесь чего-нибудь выпить. И ТОГДА сможешь идти. — Почему я должен остаться из-за того, что Вы хотите выпить? — Замолчи! — сварливо произнес он. Но Эрен и не думал. Он просто не понимал ни слова, а спорить с живой стеной было получше, нежели терпеть это молчание. — Хотите со мной о чем-то поговорить? — Что непонятного в слове «замолчи»? — Если не хотите со мной разговаривать, почему-       Вдруг ему в голову пришла идея. Идея, что он, может быть, всё-таки сможет помочь Леви. Небольшая спонтанная мысль, которая, скорее всего, сработает.       Он просто будет делать то, что умеет лучше всего: раздражать Леви. — Сенсей? А может быть такое, что Вы просто боитесь остаться один? — пошутил он, и один только убийственный взгляд, который он получил в ответ, стоил того. — Что?!       Эрен едва сдерживал смех. — Я просто имею в виду… а зачем мне еще ждать? Может, Вы боитесь темноты или-       Он не смог продолжить, потому что его оборвала резкая острая боль, которую он почувствовал на лице. Причиной тому была сильная хватка Леви, тот сжимал пальцами нос Эрена. — Снова твои фантазии, — раздраженно проворчал он, притягивая того к себе за нос, а вместе с этим и его самого. — Ой-ой-ой-ой! — простонал Эрен, рефлекторно хватаясь за запястье Леви. Попытка оторвать его от себя с треском провалилась. Он не мог от него избавиться. Как бы сильно не пытался оттянуть.       «Откуда у него столько силы?»       Леви перестал его тянуть. Но хватку между тем не ослабил. — Тебе нужно научиться хорошим манерам, — услышал он его тихий, но угрожающий голос.       Он чувствовал его дыхание на своем лице, настолько он был близок к нему. — Извините! — выдавил из себя Эрен, но из-за сдавленного носа получилось совсем не сексуально.       Он опасливо взглянул Леви в лицо, которому явно нравилось его мучить. Его сдержанная улыбка была отчетливо видна.       Зрелище, заставившее Эрена облегченно вздохнуть. Таким он нравился ему больше. Лучше уж садист Леви, чем Леви в депрессии.        «По крайней мере, кажется, ему стало лучше… ради такого можно и носом пожертвовать.» — Ну, мы хорошо ладим.       В это же мгновение Леви отпустил Эрена, и оба увидели мужчину, подошедшего к их столу. Многострадальчески потирая свой нос, Эрен узнал веселого повара. — Привет, Санджи, — поприветсвовал он его, — ты так поздно работаешь?       Веселый блондин с сигаретой во рту слегка улыбнулся. — Иногда приходится выходить в ночные смены. Ничего не поделаешь.       Он тут же взглянул на Леви, пока тот внимательно за ним наблюдал. — Снова новый коллега. Уже познакомились с новой школой? — Более чем.       Казалось, Санджи понял ответ Леви, отчего его улыбка в это же мгновение стала грустнее. — Как насчет чего-нибудь выпить? Успокаивает нервы. — Только если чего покрепче, — раздраженно проговорил Леви. — Я скорее имел в виду чай. — Не сегодня.       Эрен наблюдал за тем, как задумался Санджи, а затем, наконец, пожал плечами. — Ну ладно. Сделаю исключение.       Исключение, которым Эрен тоже мог воспользоваться. — Мне тоже, пожалуйста, — вставил свое слово он. На него тут же уставились две пары глаз. — Тебе нель- — Пожалуйста, сенсей! — тут же перебил он его. Его голос прозвучал так робко и слабо. Никаких намеков на то, что он хотел проявить неуважение. К тому же, он, как и Леви, был на грани отчаяния. — Хотя бы на сегодняшний вечер. Завтра я снова буду доблестным учеником, хорошо? — предложил он, не в силах сдержать свой голос, который звучал всё тише и унылее, — доблестным… ограниченным… совершенно ничего не подозревающим учеником…       Его вопрос в конечном счете прозвучал как просьба, а последняя часть была самым настоящим обвинением самого себя. Из ненависти за то, что только сегодня он узнал, насколько был слеп.       Эрен заметил испытавающий взгляд Леви сбоку, отчего почувствовал себя обязанным ответить ему этим же. Ему было немного не по себе от такого взгляда сенсея. Особенно, когда ему показалось, что он увидел в глазах Леви беспокойство.       Эта ситуация… почему-то тревожила его. Она его не устраивала. Это было напрасно.       Но Эрен не притворствовал. До этого Леви тоже честно показал ему, насколько был измотан. Сидя напротив него, он сбросил маску. Эрен хотел ему отплатить той же монетой и быть таким же честным. Леви позволил увидеть, насколько тяжело дался ему этот день и как его это всё мучает. А тем более, речь шла о чем-то алкогольном.       Теперь он готов на всё ради этого…       Серо-голубые глаза Леви, наконец, подобрели. Как будто вся твердость хоть на мгновение могла отпустить его. Как будто он… проявил сострадание.       Леви, наконец, кивнул, прежде чем вновь повернуться к Санджи. — У вас есть скотч?       Человек, к которому обратились, всё еще робко поглядывал на Эрена, очевидно, всё ещё опасаясь давать что-нибудь несовершеннолетнему.       «Это ведь еще даже не самое худшее, что происходило с несовершеннолетними в этой школе…» — Я беру на себя ответственность, — наконец произнес Леви, и Санджи молча отправился на кухню. — Спасибо, — прошептал Эрен, зная, что тот его услышал.       Леви не смотрел на него, вместо этого он уставился в пол, пока Эрен ждал конца этого дня. Он просто хотел хотя бы чуть-чуть поспать.       Он надеялся, что у него еще будет возможность напиться. Сейчас хотя бы он мог ненадолго избавиться от головной боли и угрызения совести.       Между тем, он и Леви не проронили ни слова. Вся информация, услышанная за сегодня, тяжелым грузом легла им на плечи. Казалось, шок парализовал их обоих.       Эрен понимал, что чувствовать такое странно, но… он был рад, что у Леви те же самые мысли. Это помогало ему не чувствовать себя таким одиноким.       Осознание, что есть кто-то еще, такой же новый здесь и ничего непонимающий… успокаивало его.       Именно в этот момент, впервые за долгое время он больше не чувствовал себя одиноким…       Вскоре вернулся Санджи и принес им обещанную выпивку, которую они выпили буквально в один глоток. Эрен слегка кашлянул, а Леви даже бровью не повёл. Тем временем, Санджи подсел за их столик, перевернув стул таким образом, чтобы можно было опереться об спинку и положить на неё подбородок. — фух Насколько я знаю, Вы – новый учитель физкультуры, — начал он и, судя по всему, был в более приподнятом настроении, нежели до этого, — могу я спросить, что теперь Вы собираетесь делать? Валить?       Услышав этот вопрос, Эрен рефлекторно насторожился, осмелившись взглянуть на Леви. — Этот придурок только этого и ждет, — сердито прорычал он. Видимо, он говорил о Чарльзе. — Тогда тебе предстоит пережить много дерьма.       То, как Санджи посмотрел на Леви… так серьезно и опасливо.       Кажется, теперь Леви находился под пристальным наблюдением своих коллег и учеников. Видимо, всем хотелось узнать, как он отреагирует. Как будет вести себя дальше. Все постоянно задаются одним и тем же вопросом: вступит он в игру или нет?       Вопрос, на который все хотели получить ответ… Кроме одного.       Эрен прекрасно знал, что Леви не будет играть. Он ценил своего сенсея и доверял ему настолько, чтобы придерживаться данного убеждения.       Он чувствовал себя с ним… да. Он чувствовал себя в безопасности.       Очень отличается от Хисоки с Цукиямой, которые вызывали в нем тревожные звоночки.       Не вдаваясь в подробности касательно Леви, Санджи теперь переметнул взгляд на Эрена. — А ты как, юнец? — Из-за игры? Просто прекрасно, — саркастично ответил он. — Я говорю не об игре, а о твоем классе, что был только что здесь.       Эрен выжидательно смотрел на него.       «Мой класс?» — Я всё слышал… я имею в виду, что все молчали и намеренно оставляли тебя в неведении.       Эрен демонстративно отвернулся, как только Леви вновь взглянул на него сбоку, в то время как Санджи продолжил говорить, как ни в чем не бывало. — Ты на них сердишься? — Почему ты спрашиваешь? — возразил он, пытаясь отвлечься от пытливого взгляда Леви. — Твое настроение сейчас невозможно понять. — Повар нарисовал в воздухе небольшой круг, как бы показывая лицо Эрена. — Поэтому и спрашиваю. Все бы поняли, если бы ты злился на свой класс.       Краем глаза Эрен заметил, как Леви, подвинувшись к столу, повернулся к нему, чтобы получше рассмотреть. Очевидно, ему было интересно, что ответит Эрен.       Но если не считать внутренней тревоги, вызванной взглядом Леви, он был абсолютно уверен. Его ответ так и остался неизменным. — Я нет. Я знаю, что имею на это полное право, но… я не могу.       «Невероятно, как один стакан алкоголя может завязать беседу»       Но это никак не меняло правду.       Теперь он знал, что сделал его класс и как они его обманули. Но он не сердился. И не обижался.       Как он мог так поступить, видя, как это мучило его одноклассников?       Он и так это хорошо видел. Еще когда они сидели с ним за столом. И хоть парни пытались это скрыть, они чувствовали себя виноватыми.       Иначе для чего им давать ему советы и отвечать на все его вопросы? Даже после того, как перешли на личное, и они рассказывали о своих отношениях…. Они не стеснялись. Не врали.       Вероятно, таким образом, они хотели хоть немного загладить свою вину…. По крайней мере, Эрену так показалось.       По этой причине он не поднял тему сделки, когда он еще сидел с одноклассниками. Он не видел причин для этого. Для него тема была закрыта. И он не обижался.       Нет. Напротив… — На самом деле, я, правда, впечатлен тем, что они все объединились, лишь бы помочь Армину… Если бы я оказался на их месте, я бы поступил точно также. Я злюсь на игру и на то, что она так долго существует. Но что насчет меня… Я по-настоящему рад, что попал в этот класс, где все друг за друга горой, несмотря на все эти издевательства над слабыми. Я не злюсь. Я… горжусь, — честно объяснил он, подвергаясь теперь не только испытыющему взгляду Леви, но и удивленным глазам Санджи. — Что? — в смятении спросил он, — у меня что-то на лице? — А тебе точно пятнадцать? — спросил Санджи с таким выражением лица, словно в него из пистолета выстрелили. — А что не так?       Растерянный взгляд Эрена заставил прийти повара в себя и чуть смыть с себя удивление. — Ничего, просто… это, правда, взрослая позиция. От подростка я скорее ожидал эгоистичных истерик…       Эрен точно бы вышел из себя. Совсем недавно он бы разбрасывал вещи, избивал виновных и кричал на жертв, которые тоже были в игре. Всё потому, что он не мог этого понять. Почему люди терпят всё это вместо того, чтобы бороться?       Но мир выглядел иначе. Вещь, которой он научил себя сам. Нет… Это был кто-то другой.       Он до сих пор хорошо всё помнил.       Это был обычный день. Однажды, лазая в интернете, он наткнулся на статью из википедии о Стокгольском синдроме. Он по сей день помнит, как расстроила его эта статья. Как же трудно ему было понять это явление.       И как он тут же побежал к капитану, чтобы спросить его об этом.       Боже! Он был упрямцем, отказывающимся принимать тот факт, что кто-то такое может терпеть и даже одобрять. Он вновь и вновь спрашивал у капитана причину. Причину, по которой люди думали и вели себя именно так.       Он очень хорошо запомнил этот момент. А еще ответ капитана. — Просто так.       Эрен мысленно хихикнул, вспомнив это и то, как озадаченно на это отреагировал маленький Эрен. Как он был ошеломлен и растерян и какое, должно быть, глупое выражение лица у него было в тот момент.       «Просто так», — сказал капитан. И больше ничего.       По крайней мере, пока не подозвал его, позволяя сесть к себе на колени. Именно туда, где нравилось бывать Эрену и слушать его мудрости. — Всегда помни, Эрен. Каждый человек индивидуален. И каждый человек реагирует по-разному. Особенно в сложной ситуации… К тому же, они поступают так не специально. Иногда мозг автоматически принимает решение за них. — Почему? — Самозащита. Вытеснения или такие явления, как стокгольмский синдром, являются защитными механизмами. Они должны помогать пострадавшим. Остальным это трудно понять, особенно если те не были в такой ситуации. — Я правда не могу это понять. Это же глупо… — Ты можешь думать, что хочешь. Но ничего это не изменит. Единственное, что следует делать – не осуждать жертв. Наказывать нужно виновных. Просто нужно быть осторожным и уметь отличать преступника от жертвы. — Потому что… многие преступники тоже были жертвами, верно? Должны ли мы тогда проявлять сострадание и к ним? — Это ты уже должен решить сам для себя, Эрен. — А что об этом думает капитан? — Мое мнение таково, что термины «преступник» и «жертва» существуют не просто так. Они разные и потому относиться к ним нужно тоже по-разному. Ни одна жертва не имеет права называться жертвой, если она воспользовалась своим положением с целью извлечения выгоды. Или если она решила стать преступником. Они знают, какую боль причиняют другим, и сознательно решают повторить ее. Их действия можно понять, но не обязательно их прощать. Сострадания заслуживают лишь те жертвы, что терпят боль, не перекладывая её на других.       Эрену тогда и десяти еще не исполнилось, но тот разговор крепко отпечатался в памяти. Тем более, он был уверен, что капитан тогда рассказал о своем личном опыте. Будто он уже пережил эти вещи, которые он передал между строк…       И с тех пор, как Эрен узнал об игре, он постоянно размышлял над словами своего капитана. И, прежде всего, потому, что он наконец-то по-настоящему их понял… — Просто я могу отличить жертву от преступника. Вот и все.., — Эрен вздохнул в свой пустой стакан, молчаливо желая, чтобы он вновь наполнился.       Он считал своих одноклассников жертвами. У них могут быть странные и неоспоримые методы борьбы с этим террором. Эрен не имел ни права, ни намерения их судить. К тому же, ему еще не пришлось с этим столкнуться. Потому и мнение свое выразить он не мог.       Каждая жертва имеет право вести себя так, как будет лучше для неё. Настоящими виновниками были учителя и банды.       Эрен осмелился взглянуть направо, где сидел Леви, по-прежнему не проронив ни слова. Его взгляд был прикован к Эрену. И… он улыбался!       Совсем чуть-чуть, но достаточно для того, чтобы заметить. Эрен смущенно отвернулся в надежде, что Леви не заметит его смятения. Но он ничего не мог с этим поделать. Леви выглядел каким-то… гордым. Как будто ответ Эрена его более чем удовлетворил. — Я рад, что ты так думаешь, — с облегчением произнес Санджи, чуть ближе подвинувшись к нему, — ты не единственный, кто так думает. Многие даже пытаются помочь. — Правда? — Что-нибудь уже слышал об ангелах?       Ангелы? — Нет. Кто это? — Так ученики называют тех, кто не является преподавателем, не играет в игру и делает все возможное, чтобы хоть как-то подбодрить жертв. — И кто же это? — Ну, это, конечно же, охранник Шизуо, идиот-сторож Ророноа, медик Инукаши и я сам. Мы стараемся помогать, как можем, — объяснил он с лучезарной улыбкой, — не так уж и много… Но Шизуо используют камеры видеонаблюдений, чтобы вычислять и разгонять банды. К сожалению, он не может быть везде, но ему уже удалось предотвратить много нападений. Бедняга каждый день стирает пятки, потому что ему приходится бегать из одного угла школы в другой. Он тоже получает много угроз. Но из-за их взаимоотношений с Изаей у него есть свои преимущества. Тот гарантирует, что за этими угрозами не последует действий.       «Трудно поверить, что у кого-то хватает смелости угрожать Шизуо…»       Воодушевленный улыбкой Эрена, Санджи тут же продолжил. — Да. Он всегда мрачный и насупившийся. И несмотря на то, что он быстро выходит из себя и становится агрессивным, он хороший парень. Грубый снаружи, мягкий внутри…       Эрен знал еще одного такого и, быстро взглянув в правую сторону, отвернулся. В этот момент Леви, заметив его взгляд, повернулся к нему. — Инукаши лечит травмы и всегда приносит в школу снотворное и успокоительные таблетки. По крайней мере, жертвы хотя бы могут поспать… А этот шпинатоголовый специально закрывает один туалет в день якобы по техническим причинам. Но это секретный лайфхак для тех, кто боится быть пойманным в туалете. Так что там им ничего не грозит. А я… ну, я готовлю свои фирменные блюда. — Ты готовишь? — Это моя профессия. Это всё, что я могу сделать как обычный служащий в этом мире богатых и влиятельных: свою работу. Хочешь верь, хочешь нет, но еда оказывает огромное влияние на наше душевное состояние. Будь это что-нибудь сладкое, пикантное или просто чай, чтобы успокоиться… моя еда уже заставила многих вновь улыбнуться.       Эрен молча кивнул. Зная, насколько еда Санджи вкусная, он ничего не мог возразить в ответ. Если кто-то и мог сделать людей счастливыми с помощью еды, так это он. — Это не так уж много и не поможет остановить это. Но мы хотя бы можем позаботиться о том, чтобы ученики не пытались покончить с собой, что многие уже пытались сделать… — Могу себе представить… Здесь реально как в тюрьме.       «И кто захочет терпеть это давление еще хоть день?» — И не говори. — Эй, поварёшка! — Услышал Эрен чей-то крик со стороны входной двери. — ЧТО?! — закричал Санджи, обернувшись.       Но обернувшись, тут же замолчал. Эрен увидел, как Ророноа и Шизуо привели мальчика, чуть постарше Эрена, те сочувственно придерживали его за плечи. У него был тот же отсутствующий взгляд и порванная одежда. — Прости, юнец. Долг зовет, — произнес Санджи, поднимаясь, — начинается моя ночная смена, смекаешь?       Не дожидаясь ответа, он тут же подбежал к мальчику. Он также заботливо поговорил с ним, а затем скрылся за кухней. Сторож проводил того до места. Тем временем Шизуо кому-то позвонил. Скорее всего, Инукаши, которая (или который) должен(на) позаботиться о мальчике…       Увидев ангелов за работой, Эрен тоже улыбнулся. Особенно, когда Санджи вернулся с огромной порцией мороженого, чему мальчик обрадовался.       Эрен понимал, что их помощь незначительна и мало, что изменит. Но это было лучше, чем ничего. И без них ученикам было бы еще хуже.       «Должно же быть что-то, что я смогу сделать!»       Но как бы его не злил поникший вид мальчика… он понимал, что уже не будет думать об этом сегодня вечером. Не только потому, что он устал и его силы были на исходе…       Нет. Еще потому, что он не имел права что-либо говорить.       Ему собственными глазами пришлось увидеть, что из себя представляет эта школа. На словах, это одно… А теперь приходится набираться практического опыта.       Он мог только надеяться, что его фантазия окажется хуже реальности. И он надеялся, что всё это не будет напрасным. Он надеялся, что сможет в скором времени что-нибудь придумать. Неважно что… главное не сидеть, сложа руки.       Эрен задумчиво оглядел помещение.       Скорее всего, Санджи уже не вернется. Леви, как обычно молчал и, кажется, не был настроен на разговор. Да и пить тот может, сколько угодно. Поэтому у Эрена больше не было причин оставаться здесь. — Мне пора в постель, — наконец произнес он и, уже было, хотел встать. — Я пойду с тобой, — неожиданно сказал Леви и тоже встал.       Эрин остановился и удивленно посмотрел на него. — Как? В постель?       Леви тоже остановился, кинув на него грозный взгляд. — В остальном ты в порядке, да?!       Эрен рассмеялся. Он не знал почему, но эта маленькая глупая ситуация, сопровождающаяся этим ошеломленным взглядом Леви, была уж ну очень комичной. — Я провожу тебя до твоей комнаты, — угрюмо буркнул он.       «Он хочет меня проводить…?» — Спасибо, но я справлюсь сам. Я уже большой, — Эрен был удивлен, что еще умудряется шутить. Особенно, после такого дня.       Но с Леви-сенсеем… Ему как-то давалось легко быть веселым… словно какой-то рефлекс. — Я иду с тобой, — сказал Леви, отвергая его возражения, и направился в сторону двери. — Нет, сенсей. Правда. Со мной всё будет хорошо. — Ты серьезно думаешь, что я отпущу тебя после сегодняшних событий?       «Он обеспокоен…?» — Если они правда так серьезно относятся к этой идиотской игре, то у меня есть еще неделя спокойствия, — попытался возразить он, но аргументы его так услышаны и не были. — Мне плевать. — С этими словами Леви, подойдя к двери, держал её открытой и нетерпеливо ждал.       В конце концов, Эрен тяжело вздохнул и ринулся вперед, прежде чем нога Леви успела коснуться пола.       «С ним спорить вообще бесполено… Легче политиков убедить отменить налоги»

***

      Эрен и его учитель физкультуры молча шли рядом друг с другом. Оставив кафетерий позади, они спокойно и без спешки брели по школьному коридору. Наступивший поздний час обещал успокаивающую тишину. Ни учеников, ни учителей. Только их тихие шаги нарушали ночной покой.       Они уже почти добрались до общежития, как Леви вдруг решил нарушить ночную тишину. — Что делать будешь?       То, что Леви начал так внезапно говорить, удивило того. — Что? — Будешь играть? — То, как Леви произнес этот вопрос, как-то задело Эрена. Почему-то его голос звучал сердито. Но и вместе с тем грустно… Но осознание того, кто ему этот вопрос задал, заставило его мысленно посмеяться.       «Леви, и грустно, как же.» — Ни в коем случае, — решительно ответил он. И он это и имел в виду.       И хотя Эрен понятия не имел, что с этим делать. Он в любом случае знал, чего не хочет. — А потом? — Понятия не имею. У меня такое чувство, будто я снова впервые вижу эту школу. Думаю, мне нужно привыкнуть к этому, прежде чем разрабатывать план…       И это несмотря на то, что каждая клеточка его тела была настроена на защиту из-за игры. Он не хотел мириться с этой игрой. Но ему, к лучшему оно или к худшему, придется познакомиться с ней поближе, чтобы иметь возможность с ней бороться.        Леви на это ничего не ответил, и их прогулка вновь закончилась молчанием.       Тем временем они добрались до лестницы общежития, поднимаясь по ней бок о бок. — А Вы, сенсей? — также неожиданно начал он, — что собираетесь делать? — Я что-нибудь придумаю, — ответил он, недолго думая.       Да. Возможно, сейчас это было самое лучшее. Подумать, прежде чем действовать. Особенно, когда попал в такую ситуацию.       Как только они дошли до третьего этажа, Эрен уже было хотел попрощаться. — Чем раньше он ляжет спать, тем лучше… Ну что же. Спокойной- — Что ты там бормочешь? — раздраженно спросил Леви и продолжил идти, вместо того, чтобы подняться по лестнице наверх в свою комнату.       Вдруг до Эрена дошло, что тот, оказывается, хотел проводить его до комнаты и быстро догнал его. — Э-э. Сенсей, это, правда, необязательно. — Замолчи, — последовал резкий ответ.       «Этот парень с ума меня сведет!» — Да, именно это мне придется сказать сегодня ночью, когда Юу увидит, что меня провожает мой сенсей. — Он точно будет шутить над ним всю ночь и все последующие дни. Еще один фактор стресса, без которого он предпочел бы обойтись! — Что в этом плохого?       «Он улыбается? Ему смешно?» — Это стыдно! Я уже не ребенок, — объяснил он более доходчиво, чтобы его слова, уж наверняка, дошли до этой упрямой головы. Но тщетно. — Будешь и дальше нудеть, возьму тебя за руку.       «Парень и вправду улыбается!» — Вы не осмелитесь.       Леви в это же мгновение остановился посреди коридора, заставив Эрена тоже затормозить. — Я? И не осмелюсь?       «О Боже»       Теперь он официально бросил вызов Леви, который, судя по всему, хотел наказать Эрена за его дерзость. Не успел Эрен оглянуться, как Леви уже подскочил к нему. Он едва успел увернуться, как Леви вновь набросился на него.       Это было настоящее везение, что ему удавалось уворачивать от Леви руки каждый раз, когда тот пытался его схватить. — Сдаюсь! Сдаюсь! — взмолился Эрен, подняв руки вверх в знак капитуляции. Но только потому, что Леви, казалось, мог заниматься этим весь вечер.       Леви улыбнулся шире и, хоть это было ценой Эрена, он был почему-то рад этому.       «Ему следует чаще улыбаться» — К тому же, сегодня я сплю в комнате твоего белокурого друга, — небрежно бросил он, отчего Эрен чуть не споткнулся. — Армин остался в Вашей комнате? — Я думал, тебе это понравится. — К-конечно! Правда!       Он просто не ожидал, что Леви сделает это для него. Он производил впечатление человека, который не хотел видеть никого в своей комнате и который всеми силами защищал свою личную жизнь, не позволяя никому туда заглядывать.       И всё-таки… он сделал это. — Спасибо, сенсей.       Но Леви, кажется, не был впечатлен его благодарностью. — Забей. — И не подумаю! — сказал он, притворившись возмущенным, а затем улыбнулся ему. — Мне бы очень хотелось увидеть лица этих придурков. Именно когда они постучат в дверь Армина, а откроете Вы. — Одна только мысль об этом заставляла его улыбнуться. — Я сфотографирую.       «Леви… шутит? Вау» — С удовольствием! — пошутил в ответ Эрен. Он был очень рад, что может, как и раньше, общаться со своим учителем физкультуры. Что знания об игре не испортили их отношения и они могут дурачиться как обычно.       «К чему-то подобному я могу привыкнуть…»       И отказываться от этого он тоже не хотел.       Им не понадобилось много времени, чтобы добраться до двери комнаты Эрена. Он тихонько открыл ее и медленно вошел. К его счастью, Юу уже крепко спал. — Спокойной ночи, сенсей, — произнес Эрен и хотел уже было попрощаться, но рука Леви остановила его за сегодня уже второй раз. — Эрен.       Он обернулся и на мгновение испугался, потому что Леви неожиданно приблизился к нему. Их разделяли всего пара сантиметров, в то время как Леви, оперевшись обеми руками об дверной косяк, неотрывно смотрел ему в глаза. Его серьезный тон и пронзительный взгляд заставили Эрена замереть и с нетерпением ждать, что же скажет Леви. — Пообещай мне кое-что, — спокойно потребовал он. Но всё-таки в его голосе была такая сила, что Эрену стало не по себе, — если кто-то будет домогаться до тебя, неважно, ученик или учитель, дай мне знать. Без всяких «но» и «если»!       Эрен едва осмеливался дышать. Взгляд Леви был таким серьезным и сильным, что он едва мог его выдержать. — А также если тебе понадобится помощь… Неважно, когда и какая.       Эрену потребовалось немало сил сдержать улыбку. Его сенсей, правда, переживал. Более того… он предложил ему помощь, в которой, на самом деле, нуждался. — Обещаю, — честно сказал Эрен и был безумно рад иметь на своей стороне такого союзника. — Спокойной ночи, — шепотом произнес Леви и направился в сторону следующей двери. Эрен молча наблюдал за ним и увидел, как тот, молча открыв дверь Армина, скрылся за ней.       Эрен последовал его примеру и тоже закрыл дверь. Его сердце бешено колотилось в груди.       «Даже не думай об этом! Он не…» — Он беспокоится о тебе. — Эрен почти вскрикнул, когда голос его соседа по комнате раздался словно из ниоткуда. Он рефлекторно обернулся и резко ударился головой об дверь, чем напугал Юу. — Я думал, ты спишь! — жаловался он, потирая ушибленное место. В этой школе у него был какой-то необычайно частый и нежелательный физический контакт с дверьми. — Извините… Я просто не хотел вас тревожить, —хихикнул Юу.       Эрену потребовалось некоторое время, чтобы вновь взять под контроль свое дыхание и сердцебиение. — Просто ложись спать, — смущенно пробормотал он, топая к своей кровати, пока не рухнул на нее прямо в своей одежде.       «Вот блин… Я же прям так и усну»       Эрен тихо выдохнул в подушку и, наконец, обрел необходимый ему покой. Хоть он продлится и недолго. — Мне очень жаль…Что всё так вышло. — Он услышал рядом подавленный голос Юу. По крайней мере, он не будет донимать его из-за двери или Леви. Кажется, для этого его всё еще мучало чувство вины. — Забей. Всё уже в прошлом, — произнес он, натягивая на себя одеяло. — Правда? — А я мог бы сказать что-то другое?       Последовал тихий смешок, прежде чем Юу спокойно сказал: «спасибо». Он тоже, казалось бы, захотел поудобнее устроиться в кровати, прежде чем продолжить беседу. — И? Теперь ты будешь телохранителем Армина? — А сам как думаешь? Будучи идиотом-рукопашником, это единственное, в чем от меня будет польза.       По крайней мере, пока не найдется правильное решение. — А что будет с тобой? — А что со мной должно быть? — Честно говоря, у меня не очень хорошее предчувствие насчет этого… Армину это поможет. Но что насчет тебя? Я не знаю, настолько ли ты хорош, чтобы защитить и Армина, и себя? — Увидим.       Он вновь услышал, как Юу тихонько хихикнул. — Вот бы мне твое спокойствие… — Буду беспокоиться, как время придет… Вот и всё. — Ага.       К счастью, Эрен не забыл завести будильник. Первый урок с Цукиямой. Ему лучше не опаздывать. — Как думаешь, Леви-сенсей будет завтра на занятиях? — вновь спросил Юу, словно в пустоту. — Надеюсь. — Сегодня его здесь не было. — Такое бывает. — Интересно, что он делал и где был весь день. Он особо больным не выглядел… — Если хочешь его сдать, вперед. — Неужели я похож на суицидника?       По крайней мере, Эрен официально мог завершить этот день с улыбкой.       В молчаливой надежде, что это не последний раз, когда он сможет чему-нибудь улыбнуться.       Но улыбка не препятствовала ему снова и снова переживать этот день. Всё, что произошло за это время.       Его разговор с Акисе, Микой, Юу, Армином… Теми парнями, которые пытались повалить Армина, с Сатаной, который бросил ему вызов… и Леви. Он также вспомнил своих одноклассников и их предостерегающие слова.       «Эрен! Мы говорим серьезно. Соблюдай правила»        Он повернулся на бок, пытаясь заснуть.       «Всё снова наперекосяк»       Однако тогда Эрен еще не знал, что не пройдет и двадцати четырех часов, как он уже нарушит эти правила.       И какой горький опыт ему придется пережить из-за этого.