Семь воронов/Sieben Raben

Эрен       Вся эта ситуация все еще казалась ему каким-то сном. Фантазией, которую он лишь себе вообразил и которая ни за что бы не могла быть реализована в жизнь. Скорее мечтой, нежели правдой…       Даже после того, как они покинули кабинет директора. А Карино, Хисока и Цукияма прошли мимо них со злыми минами, даже не взглянув на них. Нежели обратить внимание на Эрена и его товарищей, этому они предпочли тихо выругаться, в то время как Карино что-то гневно печатал в своем телефоне. В полном осознании своего унизительного поражения, когда директора отказали им в поддержке. В понимании, что заговор их не имел смысла, а Эрену не грозило наказание.        Это действительно было похоже на сон.       Невероятный поворот событий, чудо или как еще это можно было назвать.       Эрен в жизни бы не поверил, что такой исход был возможен. Не в том мире, где он живет…       — Уже второй раз вижу упавшего в грязь лицом Карино, — услышал он довольный шепот Лелуша рядом с собой, — к такому я точно быстро привыкну.       Легкая улыбка озарила лицо третьеклассника, к которому Эрен тут же повернулся. Оставив при этом без внимания Ханджи и Леви, стоявших позади него. Вместо этого он сконцентрировался на Лелуше и Акисе.       — Спасибо, ребята. Правда! — честно и с облегчением выпалил он, — без вас все получилось бы не так гладко.       — Без проблем. Но это не только наша заслуга.       — Точно. Лучше скажи «спасибо» Азусе.       Да. Именно это он и сделает. Как только появится возможность.       То, что Азуса оказался его союзником, стало для него самым большим сюрпризом из всех произошедших событий.       — До сих пор не могу поверить, что тебе удалось убедить столько учеников! — ликовала Ханджи рядом с ним.       — Все благодаря баскетбольному матчу, —  ответил Акисе, тоже что-то печатающий в телефоне, — вы многих впечатлили.       — Именно. Вы оба, — сын директора посмотрел на Леви, — заложили фундамент. Остальное — детские игры по сравнению с этим.       Нет. Как бы эти двое не пытались это преуменьшить, Эрен ни на секунду не мог поверить в то, что можно так запросто переманить на свою сторону половину школы. Заставить их действовать, вопреки страху, и проигнорировать возможные последствия. Заставить солгать ради ученика по обмену. Подобную сплоченность он видел лишь в фильмах и книгах. Мечты многих авторов, представляющих лучшую жизнь в обществе и воплощающих это в своих произведениях.       Мир грез, в который Эрен до сих пор отказывался верить.       Нет.       Его успех, скорее, можно было объяснить тем, что это именно Лелуш захотел переубедить всех оказать содействие. Ученик, в самом деле, представлялся каким-то дворянином, к которому все прислушивались. Он был добрым, вежливым, и Эрен никогда не сомневался в том, что у этого мальчика есть задатки лидера. Почти как у самого настоящего короля…       — По крайней мере, теперь у тебя больше возможностей. Карино и учителя не сдадутся после такого… Но хотя бы директора больше не дышат тебе в спину.       Да. Но помимо того, что это Эрена радовало, это еще и тревожило его.       Директора отступили… гораздо быстрее и легче, чем ожидалось. Как-то слишком легко. Казалось, Чарльза и Деуса больше не интересовала TSE. Будто что-то иное овладело их вниманием.       — Есть идеи, что на них нашло? — вновь спросила Ханджи, будто у неё в голове была та же мысль, что и у Эрена. — Я имею в виду, они оба выглядели какими-то очень напряженными. Не знаешь, что с ними?       — Понятия не имею, — пожал плечами Лелуш, — мы с отцом почти не разговариваем. Он никогда мне ничего не рассказывает.       — Я тоже ничего не знаю… пока, — услышал он бормотание Акисе, — но мне тоже интересно. Я поспрашиваю и выясню, что происходит.       «Хорошая идея».       Эрен тоже поспрашивает. Он больше не хотел быть таким – застигнутым врасплох. Его больше не вызовут в кабинет неподготовленным – без какого-либо представления о том, что его может там ждать. Более того, он не хотел всегда полагаться исключительно на одноклассников или Леви. Он должен начать действовать самостоятельно и выяснить, что задумали эти два ублюдка. Или что Карино вместе с учителями предпримут еще.       Потому что Эрен ни на секунду не поверил в то, что это их поражение пройдет бесследно.       Эта война еще не закончена.       Неожиданно вновь раздался громкий звуковой сигнал. Тот самый, который они уже слышали. Громогласный звук громкоговорителя в одно мгновение разнесся по коридорам:       — Всем учащимся классов E и F, а также всему персоналу.       Было отчетливо слышно, как Деус выдохнул в микрофон.       — Убедительная просьба, явиться в спортзал через полчаса! Опоздания и неявки не принимаются!       «И вправду…».       Директор, в самом деле, выполнил данный ему приказ и оповестил учеников. И все же ученику по обмену оставалось лишь гадать.       Только учеников классов E и F? Не всю школу? Не конкретный поток или класс?       «Кто вообще это придумал?».       — Что он задумал на этот раз? — задумчиво прошептал Лелуш, скорее озвучивая мысли вслух.       «Хотел бы я знать».       У Эрена было нехорошее предчувствие. Эти двое определенно что-то снова задумали…       — …Вернусь в свой класс. Поговорю с остальными, прежде чем выдвинуться в спортзал.       «В спортзал?»       — Подожди! — крикнул он вслед Лелушу, тот остановился, повернувшись к нему. — Ты тоже из этих классов?       — Верно. Как и ты, насколько я знаю.       — Мне тоже нужно будет явиться в спортзал, — вмешался Акисе, тоже уже было собираясь покинуть их компанию, — 1 F… так что скоро увидимся.       «Смотрите-ка… Классы Акисе и Лелуша тоже вызывают… Интересно, кого еще я увижу в спортзале…»       — Я пойду. Увидимся позже, — попрощался Акисе и вышел в коридор.       Лелуш тоже уже было хотел присоединиться к нему, но вновь замер, повернувшись к Эрену.       — Но будь осторожен, — серьезно предупредил его третьеклассник, — Карино тоже из F класса.       «Ну, супер».       Нервничая, он наблюдал за тем, как они расходятся в разные стороны. Будучи недовольный тем, что вновь так скоро увидит Сатану. Хватит с него уже этих досадных мелочей.       — Как-то это всё странно, — тихо пробормотала Ханджи, на что Леви ответил: «Более чем».       — Я попытаюсь что-нибудь выведать, — вдруг произнесла она, — идите. Я использую эти полчаса, чтобы подслушать Деуса и что-нибудь узнать…       Эта мысль сразу же вызвала у Эрена двоякое чувство.       — Ты уверена? Ты только что открыто выступала против этих двоих… а теперь мы должны оставить тебя с ними наедине?       — Как мило! Ты переживаешь за меня! — Эрен дернулся, услышав это ненавистное слово. Но поскольку Ханджи, кажется, была более чем в хорошем расположении духа, он воздержался от язвительных замечаний. — Но не нужно! Я как-нибудь переживу эти полчаса.       «Надеюсь».       Лишь мысль о том, что у обоих директоров, кажется, голова была забита чем-то другим, заставила его поверить в то, что Ханджи действительно сможет выдержать эти полчаса одна.       — Жди меня здесь, — строго приказал ей Леви, на что она шутливо отсалютовала.       — Есть, сэр!       Но учителя физкультуры её выходка не смутила.       — …Я быстро сопровожу Эрена в кафетерий и вернусь.       «Что?».       — Зачем в кафетерий?       — Думал, ты для начала захочешь что-нибудь перекусить? И другу своему белокурому захватишь…       Лишь в этот момент Эрен понял, что они, в самом деле, еще даже и не завтракали. Спонтанная вылазка Леви лишила их этой возможности. Видимо из-за стресса и волнения никто из них не чувствовал голод.       — Точно! Мне тоже не помешает! — изумлено воскликнула Ханджи, — так что, возьмешь мне чего-нибудь, Леви-ляйн?!       — Конечно. Засохшая корка подойдет же?       — Противный! Я хочу сэндвич! — оскорбившись, она высунула язык, и тут же направилась к кабинету секретаря, — увидимся через полчаса. И берегите себя! — радостно пропищала она, закрывая за собой дверь.       Никто и ничто не мог нарушить спокойствие этой женщины. Казалось бы, если бы Ханджи того захотела, она могла бы быть в хорошем настроении круглые сутки без перерыва.       Эрен ценил в ней это качества, и её за это очень ценил.       — Пошли, — сказал учитель физкультуры, двинувшись вперед.       — Спасибо, сенсей…. Но я мог бы и сам сходить.       — Знаю…, — единственное, что ответил сенсей за все время их пути в кафетерий.       Им оставалось пройти совсем немного. Эту пару сотню метров они шли молча, бок о бок. Эрен внимательно наблюдал за своим сенсеем так, чтобы тот не заметил взгляда сбоку. Заинтересованно изучал своего учителя, который на первый взгляд казался таким же, как и прежде. Строгим, уверенным, спокойным… и всё же каким-то встревоженным.       Несмотря на непроницательное лицо и статную позу, юноше показалось – он был растерян. Задумчив, почти подавлен.       Хотя Эрен и не мог утверждать, ему все же казалось, что с его учителем что-то не так.       — С-сенсей? — осторожно спросил он, тут же почувствовал на себе пристальный взгляд, который в следующее мгновение уже устремился перед собой. — Всё… в порядке?       — Почему спрашиваешь?       — Не знаю… Вы какой-то… другой.       Тишина.       И вновь эта всепоглощающая тишина, которую никто из них не решался нарушить.       Никаких звуков, кроме их общих шагов. Никакого ворчания, никакого ропота. Сенсей даже ни разу не издал раздраженного цоканья.       Лишь непривычное спокойствие, которое, в конце концов, нарушил старший:       — …Я просто думаю кое о чем.       Эрену показалось, что дело не только в этом. И тут его охватило любопытство, какая же тема смогла так расстроить его обычно невозмутимого учителя. Воодушевленный успехом в кабинете директора, он вновь спросил:       — А о чем, могу я спросить?       Это было какое-то сумасшествие. Какой-то непонятный феномен. Сначала он гордился с собой, а после, не прошло и секунды, как глубоко пожалел о своих действиях.       Когда Эрен, проклиная собственное любопытство, услышал слова Леви:       — Насчет моего предложения на колесе обозрения.       Словно получив удар в живот, Эрен вздрогнул, замерев. Не в силах продолжить, он тут же остановился. Посреди школьного двора. Кафетерий уже было видно. Он чувствовал, как постепенно усиливается дождь. Ему удавалось так долго не думать об этом. Все то время, пока он был в кабинете, он находил отвлечение. Директора, Карино, учителя…       Он успешно душил в себе эту тревогу, смятение, мысли. Безо всяких усилий ему удалось скинуть с себя эту тему, занявшись другими делами. Раз за разом вокруг него собирались люди, служившие ему алиби. Мешавшие обсудить предложение сенсея.       И вот, всё кончено. Здесь, посреди школьного двора, его больше ничто не отвлекало. Никто не мог подслушать или помешать им. Да еще и сам Леви поднял эту тему. Теперь дороги назад не было. Никаких оправданий. У него было достаточно времени подумать.       Никаких отмазок, никакого побега.       Было ясно – решение нужно принять здесь и сейчас. Эрен пытался усмирить тревогу, взять под контроль бешено колотящееся сердце. Он знал, рано или поздно ему пришлось бы поговорить об этом с учителем физкультуры. Он просто не ожидал, что это произойдет так быстро. Так неожиданно и внезапно. В третий раз за сегодня его застали врасплох.       — А-а-а так… и… в чем проблема? — попытался начать он и даже осмелился взглянуть на Леви, стоявшего в паре метров от него и так же пристального смотревшего в ответ.       Старшего не беспокоил ни медленно льющийся на них дождь, ни то, что их можно было обнаружить на школьном дворе.       — Нет проблемы, — смиренно ответил он, быстро оглядев школьный двор.       Эрен тут же ощутил беспокойство, хотя для этого не было никаких причин. Но его взволнованное сердце всё никак не унималось, заставляя его с тяжестью на душе ждать следующих слов Леви.       — …Я просто думаю, имеет ли еще смысл мое предложение?       «Что?».       — Что Вы имеете в виду?       — Возможно, я слишком поспешил. Может, это была глупая идея.       Сердце Эрена неожиданно успокоилось, буквально замерев от шока.       — Почему?       Леви шумно выдохнул.       — …Я предложил притвориться супружеской парой, чтобы ты мог влиять на всех учеников и убедить их. Я был уверен, что только так ты сможешь склонить на свою сторону оставшихся скептиков.       Ему это не нравилось. Он не хотел слышать подобные речи от Леви-сенсея… Он не хотел видеть его таким подавленным. Нет. Ему это совсем не нравилось!       — Я, правда, думал, что это – единственно верное решение… Но видимо, я ошибся. Видимо, ты прекрасно справляешься и без моей помощи.       Эрен не знал почему, но услышав эти слова… да еще и этот голос… он запаниковал.       — Нет! — чуть ли вскрикнул он в ужасе.       Он понимал, что ведет себя как идиот. Но, будто бы на автомате, пытался разрядить обстановку. Пытался предотвратить худшее. Потому что… это прозвучало так, будто бы учитель прощался с ним. Глупая мысль, ему, конечно, лишь показалось… но она все еще изрядно пугала его.       — …Всё благодаря Лелушу! Лишь благодаря ему остальные ученики подыграли! Я тут ни при чем.       — Ты же знаешь, что это неправда, — как-то грустно улыбнулся Леви, — это во многом благодаря тебе.       Нет. Он должен остановиться. Он не может!       Леви не может так говорить! Он не имеет право делать такое лицо!       Это, в самом деле, звучало как прощание! Как бы ни пытался его переубедить голос разума, он не хотел ему верить. Страх повтора был слишком велик!       — …А даже если ты прав, и всё это благодаря сыну директора… Именно в нем ты и сможешь найти поддержку. Я тебе больше не нужен.       «Нет! Не говори так!».       — Это неправда. К тому же, Вы не можете этого знать, сенсей! — вновь возразил он. Параллельно отчаянно стараясь не показывать собственного страха. — Может, нам просто повезло, а прислужники Чарльза опросили нужных людей. Никто не может сказать, сколько мне доверяют, а сколько нет. И да, Лелуш – важный союзник. Но это не значит, что мне больше не нужна Ваша помощь!       Эрен чувствовал себя глупо. Так по-тупому поддаться панике в этот момент, убедив самого себя же в страхах, лишенных логики. В это же время так отчаянно пытаясь убедить своего учителя.       Дурацкий, детский поступок, лишь бы удержать сенсея, чтобы тот не отвернулся от него.       Не дать ему оставить себя в одиночестве.       Да. Эрен чувствовал себя так глупо. Словно ребенок. Жалкий слабак, застрявший в прошлом и неспособный его отпустить даже сейчас.       Но даже понимая это, даже осознавая, как глупо он себя ведёт, он не мог остановиться. Он не хотел. Не хотел, чтобы что-то менялось.       Он боялся перемен.       Эрен чуть от страха не умер, когда неожиданно почувствовал на своей макушке чью-то руку, игриво взъерошившую его волосы. Он был так погружен в собственные мысли, что даже не заметил, как приблизился Леви.       — Ну, что такое? — услышал он его весёлый смешок, когда тот, опустив его голову, путал его волосы. — Кажется, ты сгораешь от желания сыграть со мной супружескую пару.       «Чего?».       Эрен тут же скинул с себя много себе позволяющую руку, не в силах сдержать вспыхнувший румянец.       — Какой бред! Я...       — Расслабься. Я просто шучу, — вздохнул Леви, с напряжением глядя на небо, — но дело в том, что в школе всё изменилось. Кто знает, сколько еще ты сможешь достичь.       «Сколько я…?».       Эрен немного расслабился и даже смог усмирить свое бешено колотящееся сердце.       — Ох, глупости. Мне слишком много помогли, чтобы я мог заслужить похвалу.       — В этом ты как раз и ошибаешься, — Леви немного попятился, отойдя, — не стоит себя так недооценивать. Ты достиг гораздо большего, чем думаешь. Поверь мне.       — О, правда?       — Конечно. Я наблюдаю за тобой. Постоянно. И поэтому могу тебя заверить: ты можешь собой гордиться.       «Гордиться?».       — Потому что… в конце концов, тобой горжусь я.       Эрен не мог поверить собственным ушам.       Он что, ослышался? Этого просто не может быть!       — Что Вы сказали? — в шоке спросил он, глядя на Леви широко раскрытыми глазами.       А какая-то его часть кричала. Безмолвно умоляя учителя повторить эти слова. Отчаянно жаждя, чтобы он их произнес. Те слова, которые он всегда хотел услышать. Те, о которых он грезил больше всего на свете. Слова, которые сказал ему Леви и с улыбкой повторил:       — Я горжусь тобой.       Вновь тишина.       Эрен не знал… что сказать… или думать.       Слишком… сюрреалистично…  слишком…       Еще никогда…       Он не мог ничего с собой поделать. Будто все его тело сломалось. Будто его сердце перестало биться. Мысли отключились…       Еще никогда прежде…       Он в недоумении смотрел Леви в спину, а учитель продолжал идти, будучи воодушевленным, как никогда. Удаляясь от него. Оставляя его наедине со своей бурей эмоций. И вдруг, по какой-то причине, он вспомнил один разговор…       — Эрен? Что бы ты хотел, если бы Капитан остался?       — Что ты имеешь в виду?       — Он ушел, когда ты был ребенком… Но теперь ты повзрослел… Представь, что он все еще здесь. Неужели ты был бы доволен тем, что навсегда остался бы ТОЛЬКО его учеником?       — Да… Мне было бы этого достаточно.       — Мне трудно в это поверить. Ты никогда не думал о большем?       — Нет.       — Ты бы даже ничего не попросил? Не попытался бы сблизиться с ним?       — Была лишь одна вещь, на которую я надеялся касаемо его… что-то, что я до сих пор желаю… хотя этого давно нет.       — И что же это?       — Возможно, это прозвучит глупо, но… всё, чего я когда-либо хотел… это чтобы он сказал мне, как он мной гордится. Этого… мне бы хватило на всю жизнь.       Да. Он помнил это. Больше, чем ему хотелось бы.       Эрен был безнадежным случаем. Всегда таким был. И всегда таким будет.       У него никогда не было друзей, он только и делал, что создавал проблемы. Его называли горлопаном, клеймили трудным ребенком.       Он был… таким одиноким.       Бывали моменты, когда он смотрел в зеркало и не чувствовал ничего, кроме злости и стыда.       Чувствовал себя тем, кого он с трудом мог выносить.       А потом появился капитан. Тот, кто принял его. Кого не смущали ни его громкий голос, ни его сложный характер. А чем ответил Эрен? Он оттолкнул капитана. Из-за своей глупости и высокомерия он потерял своего героя.       Он был самым настоящим отребьем. Не тем, с кем хотелось бы быть рядом.       Это на всю жизнь останется лишь его виной. Каждый раз единственной причиной собственных проблем был он сам.       И всё же… каким бы высокомерным и глупым он ни был… он всё равно не хотел всего этого.       Хоть раз… ну хоть раз… он хотел услышать: «Я горжусь тобой».       Больше всего он хотел услышать это от капитана. От человека, который для него значил бесконечно много.       Даже родители не говорили ему этого. Никогда.       Поэтому он хотел услышать это от капитана. Нечто большее, чем просто: «я тебя люблю».       Несколько слов, которые показали бы ему, что он, в самом деле, может нравиться.       Что он не одинок. Что где-то есть кто-то, кто заботится о нем.       Как бы он ни старался… как бы усиленно ни пытался произвести впечатление на окружающих…       Он, в самом деле, впервые услышал те самые слова, в то самое мгновение.       — Как я уже сказал, — добавил Леви, в то время как сам Эрен пытался изо всех сил сохранять спокойствие, — решение за тобой. Я ни к чему тебя не принуждаю. Я не отказываюсь от своего предложения, но, быть может, оно тебе уже и не понадобится. Ты вполне можешь справиться и без меня.       «Нет… Леви… нет!».       — Я…       — Просто дай мне знать, что ты решишь. И я подстроюсь.       Он молча смотрел на Леви, тот всё еще решительно двигался вперед. Не имея ни малейшего представления о том, что сейчас творилось у Эрена на душе.       Потому что, как бы Эрен ни был счастлив услышать эти долгожданные слова, теперь он еще испытывал и такой же страх.       Он вдруг почувствовал, словно земля уходит у него из-под ног. Это была какая-то невыносимая ситуация. Ситуация, которая вновь напомнила ему о капитане.       Человеке, которого он потерял, которого отпустил.       Так же, как сейчас уходит его сенсей, уходил и его капитан. Только тот так и не вернулся.       «Нет! Пожалуйста, не нужно!».       Тогда он был так молод и глуп. Он отпустил капитана, хотя так отчетливо чувствовал это. Чувствовал, как сильно он его ранил, и ничего с этим не сделал!       Точно так же, как и сейчас!       Его нерешительность, упрямство привели к катастрофе.       Но с тех пор многое изменилось. Он и сам уже не тот. Прежде всего, изменилось его окружение. Его взгляды, опыт.       Он не мог изменить ошибки прошлого. Не мог их исправить.       Это была данность. Неопровержимый факт, который он должен был принять.       Поэтому он поклялся себе: если он не может исправить прошлые ошибки, то хотя бы больше не будет их повторять!       Он отпустил капитана… из страха.       Из-за собственного страха взаимодействия с ним, после того сколько он наговорил ему ужасных вещей и сколько насовершал глупостей.       Он смотрел ему в спину и видел, как он уходил.       Ситуация, которую он больше не хотел переживать.       Никогда!       И хотя где-то в глубине души он прекрасно понимал, что Леви-сенсей его не оставит… хотя он знал, что дело совсем в другом… хотя внутренний голос уверял его, что это – лишь его фантазии…       …Он все равно не слушал. Он хотел одного: избежать повтора собственных ошибок!       Как бы смешно и глупо это ни звучало, но, смотря на спину Леви, он чувствовал боль в груди. И если же он ощутит страх и тревогу, как только заметит, что Леви уходит от него, он будет действовать.       «Игра позволяет быть с тем, кто тебе нравится. С тем, с кем ты никогда не смог бы быть иначе...»       «Он не капитан… он – мой учитель…».       «Можно так прекрасно врать самому себе…».       «Леви… сенсей… я знаю… но…».       Он с грустью посмотрел на Леви, все еще отдалявшегося от него. Он вновь и вновь прокручивал эти мысли.       «Всё, чего я когда-либо хотел… это чтобы он сказал мне, что гордится мной. Этого… мне бы хватило на всю жизнь».       «Я не хочу, чтобы что-то менялось… Ненавижу перемены…».       И всё же, оглядывая спину Леви, он неожиданно понял, что у него нет выбора.       Он не хотел повторять свои ошибки. Но чтобы этого добиться, ему нужно было измениться.       И вот… он поставил на кон всё. Как бы по-идиотски это не звучало.       — ЛЕВИ! — громко крикнул он в его сторону.       И, как он и думал, учитель резко остановился.       — Сенсей! — однажды поучительно бросил его учитель, — называй меня Леви-сенсей. Я все еще твой учитель. Не забывай об этом.       Да, он помнил. Леви-сенсей… всего лишь учитель… и всё же… Он хотел попробовать. Даже рискуя все изменить. Даже рискуя неоправданно всё усложнить и вызвать необратимые последствия.  Это всяко лучше, чем бездействие.       Леви строго посмотрел ему в глаза, но не произнес ни слова. Никаких насмешек, никаких поучений. Он просто стоял, глядя на него – выжидающе и властно…. А Эрен отвечал тем же стойким взором. Осознавая, что его, в самом деле, ждут перемены…       — Я принял решение. Армин       Секунды ощущались словно минуты. Чувство напряжения непрестанно преследовало его. Оно почти сводило с ума. А он ничего не мог с этим поделать.       Они всё еще сидели втроем в комнате. Запертые, будто дети в детском саду, бессловесно и нетерпеливо ждущие снятия ограничения. Законного плена, доводившего Армина до отчаяния. В школе стояла гробовая тишина. Даже город, казалось, погрузился в тишину. Никаких взрывов или сотрясений. Никаких криков и сирен. Словно мир вокруг них погрузился в шоковое состояние. И никто не мог сказать, когда это возобновится, а ужас и безумие возобновятся.       Армин то и дело поглядывал, как Юу и Мика смотрят на экраны своих телефонов, о чем-то вместе хихикая. Он же беспокойно расхаживал взад-вперед, иногда поглядывая то на окно, то на часы.       А после, не выдержав, Армин подошел к двери.       Мимолетное действие, которое, однако, всё же смогло отвлечь даже этих двух видеоманов.       — Ты куда? — тут же, удивившись, спросил Юу.       — Я больше не могу здесь находиться, — выпалил он. — Я хочу знать, что происходит!       Мика тут же преградил ему путь. В одно мгновение высокий юноша, подойдя к нему, заблокировал дверь.       — Лучше оставь это.       — Точно. Мы должны ждать здесь!       Все эти аргументы он уже слышал.       — С меня хватит.       — Мы пониманием, но тебе всё же придется перетерпеть.       Оба брата очень симпатизировали Армину. И всё же он никак не мог понять их хладнокровие.       — Вас это не волнует? На наш город напали, Эрена отправили к директорам, а мы снова заперты в своих комнатах!       — Конечно волнует! Но сейчас мы ничего не можем с этим сделать.       — Но…       — Армин. Мы тебя понимаем. И все же ответов ты не найдешь, если пойдешь сейчас бродить снаружи.       — Куда ты вообще собрался? Кого хочешь спросить? Ты знаешь того, кто тебе поможет? Директора ни за что в жизни не впустили бы тебя в кабинет и не ответили бы на все твои вопросы лишь потому, что ты их попросил…       Да, Армин и сам это понимал.       — К тому же, никто не может сказать, что происходит в городе. В интернете пишут лишь о том, что полиция уже на месте и ведет расследование. Но до завтрашнего утра, скорее всего, новостей больше не будет… Так что придется набраться терпения.       Снова аргумент, на который Армину нечего было ответить. И который заставил его отказаться от попытки побега и сесть на стул.       — Домашний арест, конечно, временная мера. Всё же, в отличие от прошлого раза, здесь нет полиции, проводящей допросы. Это, сто процентов, всего лишь формальность…       — Формальность?       — Ну, знаешь… Типа прикрытие. В конце концов, получится не очень хорошо, если занятия продолжатся, как ни в чем не бывало, пока мир вокруг полыхает. Директора лишь притворяются обеспокоенными, чтобы не оказаться дураками перед прессой и родителями, если что-то всплывет наружу. Отвечаю, завтра всё будет, как прежде…       Хоть Юу и преподнес это всё как шутку, Армин допускал мысль, что он был прав. Этот арест в школе мог быть всего лишь актом притворного сочувствия. Ни больше, ни меньше.       — А что касается Эрена: тебе не стоит о нем переживать.       Мика, так же бросившийся охранять дверь, вновь вернулся к брату, чье крайнее замечание явно вызвало у него любопытство.       — Почему? Ты знаешь, о чем они с ним говорят?       — Нет. Но Эрен как всегда спокоен. А если он не волнуется, то и нам не о чем беспокоиться.       «Да…».       Еще один момент, в котором Юу был прав. Эрен был, как и прежде, спокойный. Статный, уверенный в себе… даже когда директор делал объявление, а его вдруг вызвали на короткую беседу, он ничуть не занервничал и не обеспокоился. Будто ему и не о чем было тревожиться.       — Как-то чересчур спокоен, если хотите знать мое мнение, — тихо произнес Мика.       — Что ты имеешь в виду?       — Неделю назад во вдоре нашли тело, предположительно, с написанным на груди его именем… вскоре после убийства его гостевых родителей. Его считали подозреваемым по делу об убийстве! И вопреки этому он делает вид, словно это неважно…       «Точно… Всё, как Мика и сказал».       Эту ужасающую информацию о тех кровавых убийствах они узнали в те несколько дней, что они провели взаперти, пока полиция допрашивала остальных. Эрен даже сам подтвердил некоторые факты, в то же время заявив о своей невиновности.       Армин ни на секунду не поверил в то, что Эрен причастен к этим убийствам. Просто немыслимо, чтобы в этом был замешан совершенно чуждый этому месту человек – ученик по обмену. Абсолютно обычный парень из среднего класса населения, впервые приехавший в Англию. Никто не сомневался в невиновности Эрена только благодаря этому факту. И по этой же причине многие были рады, что он нашел мощную поддержку в лице Леви, ставшим именно поэтому его опекуном.       Рукой помощи, в которой Эрен, грубо говоря, не нуждался. Потому что, раз уж Мика поднял эту тему, ученик по обмену никогда за это не переживал. Он не боялся оказаться в тюрьме, будучи невиновным… и не боялся мнимого серийного убийцы, дважды оставившего его имя на месте преступления. Эрена никогда это не пугало. Да, он был в замешательстве… но в остальном его друг всегда являлся эталоном спокойствия.       — …И даже после того, как полиция отступила, этого паренька так и не оставили в покое. Сатана делал ему голову насчет сделки с Армином, устраивая одну интригу за другой, но даже это не вывело из себя мистера Германию. Местами… этот чел просто ненормальный.       «Точно… Даже TSE он воспринял относительно спокойно. Он даже не злился на нас, когда наше предательство вскрылось. Да и еще проявил… понимание».       — Он просто стальной орешек, — гордо ответил Юу, — уверен, этому его научил капитан. Если бы я был так же хорош в самообороне и рукопашном бою, я бы тоже не поддавался этим махинациям. Уверенность – наше всё.       — Возможно… Но иногда мне кажется, он ведет себя слишком беззаботно. А если он продолжит в том же духе, то рискует угодить в передрягу. И однажды, быть может, это его и погубит.       — Эрен просто не боится. Это единственная его необычная черта характера, — пожал плечами сосед Эрена, завертев вновь в руке телефон, — с ним всё хорошо. К тому же… он умеет выходить из себя и истерить.       — Что ты имеешь в виду?       — Ну, то, что… что случилось вчера после физкультуры.       «О, точно!»       Хренова ссора Эрена с Микой и Юу. Что-то, что до сих пор не уложено. Что-то, о чем он почти забыл.       — Точно, он тогда совсем с катушек слетел, — задумчиво пробормотал Мика, прежде чем пристально взглянуть на Армина, — он… что-то тебе сказал? Когда вы остались наедине?       Услышав его голос, он тут же вздрогнул. Зная, что нельзя рассказывать слишком много. Из вежливости и уважения к другу.       — А, да… мы немного поговорили потом.       — И? Могу спросить, как же он оправдал свое поведение?       Армин понимал любопытство братьев. После ссоры с Юу и Микой Эрен с ними не разговаривал. По правилам TSE, прошлой ночью, они поменялись комнатами с Армином, избежав друг друга. А с тех пор, из-за вылазки Леви и предупреждения о бомбе, у них не было возможности уладить этот вопрос.       Это обстоятельство очень беспокоило Армина.       Он дорожил ими всеми. Братья всегда его поддерживали, еще до появления Эрена. Ему не нравилось, что все трое враждуют. И если он может уладить ссору парой слов, он хотел попробовать.       Конечно, не раскрывая слишком интимных подробностей их разговора с Эреном.       — Ну… он… не был так уж зол на Юу. — Юу тут же взглянул на него, в то время как Армин тщательно обдумывал свои последующие слова. —  Я просто думаю, он не хочет, чтобы всё о нём всё знали. Он переборщил, он это знает… но думаю, он сделал это лишь потому, что его что-то тревожит.       — Его что-то тревожит?       — Не знаю, что… и не хочу раскрывать секрет, но… на мой взгляд, этот капитан – очень щепетильная тема для Эрена. Я бы на вашем месте больше не поднимал эту тему при нем и вообще избегал бы её в его присутствии…       — У меня тоже было такое чувство, — коротко вставил Юу, глубоко задумавшись, — просто не понимаю. Он так расхваливал этого капитана… а в следующий момент взбесился при первом же его упоминании? Это же бессмыслица. К тому же, я и до этого его поддразнивал. Раньше это не было проблемой.       «Раньше и Леви-сенсея рядом не было…».       Важный факт, который Армин предпочел скрыть. Он не хотел рисковать и рассказывать слишком много… Эрен признался ему и в своей привязанности к этому роковому капитану, и в своей связи с Леви-сенсеем.       Лучше будет, если Эрен сам расскажет об этом Юу и Мике.       — Похоже, между ними произошло что-то неприятное, — произнес Мика, пожав плечами, — это не наша забота. Не наше дело.       — Знаю, но… мне любопытно! Чувак, которого мы только что называли «тот-кто-никогда-не-расстраивается», сходит с ума из-за такого. Хотелось бы мне знать, что случилось!       «Мне тоже…».       Потому что Эрен, казалось, мог справиться со всем. С убийцами, бомбами, извращенными играми, интригами, ложью, тайнами… но только не со своим прошлым.       Прошлым, которое доселе было совершенно неизвестно Армину.       — Всем ученикам классов E и F, а также всему персоналу.       Вдруг раздался голос заместителя директора.Снаружи коридора, где были установлены громкоговорители.       — Убедительная просьба, явиться всем в спортзал через полчаса! Опоздания и неявки не принимаются!       И так же неожиданно, как объявление было озвучено, оно оборвалось. Короткое, емкое и по делу… и в то же время оставившее большое количество вопросов.       — Что? Уже?       Юу удивленно ухмыльнулся, услышав объявление.       — Ого, как быстро. Судя по всему, проявленное участие было лишь прикрытием.       — Ты был прав. Домашний арест и в правду оказался временной мерой. — Мика, оборвав диалог с братом, тут же подошел к двери.       — Куда ты?       — Пойду к остальным. Хочу узнать, почему только мы и параллельные классы должны явиться в спортзал. Может, кто-нибудь знает, что произошло за это время.       — Береги себя! — сострадальчески потребовал Юу, отчего Мика заботливо улыбнулся.       — Не переживай. Просто жди меня здесь. Потом вместе пойдем в спортзал.       Армин молча наблюдал за двумя братьями, с тяжестью на сердце прощавшимися друг с другом. И этим же они демонстрировали, что их чувства друг к другу были глубже, нежели просто свадебной игрой.       Он уже видел подобную привязанностью. Хоть в этой школе это и было редкостью, само по себе это не было чем-то из ряда вон выходящим. То, к чему Армин уже привык.       Тем не менее, в этот момент он просто не мог не сравнить Юу и Мику с Эреном и Леви. Хоть они одинаково уважали друг друга и поддерживали друг друга, их отношения были абсолютно разными: Юу и Мика относились друг к другу с особой нежностью, с любовью, с заботой… и, будто бы являясь настоящими братьями, ссорились и ругались. Эрен и Леви же, напротив, несмотря на взаимное уважение, всегда сохраняли определенную дистанцию. Небольшую, как казалось Армину, дистанцию, которая объяснялась большой разницей в возрасте, национальным признаком и относительно недавним знакомством.       Но несмотря на эту дистанцию, в некоторых ситуациях он отчетливо видел, как их влечет друг другу, так же, как между Юу и Микой в тот момент. Это было странный и, вместе с тем, потрясающий феномен, в котором ему хотелось как-нибудь однажды разобраться… Как-нибудь…       А пока оставалось лишь дожидаться возвращения Мики, который уже успел покинуть комнату.       — Всё словно перевернулось с ног на голову, — громко выдохнул Юу, вскочив с кровати, — я больше не чувствую, что я нахожусь в школе-интернате. Мне иногда всё кажется каким-то полем боя…       А дни, когда такое чувство можно было бы объяснить разыгравшимся воображением, становились все реже и реже. Армин абсолютно ясно понимал, о чем говорит Юу. Он чувствовал то же самое.       Неожиданно в дверь постучали, отчего оба невольно вздрогнули. Не произнеся ни слова, они обменялись обеспокоенными взглядами, пристально смотря на дверь. Осознавая, что это не Мика, а других гостей они не ждали; Эрен тоже не мог быть за дверью, потому что у него не было никаких причин стучать в свою собственную комнату.       Юу осторожно приблизился к двери, Армин сделал несколько шагов вместе с ним, сердце бешено колотилось. Его сосед по комнате приоткрыл дверь, а затем тут же распахнул её полностью. Прежде чем Армин успел спросить, перед ними предстал маленький мальчик. Явно первокурсник, едва достающий Юу до плеча.       — Наконец-то! — с облегчением воскликнул незнакомец, лицо его просияло, — м-можете мне помочь?       Поскольку никто из них, как оказалось, не знал мальчика, Юу спокойно пожал плечами.       — Что случилось?       — Я всем стучался, но вы первые, кто открыли… Мне нужна помощь. Третьеклассники спрятали мой портфель в туалете.       «Третьеклассники?»       — Они отобрали его у меня и повесили на дверь кабинки. Я не могу до нее дотянуться, потому что еще не дорос. Но мне нужен мой портфель! Там мой инсулин. В-вы не могли бы помочь мне её снять?       И не успел Армин переосмыслить все свои переживания, не говоря уже о том, чтобы их сформулировать, как уже услышал бодрый ответ Юу:       — Конечно!       — Класс! Спасибо!       — Юу, подожди! — попытался он остановить одноклассника, слегка оттянув юношу от мальчика.       — Мы даже не знаем, кто это!       — Серьезно? — насмешливо улыбнулся Юу, — ты боишься маленького мальчика?       — Уже забыл, в какой школе мы учимся? Кто сказал тебе, что это не засада?       — Да хватит тебе! — вновь рассмеялся Юичиро, больно похлопав того по плечу, — он же первоклассник. Еще даже не участвует в игре… А если у него на самом деле диабет, мы должны помочь.       — Но…       — Мы пойдем вместе и вернемся в нашу комнату прежде, чем ты успеешь досчитать до трех. Всё же просто, — продолжил он,  чем сводил Армина с ума еще больше.       — Не думаю…       Но Юу проигнорировал его и оглянулся на дверь, где все еще ждал их мальчик.       — Третьеклассники еще здесь? — громко спросил он, на что мальчик отрицательно покачал головой.       — Видишь? Это будет очень быстро.       Юу тут же двинулся вперед, а за ним – обрадовавшийся мальчик, улыбающийся ему, словно герою.       Армин тоже последовал за ними, хотя и был настроен весьма скептически. Он не доверял сложившейся ситуации. Он, на самом деле, чувствовал себя некомфортно, но определенно не хотел оставлять Юу одного.       И хотя у него не было умысла обвинить первокурсника, вопреки этому он всё равно удивлялся сложившимся обстоятельствам. То, что юноша постучал в их дверь именно в тот момент, когда ушел Мика… это не казалось простым совпадением.       Лишь то, что в коридоре до сих пор не было людей, а голоса других людей доносились лишь с нижних этажей и снаружи общежития, успокаивало его.       Кажется, они на самом деле были одни. И пока не случиться иное, переживать было не о чем.       Даже в туалете, когда они вошли, стояла гробовая тишина. Там никого не было. Путь был свободен.       — Там, наверху! — сказал мальчик, указывая при этом пальцем вверх. Они взглядом проследили за его направлением до угла туалета. Именно туда, где к потолку крепилась одна из многочисленных дверей туалетных кабинок. Между перегородкой и потолком виднелась небольшая щель. И прямо там они увидели застрявший синий рюкзак.       — Вижу, — ответил Юу, тут же входя в кабинку.       «Ну, он хотя бы не соврал», — с облегчением подумал Армин.       Потому что даже Юу, который был выше их обоих, казалось, испытывал некоторые трудности, чтобы достать рюкзак. Первокурсник ни за что бы не смог достать оттуда свой портфель. И снять тоже не смог бы… Пока легенда мальчика казалось правдой. И всё же, Армин всё еще был очень насторожен.       А следом Юу встал на унитаз, его пальцы коснулись ремешка рюкзака.       — Сейчас достану… минутку…, — с трудом выдавил он из себя. Но едва сосед по комнате Эрена, наконец, добыл рюкзак, как кто-то неожиданно ворвался в туалет. Кто-то, кто своим внезапным появлением наделал много шума, в одно мгновение превратив спокойствие в громкое безумие. Кто-то, кто повалил Армина на пол и, ни секунду не думая, запер Юу в кабинке.       Блондин бесцеремонно распластался на полу, а Юу исчез за дверью кабинки. Все произошло едва так быстро, что он не успел среагировать, даже подумать. Это была ловушка, которая захлопнулась.       — Эй! Выпусти меня, уебок!       Пока Армин собирался с мыслями, пытаясь проанализировать ситуацию, до него донеслось, как громко кричит и стучит в дверь Юу, пытаясь остановить громоздкого нападающего, с силой удерживая его в плену.       Армин понятия не имел, кто это мог быть. Судя по его росту, это был третьеклассник. Но Армин никогда его прежде не видел. И, к сожалению, ни прошло и секунды, как в туалет вошли еще трое парней, один из них помог мучителю Юу удерживать того взаперти. Теперь двое здоровенных, крепких парней, прислонившись к кабинке, удерживал Юу в засаде, а тот непрестанно кричал.       Остальные захватчики, тем временем, посмеивались, наблюдая за попытками Юу высвободиться и за замешательством Армина.       Он все еще лежал на полу, не в силах помочь своему однокласснику или позвать на помощь, поскольку выход из туалета был заблокирован. Вместо этого он попытался сосредоточиться на происходящем.       Откуда вдруг взялись эти типы? Никого же не было! Они же были совсем одни в коридоре…?!       Единственное объяснение, которое тут же пришло на ум Армину – это возможность того, что эти типы спрятались в соседних комнатах. Пользуясь непосредственной близостью, поджидали их обоих. Только так они смогли бы незаметно наблюдать за туалетом.       И всё же…       Откуда эти ребята могли знать, когда Юу будет кабинке? Вход в туалет был угловатым. Он проходил через небольшую нишу, создавая слепую зону для всех, кто находился в коридоре. Как же так получилось, что…       «Секунду!»       Вдруг Армину в голову пришла еще одна идея.       Пугающая мысль, которая подтвердилась, как тольно он увидел, как первоклассник убрал свой телефон. Телефон, который тот явно хотел от него упрячь. Маленькое средство связи, чтобы сообщить врагам безо всякого визуального контакта… чтобы помощь заманить наивных помощников в ловушку.       — Молодец, — похвалил один из парней первоклассника, гордо похлопав его по плечу, — всё. Можешь идти. Твой рюкзак мы позже принесем.       «Не могу в это поверить!».       Первоклассник их предал!       Мальчик сглотнул, заставив себя посмотреть здоровяку в глаза.       — И… Карино, правда, узнает об этом? Ты скажешь ему, что я помог?       — Конечно. Как и договаривались… Сделка заключена.       «Нет! Только не снова! Только не еще одна сделка с Карино!».       Да и еще с первоклассником! Такого никогда прежде не было! Первоклассники и третьеклассники работают вместе! Сатана заставляет первоклассников вмешиваться в игру! Таких засад еще не случалось! Второклассники и третьеклассники и без того постоянно устраивают собственные ловушки…! А теперь еще и это?!       «Этого просто не может быть!».       — Удивлены? — спросил один из громил Армина, который всё еще в оцепенении лежал на полу.       Двое его приспешников продолжали удерживать Юу, а тот кричал всё громче, отчаянно пытаясь вырваться.       — Выпустите меня, ублюдки!       — Заткнись педик! — один из типов в ярости пнул дверь.       — Клянусь, если я выберусь отсюда…!       — И что тогда, женушка?! — злорадствовали они, — слушать кого-то, кто позволяет названному братцу себя трахать!       — Ебанные ублюдки! Выпустите меня и разберемся по-мужски!       «Юу?».       Армин был так удивлен, услышав это от Юу. Совсем не похоже на его веселого друга – так ругаться.       Но с другой стороны… и ситуаций таких раньше не случалось.       — Трудно даже поверить, что вы, идиоты, попались на эту удочку! —  Армин слышал, как рассмеялся один из них, склонившись прямо над ним. — А это же было так просто. Всё, чего хотел этот мелкий – две дополнительные недели щенячьей защиты, как только начнется следующий учебный год.       «Что?».       — Это всё, о чём он попросил. И он был готов на всё. Всё оказалось так просто.       Две дополнительные недели щенячьей защиты? Нет… это же… против правил! Щенячья защита всегда длится две недели! Фиксированный срок, не предусматривающий отсрочек. Так было всегда! Этого не может быть! Карино… он, в самом деле, забил просто на всё!       — Что вы, сволочи, несете?! Это против правил! — громко заявил Юу.       — И что с того! — вновь рассмеялся парень, — нахуй правила! Вы, пидорасы, должны благодарить за это того Йегера и его никчемного учителя! Только из-за этих хуесосов… вы сейчас здесь.       «Нет… они же это не серьезно?!».       Сатана… в конце концов, это была его работа! Следить за тем, чтобы все соблюдали правила. А теперь ОН же сам кладет на них… Сам Карино нарушает правила.       Его сделка с Армином… баскетбольный матч… а теперь еще и это!       И это всё из-за Эрена. Его личные счеты грозили погрузить школу в хаос!       — Неужели вы, сукины дети, не может придумать что-нибудь получше?! — зло рявкнул Юу, — эти идиотские высеры начинают утомлять!       — Ты, пидор, скоро увидишь, что еще можем! — тут же раздался крик, причем адресованный еще и Армину, — скажите «спасибо» этому ебанному немцу! Если бы не он…       Но Армин пропустил мимо ушей последнюю часть фразы, вспомнив кое-что. Кое-что, что однажды сказал Эрен, не так давно. Когда они говорили об этом в первый раз…       — Эрен, ничего не изменишь. Игра продолжится, от школы не убежишь.       — Но кое-что уже изменилось… Теперь у школы появился я.       — Но ты здесь всего лишь на год… Потом ты отправишься обратно в Германию…              — Не волнуйся… Я позабочусь о том, чтобы меня ещё не скоро забыли.        Да. Эрен многое изменил. Это не было пустыми словами. Юу был прав. Школа изменилась… Она стала полем боя. Всё становилось только хуже и хуже.       Всё выходило из-под контроля.       Их, словно крыс, загнали в ловушку… В этой школе больше не было игры по типу TSE… осталась лишь война!       Вдруг один из типов схватил Армина за воротник, угрожающие приблизив к себе.       — А начнем мы с тебя, пидор!       Армин абсолютно ясно понимал, что задумали эти типы. То же самое, что и ждало каждого мальчика в этой школе, такого же маленького и слабого, как и он сам. То, чего блондин хотел избежать любой ценой.       И всё же… Армин не шевелился. Он не дрожал, не пытался высвободиться.       Он спокойно дышал. Сохранял самообладание, даже когда его тело начало дрожать. Он ничего не делал и не отводил взгляд.       Ни на секунду.       Тот тип быстро заметил его поведение и даже немного растерялся, всё ещё удерживая Армина в тисках. Его товарищи тоже переглянулись. Очевидно… всех это более чем удивило и обескуражило.       — Что такое, черри-Армин? — злобно рассмеялся парень, при этом замешательство его отчетливо читалось в голосе, — не будешь хныкать и кряхтеть, как обычно?       «Эрен просто не боится. Это единственная его необычная черта характера».       Не боится… да. В этом и вся суть. Эрен, на самом деле, никогда не боялся.       В остальном он был совершенно обычным парнем. Именно его уверенность в себе делала его таким особенным. Ничего более. Уверенность в себе… и бесстрашие.       И по этой причине он тоже больше не хотел бояться. Даже если сердце колотилось в груди, а руки дрожали. Он больше не убежит и не будет умолять!       Он больше не покажет свой страх… проигнорирует его и забудет… пока окончательно не избавится от него.       — Я больше не боюсь вас, — отчеканил он, ни на секунду не дрогнув. Вспомнилась та небольшая тренировка с Эреном: всё имеет свойство распространяться.       Армин не был дураком. Он уступал этим ребятам. Физически и по численности. И всё же… он больше не хотел убегать. Даже просить пощады и плакать. С него хватит. Он хотел быть сильнее.       С тех пор, как он встретил Эрена с Леви и собственными глазами увидел, на что способны люди. Всё началось с распространения… и с отношения.       — Твои дешевые трюки изрядно меня утомили! — прорычал он насильнику, — ты, правда, не в состоянии придумать ничего получше? Или настолько слабоумен, что пытаешься делать одно и то же снова и снова?       Боже, он так надеялся на то, что голос его прозвучал так же уверенно, как ему и хотелось бы. Неприятели смотрели на него с всё больше возрастающей яростью, а Юу с энтузиазмом кричал: «Задай им всем, Армин!»       — Ты, мелкий…       Его тут же повалили на пол. Макушка ударилась о кафельную плитку, и он потерял сознание. Голова кружилась, зрение затуманилось.       Он чувствовал, как его держат за руки и ноги, как бьют по ребрам. Боль пронзила всё его тело, отчего дышать было тяжело. Он слышал отчаянные вопли Юу, но не мог ответить. Его трепали за одежду, кричали, проклинали, били по лицу.       «Не покажу страха!» — твердил он снова и снова.       Он больше никогда не покажет, что боится. Никогда!       Что бы они с ним ни сделали. Что бы ещё ни произошло! Никогда больше…! Ради Эрена и ради себя! Он поклялся себе в этом, как вдруг одно из нападавшего неожиданно отдернули от него.       Послышались громкие крики и возгласы, Армин с ужасом наблюдал за происходящим. Незуми, появившись словно из ниоткуда, помог ему, схватив одного из парней за волосы, ударив его в лицо. Двое других тут же отреагировали, бросившись на помощь другу.       Всё происходило так быстро…       Армин едва поспевал следить за происходящим.       Незуми пытался отбиваться, но нападавшие схватили его и начали искалечивать. Поначалу Армин подумал, что его спасителю уже не поможешь. Но как вдруг в лицо одного из агрессоров прилетела тяжелая спортивная сумка. С такой силой, что тот упал назад, больно ударившись затылком.       Глаза Армина расширились, когда он увидел Хинату, собственной сумкой обездвижевшего одного из агрессоров. И как низкорослый мальчишка, прежде тихий, оглядел комнату, полный яростью и ненавистью.       В это же мгновение от Незуми был отдернут и второй парень. Армин вновь не мог поверить собственным глазом, наблюдая, как Сион безо всяких колебаний, схватив хулигана за волосы, безжалостно ударил его лицом о раковину. Брызнула кровь на стену, тот парень упал на пол, закричав от боли. Он схватился за сломанный нос, кровь лилась по нему, а он сам корчился от боли.       Двое других агрессоров тут же захотели наброситься на Сиона, чтобы отомстить за друга, но Незуми, быстро среагировав, схватил одного из парней, остановив его.       Четвертый, и последний, нападавший тут же попытался вмешаться. Но в этот же момент упал на пол, сбитый чем-то тяжелым и придавившим к полу. С невероятно громким грохотом дверь туалета, которую он прижимал, рухнула прямо на него. Юу со всей силы пнул дверь ногой, отчего та упала на агрессора. Юичиро тут же вышел из кабинки на свободу. Вытащив насильника из-под сломанной двери, он безжалостно ударил его по лицу. А затем ещё и ещё.       Руки Юу залились кровью, казалось, он был вне себя от ярости. Но в этот момент Армина еще больше напугал Сион, который схватил парня, напавшего на Незуми, сзади и начал его душить. Убийственные, холодные глаза Сиона впивались в лицо парня, а после он угрожающе прошептал:       — Ещё хоть раз тронешь Незуми… и ты – труп.       Незуми тут же схватил Сиона за руку, осторожно оттащив от хулигана.       — Довольно, успокойся! —  попытался он остановить друга. И, к счастью… это сработало.       Сион, судя по всему, хотел лишь предупредить того типа, а не убивать на самом деле. Он отпустил его и тот, тут же закашлявшись, вылетел из туалета.       Юу, кажется, тоже прислушался к словам Незуми и прекратил бить. Зная, что его жертва больше не сопротивляется.       Армин всё ещё лежал на полу, охваченный ужасом и шоком. Один из мужчин, которого Хината серьезно травмировал сумкой, тоже сбежал. Двое его друзей, воспользовавшись этой короткой передышкой, тоже свинтили, безо всяких слов и громко кряхтя.       Сломанная дверь, брызги крови свидетельствовали о только что произошедшем насилии. Насилии, которое Армину прежде не приходилось переживать. Особенно со стороны одноклассников.       Хината, рухнув, вдруг вскрикнул:       —  Да, сука! —   казалось, он пытался унять собственное сердцебиение, продолжая тараторить, —  это было мощно!       — Точно! — услышал он громкий смех Юу, который приземлился рядом.       — Я… я никогда раньше не дрался! Просто вжух, бам! —  взбудораженно произнес Хината. Словно ребенок, что был всё еще на адреналине и никак не мог успокоиться.       — А мне уже приходилось, — Юу начал смеяться еще громче, —  к счастью, эти типы быстро сдались.       Армин всё ещё молчал. Это… казалось сном. Он не мог поверить в то, что только что произошло.       — Я в порядке! — услышал он хихиканье Сиона, которого осматривал Незуми, — всё в порядке.       — Скажи это тому парню, которого ты чуть не угробил!       — Да брось… Я просто пытался тебе помочь.       — Знаю, спасибо. Но тебе стоит лучше себя контролировать.       — Я ничего не мог с собой поделать! Когда я увидел, как они тебя бьют, у меня башню сорвало!       «Башню сорвало…».       —  А с тобой всё хорошо?       — Эта пара царапин? Умоляю! — саркастично рассмеялся Незуми.       «Что… что это было? Что здесь происходит?».       Армин пытался понять. Он очень старался!       Но… ничего не выходило.       Его одноклассники… неожиданно вновь стали самими собой. Даже Сион, который еще минутой раннее мог напугать Армина своим кровожадным взглядом, вновь стал совершенно нормальным. Он выглядел таким, как и прежде: застенчивым, милым, дружелюбным.       Хината и Юу тоже стали совершенно нормальными. Как будто они все вместе разыграли спектакль, а не участвовали в настоящей драке.       Будто вся та ненависть и кровожадность, которые, как показалось Армину, он лицезрел всего мгновение назад, были лишь его воображением.       —  Ты в порядке, Армин? —   спросил Сион, стоя рядом с ним и протягивая руку, за которую блондин тут же схватился.       — Э-э… да…       —  Это радует, — ответил с улыбкой Сион и, похоже, говорил в самом деле искреннее. Его одноклассник действительно стал вновь самим собой.       —  Блять, Юу! — рассмеялся Незуми, сделав пару шагов вдоль помещения. Затем посмотрел на сломанную дверь и демонстративно встал на расколотую деревяшку. — Как ты это сделал?!       — Честно? Вообще без понятия, — рассмеялся в ответ сосед Эрена, пребывая всё в том же хорошем расположении духа, — эта штука просто в один момент сломалась…       — Они будут вне себя от ярости!       — Э, да… — вставил Хината, — думаю, нам стоит валить отсюда, пока нас не поймали.       — Неплохая идея!       Армин не мог разобрать ни слова. Как это всё могло произойти?  Как это было возможно…?!       — К-как…, — нерешительно начал он, просто потому что уже не мог это выдерживать, — откуда вы узнали, где мы…?!       Незуми, Сион и Хината тут же переглянулись, молча решая, кто должен ответить на этот вопрос Армина.       — Юу прислал нам сообщение, — ответил Хината, а Армин невольно скептически взглянул на друга.       — Что? Когда?       Юичиро, вытащив телефон, рассмеялся.       — Когда эти олухи закрыли меня в кабинке.       «Что? В кабинке?».       — Ты думал, я так просто позволю им себя вот так запереть: Я всем написал в надежде на лучшее.       «Он.. просто отправил сообщение? Просто попросил о помощи?».       Потрясенный этим заявлением, Армин оглядел своих спасителей.       — И вы сразу пришли? Так запросто?       Трое, вновь переглянулись, отвечая, рассмеялись.       — Конечно! А как иначе.       — А разве не должны были?       — Это само собой разумеется!       «Нет. Вовсе нет!».       Это не само собой разумеется. И это не было само собой разумеющимся.       Потому что ничего подобного… раннее не случалось.       Одноклассники Армина никогда не вмешивались. Никогда!       Незуми всегда считал, что нельзя лезть в течение игры. А Сион, извечно перенимая его поведение, слушал Незуми. Хината всегда излучал дружелюбность и застенчивость. Он никогда бы не стал искать конфронтации, особенно когда рядом не было Кагеямы.       А Юу… он всегда был веселым человеком, так же следующим правилам игры и тем, кто в жизни не затеял бы драку с третьеклассниками.       И всё же… вот они здесь. Среди остатков небольшой, но самой настоящей стычки с людьми Карино. Они… пришли ему на помощь. Вот так просто. Без принуждения.       Не в их стиле – бросаться с кулаками, чтобы переубедить.       Впервые… они дали отпор.       Да… Всё изменилось.       Впервые, первоклассник, не имеющий право вмешиваться в ход игры, сотрудничал с третьеклассниками. Но столь же новым было и то, что его одноклассники перешли в наступление. Что те самые, якобы беззащитные жены дали отпор. И что такие отстраненные личности, как Незуми, не колеблясь вступились.       Армину это не показалось… не только игра, но и сама школа менялась всё больше и больше, каждый день, каждый час.       Сегодня… он убедился в этом.       И он был убежден, что причиной тому был Эрен. Что мужество и бесстрашие Эрена распространялось и на других. Что победой в баскетболе он смог добиться гораздо большего, чем кто-либо до него. Да, причиной всего этого был Эрен. Армин не мог найти иного объяснения. Он твердо верил в то, что его друг был ключом к этим переменам. И что его друг из-за границы был прав, когда однажды в шутку бросил:       «Я позабочусь о том, чтобы в этой школе меня еще не скоро забыли». Ханджи       — Попалась!       Ханджи испуганно вздрогнула, услышав чей-то голос прямо над ухом. Она слишком сосредоточилась на подслушивании. Слишком занялась расшифровкой сказанных украдкой слов, чтобы подумать о незваных гостях.       Как и об этой незваной компании, тот чуть ли не до смерти её напугал.       Изая неожиданно оказался позади неё. Будто бы тайком прокрался в её кабинет, встав прямо за неё. Она не заметила. Даже не почувствовала его присутствия. Всё её внимание было приковано к перешептыванию в соседнем кабинете, теперь же – сосредоточилось на ухмыляющемся информатике, воодушевленно ожидавшего её ответа.       Смущённая, с всё ещё колотящимся сердцем, она лишь смогла из себя выдавить: «Что?», в безмолвной надежде, что сможет замаскировать собственное потрясение.       Но Изая не поддался.       — Ой, только не веди себя так. Я поймал тебя на подслушивании. Разве не так?       Да, Ханджи в самом деле стояла возле двери. Двери, ведущей в кабинет директора. Двери, отделявшей её от Чарльза с Деусом.       Она делала вид, что разбирает документы. Пыталась уловить и проанализировать слова директоров. Угадать, что они задумали. Каковы будут их дальнейшие действия…       Но директора были слишком осторожны, что Ханджи пришлось отказаться от этой затеи. Их шёпот был слишком тих, чтобы понять хоть что-то.       — Я не подслушиваю...! — попыталась возразить она, но улыбка Изаи ясно доказывала, что он ей не верит. Поэтому… она тут же отказалась от попыток переубедить его. Отрицать это – всё равно уже смысла не было. — Ну да. Ты меня поймал. Я просто хочу узнать, что задумали эти двое!       — Правда?       Секретарша тут же отошла от двери, чтобы те два типа не смогли её услышать.       — Смотри-ка, а у нас есть что-то общее, — рассмеялся он, восторженно захлопав в ладоши. Видимо, Изая, в отличие от Ханджи, не возражал против того, чтобы их услышали, — эти два ворчуна специально позвали меня к ним. И мне любопытно, что из этого выйдет.       — А, да?       — Понятия не имею, что они задумали. Но у меня есть предчувствие. Что-то типа плана Б. Туз в рукаве…       Как всегда, Изая говорил загадками. Скрытыми намеками, понятными только ему. И ему нравилось намеренно держать Ханджи в неведении. — Пойду и узнаю. Может, мне говорить громче, чтобы ты что-нибудь услышала?       Ханджи невольно усмехнулась, когда Изая, наконец, высказал ей это предложение. Она и представить не могла, что он, в самом деле, это сделает.       — Лучше не стоит. Иначе они оба что-то заподозрят.       — Может, так оно и к лучшему, — он пожал плечами, направившись к двери, — потому что у них есть кое-что, о чем лучше не знать.       Как-то мрачно, с заговорщическим тоном в голосе, Изая постучал в дверь и вошёл внутрь, не дожидаясь ответа. Оставив Ханджи наедине с её замешательством, он исчез за дверью.       «Что он имел в виду?».       Но у Ханджи не было времени строить предположения и теории.       Это был её шанс!       Она тут же незаметно прокралась к двери, надеясь, что на этот раз сможет узнать больше. И что больше её не поймают на месте преступления.       Она знала, подслушивать в данной ситуации – глупая затея. Но иного выбора у неё не было.       Чарльз и Деус что-то задумали. И ей нужно было использовать оставшееся время. Ей нужна была любая информация. Пока за ней не явится Леви       — Ну, и натворили вы делов снаружи, — послышался голос Изаи. Он говорил, как и всегда: самодовольно, с насмешкой. — Могу спросить, что вы, двое, задумали с этой выборкой классов?       — Ты и так догадываешься, — услышала она, как громко рявкнул Деус, — ты же и без того всё знаешь! Нам нужно прикрытие.       «Прикрытие?».       — Понятно. Очень слабенько, должен сказать. Ваши методы не привлекать внимание совсем исхудали.       — Поосторожнее со словами! У нас нет на это времени. Нам нужно привести в действие запасной план.       «Что? Запасной план?».       Не это ли Изая имел в виду, когда говорил о «плане Б» и «тузе в рукаве»?       Если это действительно так, то Изая точно был в курсе, что они что-то задумали. И каковы будут их дальнейшие действия.       — О? Вы в самом деле собираетесь это сделать?!       — Конечно. Всё готово. Нужно только сообщить ученикам. А остальное – за тобой.       «Что? О чем они говорят?».       — Это что, шутка?       — Конечно, нет! Ты что, еще не понял, что там творится?!       — О, ну да. Все в панике. Полиция всё оцепила. А такое ощущение, будто прошла тысяча лет с тех пор, как кто-то объявил тревогу. Я даже не могу связаться со своими людьми.       — Мы тоже! Это-то и тревожит!       — Плевать, какими бы опрометчивыми и безрассудными мы ни показались. У нас нет другого выбора. Погибло еще больше наших людей!       «Погибло наших людей?»       — Поэтому у нас нет времени на твои игры! Ты нам поможешь сейчас или нет?!       Ханджи едва улавливала суть. Она даже не хотела размышлять об этом, лишь бы не пропустить что-то важное.       Всё же, волей-неволей, придется набраться терпения, чтобы сложить окончательно пазл.       — Ладно, ладно… не усирайтесь, — рассмеялся Изая, — как и обещал, я этим займусь. Просто предоставьте это мне..       — Надеюсь, ты знаешь, что делаешь!       — Я – профи.       — ОН – тоже!       «Он?».       — Без паники. Я знаю, что делаю. Будьте спокойны.       Ханджи понятия не имела, что происходит. Но ей казалось, что Чарльз и Деус пытались чего-то избежать.       Бомбы в городе несомненно напугали их. Настолько, что они даже потеряли интерес к TSE и перестали появляться в школе.       А теперь они что-то замышляли. Но что? И что именно Изая должен был сделать для них?       — До сих пор удивляюсь тому, что вы уже всё подготовили. Должно быть, вы последние несколько часов только и делали, что висели на телефоне и, вероятно, потратили сотни тысяч фунтов…       — Деньги сейчас неважны! Их мы вернем… но они окажутся бесполезны, если он нас поймает.       — Ну, мёртвым деньги не нужны.       У следователя под прикрытием было дурное предчувствие. Что-то тут не так!       С Чарльзом и Деусом она никогда не чувствовала себя в своей тарелке. Она никогда не была сильно высокого мнения об этих двух директорах. И с тех пор как она узнала об игре, её и без того невысокое уважение к этим двоим и вовсе испарилось.       Но когда эти двое неожиданно заговорили о смерти, её тревожный звоночек в миг зазвенел. Всё внутри полицейской кричало об опасности, что она не могла игнорировать. А тайные сделки с подозрительными личностями вроде Изаи лишь подтвердили её подозрения: эти двое замышляют что-то неладное!       Она тут же схватила телефон, попытавшись написать Эрвину сообщение. Короткое СМС с просьбой к её начальнику и, по совместительству, другу обратить внимание на школу. Чтобы он смог понаблюдать и допросить их, если потребуется.       Им нужно выяснить, что здесь происходит! С кем они имеют дело. И что задумали эти два ублюдка!       Но она замерла, когда вдруг услышала, как Изая вновь захлопал в ладоши, засмеявшись.       — Супер! Вообще круто! Значит, завтра предстоит классная поездка!       Ханджи, в самом деле, показалось, что она ослышалась. Она едва удержала телефон, который чуть не выпал из её рук от шока. «Что? Школьная поездка? Завтра?!».