Сашенька

      Я ведь хорошо учился, даже отлично. И работник я надёжный и ответственный. И сижу сейчас на важном для нашей фирмы совещании с инвесторами, что, по идее, должно лишний раз только подтвердить вышесказанное. Ан нет! Обознатушки-перепрятушки.       Вот вам задачка: некий инвестор (обозначим его как «Z») неровно дышит к некой инвесторше (обозначим её как «Y»), а она в свою очередь неровно дышит ко мне и не прочь добраться до некоего моего органа (обозначим его как «Х»). Ну допустим, до «Х» ей добираться как до луны пешком, но вот до моей щиколотки своей туфлёй она таки добралась. И елозит, блин, елозит! Это чё, типа, должно возбуждать?! Теряюсь даже. Интересно, что по этому поводу могут сообщить британские учёные? Так… не отвлекаться… Дело в том, что верх стола у нас в переговорной из толстого темно-коричневого стекла. Не то чтобы столешница совсем прозрачная, но движухи ног с эротическим уклоном под ней вполне просматриваются.       Уже догадались, как задачка решается?! Давайте подскажу: пока «Y» полирует свой долбаный Louboutin о мою штанину, а «Z», сатанея, всё это наблюдает, они оба что-о?.. Пра-авильно – ни хера не вникают в ход переговоров. Шах и мат.       Так вот он ты какой, рост карьерный! А я, грешным делом, не признал. Впрочем, парень я хоть и гордый, но не до такой же степени – для правого дела и потерпеть могу. А дело… ну, не то чтобы очень правое, я бы даже сказал, что по многим признакам оно скорее даже совсем левое… Короче, мы не вполне готовы к отчёту на сегодняшний день: местами блефуем, местами за уши притянули позитивные прогнозы и всякое такое подобное… Копни как следует, и всё – жди в гости птичку обламинго вместо инвестиций. Поэтому я в принципе не в обиде на Диму, что он тут берёт и выставляет своего ценного сотрудника и близкого друга, между прочим, в качестве мишени для сексуальной объективации и всякого там тактильного харассмента.       Нет – не в обиде, и да – потерпеть могу. Так в чём же проблема, спро́сите вы? Так я повторюсь: столешница пусть и из тёмного, но таки стекла! И значит, весь этот акт домогательства виден не только некому «Z», но и весьма определённому Лису. Может, мне свезёт и он всё-таки ничего не запалит, а? Сидит вон спокойно, расправив плечи, прямо-таки излучая уверенность и самодостаточность. Отросшие почти до лопаток волосы, собранные в тугой низкий хвост, делают его скуластое лицо ещё более хищным. На нём отображена сосредоточенность без излишнего напряжения. Явно следит за тем, что вещает Дмитрий, так как во́время и в тему слегка кивает головой, чтобы придать больший вес тем или иным тезисам шефа. Пронесло вроде бы?       Лисенок спрятал на момент свои стальные глаза за дымчатыми ресницами и тут бац – резко метнул в меня секундный взгляд! Да какой взгляд!.. Сразу вспомнились старые фильмы с драчками, где ниндзя в черепа недругов сюрикены вонзали. Ну всё, стелите гроб – я спать пошёл…       Чё там?! Эх, таки да – Диме задали вопрос, который он предпочёл бы не слышать, ведь ответа у него как такового нет и остаётся только нагло врать. Приехали.       — О! Данный аспект находится в юрисдикции Александра. Думаю, будет корректно дать слово ему.       Красава! Ну, а чё?! Правильно – пусть едва ли не вчерашний студент за тебя отдувается. Впрочем, Сашенька и бровью не повёл, а принялся неспешно и с расстановкой излагать. Я слушал и думал, что всё-таки из него вышел бы замечательный современный политик: говорит складно, развёрнуто, логически обоснованно и совершенно ничего по существу.       Аккуратно оглядываю присутствующих – вроде бы ведутся все. Хотя нет, мужик, который изначально вопрос и задал, убеждённым не выглядит – не удивительно, что он, прослушав Сашенькину речь, требует уточнений и деталей. Но мой братик и тут не смутился. Скорее смутился и даже слегка порозовел тот мужик, потому что мой Лис взял и одарил его одной из своих фирменных сногсшибательных улыбок. Малыш едва слышно хмыкнул и перешёл к массированной атаке: элегантно встал из-за стола, гибкой походкой направился к доске для записей и, вооружившись одним из цветных маркеров, принялся нечто расписывать и чертить, что имело ещё большую степень концентрации очковтирательства, чем всё ранее прозвучавшее за прошедший час. Но это уже не имело никакого значения. Догадываетесь почему? Вряд ли. Это надо видеть!       Марго как-то объясняла нам, что если у человека в фигуре есть какая-то особенность, то её не всегда надо прятать и скрадывать одеждой. Напротив, её бывает нужно максимально подчеркнуть – мол, именно так может родиться уникальный и узнаваемый стиль. Особенностью Сашенькиной фигуры было то, что он, и повзрослев, оставался тонким, изящным, с гармонично сочетающимися пропорциями тела. И Рита это подчёркивала каждым пошитым ему костюмом. Максимально. Для шитья использовала натуральные ткани с примесью эластина, так что вещи прекрасно тянулись и почти не мялись.       Но это всё отговорочки – я точно знаю! Ведь от делового костюма в Сашенькиной одежде оставался только общий набор деталей кроя. Вот серьёзно: ещё чуть-чуть больше обтягона и можно будет точно утверждать, что малыш не на работу собрался, а прям на какую-нибудь вечеринку, мать её!       Мой Лис что-то пишет у самого нижнего края доски. Что? Да до фонаря! Практически все уже потеряли нить повествования, но, опасаясь показаться окружающим некомпетентными тупнями, сидят и помалкивают, делая сложные лица. А единственный рубящий фишку мужик уже и забыл, чё спросить-то хотел. Ведь чтобы добраться до нижнего края доски, Сашеньке надо наклониться, грациозно изогнув спинку. Да, именно так и никак иначе! Конечно! При этом укороченный до верха бёдер пиджак закономерно обзору не мешает, а узкие брюки, облепившие стройные ноги и потрясную задницу… А-а-а!!       Так, спокойно, Витёк… выдыхай. Он же только смотрит и ничего более. На твоего красавца братика все – и бабы, и мужики – пялятся, пора бы уже привыкнуть. И младшенький этим пользуется – ну так это для дела. Левого дела, м-да. Но всё-таки, как же хочется зарядить этому мужику, блядь! Присматриваюсь, сощурив глаза… Да, так и есть: у него колечко обручальное на нужном пальчике имеется. Бедная женщина, жена его! Кто б её просветил относительно толерантных взглядов и интересов её супружника?!       Честное слово, прям не совещание, а бурлеск какой-то!.. Еле досидел. Благо не зря старались: денег нам дадут в полном запрашиваемом объёме. Теперь выбраться бы отсюда, никому рожу не расквасив…       Ах да, я же забыл о некой «Y»! Подре́зала меня по пути и держит теперь за пуговицу пиджака своим наращенным маникюром. А за её спиной стоит некий «Z» и выказывает все признаки надвигающегося инфаркта. Как же вы все мне надоели… Съезжаю с трассы продуманными и обтекаемыми отговорками, так чтобы и мадаму не обидеть, и фирму не подставить. Нежненько так вызволяю из плена пуговицу – всё, свобода! Так, где мой Лисёнок? А-а!.. Вот он сбоку стоит, к стеночке почти припёртый нашим бисексуальным женатиком! Когда это кончится-то, а?!       Умываюсь прохладненькой водичкой в туалете на втором этаже. Помогает относительно. Рядом тщательно, словно перед хирургической операцией, моет руки мой Лис. Оба злы как тысяча чертей.       — Проверил? Дырок нет?       — Где?       — В пиджаке, в штанине или в носке!       — Целое всё. А у тебя?       — Что у меня?!       — Дополнительных дырок взором горящим не прожгло?       — Ты охерел?!       — Да, чего-то зажестил…       — Меня, по крайней мере, никто и пальцем не тронул!       — Да? Прям боюсь теперь и поинтересоваться, чем же он тогда тебя к стенке прижал…       — Вик! Я не понял, ты что – на порку напрашиваешься?! Давно не было, да?!       — Да, давненько! Как и секса!       — Два дня – это «давненько»?!       — Так и есть, раз ты уже начал перед чужим мужиком задницей вертеть! А он, если ты не заметил, женат!       — То, что для него обручальное кольцо ничего не значит, – его личные сексуальные трудности!       — А для тебя оно значит многое?!       — Невероятно, но факт!       — И носил бы не снимая?       — И носил бы, и не снимая, и на тебя надел бы, кобелина ты похотливая!       — И как бы мы объяснили всем то, что их носим?       — Да так же, как объяснили всем, почему носите парные кулоны полусердечек. То есть никак! — от двери подал голос Дима.       Интересно, как давно он здесь стоит?       — И то верно! Хрен ли мы должны перед всеми отчитываться о своей личной жизни?! — как ни в чём не бывало подхватил Сашенька. — Всё, я покупаю кольца, и чтобы никаких возражений! Ни от кого!       — Да хоть пояса верности друг на дружку вместо бельишка нацепи́те, — пожал плечами Дима. — Главное, не требуйте от Марго пошива чадры или хиджаба – ваши прелестные мордочки и попочки нужны для всеобщего обозрения. Не лишайте мир красоты – проявите великодушие.       — Кстати, да! — снова завёлся я с пол-оборота. — А можно попросить Риту не одевать моего брата как спермотоксикозную шлюшку?!       — Хм, указывать моей жене, как ей обшивать своего любимчика Саньку?! Конечно можно! Составляй завещание и проси себе на здоровье, раз жизнь не мила. Ладно, у меня ещё дела. А вы тут не шалите – в здании ещё полно народу. Валите уже домой сатисфакции друг другу устраивать. Отлично сегодня справились, между прочим, молодца! Предлагаю в субботу вместе в киношку сходить на ужастик. Ну всё, я погнал, покедова!       — Малыш?       — М-м?       — Кажется, Дима нас спалил.       — Ты… ты что – прикалываешься сейчас?       — Не, я серьёзно, ты же слышал, что он только что сказ…       — Пиздец! Ты НЕ прикалываешься! Да как тебе это удаётся вообще?!       — Что?       — Быть таким умным и тупым одновременно?!       — Эй, не обзывайся! Что я не так сказал-то?       — Вик, любимый, Дима спалил нас с самого начала.       — Что-о-о?! И ничего не сказал?!       — Да он всё время что-то говорил! Ты что – совсем не умеешь в приколы и сарказм?!       — А Рита?       — Так, всё! Едем домой от греха подальше!       Я развесил по вешалкам все части костюма и даже успел прикрыть дверцы платяного шкафа, когда почувствовал движение сзади и острые зубки, вцепившиеся в мою холку. Что ж, надо отметить, что он стал более сдержанным в интимном плане, раз уже способен дождаться, когда я сам разденусь хотя бы до белья.       Вдоволь накусавшись, Лис тащит меня к дивану, давит на плечи и нагибает над ним так, чтобы я упирался руками в подушки. Ужасно пошло и ужасно возбуждающе! Приспускает мои трусы до колен, ловко смазывает меня заранее прихваченным гелем и аккуратно вставляет – всё-таки какой он у меня заботливый. А через минуту набирает такие обороты, что только держись! Резко, сильно, быстро, со стонами в полную громкость. Ага, ясно – ну давай отрывайся, зверёныш. В ушах у меня стучит пульс, ноги ноют и дрожат от напряженного положения из-за разницы в росте, но ощущения внутри, пониже хвоста, настолько обалденные, что я готов ещё и не такое потерпеть.       Кончает он с криками, вонзая коготки мне в лопатки. Я послушно жду, пока он отдышится и, тесно сжав мои половинки, плавно вытащит. Выпрямляюсь, а Сашенька, напротив, растекается довольной томной лужицей по дивану. Указывает пальчиком мне на гель-смазку, оставленную им на журнальном столике. На секунду задумываюсь, как бы мне его хотелось… Полностью снимаю свои трусы, чтобы не мешали, и забираюсь к нему на диван. Мягко укладываю на бок обе его ножки, согнутые в коленях. Располагаюсь поудобнее, смазка, и… ох! Как же в нём хорошо! Опираюсь ему одной рукой на бедро, а второй на колено и начинаю входить жёстче и ритмичней. Любуюсь его довольным прищуром и пьяной улыбкой. Малыш тянется к волосам и стягивает с них резинку – серебряно-дымчатый веер ложится на подушку дивана. Лисёнок!       — Сашенька! Мой! Люблю!..       Мой мальчик нарезает огурец в салат и тихонько напевает себе под нос. Мотивчик мне знаком, но вот откуда?       — О! Ты на эту песню сделал свой последний клип?       — Да. И не последний, а крайний.       — Да-да, извини. Ты знаешь – отлично получилось! Кадры из того фильма так подобраны… ну, ты словно ещё один неявственный смысл раскрыл, расставив иные акценты.       — Так, понятно теперь, кто мне просмотры на канале накручивает. Слу-ушай, может быть, ты мне ещё лайки и комменты хвалебные с левых аккаунтов оставляешь, а?!       — Нет, параноик. Так тяжело поверить, что у тебя талант?       — Талант – громко сказано. Способности – это да. И просто мне это нравится, как и моим немногочисленным подписчикам. А! И ещё брату моему старшему – ему тоже очень нравится. Да чего там – он мой преданный поклонник и трепетный фанат!       — Давай, язви. Разбаловал я тебя… Малыш, ты мне доверяешь?       — Я тебе свои принципы уже давно озвучил: без доверия нет отношений. А ты мне?       — И я! Я тебе абсолютно доверяю. Понимаешь, к чему клоню?       — К тому, что мы по-дурацки звереем от взаимной необоснованной ревности?       — Ну да. И почему тогда, спрашивается, мы это делаем, несмотря на то, что всё-всё понимаем и безоговорочно друг другу верим?!       — Ты знаешь правильный ответ.       — Из-за страха потерять?       — Вот можешь же быть сообразительным иногда. Отсутствие подколов и сарказма сказывается, да?       — Да, блин, я до сих пор не могу поверить в то, что Дима с Ритой в курсе! Хотя так намного лучше – прям камень с души… А кольца?       — А что кольца? Просто хочу. Может быть, я романтик! Отстань! Будем носить – не обсуждается!       — Угу, и фамилию никому менять не надо – удобно…