Вечные связи

      Жаркий, липкий пот струился по лицу, противное послевкусие кошмарного сна все еще ворочалось в душе. Наконец-то я продрал глаза. Вокруг царила звенящая тишина: Адам, точно кукла, безмятежно отдыхал, прислонившись спиной к шершавой коре дерева, и сонно сжимал в руке какой-то сочный плод; Эдри, свернувшись калачиком под своим стареньким пледом, казался совсем крошечным и беззащитным. Только Тири нигде не было видно.       С трудом поднявшись на ноги, чувствуя каждую ноющую косточку, я оглядел окрестности. У самого берега небольшого водоема, сидел эльф, задумчиво устремив взор куда-то в туманную даль, и держал в руках нечто неразличимое в предрассветном свете. Собрав остатки сил, я нетвердой походкой двинулся к нему.       — Тири, — тихо позвал я, стараясь не спугнуть хрупкую тишину, но эльф, не отреагировал. Я присел рядом, чувствуя, как влажная от росы трава холодит кожу сквозь тонкую ткань штанов, и осторожно коснулся его плеча. — Почему не спишь?       Эльф вздрогнул, будто очнувшись от глубокого транса, и, часто моргая, удивленно взглянул на меня.       — Мистер Варэс, простите, я не могу уснуть, — смущенно пробормотал он, опуская взгляд в землю. Его обычно сияющие глаза сейчас были полны грусти.       — Тебе снятся дурные сны?       — Не совсем… скорее, сны о будущем, — по его щекам потекли прозрачные слезы, оставляя влажные дорожки.       — Тири, расскажи мне, что случилось. Может быть, я смогу чем-то помочь? — Я обнял его, стараясь хоть немного успокоить дрожащее тело. Эльф, обхватил меня в ответ, тихо всхлипывая.       — Атар… вы же знаете, он всегда был против моего брака с Эдри. Думаю, он просто боится, что я буду несчастен. Культура и взгляды наших народов настолько сильно различаются. Но я хочу быть с Эдри, я его люблю… Эти дни были лучшими в моей жизни, за исключением вашего пленения. Я увидел столько нового… И вы, мистер Варэс, — Тири поднял голову, и, смущаясь, неуверенно продолжил: — можно я буду вас называть… отцом? Только наедине.       Я усмехнулся, глядя на его заплаканное лицо.       — Конечно, можно, — потрепав его по мягким волосам, я добавил: — Только надеюсь, твой отец не будет слишком сердиться на меня за такое фамильярное обращение.       Тири вздохнул, вытирая слезы тыльной стороной ладони.       — Он все еще обижен на вас. Мой папа не любит вашу расу. Он много лет воевал против людей и питает к ним непримиримую вражду. Но я не помню свою амил, и не могу держать в себе злобу.       — Амил?       — Это означает «мама». Когда я был маленьким, наш советник сказал мне, что мою маму убил человек во время войны. После её смерти отец стал холодным, перестал улыбаться и рассказывать сказки. Из-за вашего поступка он снова стал нуждаться в вашей помощи… Я не виню вас, просто мне тяжело видеть, как он медленно увядает.       Я вздохнул, чувствуя, как на сердце наваливается неподъемная тяжесть.       — Я не тот, за кого себя выдаю, — сказал я, понизив голос до шепота, оглядываясь по сторонам, — я не Варэс.       Тири удивленно вскинул брови.       — Я так и знал! А мой отец в курсе?       — Нет, и не узнает.       — Если бы он узнал, то перестал бы вас ненавидеть!       — Нет. Он все равно будет видеть во мне его. Ему проще ненавидеть.       — Вам нравится мой отец?       — Да, нравится.       — Тогда почему вы не хотите попробовать? Рассказать ему правду?       — У меня слишком мало времени. Я умираю. Яд, которым меня отравили, повредил мою сферу жизни. Ее свет угасает…       Тири, словно испуганный зверек, притянул свою руку к моему лицу, невесомо коснувшись щеки.       — Мне очень жаль… Он знает об этом?       — Нет. Адам говорит, что мое состояние будет ухудшаться с каждым днем.       — А ваши друзья? Откуда они узнали о нашем похищении?       — Их прислала богиня.       Тири удивленно вытаращил глаза, словно не веря своим ушам.       — Богиня?!       — Да, она добрая и красивая.       «Какие вы, смертные, льстецы. Но мне это приятно, Странник», — прозвучал игривый голос в моей голове.       «Вот и ты, наконец, вернулась», — мысленно ответил я, чувствуя приятное тепло от ее присутствия.       «Я переправляла душу в иной мир. Это занимает много времени. Смотрю, вы уже почти у цели».       «Да, осталось пересечь территорию оборотней».       «Твой суженый весь извелся».       «Это неудивительно, его сын пропал».       «Он и тебя ждет».       »…что у него там случилось? Начальник зовет, до встречи, Странник!»       — Ну что, Тири, пора возвращаться, — мягко сказал я, глядя на задумчивого эльфа, который уже свернулся клубочком на моих коленях. — Спокойной ночи, сын.

***

      На следующее утро, когда первые лучи солнца пробились сквозь листву, Адам развернул карту, купленную у подозрительного торговца в ближайшем городе.       — Так, если все правильно, к вечеру будем на месте. Надеюсь, Тай добрался без потерь. Неохота мне лечить его крыло.       После долгих дней пути по выжженной солнцем, бескрайней пустыне, она внезапно сменилась густыми лесами, и приятный ветерок, наполненный ароматом хвои и влажной земли, ласково обдавал иссушенные лица. Впереди показалась небольшая деревушка, словно затерянная в зеленом море. У оборотней не было величественных замков, как у эльфов, вампиров или людей. Они жили простыми общинами, где альфа был вожаком, беты — рабочими, а омеги — теми, кто рожает детей и заботится о потомстве. В их общественный строй лучше не вдаваться — слишком уж он своеобразен.       Пара крепких оборотней, с настороженностью в глазах, внимательно следила за нами. Здесь чужаков не жалуют.       — Почему они так странно смотрят на нас? — прошептал Эдри, поеживаясь.       — Мы пахнем как вампиры, запах ещё не выветрился. Они думают, что он все ещё с нами. Хорошо, что не почуяли жениха Тири, иначе всё было бы гораздо сложнее, — пояснил Адам, почесывая подбородок.       Внезапно перед нами возник огромный, словно выросший из-под земли, вожак. Он был выше меня на целую голову и куда массивнее, явно сильный и опытный оборотень.       — Господа, чем обязан вашему визиту? И… — оборотень замолчал на полуслове, втягивая воздух через раздувшиеся ноздри, словно пес, учуявший добычу. Его холодный, пронзительный взгляд внезапно сменился ошеломленным, а в глазах появилось… узнавание? — С вами был вампир? Где он? — он грубо схватил меня за плечи и начал трясти, будто бы тряпичную куклу.       — Мистер…       — О, простите, мои манеры! Мое имя Риднхильд Эрн’с. Я вожак этой стаи. Но мой вопрос остается тем же. Зачем вы здесь?       — Мистер Риднхильд Эрн’с, мы всего лишь путники, направляющиеся в эльфийские земли. Ваша территория — кратчайший путь через такое большое расстояние.       — Зачем вам в эльфийские земли? Насколько я помню, гостей там не жалуют — особенно людей, — вожак смерил меня подозрительным взглядом.       — Мистер Варэс каэ Ди’Велль — супруг Владыки Лиорэля лейте Фент’аллэра.       — Супруг? Тот самый? — удивился Риднхильд, отпуская мои плечи. — Тогда добро пожаловать. Я выделю вам дом. Надеюсь, вас это устроит?       — Конечно! — воскликнул Адам, хлопая в ладоши и одаривая вожака своей обворожительной улыбкой.       Дом, в котором мы остались, оказался вполне приемлемым, но вот кухня… от одного ее вида становилось не по себе.       — Адам, я, конечно, ничего не имею против, но, может, у нас есть другие варианты? Более подходящие? — с надеждой в голосе спросил я, стараясь скрыть тошноту. — Может, пойдем ловить зайцев? Я на все согласен! Или хотя бы в здешнюю забегаловку.       — Какие зайцы? Ты видел этот лес? Нас сожрут сразу же, как только мы выйдем из деревни. И что тебя не устраивает? Я думал, ты не брезгливый, — нахмурился Адам, недовольно оглядывая убогую обстановку.       — Никто из нас не сможет есть мертвое нечто в соусе из шевелящихся тараканов! Ты просто не был в той забегаловке. Ты бы сразу выбежал оттуда, сверкая пятками и бледнея лицом, — поддержал я.       — Даже если бы у нас был коренной китаец, который славится своей кухней, он вряд ли осмелился бы прикоснуться к этой мерзости, — добавил Эдри, с содроганием вспоминая вчерашний ужин.       — Китайская кухня не так уж и опасна для тех, кто ее ел на вокзалах и рынках, — пожал плечами Адам, доставая из сумки какие-то сушеные травы.       Я ушел в наш дом, весело напевая забавную песенку. Уже скоро мы будем дома!