Шаги на носочках

      — А я такая и говорю: «Этот парень сдохнет в конце фильма». А Слава поворачивается ко мне… Ты бы видел его глаза, Витек, — Кира расхохоталась, запрокинув голову, и продолжила, заикаясь. — Он почти плакал. «Ну кто так делает??? Зачем мы вообще сели смотреть??? Если ты видела этот фильм, зачем рассказывать концовку??? Так нечестно!» — мило кривлялась девушка, передразнивая голос Ярослава.       Виктор тихонько посмеивался, ласково поглядывая на друга, который смущенно уткнулся в кружку пива:       — Вот прямо так уж надо было все это вслух проговорить, да? — с укором произнес Ярослав и хмуро посмотрел на свою пассию. — Я не люблю спойлеры. А теперь еще и не люблю смотреть фильмы, которые ты уже видела. Ты же комментируешь каждый чертов момент в кадре.       С Виктором он встретился только спустя две недели: с Кирой время пролетало совершенно незаметно, особенно когда она оставалась у него с ночевкой. Вечерами они смотрели фильмы или сериалы, а перед сном занимались безудержным сексом и засыпали в руках друг друга. Утром Кира готовила завтрак и уезжала на тренировку, а Ярослав садился за фотографии и пытался довести до конца свой последний заказ. Они оба не могли определиться — вошли ли они в поток серьезных отношений или еще нет. Несмотря на ту бешеную скорость, с которой они друг к другу привязались, как выяснилось, требовалось еще больше времени для того, чтобы понять, кто они друг для друга. «Наверное, это случится, когда мы окончательно заживем вместе в моей квартире и познакомимся с родителями». Кира не торопилась ни с первым, ни со вторым: несколько ночей в неделю она ночевала дома и не знакомила Ярослава с родителями. Парень решил для себя, что пока не будет торопиться с выводами. Про них знают, как минимум, общие друзья, а это уже немаловажно.       Близился сентябрь — начало последнего года учебы, подготовка к государственным экзаменам и защита дипломной работы. В какой-то момент Ярослав вдруг почувствовал, что постепенно привыкает к Кире: она казалась вполне приятным и нужным дополнением к его жизни молодого перспективного экономиста. Или все-таки фотографа. Вот с этим ему было сложнее определиться. Его привлекало фрилансерство, но постоянный доход — это все-таки намного спокойнее и привычнее для обычного среднестатистического человека. К тому же, если с Кирой все же все будет серьезно, тут явно придется быть уверенным в завтрашнем дне. «Разберусь с этим после окончания учебы. Сейчас на горизонте даже близко нет официального трудоустройства», — подумал парень и успокоился на этом.       — Как твои дела? Чем занимался эти две недели? — спросил Ярослав. Виктор отпил сока и пожал плечами.       — Да все тем же — тренировка каждый день. Роман вернулся из Москвы, так что с меня теперь три шкуры спустят. Он считает меня лентяем. Кира, подтвердишь, что я занимался?       — Я к твоему Роману даже на километр не подойду, — фыркнула девушка и отхлебнула пива. — Он у тебя монстр. К тому же последние несколько дней тебя не было в студии, ведь так? Ты только в тренажерке появлялся. Так что, увы, не смогу подтвердить твое алиби.       — Не было в студии? — Ярослав беспокойно взглянул на друга. — Ты в порядке?       — В порядке, — тепло улыбнулся парень, — просто нет смысла сидеть в студии без тренера.       — Ты ведь и сам можешь ставить танец, — отозвалась Кира. — Придумал бы новый танец к приезду Романа. Может быть, даже смог бы его удивить. В кои-то веки.       — Глупости! — рассмеялся Виктор. — Его можно удивить только первым местом в соревнованиях.       Они разговаривали на разные темы, не следя за временем. И как-то само собой вышло так, что разговор повернулся в сторону Виктора — его вынужденного одиночества. Ярослав все еще не мог понять, как можно быть таким великолепным и оставаться без пары. Так же с тоски можно помереть в один прекрасный день. Ему не давало покоя, что он будет проводить с другом меньше свободного времени, а значит, присмотреть за Виктором будет некому. Он боялся оставлять его, боялся, что он может снова наломать дров. Сначала разговор был шуточным, как всегда Виктор всю серьезность темы сводил к юмору, но потом что-то пошло не так. Или Ярослав все же слишком больно наступил на болезненную мозоль.       — Сходил бы в клуб, раз сам говорил, что они у нас есть. Познакомился бы там с каким-нибудь приятным молодым человеком.       — Нет там приятных молодых людей.       — Так и скажи, что не хочешь заморачиваться и искать себе пару.       — Вовсе нет.       — Значит, ты просто капризничаешь!       — Да что непонятного в выражении «Мне сейчас этого не надо»?!       Взбешенный Виктор проговорил это слишком громко и грубо. Скорее, даже прокричал. Ярослав застыл, рассматривая покрасневшее лицо друга: Виктор впервые за их историю знакомства поднял на него голос. Парень отодвинул от себя стакан сока, вытер губы салфеткой и встал из-за стола:       — Извините.       Ярослав даже не успел ничего сказать, только молча глядел ему в спину, пока тот шел к выходу, и не понимал, что сейчас произошло.       — Ты должен извиниться перед Витей, — Кира тоже поднялась из-за стола.       — Я? — нервно усмехнулся Ярослав. — Это он сейчас на меня наорал!       — Ты был не прав.       — Не прав? Но почему? Я всего лишь пытался…       — Извинись, — настойчиво перебила его девушка и чмокнула его в губы. — Я поеду на тренировку. Сейчас успокою Витька, и он вернется за стол. А ты извинись. До встречи!       Ярослав снова не успел ничего сказать: девушка быстро проскользнула мимо столиков и выбежала в духоту улицы. Сквозь огромные окна кафе Ярослав видел, как Кира о чем-то твердит Виктору, а тот только молчаливо смотрит в сторону дороги, поправляя упавшую на лицо челку и дергая рубашку на груди в поисках прохлады. Он не отвечал девушке и даже не кивал, чтобы хоть как-то показать, о чем он думает и в каком он вообще настроении. Девушка ласково погладила парня по щеке и махнула рукой на прощание. «Что мне сказать ему, как только он сядет за стол? — Ярослав смотрел, как друг шагает мимо посетителей кафе обратно, к их столику. — Видимо, я и впрямь чего-то не понимаю, раз сумел его обидеть таким, казалось бы, невинным предложением… Я просто не хочу, чтобы он был один. Неужели я перегибаю?» Виктор сел напротив и допил остатки сока в стакане. Он не поднимал взгляд и казался патологически спокойным.       — Вик…       — Не нужно извинений.       Виктор вдруг откинулся на спинку стула и все же взглянул на друга — изучающе и дерзко:       — Сходишь со мной в гей-клуб сегодня?

***

      Щелчок. Еще щелчок. Ярослав, словно маньяк, облизнул губы и очередной раз пожалел, что с ним сейчас нет фотоаппарата: перед походом в гей-клуб Виктор захотел освежиться и переодеться. Поэтому они поехали к нему домой, в высотку с шикарным видом на бухту. Пока парень принимал душ, Ярослав делал кадр за кадром на потрепанный «Samsung» и любовался как всегда восхитительным закатом родного города. Условием похода в клуб стало полнейшее игнорирование друг друга.       — Если ты хочешь, чтобы со мной познакомились, значит, я должен выглядеть одиноким. Как только я появлюсь в клубе, все должны понять, что я пришел один и ищу пару.       — А как ты покажешь, что ты ищешь пару? — поинтересовался Ярослав.       — О, — усмехнулся Виктор и задумчиво посмотрел в окно. — Ты поймешь, как.       Все это выглядело странно, словно он пытался проучить Ярослава за его надменное предложение. Парень чувствовал, что в незамысловатом походе в клуб скрыт настоящий подвох. Вот только пока еще не понимал, какой именно.       — Я готов.       Виктор появился из ванной, застегивая на себе рубашку нежно-голубого цвета и белые хлопчатобумажные брюки. Как только он прошел мимо, от него очень сильно повеяло сладковатым парфюмом, который непроизвольно заставил замереть на месте и принюхаться. Виктор расплылся в вызывающей улыбке:       — Почуял? Это феромоны. Для мужчин. И на мужчин. Не знаю, насколько они действенны, но мощный аромат, бесспорно, притягивает внимание. Надо задействовать все органы чувств потенциальных самцов — сначала это будет зрение, — он снова продемонстрировал притягательную улыбку, доказав тем самым, что привлечь внимание в клубе ему не составит никакого труда, — потом обоняние, затем пойдет осязание, слух и, возможно, вкус.       — Вкус? Это как?       — Поцелуй, Слава, простой поцелуй. Они захотят попробовать меня на язык. Вот увидишь.       Уже в такси они условились зайти в клуб по очереди: сначала Виктор, затем Ярослав.       — Я сделаю все возможное, чтобы к тебе никто не подкатил, переключу все внимание на себя, твоего одинокого эгоиста. Но если вдруг такое произойдет, и кто-то захочет с тобой познакомиться, спасайся сам. Можешь даже оставить меня там одного и уйти. Я переживу.       — Я не оставлю тебя там одного.       — Это будет хорошо. Значит, выберешь мне претендента в партнеры.       — Я? Почему я?       — Потому что лично я не умею выбирать их для себя. Я тебе об этом уже говорил. Раз уж ты хочешь, чтобы я перестал скучать, выберешь мне пару самостоятельно. Я доверюсь твоему выбору.       — Ты серьезно? А как же твой выбор? Как же симпатия?       Виктор по-отечески хлопнул друга по плечу и проговорил:       — Разберемся на месте. Обещаю, один оттуда я не уеду.       Все произошло так, как запланировано: они прошли в клуб по очереди, друг за другом с опозданием в пять минут, устроились за стойкой бара и вынули телефоны, чтобы общаться через сообщения. Виктор сразу же заказал себе какой-то коктейль и почти залпом выпил половину стакана.       «Что ты пьешь?» — отправил ему Ярослав.       «Long Island Iced Tea»       «Вкусный?»       «Ага»       «Тоже заказать?»       «Закажи»       «Что в нем?»       «Джин, текила, ром, водка, кола и лед»       «С ума сошел? Ты же не пьешь такие крепкие напитки! Тебя же сейчас мигом развезет!»       «Не успеет, допью и пойду себя продавать»       «В смысле продавать?»       «Танцевать. Ты хотел знать, как я покажу всем, что ищу пару. Вот и увидишь, что я делаю, когда гормоны бушуют»       «И долго ты будешь танцевать?»       «До тех пор, пока не заинтересую кого-нибудь»       «Ты дал мне право выбрать. А если этот человек мне не понравится?»       «Заберешь меня с танцпола»       «Когда именно?»       «Ты поймешь, когда. Все, пошел на охоту. Закажи коктейль, рассмотри интерьер и местный контингент, ты все-таки в гей-клубе, не забыл? Когда еще я тебя сюда затащу?»       Он и впрямь спрятал телефон в карман брюк и нырнул под блики цветомузыки огромного танцпола. Народ все еще сидел за столиками или за стойкой бара, потягивая коктейли и пиво, музыка пока еще не звала подвигаться. Вокруг были одни парни и всего несколько пар девушек. Парни просто общались, девушки слишком откровенно целовались и, казалось, совершенно игнорировали окружающих, всецело отдавшись чувствам. Ярослав по совету друга заказал крепкий коктейль, сделал пробный глоток и поморщился. Зная алкогольные пристрастия Виктора, парень тут же забеспокоился о состоянии друга, взглянул на танцпол и замер. Еще пару минут назад там было всего человек десять, но теперь двигающаяся фигура Виктора скрылась в толпе. Он танцевал почти у самых зеркал, выгодно выделяясь под лучами флуоресцентного света прожекторов благодаря светлой одежде. Ярослав не мог оторвать взгляда: это был все тот же зажигательный танец, который он видел в большом зале в первый день знакомства, но с совершенно иной подачей. «Нет, в тот вечер ты не соблазнял меня. Теперь я это четко понимаю. Вот как танцуют, чтобы соблазнить…» Сейчас он смотрел на незнакомого ему Виктора: он двигался смело и вызывающе, в такт мощному биту какой-то танцевальной зарубежной песни. Рубашка была полностью расстегнута, и парень играл ею ежесекундно, то запахиваясь, то, наоборот, обнажая красивые мускулистые плечи. «Боже, Вик! Ты чего вытворяешь?» Профессиональный танцор-красавец в клубе: здесь мало у кого был шанс спастись. Ярослав с опаской наблюдал, как вокруг Виктора медленно сгустилась «тестостероновая» толпа, словно притянутая магнитом — взрослые мужчины, молодые парни. Кто-то придвигался прямо в танце, кто-то просто бродил неподалеку, попивая пиво и жадно рассматривая яркого парня, а окрыленный громкой музыкой Виктор усердно продолжал дразнить всех вокруг, затягивая в свои сладкие сети. Его глаза были закрыты, и он не мог видеть, что творится с заведенной толпой: он ласково гладил свое тело, обольстительно покусывал губы, ерошил свои и без того взлохмаченные волосы. Шаловливые пальчики забирались под ремень, словно, пытаясь стянуть брюки, чтобы обнажить очередной соблазнительный кусочек подтянутого тела. Ярослав не заметил, как втянул в себя весь коктейль почти залпом. Да, он имел удовольствие видеть полуобнаженное тело друга вблизи. Если оно поразило натурала, то несложно представить, о чем сейчас думают посетители гей-клуба. Слегка повело сознание — от волнения и крепости влитого в желудок алкоголя. Ярослав заказал сок со льдом и снова обернулся на барном стуле, заинтересованно рассматривая танцующего парня, далекого в данные минуты от реальности, которая все плотнее и опаснее сжималась вокруг него. Виктор полностью слился со своим воображением в танце. Ярослав поймал себя на мысли, что непроизвольно двигает телом в такт музыке, не в силах оторвать завороженного взгляда от пластичного и энергичного друга. «Теперь ясно, как оно действует». Свободного места вокруг Виктора становилось все меньше и меньше, ему приходилось выкладываться в танце на небольшой площадке метр на метр, но даже там, среди других танцующих парней и девушек, он все равно продолжал фокусировать на себе драгоценное внимание окружающих. Те, кто танцевал рядом, рассматривали его тело, движения, лицо, всем видом показывая, что желают быть причастны к жизни этой яркой красивой звезды. Первым смельчаком оказался молодой парень, не старше самого Ярослава: он приблизился почти вплотную, и Виктор его заметил, ласково улыбнувшись в ответ. Видимо, парень принял эту улыбку за разрешение, и вот уже его руки держат бедра Виктора, который слегка сбавил обороты и сам прижался к груди парня. Они продолжили так танцевать до тех пор, пока не заиграла медленная песня. В этот же момент молодого парня потеснил высокий крепкий мужчина, на вид около сорока лет. Виктор не сопротивлялся — поддался безоговорочному объятию, и они тут же медленно закружились вокруг своей оси, о чем-то переговариваясь. Руки незнакомца сначала держали его бедра, затем сместились ниже и сжали ягодицы. Виктор даже вида не подал, но Ярослав успел заметить мимолетную дрожь на лице: он продолжал улыбаться своему партнеру по танцу, но в глазах читалась тоска и смирение. Он не хотел участвовать в дурацком шоу, в которое его запихнул Ярослав. Тогда для чего он привел его сюда? Показать, кто прав? А кто бездушная сволочь? Снова заиграла быстрая музыка, и Виктор небрежно отпихнул от себя чересчур настырного мужчину и снова пустился во все тяжкие, танцуя экспрессивно и профессионально. Стоило третьему мужчине приблизиться к Виктору, чтобы тоже прикоснуться к молодому сокровищу, как предыдущие два партнера накинулись на него, отталкивая в сторону. Настоящие коршуны. Голодные самцы. Они размахивали руками, выясняя отношения прямо на танцполе, пихая остальных и заставляя их возмущаться. Виктора уже было не разглядеть за ссорящейся и ругающейся толпой. Наверное, это и был тот самый знак, про который говорил Виктор. Ярослав с трудом протиснулся сквозь веселящуюся потную молодежь и взял друга за запястье.       — А ты еще кто? — резко схватил его за воротничок один из претендентов на сердце Виктора.       — Я его парень! Отвали! — процедил сквозь зубы Ярослав и отпихнул настырного нахала в сторону. Виктор беззаботно улыбался ему весь путь до выхода из клуба, следуя за решительным другом, и уже там, на улице, под звездами, громко рассмеялся и закружился по тротуару.       — Ай, какой классный вечер! — хохотал он так заразительно, что Ярослав не сдержался и тоже улыбнулся.       — Чему так радуешься? Ты хоть понял, что натворил в клубе?       — Это было так забавно! Они все такие забавные, — продолжал умиляться парень, танцуя с виртуальным партнером виртуальный вальс. — Такие сильные! Смелые! Бесстрашные! Ар-р-р!!! — Виктор снова расхохотался. — Завоеватели! Покорители! Обольстители!       — Тут еще вопрос, кто обольститель, — ухмыльнулся Ярослав. — Ты обещал мне, что не уйдешь из клуба один.       — А я и не ушел один, — Виктор резко приблизился вплотную — полный сил, знойный, все еще излучающий свои сладкие феромоны, обхватил ладонь парня и вдруг чмокнул тыльную сторону запястья. — Кто сказал всем, что он мой парень?       Ярослав выдернул руку и отстранился:       — Я сказал это не всерьез, — буркнул он. — И не надейся!       — Славка! — он так крепко обнял его, уткнувшись лицом в плечо и тяжело выдохнув. — Я так рад, что ты мой друг.       Такого ему еще никто не говорил. Этот жизнерадостный парень мог удивить в любой момент абсолютно неожиданной репликой.       — Поехали в бар! — Виктор оторвался от парня, подлетел, все еще пошатываясь после коктейля, к припаркованному у клуба такси и постучал по окошку. — Отвезите нас в самый лучший бар, пожалуйста.       Они летели по ночному городу в желтых размытых огнях: ночью опустился туман, слегка прибив дневную духоту. Виктор попросил водителя сделать радио громче и проехать по мосту через бухту и тоннель. Он приоткрыл окно и высунулся в него, хватая невидимый ветер пальцами. Потоки воздуха лохматили его волосы и забирались под ткань рубашки, а он счастливо улыбался и жмурился от наслаждения.       — Вик! Ты ведь не собирался там ни с кем знакомиться? Признайся, — прокричал сквозь музыку Ярослав. Тот вернулся в салон и попросил убавить громкость. Терпению водителя можно было только позавидовать.       — Да почему же? Я был готов знакомиться и знакомился. Если ты смотрел на танцпол, то видел, что с одним из них я даже побеседовал, но потом он начал меня лапать и все испортил.       — Для чего ты меня привел в клуб?       — Чтобы доказать, это не то место, где ищут себе любимого человека. Туда приходят хорошо провести ночь. Очень трудно среди такого контингента найти нужного человека.       — Тогда почему ты мне сразу об этом не сказал? Еще в кафе днем…       — Не сказал? — повторил Виктор и свел брови. — Да ты же меня не слышал! Все твердил «надо-надо», будто бы я через подобное еще не проходил. Ты хоть представляешь, сколько ночей я провел в стенах клубов? В общей совокупности наберется целый год, если не больше. Именно там я нашел всех тех, с кем пытался встречаться. Это не вариант, пойми, наконец. Я найду себе пару, но точно не в гей-клубе.       — Странно, я думал вы пара, а вы, оказывается, просто друзья, — вдруг отозвался водитель и бросил на них двоих лукавый взгляд через зеркало дальнего вида. Виктор переглянулся с притихшим другом и перегнулся через сидение к водителю.       — Почему вы так решили?       — Обычно в это время из клуба выходят те, кому надоело веселиться, — ответил мужчина, — и они планируют перейти на новую ступень общения. Я имею в виду, постель.       — Я понял, что вы имеете в виду, — Виктор помолчал. — Мы не пара, мой друг — натурал, которому я решил показать гей-тусовку. А вы гей?       — Нет, — рассмеялся тот.       — Тогда почему вы так спокойно на меня реагируете?       — Потому что я таксист гей-клуба. Я много чего насмотрелся в своей машине.       — И почему вы здесь работаете?       — Потому что геи — щедрые клиенты. Особенно когда желают скорее уединиться.       — Сколько вы с нас возьмете за поездку?       — Обычная ночная такса — триста рублей.       — Я дам вам пятьсот! Будь вы геем, я бы вам еще и себя дал в придачу. Как бонус.       — Будь я геем, я бы высадил твоего друга и повез тебя к себе домой.       Своеобразный юмор, понятный только этим двум. Они рассмеялись, поддержав иронию друг друга, а Ярослав только отвернулся к окну и продолжил молчать: эта странная ночь перевернула все его представление о веселье. Он не чувствовал усталости или неловкости, сидя в машине с настоящим другом-геем и водителем, который так непринужденно и без стеснения шутил на тему гомосексуальности в присутствии Виктора. Уже в баре Ярослав не выдержал и все же произнес:       — Вик, я прошу прощения за разговор в кафе.       — Я же сказал тебе не извиняться, — нахмурился тот.       — Да, я помню. Но мне не дает покоя эта нестандартная ситуация, — Ярослав опустил взгляд и вздохнул. — Вик, знаешь, я плохо себя чувствую, когда ты расстроен по моей вине. Я часто кого-то обижаю — Руслана, сестру, и даже маму. Я всегда извиняюсь перед ними, если не прав. Но острое, зудящее, даже болезненное чувство угрызения совести я ощущаю только рядом с тобой. Даже после того, как прошу прощения. Черт! Наверное, я не должен такое говорить тебе…       — Да нет, — Виктор тепло улыбнулся ему. — Мне очень приятно это услышать. Это означает, что тебе не все равно. Кире очень повезло с тобой, — он протянул руку по столу и сжал его ладонь, задумчиво рассматривая его пальцы. — Как думаешь, я уже сильно опоздал? Может быть, у меня все еще есть шанс тебя завоевать?       — Вот опять ты все в шутку переигрываешь! — вспыхнул парень и отдернул руку. Виктор весело посмеивался, потягивая шампанское из бокала:       — Какие уж тут шутки! Передай Кире, если она хоть на миг ослабит женскую хватку в отношении тебя, я пущу в ход все свое мужское обаяние.       — Будто бы только от вас двоих зависит, с кем я буду, — фыркнул парень и сделал глоток пива. — Иди лучше потанцуй. Освободи неуемную энергию из плена тела. Я смотрю, в клубе ты не слишком устал.       — А вот и пойду, — Виктор залпом допил шампанское и танцующей походкой ворвался в толпу. Их столик был недалеко от танцпола, поэтому Виктор фактически танцевал рядом, игриво поглядывая в его сторону из-за плеча и улыбаясь. Ярослав только недовольно мотал головой, хотя чувствовал себя на удивление довольным и удовлетворенным. Не хотелось думать об этом, но реплика Виктора об ухаживании ему сильно польстила. Он ведь знал, что не представляет из себя ничего интересного. Каждый день он видел в зеркале обыкновенного среднестатистического парня — с большими карими глазами и родинкой на правой щеке. Вот собственно и все. Возможно, знакомство с Виктором случилось в его размеренной жизни неспроста: вот уж кто мог наглядно продемонстрировать, как можно наслаждаться жизнью и получать от нее всевозможные «плюшки». Хотя и необязательно — положительные, судя по одному из печальных эпизодов его биографии. Быть постоянно под присмотром матери, заниматься тренировками каждый день по несколько часов, испытывать периодические панические атаки, получать лечение от психотерапевта после нервного срыва. И остаться беззаботным самоуверенным обалдуем в двадцать пять лет. Такому надо поучиться.       Виктор всю ночь был неугомонен: он все танцевал и пил шампанское, танцевал и пил — но в какой-то момент он все же начал «клевать носом» за столом, и Ярослав, сам уже порядком вымотанный, осторожно приподнял сонного пьяного друга из-за стола и повел на выход ловить такси. Виктор всю недолгую дорогу домой провалялся на его коленях, громко посапывая и подергиваясь во сне.       — Смотри, чтобы твой друг не заблевал салон, — хмуро бурчал водитель.       — Он постарается этого не делать. Правда, Вик?       — Угу, — выдохнул парень и удобнее устроился на его ногах.       Ярослав повез его к себе домой: ему будет гораздо спокойнее, если парень останется на ночь в его квартире, в особенности учитывая количество и разнообразие выпитого за ночь алкоголя. Утром ему явно будет нелегко. От такси и до самой двери квартиры парня пришлось едва ли не волочь на себе.       — Господи, Вик! — пыхтел Ярослав, стараясь не уронить довольно тяжелого парня. — Ты же пил чертово шампанское, в котором от силы десять градусов. Как можно им вообще упиться?       Уже в квартире Виктор без разрешения поплелся в сторону спальни, напевая под нос и все еще продолжая нелепо пританцовывать:       — I love you, baby, and if it’s quite all right. I need you, baby, to warm my lonely night (3) …       — Вик, если хочешь, можешь принять душ. Я дам тебе полоте… — парень в шоке замер с одним ботинком в руке.       — I love you, baby, trust in me when I say… На пол зала элегантно полетела рубашка.       — Oh pretty baby, don’t bring me down I pray. Oh pretty baby, now that I’ve found you, stay…       На пороге спальни парень отбросил в сторону брюки, а за углом комнаты стянул с себя часы и носки…       — And let me love you, baby, let me love you…       И рухнул на кровать. «Хоть трусы на себе оставил — и то хорошо», — Ярослав с тяжелым вздохом шел следом, поднимая с пола разбросанные вещи, до самой кровати: Виктор лежал на постели ничком и сопел в подушку — румяный, лохматый, забавный. Великовозрастный ребенок.       — Да уж, Вик. Ты сегодня наказал меня по полной программе за мою дерзость в кафе. _________________________ (3) Песня Frankie Valli - «Can't take my eyes off you»