Шаги на носочках

      Виктор проспал беспробудно до полудня. Одно счастье — он не храпел во сне, и Ярослав смог сам выспаться, хотя уже было решил, что придется спать в зале на диване, чтобы не мешать отдыхать ни себе, ни парню. Видимо, убойные танцы слишком вымотали внутренний энергетический запас, поэтому ночью Виктор почти не шевелился. Лишь единожды он осторожно перевернулся на спину, нырнул под другую половину одеяла и снова глубоко засопел. Он не нарушал границы, не прижимался и не наваливался, а вот Ярослав спросонья перепутал его с Кирой и почти притянул к себе за голову, и лишь короткая стрижка, в которую он непроизвольно запустил пальцы, смогла его отрезвить. Он тут же резко оторвался от спящего парня, который, судя по всему, даже не почувствовал чужих прикосновений и продолжил спать как ни в чем ни бывало. «Какой же сильный аромат! — Ярослав понюхал его подушку и покачал головой: Виктор все еще источал легкий сладкий запах. — Видимо, он нанес духи на кожу, а не на рубашку. Теперь и вся моя постель пахнет. Придется перестирать. Иначе как потом объяснять все Кире?»       За окном уже было светло, на часах — только девять, но Ярослав больше не смог уснуть, несмотря на усталость после ночной гулянки. Теплый душ привел в порядок тело, кружка свежесваренного кофе согрела душу. Парень приготовил глазунью на двоих, с удовольствием перекусил и сел за фотографии. Только ближе к обеду в спальне послышались скрип кровати и тихий стон.       — Где я?       Ярослав встал на пороге и скрестил руки:       — Очухался?       Виктор безуспешно пытался пригладить торчащие волосы и смущенно натянул одеяло под самый нос.       — Почему я голый?       — А ты не помнишь, что произошло?       — Неа, — он мотнул головой и тут же сморщился. — Ох! Моя голова… — он потер виски. — После бара ничего не помню. Где моя одежда? Что случилось?       — Мы переспали вчера.       Было интересно посмотреть на реакцию парня: Виктор замер на мгновение, взмахнув бровями, а потом непринужденно рассмеялся:       — Ха-ха-ха! Очень смешно. Знаешь, если я настолько напился, что ничего не помню, значит, на секс я не был способен. Переспи мы вчера, на мне и трусов бы не осталось. И задница болела бы. Так что — увы — но секса со мной у тебя не было. Как ты там выражаешься? «И не мечтай!» Попытка обмануть не засчитана. А теперь давай, колись, чем закончился наш ночной трип. И без выдумок, пожалуйста.       — Ишь ты, какой рассудительный! — хмыкнул Ярослав.       — Еще бы, я не первый раз просыпаюсь после пьянки в чужой постели, и первое, что я делаю поутру, изучаю свои ощущения на признак секса. К тому же, у тебя есть девушка. И об этом я буду помнить даже в пьяном угаре, поэтому границы ни за что не перейду.       — Похвально. Ну что ж, в баре мы посидели чуть дольше, чем в клубе, ты напился шампанским, стал вырубаться, и я повез тебя к себе домой. Ты раздевался прямо на ходу — от коридора до спальни. Разбросал всю одежду по всей моей хате, увалился на кровать и уснул.       — Вау! Раздеться в чужой квартире до трусов… — задумчиво протянул Виктор. — Надо же, как я расслабился в твоем присутствии. Ты посмотри, как я тебе доверяю. Я не мешал тебе ночью?       Почему-то вспомнились прикосновения к теплой коже и мягким волосам на затылке, глубокое ровное дыхание и упругие мышцы спины.       — Нет.       Виктор зевнул в кулак и все-таки вылез из-под одеяла, спустил ноги на пол и присел на краю:       — Надо вставать, — он энергично потер лицо ладонями. — По-любому скоро объявится Роман и потащит меня в студию, а я совсем не в форме.       — Я приготовил яичницу, если хочешь…       — Я бы сейчас съел огромное пирожное. Пока мне еще можно. У тебя есть сладкое?       — Кажется, нет.       — Тогда давай прогуляемся до ближайшего кафе. Хочу латте и какой-нибудь неприлично сладкий десерт. Угощаю.       Они и впрямь выбрались в кафе, но перед этим Виктор все же принял душ и собрался на улицу прямо с мокрыми волосами, посетовав, что у друга нет в доме фена.       До знакомства с Виктором у Ярослава еще никогда не было такого количества посещений кафе за короткий промежуток времени. Да и финансы он старался экономить, чтобы в итоге когда-нибудь все же устроить ремонт в старенькой квартире. Виктор же, казалось, совсем не следил за содержимым кошелька.       — Отец поддерживает меня деньгами фирмы: я помогаю ему с партнерами на востоке, пока он трудится на западе. Проще говоря, я почти полноценный работник у отца. К тому же, — Виктор отпил латте и гордо улыбнулся, — я отцовский любимчик. Забавно, ведь обычно сыновья-геи ближе к матери, а у нас обоюдное отвращение друг к другу. Зато с отцом мы не разлей вода, когда я приезжаю в Москву. Он водит меня на все деловые встречи, ужины, презентации. Словно закрыл глаза на мои предпочтения. Мы с ним никогда не говорим на тему свадьбы. И он мне безумно импонирует своей лояльностью. Именно он замял все неприятные слухи и недоразумения, когда я… сорвался в прошлый раз: обеспечил мне лечение, нашел неболтливых врачей и медсестер. Вот уж кого мне здесь действительно частенько не хватает, так это отца.       Виктор и в самом деле заказал себе десерт, но вместо латте выбрал сладкий макиато. Он умял тирамису в считанные секунды и отодвинул от себя пустую тарелку подальше.       — М-м-м, божественно, — он откинулся на спинку дивана и расплылся в довольной улыбке, — жизнь хороша!       Ярослав не стал брать себе десерт, только американо с молоком, чтобы окончательно проснуться после бессонной активной ночи. Когда за их столик подсел незнакомец — седоволосый коренастый мужчина под пятьдесят — Ярослав на мгновение растерялся, но тот только протянул руку Виктору и быстро потряс его ладонь, поздоровавшись.       — Ты почему все еще не появлялся в студии?       — Некому меня контролировать, — улыбнулся ему Виктор фирменной обольстительной улыбкой и ласково погладил его по плечу. — Как видишь, я тут вовсю расслабляюсь с другом.       Мужчина перевел строгий взгляд пронзительных голубых глаз на молчаливого Ярослава и теперь уже ему протянул ладонь:       — Роман.       «Вот оно что: это его тренер. Что он тут делает?»       — Ярослав.       — Виктор, — мужчина склонил голову и как-то опасно улыбнулся подопечному, — тебе, кажется, надо припудрить нос.       — Ах, ну да. Конечно, — усмехнулся тот, взмахнув бровями, и встал из-за стола. — Сейчас вернусь, держись тут, — подмигнул он обескураженному другу и направился в туалет. Ярослав совсем не понимал происходящего вокруг него. Почему Роман заставил парня покинуть их столик? Ведь это был откровенный намек — «припудрить нос».       — Это твое или Виктора? — Роман вдруг ткнул пальцем в пустое блюдце между ними. Пирожное. «Ну конечно! Вик же должен соблюдать диету!» Ярослав опасливо посмотрел на тренера и пододвинул тарелку к себе.       — Это я ел.       — Я тебя не припоминаю, — сказал Роман, разглядывая парня. — Ты новенький?       — В каком смысле новенький? — не понял Ярослав.       — Спишь с ним? — он небрежно кивнул в сторону уходящего Виктора.       — Нет! — возмутился парень.       — А чего тогда общаешься с ним?       — Мы дружим.       — Все вы поначалу «дружите», — дерзко передразнил его Роман, — а потом вдруг по-дружески желаете воткнуть в него то, что в друзей втыкать не положено. Давай-ка начистоту. Трахнуть его хочешь?       — Чего?! — даже волосы дыбом встали на затылке.       — Поверь, я сейчас не шутки шучу и не прикалываюсь, как выражается молодежь. Если крутишься вокруг него с целью затащить в постель, лучше проваливай подобру-поздорову. Увижу тебя в его постели, зубов не досчитаешься. Или яиц!       — Это бред! — нервно усмехнулся Ярослав и откинулся на спинку дивана. — И вообще — у меня есть девушка. Кира. Она тоже танцует, можете у нее узнать.       — Узнаю. Будь уверен.       — С чего вы решили, что я ему понравлюсь?       — А с чего ты решил, что дело в симпатии? Секс может случиться и помимо симпатии, особенно у парня, у которого уже пару лет не было полноценных отношений. Думаешь, Виктор симпатию ищет? Поманишь пальчиком, он и прибежит, штанишки скинет.       — Вы плохо знаете Вика! — нахмурился Ярослав, вспомнив прошедшую ночь. «Мы сейчас говорим о разных людях. Вик не прибежит по первому зову. Этой ночью у него был реальный шанс с кем-нибудь переспать, но он сбежал из клуба вместе со мной».       — Сколько ты с ним знаком? — прищурился Роман. — Месяц? Год? Или кучу лет, как и я?       — Это не имеет значения, раз вы говорите про него такие мерзкие вещи. Вик не будет пресмыкаться и вести себя словно сучка во время течки. И я бы не хотел это слышать от вас, ведь вы сейчас для него самый близкий человек. Вы его тренер, которого он будет слушаться всегда и во всем. Думайте о нем лучше.       — Не могу, потому что он частенько меня подводит и обманывает. Например, как сейчас. С пирожным.       — Я же сказал, оно мое!       — А я говорю, нет. Я даже знаю, что он ел. Тирамису, — Роман понюхал кружку, из которой пил кофе Виктор. — И макиато заказал, вместо любимого латте. Высшая степень наглости! Сладкоежка хренов! Сегодняшнюю тренировку он у меня ползком покинет, если вообще переживет.       Вот теперь Ярослав понял, кто такой Роман и почему даже смелая Кира его боится. Он казался сущим монстром, говоря такие жуткие вещи.       — Ну что, поговорили? — Виктор как ни в чем ни бывало плюхнулся рядом с Ярославом и обнял его за плечи. — Как тебе мой друган, Ромыч? — он весело подмигнул мужчине, словно перед ним сидела милая смущенная девочка, а не угрюмый тренер старше него в два раза. — Сможешь доверить ему бестолкового, бесшабашного танцора-гомосексуалиста?       — Поживем-увидим! — Роман поднялся с дивана и ткнул пальцем в блюдце. — Его сегодня по̀том и кровью отработаешь.       — Оу! Так это ж не мое, — продолжал невинно улыбаться Виктор, а потом крепче прижал друга к плечу. — Славка у меня такой сладкоежка. Ты бы только знал! Роман вдруг сунул ему под нос чек и хмыкнул:       — Это не его чек. Улики надо тщательнее прятать.       «Черт! — Ярослав в шоке смотрел на чек в руке Романа. — Так вот как он узнал, что пил и ел Вик. А я ему уже приписал дедуктивные качества Шерлока Холмса! Вот я лопух!»       — Жду тебя через два часа в студии. Ни минутой позже. Проверю твою выносливость. И Киру прихвати. Хочу удостовериться, что этот щуплый малец, — он кивнул в сторону молчаливого Ярослава, — в самом деле, способен ее обуздать.       Роман ушел так же внезапно и бесцеремонно, как и появился.       — Он что, спит и видит, как оскорбляет людей? — пробурчал Ярослав, все еще уставившись на дверь кафе, словно боясь, что Роман снова появится здесь. Виктор вдруг хмыкнул и приложил к уху телефон: из динамика, слово в слово, зазвучал… только что случившийся разговор Романа и Ярослава.       — Т-т-ты записывал нас? — удивленно выдохнул Ярослав. Виктор недовольно отмахнулся, приложил палец к губам в просьбе помолчать и прислушался.       — Всегда записываю, как он «окучивает» моих друзей, — шепнул Виктор, внимательно слушая голоса. — Каждый раз придумывает что-то новенькое. Это своеобразная проверка на вшивость от моего несравненного тренера.       — Блин, Вик! — взмолился Ярослав. — Не слушай это! Я там не очень хорошо выражался…       В этот же момент Виктор усмехнулся и по-доброму улыбнулся другу:       — Вау! «Сучка во время течки»? Рот придется с мылом вымыть.       — Черт! — Ярослав от стыда закрыл лицо ладонями. — Не слушай!!! Хотя, плевать. Самое страшное ты уже услышал…       — Ты настоящий принц! Прямо гордость берет за то, что у меня такой друг-защитник, — рассмеялся парень.       — Иди ты в пень, Вик!       — Нет, Слава. Я серьезно. Спасибо, что думаешь обо мне именно в таком ключе, — взгляд Виктора казался весьма серьезным. — В какой-то момент жизни я совсем разуверился в дружбе. Несмотря на то, что со многими дружен и у меня куча связей, я мало кому доверяю. Потому что не вижу отдачи. Я попытался подружиться с Русланом, но у нас с ним разные взгляды на дружбу. Но с тобой, — он подпер подбородок ладонью и ласково улыбнулся, — с человеком, с которым вдвоем жевал тарталетки на пустом балконе, я не мог ошибиться.

***

      — Сегодня был какой-то адский день!       Кира вернулась домой ближе к девяти вечера, приняла душ и выпила стакан кефира вместо ужина. Ярослав к тому времени завершил последний летний заказ, сбросил фотографии на диск и откинулся на спинку кресла.       — Фото обрабатываешь? — девушка обняла его сзади за шею и нежно чмокнула в висок.       — Уже нет. Все сделал, наконец-то. Больше уже не буду брать заказов. Скоро учеба начнется, времени на это совсем не останется, — он развернулся на кресле лицом к девушке и усадил ее на колени. — Как прошел твой день? Почему так сильно устала?       — Готовлю новое выступление. К тому же скоро первое сентября: по-любому, куда-нибудь пригласят выступить. Надо быть готовой. Кстати, — она обняла парня за плечи и удивленно посмотрела ему в глаза, — ко мне сегодня подошел Роман и спросил про тебя. Роман — тренер Вити. Что произошло?       — Ух ты! — фыркнул Ярослав. — Ты посмотри на него, слово держит. Он сегодня был в кафе, где мы с Виком пили кофе. Начал подозревать меня в том, что я пытаюсь Вика соблазнить. Я сказал ему, что у меня вообще-то есть девушка и в парнях я не заинтересован.       — Ах, вот откуда растут ноги нашей беседы.       — Чего он так печется о Вике? Он же взрослый парень! Сам как-нибудь разберется.       — Роман это делает не со зла, но палку все-таки порой сильно перегибает. Он друг семьи Романовых. Бывший партнер по танцам Амелии Эдуардовны, мамы Вити. Это она попросила его взять Витю под свое крыло, зная его профессионализм и жесткий характер. Виктору в одно время нужен был такой сильный волевой человек рядом. Я не знаю, говорил ли тебе Витя о том, что с ним однажды случилось.       — Ты про нервный срыв? — покивал головой Ярослав. — Да, он рассказывал, что лечил его у психиатра.       — Нервный срыв был лишь катализатором. У психиатра он лечился из-за попытки самоубийства.       — Что?!       Кира изумленно уставилась в его большие глаза:       — Вот черт! Он… не говорил тебе про это?       — Нет, — в шоке выдохнул парень и замер. — Что случилось? Как?       — Я не знаю подробностей. Даже не знаю, он только запланировал или успел сделать с собой что-то. Никто не знает, кроме родителей и самых близких друзей семьи. Они спрятали Витю ото всех на целых полгода, чтобы инцидент быстрее забылся и слухи перестали терзать их и без того измученные души. Кажется, его увезли из города, а может и из страны. Витю не было видно почти шесть месяцев, а потом он вернулся. Совсем другой, молчаливый и тихий. Долго и мучительно входил в танцевальное русло, и вот тут ему сильно пригодились умения Романа быть стойким, выносливым и целеустремленным. Витя быстро пришел в себя под его руководством, снова начал участвовать в соревнованиях, хотя многие тренеры поставили на парне жирный крест. Спортсмены сильно уязвимы: их жизнь — вечная гонка за первым местом, круглосуточное состязание и победа над собственной ленью. Нам всегда нужно быть в тонусе, быть конкурентоспособными, быть жестокими. С другими спортсменами, с собой. Победа не терпит слабаков, а Витю признали слабым, учитывая, что он сдался, посягнул на свою жизнь. Я слышала, это случилось после ряда поражений, на личном фронте у него тоже что-то не сложилось, вроде как мать именно тогда узнала о его ориентации. Позор поражения в состязании плюс позор незапланированного каминг-аута. В общем, слишком много на парня свалилось в один момент, и он сорвался.       — Я… я не видел шрамов на его руках…       — И я не видела, — вздохнула девушка и поднялась с его колен. — Возможно, он порезал вены на ногах. Или вообще таблеток наглотался. Я не знаю, как это произошло, и боюсь спрашивать у Вити. Не хочу напоминать ему о тех ужасных днях. Представляю, как ему было трудно и больно, раз он решился на подобное. Все считают это слабостью, но как по мне… нужна огромная смелость, чтобы причинить вред самому себе. Знаешь, — она ласково провела по щеке задумчивого парня пальцами, — это хорошо, что ты с ним общаешься. Ему нужны такие добрые друзья, как ты. Витя слабее, чем кажется. Поэтому не обижай его и не заставляй делать то, чего он не хочет. Если ему требуется одиночество в личной жизни, пусть так и будет. Сейчас ты видишь его таким, каким он был прежде, до нервного срыва. Он даже стал еще более сумасбродным, как только перестал скрывать от окружения личные предпочтения в отношениях. С ним надо или дружить, или самостоятельно оставить его в покое. Сам он никогда не сделает больно, не предаст, не бросит. Будет терпеть даже самого подлого друга, но никогда не скажет ему в лицо, что он — настоящий гандон. Жаль, что я с ним не так близка, как ты. Я бы постаралась пояснить ему, что всяким придуркам можно и нужно давать отпор, — она зевнула в кулак и потянулась. — Ах, не будь Витек геем, я бы с ним обязательно замутила, — она дерзко подмигнула нахмуренному Ярославу и усмехнулась. — А теперь мне приходится смотреть, как мой парень проводит с ним добрую половину своего свободного времени, и делать вид, что не ревную.       Ярославу нечего было на это ответить: он не испытывал к своему другу никаких иных чувств, кроме уважения, доброты, восторга, преданности. И патологически странного ощущения угрозы от всего мира и зудящего желания защитить парня, оградив его ото всех бед. Словно ощущение ответственности за человека, который слишком наивно воспринимает жестокий внешний мир. Возможно, даже притворно-наивно…       — Слава!!! — послышался рык из спальни. — Почему наша постель пахнет говенными ванильными духами?!       «Черт! Как я мог забыть?!» — Ярослав в ужасе даже подпрыгнул на кресле и галопом понесся в спальню объяснять историю возникновения данного неизвестного запаха.       — Кто эта светловолосая короткостриженная тварь, которая воняет такими дешевыми духами??? — верещала девушка, зажимая между двумя пальцами белый волос. «Господи! Даже улику обнаружила!» Ярослав заботливо усадил ее на постель и принялся подробно пояснять, с облегчением наблюдая, как Кира постепенно успокаивается: под конец его рассказа ее лицо приняло до безумия растерянное выражение, а потом она просто громко и неприлично расхохоталась. Ярослав замолчал, с улыбкой рассматривая развеселившуюся девушку и понимая, как же на самом деле нелепо звучало его пояснение.       — Ты и впрямь классный друг, Славка, — она ласково поцеловала его губы и заглянула в его затуманенные глаза. — Кажется, ты сегодня заслужил не только поцелуй. Выключай свет и прыгай ко мне, а потом мы поменяем постельное белье и ляжем спать. Не хочу пахнуть мужиком, которому ты позволяешь спать в нашей постели, негодник.