В западне

      Сборы чемоданов оказались не таким уж быстрым и легким процессом, как перед сном предполагала Маринетт. Бумажка с составленным ею списком необходимых вещей в дорогу ко второй половине дня уже порядком измялась и больше напоминала фантик от конфетки, чем приличный лист бумаги. Как оказалось, недельная экскурсия влекла за собой огромный ворох вещей, ведь предстояло посетить множество самых разных мест, и почти под каждое нужна была своя одежда. Забитый под завязку чемодан вмещал в себя: несколько вязанных свитеров, пару штанов, водолазки, три пары разной обуви, один купальник (мадам Бюстье упомянула, что в их отеле будет небольшой бассейн с подогревом), и многого чего ещё, включая средства личной гигиены и все то, что она вчера вечером накупила с Альей.       День пролетел очень быстро в этой багажной суматохе, поэтому, когда он закончился, Маринетт с блаженным облегчением рухнула в кровать, моментально уснув, пока Тикки где-то там до сих пор работала над противоакумным барьером.       Сбор всего класса возле Лионского вокзала был назначен на десять утра.       До отбытия оставалось чуть больше часа. Маринетт специально встала пораньше, чтобы успеть принять душ, потому что вчера на него совсем не хватило сил. Подкрасившись и быстро позавтракав, она вместе с отцом — который помогал везти чемодан — направилась к недавно приобретенной Дюпен-Ченами машине, что должна была в оставшиеся минут сорок успеть забрать Алью и довезти обеих подруг до вокзала.       Для Адриана утро началось ещё на час раньше до отъезда. То есть — на целых два часа. Его разбудила Натали, и только для того, чтобы он прослушал скучнющую часовую инструкцию по правилам поведения на протяжении всей поездки. Когда неприятная тирада наконец подошла к своему долгожданному завершению, блондин выдохнул с облегчением. До отъезда оставался всего час, но ещё нужно было успеть сложить оставшиеся вещи в чемодан и умудриться как-то его застегнуть — извечная проблема почти всех длительных поездок. И столкнулся он с ней впервые. Вчера он отказался от всемогущей руки помощи Натали в укомплектовке вещей, но теперь уже охотно подумывал взять свои слова обратно.       От одного только он был не в восторге — что придется на целую неделю покинуть свою Леди, оставив её без поддержки. Мысль эту Плаггу, когда они остались вчера наедине, он озвучил первым же делом (ну, или почти первым же), на что чёрный котенок поспешил его успокоить, сказав, что об этом позаботится квами Ледибаг, так как у её хозяйки тоже появились планы за пределами Парижа на этот срок. «Тогда ладно, — ответил он своему квами, с улыбкой переглянувшись на большое окно своей комнаты. — Я знаю, ты не подведешь Париж. Как и всегда, ma dame*», и переключил свои мысли на поездку, которая должна была стать одним из самых запоминающихся событий в его жизни по двум причинам: во-первых, она была первым на его памяти самостоятельным дальним приключением, а во-вторых, он едет в компании лучших друзей.       Чьи-то теплые ладони закрыли глаза, и Нино уже догадывался, кому они принадлежали.       — Ну что, парень, готов оторваться по полной программе? — прозвучал рядом с ухом голос любимой девушки.       — Конечно, — он улыбнулся, взял её за запястья и развернул к себе лицом, оперев спиной на левую руку, правую сцепив с её рукой в замок. — Я на всё готов, — он потянулся было к ней за поцелуем, но та с игривой улыбкой отодвинула его лицо рукой в щёку.       — Не-а, ловелас, подождет до поезда, — она похлопала его указательным пальцем по кончику темного носа.       Парень улыбнулся и пожал плечами, не став возражать. Подняв голову, он заметил приближавшегося к ним Адриана. Вид у блондина был уставший, но довольный.       — Привет, Адриан, — они с Альей встали в нормальные позы, и Нино помахал другу рукой, когда тот остановился возле них.       — Привет, — парень широко зевнул и как следует потянулся, растягивая затекшие после поездки на машине мышцы. Он был одет в теплый серый худи, чёрные джинсы и серые кроссовки; и выглядел весьма презентабельно, несмотря на сонное выражение лица. Где-то поодаль, за спиной парня дожидался и охранник с его чемоданом.       Маринетт шла, уткнувшись в распечатанный билет, не глядя по сторонам. Она на полном шагу врезалась в спину блондина, чуть не повалив того, да и себя заодно, лицом в асфальт.       — Ай, — она зажмурилась, неуклюже отшатнувшись и растирая ушибленный лоб, — прости-и-и…ъ пожалуйста, Адриан?!       — Привет, Маринетт, — парень сонно ей улыбнулся. — Извини, ты в порядке?       — Аха-ха-ха, да. Привет, — она растянула рот в улыбке, маша ему рукой с билетом и про себя отмечая, что сонный  — он ещё прекраснее.       Мадам Бюстье отвлекла их от разговора, попросив всех учеников собраться и построиться в линейку, чтобы пересчитать и убедиться, что все в сборе. После того, как перекличка была окончена, ребята пошли искать свой вагон.       — Так, 11… 12… о, вот наш! — крикнула всем Алья.       Чемоданы с вещами были успешно убраны под сидения, и пока все четверо ждали проверяющего билеты проводника, друзья решили определиться, кто и где будет спать. Предложение озвучил Нино. Алья тут же его подхватила, первой взяв слово:       — Чур, я сплю внизу. Не люблю верхние койки после… одного неприятного инцидента, — в памяти всплыла поездка к бабушке на верхнем ярусе, закончившаяся сотрясением. Алья помотала головой, прогоняя неприятные воспоминания. Нет-нет-нет, наверх она ни за что не полезет.       — Ну, раз уж я привыкла спать на самом верхнем этаже в доме, пожалуй, возьму себе койку над тобой, — улыбнулась Маринетт.       Алья толкнула сидевшего между ними Нино локтем в бок, и тот, опомнившись, заговорил:       — А я хочу с Альей — внизу. Придется тебе взять верхнюю, чувак, — обратился он к сидевшему напротив Агресту, разведя руки.       Адриан переключился с изучения купе, в котором они сидели, на друга.       — А? Да мне, в общем-то, всё равно, где спать, — он с улыбкой пожал плечами. — Для меня одно уже самостоятельное перемещение на поезде — большое событие, — честно признался парень, почесывая затылок.       Через несколько минут в их купе зашла проводница, проверила билеты, выдала каждому по комплекту постельного белья в приятных полиэтиленовых пакетах и напоследок сообщила, что поезд скоро тронется.       Кровати на ночь были застелены, лишняя верхняя одежда убрана на вешалки, и все, кому было необходимо, переодеты. После приготовлений Адриан ненадолго вышел в коридор вагона, чтобы позвонить отцу и справиться о том, что он успешно сел на поезд. Отпустить-то, он его отпустил, но не без обязательных условий.       Когда поезд неспешно начал набирать ход, Адриан с разрешения Нино пристроился на его нижней койке возле окна, с нескрываемым любопытством разглядывая поплывший за стеклом парижский вокзал и сменяющую его утреннюю природу. Ощущения были в новинку. Прыгать по вагонам метро в образе Супер-Кота, преследуя акумизированного злодея — одно; да даже просто ехать в электричке. И совершенно другое — спокойно ехать на поезде в уютной компании друзей куда-то далеко, не торопясь и наслаждаясь пейзажами из окна.       Параллельно с этим, пока Сезер и Лейф что-то бурно обсуждали рядом, Маринетт смотрела на Адриана, внутренне умиляясь. Парень сидел в позе лотоса и смотрел в окно, задумчиво улыбаясь собственным мыслям. Интересно, о чем он думал? Девушке хотелось вечно наслаждаться этим зрелищем. Почувствовав на себе чей-то взгляд, парень отвлекся от своих наблюдений и улыбнулся его обладательнице. Маринетт смутилась и опустила взгляд на свои колени, поняв, что её раскусили, но потом подняла голову, мило улыбнувшись ему в ответ.       Так и началась самая увлекательная поездка в их жизни.       Чуть позже большая часть класса, за исключением Буржуа и её верной подруги, включая и нашу четверку, переместилась в купе к Максу, Киму, Натаниэлю и Айвану. Как выяснилось, Хлою в поездах укачивало, а значит план мести Дюпе-Чен откладывается на неопределенный срок.       Купе хоть и выглядело просторным, но явно было не рассчитано на такое большое количество людей, поэтому пришлось устраиваться чуть ли не по трое на каждой нижней койке. Но друзей это ничуть не смутило. Они весело жались друг к другу, укомплектовываясь на сидениях. Те, кто был полегче — Натаниэль и Макс, сообразили забраться на верхние койки и уже оттуда, посмеиваясь, наблюдали за происходящим. Но даже при таком раскладе часть товарищей всё равно оставалась в проходе. Благо, людей с ними в вагоне ехало немного, поэтому можно было не опасаться, что пространство коридора понадобится какому-нибудь недовольному мужчине, срочно захотевшему в конец вагона по неотложному делу.       Веселье началось с игры в карты…       — Я видел, Красная Кепка, как ты спрятал карту в карман, это нечестно! — возмущенно кричал Ким.       — Да? Давай-ка докажи, — Нино с уверенной улыбкой вывернул карманы, демонстрируя всем, что они абсолютно пусты. — А может это ты свои подтасовываешь?       — Ничего я не подтасовываю, ты все перепрятал! — продолжал возмущаться спортсмен, активно жестикулируя руками.       — Ким, то, что ты проигрываешь уже восьмой раз подряд, даёт почву для определенных выводов. Карты тебе явно не даются, — констатировала Алья. Купе подхватило её дружным смехом.       — Да ну вас! Просто вам везёт! Вот я сейчас разыграюсь и всем покажу, где раки зимуют! — он демонстративно вытянул соединенные в замок руки ладонями вперед. Компания засмеялась ещё громче. Стоит ли говорить, что Ким проиграл и последующие три партии? Правда даже после этого он упрямо не сдавался.       — Ладно, может сыграем во что-то ещё? В Мафию, например? Карты, ведь, уже надоели, да Ким? — подначил одноклассника Адриан, за что в его лицо с противоположной койки прилетел увесистый снаряд в виде подушки.       — Я ведущий, — гордо заявил Ким, пока подушка сползала с прифигевшей физиономии блондина, вызвав у сотоварищей очередную волну заливистого смеха. Когда подушка упала на колени, засмеялся и он сам.       Ле Тьен принялся раздавать карты. В первом коне Маринетт оказалась куртизанкой, а Алья прокурором. Такой расклад был всем на руку, поэтому уже во вторую ночь Мафия был вычислен. Потом ведущие менялись. Ребята веселились до того момента, пока Мадам Бюстье не разогнала всех по своим купе, потому что люди начинали жаловаться на шум.       Адриан, Нино, Маринетт и Алья вернулись в своё купе. Пейзажи за окном начали темнеть, приобретая сине-фиолетовые оттенки с вкраплениями золотистых огоньков проносившихся мимо деревушек или станций. Впрочем, когда в вагоне зажегся свет, стекло полностью потемнело, и уловить что-либо за ним было уже проблематично. Алья потянулась, плюхнувшись рядом с подругой. По дороге сюда ей в голову пришла интересная идея, которую она поспешила озвучить:       — Ладно, господа. Дабы выветрить остатки азарта, предлагаю и нам вчетвером во что-нибудь сыграть перед сном. Как насчет правды или действия?       — Я за, — пожал плечами Нино.       Адриан и Маринетт синхронно на них переглянулись. Взгляды их были полны непонимания и любопытства.       — Вы что, не знаете эту игру? — спросила Алья.       Оба отрицательно помотали головами. Алья вздохнула и принялась разъяснять им правила. Что ж, тем лучше. Значит её план должен сработать просто идеально, надо только, чтобы кто-то из них выбрал действие. С этим ей по началу откровенно не везло. То ли догадались, что действие в этой игре — выбор рискованный, то ли просто увлеклись болтовней. И тем не менее, удача в конце концов всё же встала на сторону рыжеволосой, когда она уже и не надеялась. Адриан выбрал действие.       По взгляду Сезер Маринетт сразу же догадалась, что ничего хорошего её не ждет. Да, именно её. И в подтверждение Алья озвучила опасения подруги в слащавой манере:       — Адриан, — она встала и пересадила блондина на своё место. Маринетт вздрогнула и застыла, когда тот сел рядом с ней. Сама Сезер уселась на его место рядом с Нино и продолжила: — плюс Маринетт, равно — поцелуй. — Она скрестила указательные пальцы под своими губами и уточнила, куда.       Маринетт было страшно даже оборачиваться. На парня мечты рядом с ней, который должен был её поцеловать. В губы. Она сглотнула, медленно повернула голову и подняла глаза. Щёки покрылись румянцем. Она пропустила его реакцию, поскольку парень уже закрыл глаза и неуверенно тянулся к ней за поцелуем, но почему-то была уверенна, что он вначале охренел не меньше. Девушка переглянулась на Сезер. Та улыбалась во все тридцать два, показывая на парня, мол «давай же, чего ждешь?» Ответный взгляд Маринетт можно было трактовать примерно как «я тебя однажды убью, но всё равно спасибо». Она крепко зажмурилась. И Адриан, приоткрыв один глаз, накрыл её губы коротким поцелуем.       — Алья, я пришла отдать тебе заряд… — к ним в купе заглянула Аликс и тут же вышла с выражением лица а’ля «всё ясно, ок, попозже».       Синхронно с хлопнувшей дверью Маринетт отстранилась от Адриана и грохнулась на подушку со взглядом, выражавшим вселенскую боль.       — Маринетт? — такие моменты в сериалах обычно сопровождаются закадровым смехом. Блондин удивленно посмотрел на упавшую без чувств девушку, озадаченно почесывая затылок. — Я что-то сделал не так? — он обратился за помощью к остальным друзьям.       — Не парься, — поспешила успокоить его Алья. — Это её обычное состояние. Ладно. Время позднее, идеи у меня закончились, почему бы нам не лечь спать? — она зевнула в ладонь.       Маринетт села, всё ещё пребывая где-то в Нирване.       — Маринетт? Всё нормально? — спросил Агрест.       — Ага, да-да, — она встала, на автопилоте взяла Сезер за шиворот и потащила за собой в туалет. Когда они скрылись, через несколько мгновений коридор сотряс громкий радостный визг. Адриан вопросительно посмотрел на Нино. Лейф пожал плечами.       Маринетт лежала, смотрела в потолок и размышляла о сегодняшнем дне, когда мыслительный процесс вдруг прервал голос с соседней койки:       — Тоже не спится?       Девушка кивнула.       — Ты же, — парень посмотрел на подушку, под которую запустил руки, — не злишься на меня из-за поцелуя?       Нет, она не злилась. Она была в восторге. И одновременно расстроена, потому что была уверенна, что он не воспринимал этот поцелуй всерьез. Вслух же отмахнулась с понимающей улыбкой:       — Нет. То есть, не бери в голову. Я не злюсь. Это же была… просто игра, — от этих слов стало как-то больно на душе. Она потянулась к маленькой полочке, достала оттуда термос с голубым зайчиком и села.       Парень с любопытством наблюдал за ней, положив голову на подушку. Щелчком открыв термос, она налила немного в крышку и поднесла было к губам, но потом остановилась и протянула её своему соседу по койке:       — Хочешь? — спросила она с вопросительной улыбкой.       Парень улыбнулся, сел и принял угощение:       — Спасибо.       После этого между ними завязался душевный разговор. Говорили о разном: от банальностей вроде погоды за окном, до более серьезных тем. Девушке открылись ранее не замечаемые ею черты друга. Стороны, которые ещё сильнее тянули к нему. Проговорили они часов до четырех или даже дольше. И когда за окном уже начало светать, их глаза закрылись, и парочка провалилась в глубокий сон.       Супер-Кот стоял на крыше здания в томительном ожидании. Наконец предмет его восхищения появился на горизонте, выписывая ловкие маневры между крышами. Она приземлилась рядом с трубой, на которой он стоял. Кот присел на корточки, глядя на неё сверху вниз:       — Доброй ночи, моя Леди, — улыбнулся он. — Эта ночь особенно замурчательна, потому что ты рядом со мной.       — Ох, Кот, — она потянула его за хвост-ремень, и парень свалился прямо ей в руки. Леди поставила его на ноги, игриво задела звонкий колокольчик на его шее и, сомкнув руки на его талии, притянула к себе, запустив пальцы в его волосы. Кот был удивлен необычным поведением напарницы, но возражать не стал. Когда ещё выдастся такой шанс взаимных обнимашек с Леди.       — Ам, твои сережки, Ледибаг, — он переглянулся на мигающий талисман в её ушах. На нем оставалась всего одна точка.       — Да, — она улыбнулась и крепко обняла его. Через минуту его уже обнимала его синеволосая одноклассница.       Адриан проснулся в странных смешанных чувствах. Приснится же такое: Маринетт — Ледибаг. Возможно, вчерашний поцелуй оказал такое влияние. А может… Он приложил руку к губам и повернул голову к спящей напротив него девушке. Она лежала на животе, запустив руки под подушку. Голова была повернута к стене. Сходства определенно были, но мало ли людей в Париже с такой же прической, внешними данными, манерой общения…       В дверь постучала мадам Бюстье, прерывая размышления его внутреннего Шерлока. Она сообщила, что они приезжают через пару часов.       — Алья, пошли умываться, — сонно протянула Маринетт, слезая с кровати с полотенцем на плече и дорожной косметичкой в руках.       — Ага, сейчас, — отозвалась Сезер, сладко потягиваясь. Когда и она была готова, подруги покинули свое купе. Уже в туалете она не сдержалась: — Ну, и как прошла ночь?       — Ты слышала? — спросила Маринет с набитым пастой ртом.       — Вообще-то, не совсем. Ненадолго проснулась, услышав, как вы трындите сверху. Давай, колись, о чем болтали?       — Да не о чем таком особенном. Не смотри на меня так, я серьезно. Если бы было что-то существенное, я тебе непременно бы рассказала.       И это была чистая правда. Про себя Маринетт отметила, что сегодняшний ночной разговор с Адрианом продвинул их, пусть и дружеские, но отношения намного дальше.       Через полтора часа поезд прибыл на конечную станцию, за которой уже виднелись очертания крыш небольшого горного французского городка, прятавшегося за зелеными деревьями, ровно в 10:00. На перроне их ожидал сопровождающий: долговязый парень на вид лет двадцати двух, с короткими каштановыми волосами и подчеркнутыми скулами. Темно-зелёные глаза и не сходившая с губ улыбка не могли не привлечь должного внимания со стороны женской половины класса.       — Мать моя Тереза, ты же посмотри, какой альфа-самец! — торжественно сообщила Алья синеволосой подруге. — Твой «Адрианчик» ему и в подметки не годится.       — Ну тебя, — отмахнулась Маринетт. Может незнакомец и выглядел привлекательным, но её сердце было верно лишь одному человеку во Вселенной — Адриану Агресту; к тому же, на симпатичного беднягу уже повесилась Хлоя.       У вокзала на остановке их ожидал автобус. Адриан зашел в транспорт чуть позже всех остальных, поэтому, когда Сезер заметила, что сонная подруга будет едва ли склонна к разговорам, пересела к Нино. Сна не было ни в одном глазу, а сидеть в кампании тишины всю поездку совершенно не хотелось. Лейф, заметив, что и от Адриана как от собеседника толку будет не больше, чем от камня, инициативу девушки поддержал, согнав тем самым сонного Агреста к единственному оставшемуся месту в автобусе — рядом с Дюпен-Чен. Хлоя это не одобрила, вцепившись ноготками в спинку кресла с таким утробным рычанием, что сидевший перед ней Натаниэль содрогнулся всем телом от переизбытка темной ауры, исходивший от неё.       Сев, Адриан переглянулся на свою засыпающую попутчицу.       — Мх… — не успел он и слова вымолвить, как девушка крепко обняла его, очевидно приняв во сне за подушку. Парень поначалу напрягся, но потом пожал плечами и приобнял Маринетт, погружаясь в заразительную дрему. Двух часов, на которые была рассчитана поездка на автобусе до гостиницы, должно было хватить, чтобы восполнить остатки сил, отнятых ночными разговорами.       — Подъем, АдриаНетт, — Алья легонько тряхнула блондина за плечо. Поняв, что это не даст результата, она щелкнула пальцами перед их лицами. Оба вздрогнули, нехотя разлепляя сонные веки.       — Мы на месте, — сообщила Сезер, не без умиления наблюдая за просыпающейся парочкой. Это зрелище определенно стоило минуты внимания. И памятной фотографии.       — Ммм… ещё пять минут, мам, — протянула сквозь сон Маринетт, крепче сжимая Адриана в своих объятиях.       Парень окончательно проснулся, потянувшись. Почувствовав, как что-то сильно сжимает пресс, он переглянулся на обнимавшую его Маринетт. Блондин озадаченно положил руку на шею, размышляя, как бы ему выбраться из этого положения, потом мягко потряс девушку за плечо:       — Эй, Маринетт, вставай, мы приехали.       — М? Что? Куда приехали? — сознание постепенно начало возвращаться. Увидев теплую улыбку на лице блондина и сцепленные на его теле руки, девушка пару раз моргнула выпученными глазами, а потом тут же отскочила от него, как ошпаренная, ударившись головой о багажную полку.       — О нет, спасайся, кто может, катастрофа Дюпен-Чен проснулась, — произнесла шествовавшая мимо Хлоя, бросая на девушку высокомерный взгляд. Сабрина поддержала подругу смешком.       — Ты в порядке, Маринетт? — обеспокоенно спросил Адриан.       — Да, всё хорошо, — отмахнулась девушка, потирая ушибленную макушку.       Алья достала с полки рюкзак подруги и протянула ей. Адриан встал и потянулся за своим, параллельно набирая сообщение отцу о том, что в гостиницу они успешно прибыли. Взяв телефон в зубы, он надел ранец и отошёл назад, давая девушке выйти. Маринетт взяла рюкзак из рук подруги, поблагодарила её, и последние три человека направились к выходу из автобуса.       Они вышли к красивому коричнево-бежевому фасаду здания, обильно декорированному в стиле арнуво** с тонкими медными прутиками решеток, обрамляющими небольшие площадки балконов и местами перекрывающие арочные окна. Здание гостиницы прекрасно вписывалось в окружающую его природу — раскинувшееся вокруг многообразие деревьев, плавно перетекавшее в лесистую местность. В просветах между насыщенной растительностью блестело озеро, за которым вдали возвышались могучие горы со снежными шапками. Вид завораживал, успокаивал и вселял чувство внутренней умиротворённости всякому созерцавшему его человеку.       Несмотря на модернистский уклон снаружи, интерьер здания был отделан в стиле лофт: огромное пространство холла с высокими потолками занимали группы обтянутых коричневой кожей диванов, окружавших стеклянные журнальные столики на фоне темных кирпичных стен. Освещением днем служили солнечные лучи, пробивавшиеся сквозь широкие окна, а вечером, или когда погода капризничала, включалась желтоватая подсветка. Обстановка буквально дышала вдохновением.       Пока каждого пофамильно подзывали к стойке ресепшена для вручения ключей от их номеров, Маринетт пристроилась на ближайшем из диванов, активно занявшись скетчингом. К тому моменту, как назвали её имя, на странице скетчбука уже красовался незамысловатый эскиз куртки.       После регистрации и официального заселения Маринетт, Адриан, Нино и Алья отправились обживать свой номер. Включал он в себя две двуспальные кровати, разделенные плотной бежевой шторой, делящей просторное пространство комнаты на две равные половины, с каждой из которых симметрично друг напротив друга располагались туалетные комнаты с душевыми. Конечно же не обошлось без телевизоров, занимавших почетные места на прямоугольных тумбах перед кроватями, и вместительных шкафов для одежды. Из окон открывался красивый вид на окрестности, что четверке очень понравилось.       — Божечки, как тут классно! — Радостно воскликнула Алья, плюхаясь спиной на мягкую кровать. С их стороны комнаты находилось окно. — Мы определенно спим здесь, подруга.       — Ага, — кивнула Маринетт, падая следом на другую часть кровати.       От мужской половины комнаты их отделяла шторка, за которой в этот момент два парня стояли, озадаченно взирая на двуспальную кровать.       — Как-то это… неправильно, — после продолжительной паузы отметил Нино.       — Нда, — согласился Агрест.       Но к их превеликому сожалению кровати разделить было нельзя, а других номеров больше не осталось.       После обеда учеников распустили погулять, позволив самостоятельно изучить ближайшие окрестности. Прогулка затянулась до вечера. Нино и Алья, сославшись на усталость, отправились в номер; Адриан и Маринетт решили осмотреть верхние этажи гостиницы.       — Тут невероятно красиво, — восхищенно отметила Маринетт, разглядывая картину ночной природы за окном, прислонившись лбом к стеклу. На темном небе мерцали звёзды. К нему стремились долговязые ели и остроконечные верхушки ёлок, гордо возвышавшиеся над остальными деревьями. Посреди леса в свете лунных лучей бликовало озеро, за которым раскидывался рельефный горный пояс.       — Да, — ответил Адриан, глядя вместе с ней в окно. — Тут очень красиво.       Маринетт переглянулась на него. Блондин тепло ей улыбнулся:       — Может по стаканчику горячего шоколада? — предложил он.       — Мхм, — девушка улыбчиво кивнула. — На ночь после такого прекрасного дня было бы здорово.       Добыв из автомата в холле сладкий горячий напиток, они сели за один из свободных кофейных столиков.       — Я, конечно, не силен в напитках из автоматов, но этот очень даже неплох.       — Ха-ха-хах, — Маринетт отхлебнула из стаканчика, мечтательно глядя на парня.       — Конечно, с горячим шоколадом из твоей пекарни он не сравнится. Помню, я как-то забегал к вам на кружечку. Было очень вкусно… — блондин тут же осекся.       Маринетт на секунду задумалась, припоминая этот момент.       — Я такого что-то не помню. Но если тебе понравилось — это замечательно… в-в смысле, мне очень приятно!       Адриан лукаво улыбнулся. «Ну надо же так проколоться! Я ведь приходил к ней как Нуар! Хорошо, что она не стала задавать вопросы, не выкрутился бы!» — подумал он. Вслух же произнес:       — Может пойдем в номер, кажется, поздно уже.       В номере их ожидал сюрприз: Нино и Алья крепко спали в обнимку на одной кровати, улыбаясь сквозь сон. Одежду так и не сняли — видимо, не успели, уснув сразу как пришли.       — Ну отлично, и что теперь делать? — негодовала Маринетт, мысленно кромсая Сезер на мелкие кусочки. Наверняка идея заснуть на одной кровати принадлежала ей.       — Думаю, мы их вряд ли разбудим, — блондин задумчиво сложил руки на пояс, обернувшись к свободной кровати. — Даже не знаю, ложись со мной?       Маринетт покраснела до ушей.       — Я, ну, тогда в душ, — отчеканила она. Схватив первые попавшиеся под руку вещи, девушка поспешно заперлась в ванной комнате. Облокотившись на дверь, она глупо заулыбалась, надеясь, что Адриан не заметил смущения, отразившегося румянцем на её лице. Нужно было срочно принять душ. После длительной поездки и перед предстоящим сном было жизненно необходимо расслабиться под струями успокаивающей теплой воды.       Вещи, что она в спешке схватила, оказались спальным комплектом, который ей подобрала Алья. И интуиция подсказывала синеволосой, что он попал под её руку совсем не случайно. Впрочем, выбор стоял между ним и уличной одеждой, поэтому изначально был очевиден. Девушка вздохнула и надела короткую пижаму.       — Я всё расстелил, ты на какой половине хочешь спа… — парень не договорил. Маринетт зажато стояла у двери ванной — красная, как спелый помидор. Сказать, что ей было в этот момент жутко страшно и некомфортно — ничего не сказать.       Адриан сглотнул, понимая, что, если его взгляд задержится на её внешности ещё хоть на одну секунду, из носа точно брызнет кровь***. Он отвернулся, бросил скомканное «извини» и направился в противоположную ванную комнату. Девушка, с облегчением выдохнув, залезла под одеяло. Реакцией парня она осталась довольна.