Разрушение. Часть 1

Мы покинули тату-салон несколько минут назад. Продолжаю крепко сжимать запястье, вышагивая по каменному тротуару. Гарри больше не пытается меня обнять, как когда мы шли сюда. Он вообще не прикасается ко мне, раз уж на то пошло. Надеюсь, он чувствует, что я в ярости и не хочу быть рядом с ним. Но как я вообще могу этого хотеть? Он мой похититель! До сих пор никто не проронил и слова. Тишина звенящая, но такая комфортная. — Эрика думает, что ты горячая, — Гарри нарушает молчание, и в следующую секунду моё лицо меняется с сердитого на озадаченное. Смотрю на него, выгнув бровь. — Что? — Эрика, тату-мастер. Она думает, что ты горячая, — медленно повторяет он, как будто я тупая и не расслышала его в первый раз. — Но... чт... почему? — слова путаются, я в полном смятении. — Она лесбиянка, — усмехается Гарри, засунув руки в карманы. — Но… ты же целовал её шею и всё такое. Я думала, что вы… вместе, — в замешательстве говорю я. — Нет, ты шутишь? — он слегка смеется и качает головой. — Во-первых, я никогда ни с кем не встречаюсь. Мы просто часто трахались. Она может быть и лесбиянка, но всегда делает для меня исключение, только для меня, — заканчивает Гарри, сделав акцент на последней фразе. — Исключение? — спрашиваю, чтобы немного прояснить ситуацию. — Амелия, она никогда не трахается с парнями, только со мной, — его слова заставляют моё тело напрячься. Чувствую себя немного глупо, потому что сразу его не поняла. — Оу… Стоп! Как она может быть лесбиянкой, если раньше спала с Гарри? Или спит с ним до сих пор, кто знает. — Да... — начинает он и машинально наклоняется к моему уху, — настолько я хорош. — Заканчивает Гарри. Вновь чувствую его тёплое дыхание на своём ухе. По спине пробегает дрожь, но я отстраняюсь. Почему он постоянно ставит меня в неловкие ситуации? Почему не понимает, что мне это неинтересно. — Я, вообще-то, не спрашивала, но спасибо, что сообщил, — во мне зарождается раздражение, но парень только усмехается. Рада, что он находит это забавным, в отличие от меня. Мы подходим к лифту, и Гарри останавливается. Я смотрю на него, ожидая, что его пальцы автоматически введут код, но он продолжает стоять. — И чего же ты ждешь? — спрашивает Гарри. — Жду, когда ты введешь код! — закатываю глаза. — А я жду, когда ты испробуешь свой новый аксессуар, — его взгляд устремляется на моё запястье, призывая опробовать штрих-код, — просто держи его над устройством. Фыркаю и убираю ткань с пульсирующей татуировки. Поднимаю запястье к панели и ненадолго задерживаю его над клавиатурой. Слышится небольшой звуковой сигнал, и экран загорается зелёным. В ту же секунду двери из нержавеющей стали распахиваются, и я не могу скрыть своего удивления. — Вау, получилось! — Гарри закатывает глаза и входит в лифт. Снова прикладываю чёрную ткань к запястью и чувствую приятную прохладу на своей раздражённой коже. Мы стоим в лифте и ждём, когда створки закроются. Гарри как обычно, прислоняется к стене. — Куда теперь? — прямо спрашиваю я, обращая свой взгляд к кудрявому парню. — Ну, я собирался показать тебе прачечную, но предполагаю, что ты в курсе, как пользоваться стиральной машиной, — бормочет он. — Да, в курсе, — закатываю глаза, слегка откинув голову назад. Кажется, я делаю это слишком часто. — Есть ещё пара вещей, но о них позже. Сегодня вечером ты будешь меня сопровождать, — как бы между делом говорит он. — Что? — внутри меня зарождается паника. — Сегодня вечером мы идём в клуб. Там будет много парней из «Разрушения», так что тебе лучше начать собираться. — Мне обязательно идти? Можно я останусь... — последние слова почти шепчу. — Амелия, даже не начинай! Ты идешь, потому что я так сказал. Это, блять, не обсуждается, — его челюсть слегка напрягается. Решаю ничего не отвечать. Мне бы не хотелось повторения утра. Боком прислоняюсь к стенке лифта, опустив голову на прохладную поверхность. Этот парень чертовски сильно действует мне на нервы. Металлические двери открываются. Перед глазами предстаёт знакомый коридор, в правом конце которого находится квартира Гарри. — Кто там живет? — указываю на дверь с противоположной стороны. — Дэмиен, — отвечает он, когда мы подходим к двери. — Кто это? — с интересом оглядываюсь назад. — Не твоё собачье дело, — его голос полон злости. — Мне просто интересно… — бормочу себе под нос. Гарри кидает на меня быстрый взгляд, затем отпирает дверь и мы входим в квартиру. — Он ещё один важный член банды, — говорит он почти шепотом. Удивительно, что он действительно решил мне ответить. — Насколько важен ты? — интересно, мой лимит вопросов уже исчерпан? Хочу знать, как много информации могу получить от этого парня. — Очень. — Ты лидер? — не останавливаюсь я. — Нет, я не… Что? К чему столько вопросов? — чувствую нарастающее напряжение. — Просто интересно, — тихо повторяю я. Что ж, по крайней мере, я попыталась добыть информацию. Меня удивило, что Гарри не лидер. То, как люди бояться смотреть ему в глаза или учтиво кивают, наводит на мысль, что он здесь главный. Дверь за мной закрывается. Медленно прохожу в гостиную и сажусь на диван. Осторожно убираю салфетку и с интересом начинаю разглядывать татуировку, но подходит Гарри и выхватывает ткань из моих рук. Я застываю на месте и просто смотрю, как он разворачивается и уходит на кухню. Что случилось? Чем он опять не доволен? Через некоторое время Гарри вновь появляется в гостиной, ткань по-прежнему зажата между его пальцев. Он подходит к дивану и садится рядом со мной, хватает за запястье и кладёт на него уже более прохладный компресс. Гарри прижимает его к моему запястью, и я просто застываю на месте. Парень без остановки заглядывает под тёмный материал, изучая отёкшее запястье. Наши плечи постоянно соприкасаются – ненавижу это! Ненавижу, когда он прикасается ко мне, даже если это случайное касание рукой. Гарри — бомба замедленного действия, его поступки и эмоции невозможно предугадать, они меняются со скоростью света. Сейчас он ведет себя так, будто действительно заботится обо мне, но я знаю, что в любую секунду он может взорваться и причинить мне боль. Именно поэтому, я терпеть не могу, когда он ко мне прикасается. Это ещё одно напоминание, что он всегда рядом, в любой момент может легко щелкнуть выключателем и схватить меня за шею. — Краснота почти спала. Через пару часов станет гораздо лучше, — низкий голос отвлекает меня от мыслей. — Спасибо… — очень тихо отвечаю я. Не знаю, за что его благодарю. Может быть, потому что он, кажется, не злится, а просто интересуется моим состоянием. Ох… Да кого я обманываю? Гарри — мудак, который похитил меня для своих личных целей. Ему плевать, что со мной происходит. — Одежду на вечер найдёшь в шкафу. Не нужно наряжаться, но спортивные штаны не подойдут, — бормочет он. Гарри прерывает противный писк, резко приподнимает руку и отключает сигнал на часах. Он подрывается и бежит вверх по лестнице к комнате. Что это, чёрт возьми, было? Сжимаю запястье и откидываюсь на спинку уютного дивана, поджимаю ноги и начинаю анализировать информацию, которую получила. Гарри не лидер, но действия говорят об обратном? Если не он, то кто? Мысленно возвращаюсь в школу, вспоминая урок истории, когда мы заговорили о «Разрушении». Лидером банды был человек по имени Вэстли Райд Сагард. Никто никогда не видел его лично, но люди часто слышали его имя от членов банды. Это лишь подтверждает тот факт, что он был их лидером. Я вспоминаю безмолвный класс, в котором не было ни звука, кроме голоса Мисс Фримэн, заполняющего пространство. Ну конечно, Гарри не может быть лидером. Как я могла об этом забыть? Интересно, кто такой Вэстли Райд Сагард? Он будет вечером в клубе? Должно быть это ужасный человек, раз является создателем и лидером банды. Вспоминаю слова учителя, что никто никогда его не видел. Люди слышали его имя, но никто никогда не встречал Вэстли вживую, по крайне мере мы так думали. Гарри спускается по лестнице, слова срываются с моих губ прежде, чем мозг успевает подумать. — Кто такой Вэстли? — спрашиваю я, и он резко поворачивает голову в мою сторону. Вмиг его черты каменеют. Жаль, что не могу забрать слова обратно, потому что знаю, что он не любит вопросы. И, судя по выражению его лица, это был худший из них. — Что ты сказала? — нервно приподнимаюсь на диване. Он уже возвышается надо мной, скрестив руки на груди и с силой стиснув зубы. — Я… я… Вэстли Райд Сагард… К-кто он? — заикаюсь от страха. — Никогда больше не произноси это имя. Откуда оно, блять, тебе известно! — я вздрагиваю от оглушительного крика. — С… с урока. Мы говорили об этом в школе, — бормочу я. Гарри раздражённо пыхтит, яростно качая головой. — Он лидер, я права? — вопреки здравому смыслу, уверенно повторяю свой вопрос. Мне уже нечего терять. — Он очень могущественный человек, который порвёт тебя на куски, Амелия. Никогда больше не смей упоминать его имя. Он тебя уничтожит! Если я снова услышу, как ты произносишь его, как будто это вышло случайно, за себя не ручаюсь. Поняла? — он впивается в меня взглядом и кричит сквозь зубы, нервно указывая на меня пальцем. Как можно сильнее вдавливаюсь в спинку дивана. От его крика кровь стынет в жилах, а живот начинает судорожно сводить. Чувствую сильную боль в запястье, только сейчас ощутив ту силу, с которой его сжимала. — Я... мне очень жаль. Я больше не буду об этом говорить, — шепчу в поражении. Да что со мной такое? Ненавижу себя за то, какой слабой он меня делает. Ненавижу всё время бояться. Раньше я ничего не боялась... но вот я здесь, преклоняюсь и дрожу перед любым действием Гарри Стайлса, члена самой смертоносной банды в мире. После этой фразы он отворачивается, не проронив ни слова. Чувствую, как тело немеет от напряжения, когда Гарри, с крепко сжатыми кулаками, исчезает из поля зрения.