Разрушение. Часть 1

— Ты уже сдала тест по математике, Амелия? — спрашивает отец, глядя в газету. Мои глаза расширяются от шока, когда я оглядываюсь вокруг и понимаю, что сижу за столом со своей семьёй. Они полностью облачены в белое, яркая лампа висит прямо над центром стола. Нас окружает темнота, не позволяющая видеть то, что нас окружает. Я уже бывала здесь раньше. Глаза останавливаются на Эдриане, сидящем напротив, катающем горошек по тарелке. Он выглядит... виновато? — Почему ты лгал, Эдриан? — сердито бормочу я, игнорируя вопрос отца. Брат не замечает меня, будто я невидимка. — Эдриан, почему ты солгал мне? В ту ночь ты отправился не в магазин! Ты исчез, чтобы управлять бандой! — повышаю голос в гневе. — Амелия, я бы хотел узнать результаты теста, — повторяет отец, не обращая внимания на мои слова. — Папа, твой сын — убийца! Вместо одержимости моими оценками, почему бы тебе не спросить у него, по какой причине он исчез? Он лгал тебе, маме, мне! Лгал всем! — агрессивно ударяю кулаком по столу, вскочив на ноги. — Всё это время вы боготворили Эдриана, считали его идеальным ребёнком, я росла в его тени девятнадцать лет, а он оказался убийцей! Почему вы меня не слушаете?! — я смотрю на семью, которая не обращает на меня внимания. Вдруг чувствую нежное прикосновение к своей руке, заставляющее посмотреть назад. Оборачиваюсь и вижу Гарри, который стоит рядом, переплетая наши пальцы, и улыбается. — Я слушаю тебя, милая, — шепчет успокаивающий голос. Смотрю в изумрудные глаза, блестящие от яркого света. Мягкие тени на лице делают его ангелом в моих глазах. Он прекрасен. Я улыбаюсь, в то время как Гарри ободряюще сжимает мою руку. Большой палец слегка поглаживает костяшки пальцев, его кожа практически светится. Но прежде, чем я успеваю осознать происходящее, всё меняется. Я слышу громкий звук выстрела, пуля пролетает мимо меня и пробивает лоб Гарри. Его рука разжимается и выскальзывает из моей, безжизненное тело падает на землю. Сердце замирает, а челюсть отвисает, когда я смотрю на любовь всей моей жизни. Гарри неподвижно лежит на холодном бетонном полу. Резко вскидываю голову, посмотрев на брата, что держит в воздухе чёрный пистолет. Когда Эдриан переводит взгляд на меня, на его лице вспыхивает ярость. — Что ты наделал?! — кричу, падая на землю рядом с бездыханным телом Гарри. Пуля прошла навылет, вокруг его головы уже образовалась приличная лужа крови. Его глаза мирно закрыты; чувствую, как слёзы омывают моё лицо. — Амелия, разве это не то, чего ты хотела? — кричит Эдриан в гневе. Я вновь смотрю на брата, удивляясь тому, что он вообще со мной заговорил. — Нет! Я любила его! — кричу в ответ. — Ты желала его смерти! Он забрал тебя у нас, Амелия! Он — чудовище! — выплёвывает Эдриан, разозлившись на меня так же, как и я на него. — Он заботился обо мне сильнее, чем вы вместе взятые! Он любил меня, а я любила его! — оглядываюсь на холодное безжизненное тело, начинаю всхлипывать. — Он заслужил смерть, — настаивает парень. — Я ненавижу тебя! — рявкаю я, искренне злясь, что он забрал у меня самое дорогое. Склоняюсь к холодной груди Гарри, слёзы смачивают тонкую ткань его футболки. — Амелия, не смей грубить брату, — звучит мамин голос, пока она продолжает есть, даже не глядя на меня. Потрясённо смотрю на неё, качая головой и вновь перевожу взгляд на Гарри. Но как только смотрю на парня... он исчезает, будто его и не было. Широко раскрываю глаза, непонимающе оглядывая помещение. Куда он делся? Снова поворачиваюсь к столу, но и он исчез вместе с моей семьёй. Всё пропало. Я осталась одна, сидя на коленях в абсолютной темноте; единственный источник света — яркая лампа над моей головой. Мне очень страшно... Распахнув глаза, понимаю, что лежу в уютной постели Гарри. Дыхание тяжёлое, грудь сжимается от учащённого сердцебиения. Я не ощущаю рук, обычно обнимающих меня по утрам, мгновенно почувствовав тревогу. Слегка приподнимаюсь на локтях и смотрю на часы: сейчас пять утра. Прежде, чем успеваю задаться вопросом, куда исчез парень, в дверях появляется высокое мокрое тело с белым полотенцем, повязанным вокруг бёдер. Гарри видит, что я проснулась и удивлённо выгибает бровь. — Ты не спишь? — спрашивает он. Капельки воды падают с его волос, скользя вниз по обнажённой груди. — Нет... Мне приснился кошмар... — качаю головой, заправив волосы за ухо. Кудрявый слегка поджимает губы, его брови хмурятся, когда он подходит к кровати. — Ты в порядке? — спрашивает он с искренним беспокойством. Я полностью сажусь, молча кивнув. — Да, всё хорошо, просто немного взволнована. Это всего лишь сон, — тихо отвечаю я. Повторяющийся кошмар, который с каждым разом становится всё более ужасным. — Как скажешь, детка, — Гарри наклоняется, оставляя мокрый поцелуй на лбу, перед тем как двинуться к гардеробу. Его кожа блестит от воды, что делает её ещё более неотразимой. — Почему ты так рано встал? — спрашиваю я, вновь оглядываясь на часы. — Я тренировался. Ты же знаешь, что обычно я просыпаюсь около четырёх, — звучит голос из шкафа. В любой другой день я бы рухнула на кровать и уснула, но сейчас, под впечатлением ото сна и обнажённого тела Гарри, это было практически невозможно. Недолго думая, спускаю ноги с кровати и выпрямляюсь, потягиваясь на месте. — Мм, знаю, — отвечаю, покинув спальню и направляясь в ванную. В небольшом помещении царит высокая влажность, а зеркало запотело. Шлепаю босыми ногами по кафелю, подхожу к раковине и хватаю зубную щетку. Протираю ладонью запотевшее стекло, замерев на месте, когда вижу своё отражение. Багровые следы усеивают шею, на этот раз их будет очень нелегко скрыть. Поворачиваю голову и нахожу ещё больше засосов, оставленных прошлой ночью. Они выглядят очень плохо. Благодаря Гарри, я к ним привыкла, но обычно он оставляет их в более незаметных местах, которые легко спрятать под одеждой или волосами, но только не в этот раз. Провожу пальцем по воспаленной коже, моментально сморщившись от неприятных ощущений. — Чёрт возьми, Стайлс... — бормочу под нос, выдавливая зубную пасту. Я немного раздражена, но не могу отрицать, что они мне нравятся. Я действительно наслаждаюсь небольшими следами от губ Гарри, потому что они напоминают мне о нём. Уставившись в зеркало, начинаю чистить зубы. Воспоминания прошлой ночи прокручиваются в голове, посылая вдоль позвоночника мелкую дрожь. Это было более интимно, чем все предыдущие разы, потому что я знала, что Гарри любит меня, а он знал, что я люблю его. Секунду спустя кудрявый появляется на пороге ванной, полностью одетый, но волосы всё ещё влажные. Он подходит ко мне, с яркой улыбкой на лице и обнимает со спины, сцепив руки на животе. Его подбородок покоится на моём плече, а глаза смотрят на меня через зеркало. — Посмотри, как ты рано встала, — в голосе слышится игривость. Я наклоняюсь, сплюнув зубную пасту в раковину. — Посмотри, что ты со мной сделал, — отвечаю, убирая волосы с плеча, обнажая тёмные отметки. Он изучает засосы с лёгкой ухмылкой на губах, пока я продолжаю чистить зубы. — Мне нравится, — напевает он, целуя меня в щеку. — Почему? — бормочу сквозь зубную щётку, зажатую во рту. — Потому что все вокруг узнают, что ты моя, — шепчет Гарри, проводя руками по моим бокам. — Мм, — закатываю глаза, выплюнув пену в раковину, прополоскав рот водой. Ставлю щетку обратно в держатель и поворачиваюсь к парню лицом, облокотившись о керамическую поверхность. — Что ж, я выхожу только в восемь, чем бы ты хотела заняться? — ухмыляется кудрявый, сжимая мою задницу, плотно прижимаясь ко мне. — Вообще-то я собиралась приготовить завтрак, но ты можешь мне помочь, — игнорирую похотливый намёк, быстро целую мягкие губы и обхожу парня, неожиданно отстранившись. За спиной слышится разочарованный стон. Покинув ванную, пересекаю коридор, чтобы спуститься на первый этаж. Свободная футболка болтается на теле, пока я быстро сбегаю по ступенькам, направляясь на кухню. — Как насчёт того, чтобы ты приготовила завтрак, а я посмотрел? — говорит Гарри, когда мы подходим к кухне. — Ты просто собираешься смотреть? — усмехаюсь я, оглянувшись на парня, когда тот запрыгивает на столешницу. — Наслаждаться прекрасным видом, — ухмыляется он, сканируя меня взглядом. Закатываю глаза и игриво качаю головой, прежде чем повернуться к холодильнику. Просматриваю полки, остановив взгляд на коробке с яйцами. — Лучше расскажи мне, как подземный мир получает такие вещи, как свежие яйца и фрукты, — между делом спрашиваю я, схватив сковородку из ящика под плитой. — У нас есть люди, которые отвечают за получение продуктов питания на поверхности. В этом замешано намного больше народу, чем мы видим здесь каждый день, — отвечает кудрявый, сидя позади меня. — Но когда я жила на поверхности, мы могли лишь мечтать о свежих овощах и фруктах, — добавляю я, включая плиту. — Ну, у Разрушения свои привилегии — это часть сделки, — говорит Гарри, пока я достаю хлеб и помещаю пару кусочков в тостер. — Какой ещё сделки? — Сделки, заключённой со Спасением, — не думала, что парень ответит, но он действительно это делает. Гарри никогда по-настоящему не говорит со мной о работе. Я не совсем понимаю, они заключили соглашение? — Спасение? Организация, защитившая мирных жителей от банды? — спрашиваю я, выгнув бровь. — Да, они были готовы на всё, лишь бы мы прекратили нападения и просто исчезли, — он спрыгивает со столешницы и идёт к шкафчику, в котором держит лекарства. — Правда? — честно говоря, это немного шокирует. Я помню, как однажды Спасение объявило, что Разрушения больше не существует, и мы можем покинуть свои дома и вернуться к привычной жизни. — Да. Вэстли заключил сделку с лидером Спасения, мы отступили. Они также обещали нам подземные базы, которые были построены для президента и Секретных служб на случай стихийных бедствий и вражеских атак, — объясняет кудрявый. — Так вот как появилось это место… — кажется, всё встаёт на свои места. Это был один из вопросов, который я давно хотела ему задать. — Мм, пришлось изрядно повозиться, чтобы привести его в порядок, но да, это место уже существовало, — кивает Гарри. — Интересно. Значит вы прекратили убивать ради продовольствия и убежища? — бормочу я, хватая масло из холодильника. Нельзя позволить этой информации завладеть моим разумом. — Ну... были и другие причины, по которым мы остановились, — он открывает шкафчик и достаёт маленький оранжевый прозрачный пузырёк, откручивает крышку и высыпает в ладонь его содержимое. — Какие например? — продолжаю маленький допрос, кладя на сковороду кусок масла и разбивая туда яйцо. — Я не могу тебе сказать — это конфиденциально, детка, — быстро отвечает Гарри, проглотив таблетку не запивая, убирая баночку обратно в шкаф. Я усмехаюсь, качая головой. — Ну конечно, я же собираюсь сбежать и рассказать всем, — делаю ехидное замечание. — Ты выставила слишком высокую температуру, — парень меняет тему разговора и смотрит на плиту. Яйцо, которое я только что разбила, уже готово и прилипло к сковороде. — Вот чёрт! — шиплю сквозь зубы, когда Гарри убавляет мощность, пока я пытаюсь отскрести яйцо от раскалённой поверхности. — Ладно, дай сюда, — он смеётся, выхватив лопатку из моих рук и отталкнув от плиты бедром. Закатываю глаза, когда он снимает поджаренное яйцо со сковороды и кладёт на тарелку, разбивая следующее. Обвиваю руками его торс со спины и встаю на цыпочки, чтобы положить подбородок на широкое плечо, наблюдая, как парень готовит еду. — Прости, — тихо шепчу я. — Не извиняйся, детка, ты просто ужасно готовишь. К счастью, хорошо разбираешься во многих других вещах, — мне даже не нужно смотреть на него, чтобы понять, что на его лице застыла дерзкая ухмылка. — Ой, заткнись, — хихикаю, отстраняясь.