Пять причин по которым Реборн ненавидит Скалла

Порой мы принимаем людей вокруг нас за лотерейные билеты, которые служат лишь для того, чтобы осуществить наши абсурдные мечты. Карлос Руис Сафон

***

      Реборн терпеливо дожидался окончания стирки возле стиральной машины, лениво опустошая уже вторую на очереди горячую чашку кофе, в кратковременном удовольствии прикрывая глаза от острого аромата кофейных зерен.       Ровно через три минуты в прачечной раздался характерный при завершении отжима звон и он не видя смысла медлить, оставил на на поверхности машины теплую чашку, быстро вытащил на свет свою лелеемую рубашку прозаично болотно-коричневого цвета.       Вот только изначально она была не броско оранжевой.       Взгляд плавно метнулся к рукаву торчащей футболки ядовитого фиолетового цвета из-под загрузочного люка, а после с уст не предвещающим ничего хорошего тоном сорвалось имя главного нарушителя: — Скалл… — Меня кто-то звал? — высунулась любопытная мордашка вышеназванного индивида, прежде чем тот потянулся к его чашке кофе, звучно черпнув большой глоток и беспардонно протиснувшись к белью, радостно воскликнул. — О, вещи уже простирались?! Наконец-то, я думал вечность здесь просижу. Вообще чистой одежды не осталось, прикинь. Одни вонючие носки и джинсы с пятнами жирной горчицы. — Ты… ты… — дрожащими пальцами стискивая бедную некогда безупречную часть верхней одежды, произнес он, заставляя того обратить свой не такой уж удивленный взор на причину столь неустойчивого состояния своего коллеги. — Оу-у… Прости, приятель.       Реборн отчетливо чувствует как нервно дергается его правая бровь и от этого идиотского подросткового слэнга, и от всей ситуации в целом. Стоящий перед ним парень может уйти от подросткового возраста в сторону шаткой дорожки мафии, но самого нестабильного безмозглого ребенка из него определенно не вытащить никогда.       Данный неоспоримый факт не устают доказывать подобные выходки.       Итальянец смотрит на его бесстыжие фиолетовые глаза в поисках какого-либо раскаяния и находя лишь добрую половину насмешки, наконец таки выходит из себя, сворачивая мокрую ткань наподобие кнута и взмахивая им по в тот же момент застонавшему каскадеру.       Первый удар.       Второй удар.       Третий удар… — Эй-эй, Реборн, хватит уже! — усиленно замахав руками, Скалл растянул губы в извиняющей высокомерной ухмылке. — Мы ведь напарники, как боевые и озорные Чип с Дейлом.       Было успокоившийся киллер неожиданно сделал подсечку и связав сильно брыкающегося Скалла, ловко зафиксировал его конечности собственной определенно непригодной для дальнейшего использования коричневой рубашкой.       Мысль оставить его в таком виде навечно показалась до жути заманчивой.       По крайне мере перестал бы мельтешить перед глазами.       Педантично стряхнув невидимые соринки с плеч, Аркобалено Солнца обратил на него презрительный взгляд и без лишних предисловий, грубо просунул в кричащий о помощи рот попавшийся под руку гадкий носок Верде.       Заткнулся, уже хорошо.       И не сдержав легкой улыбки, покинул помещение с приподнятым настроением, стараясь не думать о неприятном чувстве проигрыша глубоко внутри.       Ощущение словно этот жалкий лакей в очередной раз использовал его…       И это не может не раздражать.