Сборник драбблов

Её руки со страхом сжимали собственную листовку. Увидев одного из своих знакомых, она поспешно скомкала листовку и запихнула комок в сумку. — Все в порядке, Т/И-я? — Да? Да, конечно. А что-то должно быть не в порядке? Следующие несколько часов были мукой для неё, её мучила совесть за то, что приходилось скрывать правду от тех, кто стал ей семьей. Но вдруг они поймут неправильно? Вдруг отвернутся? Девушка видела солдат, что спрашивали мирных жителей и только прибывших морских путешественников о её местонахождении. Может связь с такой громкой и шумной пиратской командой было худшим её решением, ведь подставив себя под удар, она подставила и их. В особенности своего капитана. Солдаты двинулись в её сторону, Т/И схватила руку Трафальгара и шмыгнула за угол и дальше к пристани, пряча лицо под платком. Остранившись, она склонилась вниз, пытаясь отдышаться и повернулась к не менее удивленному Ло. Такой случай был не первый и не последний, что коснулся их двоих в течение дня, пока Трафальгар не дернул её за руку, призывая остановится хоть на минуту. — Что здесь, черт возьми, происходит, Т/И-я?! Но ответа так и не дождался, она невольно потупила взгляд, чтобы не сдаться под напором пытливого взгляда хирурга, развернулась и прошла дальше, прячась за стеной. Солнце клонилось к горизонту, когда все встретились на том месте встречи, что обговорили заранее. Девушка рассматривала прилавок с антиквариатом, пока её взгляд не привлёк красный платок. На нем сбоку было вышито красивым каллиграфическим почерком название её родного города. Продавец лишь мило улыбался, говорил, что купил этот платок в чудной стране и что другого такого уже не найти. И она сдалась. Отдав деньги, Т/И рассматривала ткань, ощупывала её, вдыхала запах. Он пах совсем также. Прожив так долго вдали, она ухватывалась за любую возможность вспомнить что-то хорошее, что-то что могло бы дать ей ощущение, что дом не только остался в её сердце, но и в чём-то материальном. Впав в ностальгию, она и не заметила как к ней подошли несколько солдат. Их взгляд медленно переходил то на её лицо, то на лицо на листовке. — Забирайте её, она та, кто нам нужен, — сказал один из солдат своему напарнику. Пара людей в черных кожаных перчатках грубо схватила её за руки и заковала в наручники. Девушку охватила паника, в этот раз ей не сбежать. На её крики и попытки к бегству сбежались остальных. Люди окружили их в плотное кольцо, но даже этого не хватило, чтобы дать Мугиварам пробраться внутрь, ведь они всегда будут там, в гуще событий. Её освобождение не заняло так много времени, как вдруг раздался громкий, но грубый голос — Оставьте нам её. Она больна, мы должны отвезти её в лазарет к доктору Mors. — Её врач на данным момент я и без моего согласия вы её не тронете, — ответил Ло, пряча перепуганную девушку за спину. — Тогда вы и без меня знаете, что ей уже не помочь. Поэтому отойдите в сторону, мы отведем её в лазарет. Они стали подходить всё ближе. Ло потянул руку к мечу и уже собрался достать, как в последний момент обернулся за спину, но его накамы уже не было. — Она сбежала! — кричал солдат, — окружить город, мы не дадим ей сбежать во второй раз! После нескольких часов поиска, они обнаружили её на корабле в вороньем гнезде на самой вершине мачты. Она сидела на полу, поджав ноги и уперевшись подбородком в колени. Девушка сидела неподвижно, будто заснула. Капитан осторожно присел рядом с ней и облокотился на мачту. Она подняла голову с колен и посмотрела на него. — Теперь ты расскажешь что произошло? Она медленно кивнула и перевела взгляд на море. Это произошло лет пять-шесть назад, тогда я ещё работала лаборантом в местной больнице при королевском дворе. В наш город попала неизвестная инфекция и спустя месяц охватила всю страну. Она убивала быстро и мучительно. Сначала у больных появлялась сыпь, кашель, после язвы по всему телу, воспалялись легкие, сосуды, лихорадка, человека мучила непроходимая рвота, обезвоживание, галлюцинации… Но самое главное, что длилось это не долго, ведь с начала проявления симптомов и до самой смерти проходила неделя. Началась паника, на моего начальника стали давить, наш город был не крупным, поэтому действительно квалифицированных врачей было мало, а карантин ограничивал круг общения до одной больницы. Проходил месяц, второй, а лекарства так и не нашли. Но самое страшное началось дальше, когда у меня появился кашель. Я знала, что произойдёт, видела всё собственными глазами. Глупо было плакать, но как можно было остановить тот страх, что накатывал на меня, заставлял до боли дрожать всё тело. Я поняла, что умираю и времени у меня было не много. В этот день по какой-то причине задержалась утром и не вышла на работу вовремя. После, как помню, был стук в дверь. Они пришли глубокой ночью, не предупредив о своем приходе, а впрочем зачем? Тогда не думала, что все закончится так, я вообще не думала об этом, мои мысли были направлены на то, как бы сообщить о своём состоянии родным. Меня бросало то в жар, то в холод. Кашель сотрясал грудь, а капли крови, вылетавшие из-за рта, пачкали письма и мой старый журнал, доставшийся в подарок от наставника. Услышав стук в дверь, мне пришлось отложить всё в сторону. Пока я шла, перебираясь по стене, к двери стук усиливался, а после в дом ворвались вооружённые солдаты. Один из них грубо схватил меня за руку, а второй закрыл рот, чтобы не кричала, потом меня поволокли в сторону выхода. Они что-то говорили про неповиновение, расстрел и лазарет и я боялась. Странные слухи ходили вокруг лазарета. Они уводили людей, якобы для лечения, но я ведь знала, что лекарства нет. Меня вели на окраину города откуда тянулся столп дыма, слышались крики, а по мере приближения ещё и чувствовался запах сгоревшей плоти. Я вырвалась из хватки солдата, державшего меня и бросила небольшой бутылёк со смолой в сторону двух других, чтобы выиграть хоть какое-то время. Когда они пришли в себя, я уже была на границе города. Не знаю как мне удалось уйти незаметной, но видимо об этом месте местные жители так и не сказали правительству. — Но ты ведь здесь, как ты выжила? Меня вывезла группа пиратов, из ближайшего города в который я бежала. Слышала от них, что мой город спустя пару дней сожгли до тла. Но реакция уже пошла и симптомы появлялись с небывалой скоростью. Тогда я тайком услышала, что в город принесли волшебный фрукт, что, по словам знати, исцеляет любого. Когда ты на грани смерти, то мораль отпадает сразу. Пришлось воровать. Только я не знала, что за исцеление мне придётся заплатить, ведь фрукт оказался с сюрпризом. Впрочем, боль небольшая цена за спасение жизни. Те солдаты рассказали обо мне. Одного из них ты видел на площади. Тот ещё урод, да? Меня стали искать, в особенности тот странный врач. Ходят жуткие слухи о нём, темная лошадка, как и ты для меня был раньше. Я боюсь, что он меня найдёт, но больше, что от меня отвернутся те, кто мне дорог, — её рука нащупала руку капитана и легонько сжала. Он молчал, но руку не убрал. — Знаешь, а ведь я тоже бежал из Флеванса. — Болезнь Янтарного Свинца. Я слышала о ней, —тихо прошептала Т/И — Но ты не знаешь всей правды о том, что произошло тогда, никто не знает и никто не узнает. Девушка подсела ближе и молча положила голову ему на плечо. — Что ещё маленькому ребёнку, оставшемуся без семьи, друзей, знакомых… Сначала были слёзы, но после только ненависть, сильная, жгучая, наполняющая всё тело и заволакивающая разум. Ненависть к правительству, к дозорным, словно собакам, покорно выполняющим приказы. Без жалости, без чувства совести. — И как ты справился с этим? — Я не справился. Мне помогли, — он сделал небольшую паузу, будто обдумывая следующие слова, —мне помог мой друг. Он был дозорным. — Был? — Он погиб. — Мне жаль. Извини, что напомнила о нём. — Это было давно и ты к его смерти вряд ли причастна. Но как он помог мне справится с тем, что я чувствую, то я хочу стать тем, кто поможет справится тебе с теми эмоциями, что ты несла в себе все эти годы. Нам не исправить то, что произошло и глупо реветь над теми, кого уже не вернуть. Но мы можем создать будущее, которое они хотели бы, чтобы мы прожили.