Сборник драбблов

После смерти Белоуса и Эйса, она осталась рядом с ним. Как поддержка, как друг и как возлюбленная. Но со временем Марко стал замечать, что что-то изменилось. Она стала отгораживаться от него, избегать, её глаза стали тусклыми, а улыбка печальной, натянутой. Девушка избегала вопросы о своем самочувствии, а он не хотел давить на неё, но один случай изменил всё. Т/И упала на пол, её сильно трясло, она задыхалась. Руки судорожно сжимали скатерть со стола, что она опрокинула. Рядом валялись столовые приборы и еда, кувшин с водой разбился и осколки воткнулись в её руку, а нож оказался в опасной близости от бедра. Марко оказал первую помощь, ту, на которую он был способен в такой ситуации. Он был растерян и впервые так напуган, ведь не знал, что могло послужить причиной приступа, ещё несколько часов назад она была в полном здравии, ну или хотя бы в относительном. Феникс аккуратно заматывал её кровоточащую руку, а после укрыл одеялом, когда приступ сошёл на нет. Следующий день стал днём ответов и разочарований. Оказалось девушка была больна и больна с рождения. Отсюда и странное поведение в течении недели. У неё и раньше были приступы, но не настолько тяжелые, как минимум, не травмоопасные для неё и для других. Следующая неделя, а после ещё неделю его мысли были заняты ею, её здоровьем, он искал лекарство. Марко опустил голову на стол, его руки были измазаны в чернилах, а угол утопал в скомканных бумажках. Две недели и всё бестолку. Опросы возлюбленной ни к чему не привели. Больна с рождения, возможно с более бессознательного возраста, ведь она не помнит ничего о болезни. На организме сказывались бессонные ночи, в горло не лез ни кусок пищи. Девушка пыталась отговорить его, пыталась ухаживать, но на всё был единственный ответ — Строгий постельный режим. Если что-то будет нужно, то я рядом. В один из дней, она почувствовал как девушка села рядом и коснулась его руки  — Послушай, — начала она, — если это конец, если я вижу тебя последний раз, то прошу не дай мне увидеть тебя таким. Слабым, надломанным, разбитым. Я скоро умру и ты останешься один. Тебе не нравится одиночество, а кому оно нравится? Ты потерял отца, потерял друга, ставшего для тебя братом. Будешь злится, грустить, винить себя в моей смерти, но ты ничего не смог бы сделать. Всё было предрешено заранее. Ведь как рыбе не дано изменить течение реки, так и мы не властны над своей судьбой. Мы можем только плыть по течению и лишь догадываться, куда оно принесет нас. Я не могла подумать, что судьба сведёт нас вместе, но так и произошло. Ты пережил так много плохого. Последний год твоей жизни был лишь из серых и черных полос, но не дай этому сломить тебя. — Но что толку быть врачом, когда я не могу спасти тебя?! Исцелять людей, но не спасти того, кто тебе дорог, честно ли всё это?! — Ты можешь спасти себя, спасти всех тех, кто в тебе нуждается и будет нуждаться. Та деревня благодарна тебе, ты тот, кто удерживает их на плаву. Мой дорогой доктор, — девушка медленно поднесла руку к его лицу и провела холодным пальцами по его щеке, вытирая слёзы, — Ты сильный, храбрый, что ещё можно ожидать от командира 1-й дивизии Белоуса. — Бывшего командира. Сейчас я просто человек, не волшебник и не Бог. Ты умираешь, а я ничего не могу сделать. — Ты можешь быть рядом со мной. Мне не нужно лекарство, мне нужен ты, Марко, только ты. Если бы я могла избавить тебя от страданий, то сделала бы это. Мне больно видеть тебя таким, — он положил руку на её, прижимая к своему лицу и легонько потерся об её ладонь щекой. — Как и мне тебя. Мы выбирались из таких ситуаций… — Я помню, — перебила она его, — ты обещаешь мне быть сильным, Марко? Через несколько дней её не стало. Бывший командир держал её за руку весь вечер и не заметил как заснул.       Проснувшись, он почувствовал как её бледная холодная рука ослабла и безвольно упала рядом с ним, а грудь остановилась. Это был не первый случай, поэтому он стал судорожно проверять остальные признаки жизни, но это был конец. Марко запечатлел на её лбу последний поцелуй и с улыбкой накрыл белой простынью. Натянутая улыбка выглядела жутко, слезы невольно стекались по щекам, падая на пол, он смеялся. Марко пообещал, что не будет плакать, винить себя, придавать её смерти негативный оттенок. Она была сильной женщиной и ушла с улыбкой и Марко тоже должен был улыбаться, ведь это было её последним желанием.