Святой отец, я согрешила.

Жизнь стала налаживаться? Да как бы не так. Через неделю его «малышка» снова пропадает, не оставив и записки. Что случилось? Мин и сам понять не может. Перебрал все возможные варианты, сто раз подумал, где мог накосячить и всё мимо. Кажется, остаётся только смериться. Но так ли это просто?

***

— Святой отец, я согрешила, — в очередной раз слышит Юнги. Он словно сам не свой. Никуда не выходит, никого не слушает, в том числе и людей, приходящих, чтобы их грехи отпустили. Девушка что-то говорит уже около двух минут, а Мин слышал лишь «я согрешила». Уже поздний вечер и слушать очередной трёп желания нет никакого. Он должен был уже быть на полпути к дому, а тут она со своим нытьём. Что-то заставляет его вернуться в реальность и он снова слушает грехи посторонних ему людей. — Я просто боялась… Испугалась, что он узнаёт правду и бросит меня. Я не хотела врать, но не нашла подходящего момента, чтобы признаться, что эти две девушки один и тот же человек — я. Его словно током ударило. — Выйди, — произносит он и сам покидает исповедальню. Девушка ошарашено смотрит на него. Просто не ожидала, что её парень мог оказаться священнослужителем. — Так ты… — Мин не находит нужных слов и просто смотрит на неё. Он чертовски соскучился за эту неделю, которая показалась ему вечностью. — Юнги я… — она тяжело вздыхает и всё же продолжает, — я и есть Ева, прости, что обманула. Не знаю, зачем вообще тогда это ляпнула. Она не раз слышала, как он называл это имя во сне и сразу всё поняла, но рассказать правду не хватало духа. Мин продолжает смотреть на неё, не произнося ни слова. Ева уже было подумала, что это конец и развернулась, чтобы уйти. Юнги хватает её и заключает в свои объятия. — Насколько я помню, Ева уходила отсюда брюнеткой. Зачем ты подкрасилась? — мурчит он, словно кот, и прижимает её всё крепче. — Откуда ты… — она не успевает договорить, Мин жадно целует её, прижимая к стене. У Евы словно камень с плеч упал. Как же она боялась его реакции, но даже представить не могла, что она окажется такой. Вещи летят в разные стороны. Церковь потихоньку заполняют стоны, которые становятся всё громче. Да, возможно, не правильно заниматься сексом в церкви, но разве им сейчас есть до этого дело? Горячие поцелуи Юнги, опаляют нежную кожу девушки и Еве кажется, что она вот-вот задохнётся от нехватки воздуха. Сгорит в этом неконтролируемом пожаре. Юн прижимается всем телом и не сбавляя скорости, шепчет ей на ухо: — Теперь ты будешь гореть со мной в аду и никуда не денешься. Ева улыбается в ответ, кажется, она и не против.