Амнезия

Я поставил стул около головы юной волшебницы и сел поудобнее. Стены, казалось, сужались и давили на мою полыхающую голову. Я немного дрожащими пальцами опустил своей подруге веки. Потребовалось минут десять на концентрацию перед тем, как я всё-таки приложил пальцы к её холодному лбу. Как же всё нужно грамотно сделать... Я зажмурился и выдохнул. Затем я открыл глаза. Это как «Санетро Комми». Только у Матильды всё заливается малиновым туманом, а у меня - фиолетовым. Дважды у меня ничего не получалось. Будто сама судьба говорила мне: «Остановись». В один момент всё оказалось белым, а затем я увидел перед собой... Хивериана...? Его мятый наряд и синие волосы раздражали мой взор. -Эх, Матильда, - вдруг заговорил тот. Я сначала не понял, что происходит. Оказалось, что я в теле Матильды. Ну, я же в её голове. Я вижу то, что видела она. Однако я могу всё контролировать, а вот она... Я искал тот момент, когда Матильда лежала здесь же. Было тяжело рыскать в такой загруженной голове. Очищение памяти и внедрение новых, ложных воспоминаний - это одно. Сейчас нужно вернуть Матильду к жизни и сразу же ввести её в кому; причём сделать так, чтобы она будто уже давно лежит в этом крепком сне. Боже... Сколько всего в голове у Матильды, ужасно. Процесс воскрешения невероятно изнуряет. Ты будто отдаёшь почти всю жизненную силу умершему человеку, изгоняя гной из организма, заставляя сердце снова стучать и перегоняя кровь к мозгу. А мозг такой плохой у неё... Нет, не из-за глупости, отнюдь: она умна. Просто... просто слишком много информации и тревоги. На это ушла вся моя энергия. Но я даже передать не могу, что я испытал, когда она сделала первый вдох. Я открыл рот от радости и шока. Её грудная клетка вновь зашевелилась, ритмично поднимаясь и опускаясь. Вся она была охвачена спокойным сном, который продлится не один день. Я с облегчением выдохнул и от усталости облокотился прямо на стол, где лежала девушка. Я приклонил голову к рукам и заснул. Получилось... Сон... как же хорошо... -Азра, - прошептал кто-то у моего уха. Сложно описать, как меня огорчило то, что меня разбудили. Боже, да кто это? -Азра, - погромче повторил Илья. Я поднял голову и, не поднимая век, повернулся к источнику звука. -Да? -Она дышит. Я открыл глаза. Браво, Джулиан. Его лицо наполнилось ликованием, он не мог стоять на месте, потому что радость переполняла его. Я тоже был рад, но изнеможен. Илья бережно осматривал тело Матильды и легонько касался её кожи. -Азра... Я еле сидел. Как же хочется спать... Джулиан бросился ко мне и обнял меня за пояс, прижавшись головой к моей груди. Его мягкие волосы щекотали мои локти, орлиный нос чуть не проткнул меня насквозь. Руки в кожаных перчатках крепко обвили меня... -Спасибо, спасибо, спасибо... Я улыбнулся и прижал губы к его затылку. Мы застыли на несколько секунд. Я безмерно рад, что Джулиан счастлив. Это бывает не так часто, как хотелось бы. -Я так устал, Джул... -Конечно... Джулиан отвёл меня в мою комнату и помог раздеться. Я не чувствовал землю под ногами, голова кружилась. Нужно срочно спать... -А М-матильда... -Я позабочусь о ней. Я уже лёг в кровать, но потом резко вспомнил о том, что Деворак был во дворце, и даже слегка подскочил. -Джулиан! - воскликнул я. Тот озадаченно оглянулся. -Ты убил Люцио...? - сонно проговорил я и от бессилия свалился на подушку. Дальше я ничего не услышал. Я провалился в сон. Боже... От имени Джулиана. Я посмотрел на глупое лицо Азры и расплылся в улыбке. Он гений. Что за человек... Я осторожно прикрыл скрипучую дверь комнаты мага и бросился на кухню. Матильда... Я несколько минут не мог оторвать глаз от живого тела девушки. Она дышала, дышала! Я долго не понимал, что же с ней не так, но до меня всё-таки дошло: она всё ещё выглядит так, будто заражена. Ужасные волдыри, серая кожа, запекшаяся кровь на лице, расширенная грудная клетка - всё это Красная чума. С недавних пор я могу помогать людям. Основательно помогать, а не просто продлевать их страдания, скрывая боль. Нужно избавить её красивое тело от пятен болезни... Пока я «чистил» гладкую кожу Матильды, в голове лишь крутилась мысль о том, что я не успел спасти её. Тот страшный момент, когда она застыла после невыносимых мук, которые она так мужественно терпела, запечатлелся в моём воображении. Я видел осуждение и упрёк на лице. От этого в моей душе что-то ломалось, будто всё трещало по швам. Убегая из дворца, я сожалел лишь о том, что не задушил Люцио своими руками. Но сейчас, я испытывал такое блаженство и счастье из-за того, что моя совесть чиста. Я уверен, что меня видели, что пожар и смерть графа повесят на меня, что я уже объявлен в розыск. Но я ничего не делал. Я это знаю, и мне не страшно. Меня корчило от жуткой боли, что разносилась по всем конечностям, во рту появился вкус железа, десны и зубы, казалось, превратились в песок, вся кожа воспламенилась. Ч-черт... хотя это всё пустяки. Конечно, не очень приятно чувствовать ту боль, что чувствует вылеченный человек. Но такова цена моего дара, и я бы не сказал, что она велика. Нужно было уложить маленькую волшебницу в удобную кровать. К счастью, у Азры была комната на втором этаже с удобной койкой и пуховым одеялом. Там должно быть комфортно. В последний раз взглянув на чистое, прекрасное и милое лицо Матильды, я выскользнул через окно из магазина и скрылся в ночных кварталах Везувии. Надо бежать из города... Не навсегда, но пока...