Общая черта — одержимость

       Паркер успешно поспал три часа и поднялся в девять, всё еще видя перед глазами круги и ощущая сильную слабость. Он поднялся с кровати и его зашатало, в глазах потемнело — нужно было что-то срочно съесть, желательно жирное или сладкое.       Мэй ушла на работу, поэтому подросток остался один дома, что его никак не смущало. Юноша маленькими шагами шёл по коридору, проводя ладонью по длинной стене во время ходьбы. Он ещё не до конца проснулся и слегка жмурился от мысли, что у него впереди длинный и трудоёмкий день. Под пальцами чувствовались твёрдые прожилки обоев, рамки картин, что попадались навстречу.       Ноготками тот царапнул стекло и перевёл взгляд на ту картину, что он задел. Мэй и двенадцатилетний Питер на ней улыбались. Они стояли напротив большого скелета динозавра в музее в обнимку, их тогда фотографировал какой-то турист. Юноша посмотрел на своё лицо на фотографии - счастливое, безмятежное. Если задуматься, он будто сам помнил, как был в том музее четыре года назад, или это были ненастоящие воспоминания, которые были придуманы его фантазией? Вся чудесность момента в глазах Паркера потухла на той фотографии. Она стала для него блёклой, грустной и бесполезной. Это еще не он стоит возле Мэй. Еще не он… А кто это — он?       Подросток поймал себя на мысли, что не может ответить на вопрос: «Кто я такой?». Действительно, кто он? Он нахмурился и прикусил губу изнутри, и встретился с тёмными, дерзкими глазами в отражении стекла. Ранее, они у него были голубыми…       В его голове была каша. Не то перловая, не то гречневая, слишком солёная и грязная, которую невозможно было бы есть, не скривившись от ужасного вкуса. Личность Паркера была смешана из двух отдельных. Мальчик-подросток и взрослая женщина, отделить их было невозможно. Мысли, что иногда преследовали его были настолько противоположными, что пазл никак не мог собраться воедино. Его кусочки мозаики были разбросаны по углам, но рассортированы по цветам и размерам, ведь тот пытался вникнуть в себя и разобраться, в чем причина его внутреннего недопонимания.       Питер был очень умным мальчишкой. Достаточно умным, чтобы понять высшую математику, но определить границы его «я» оказалось труднее.       На шее зачесался бинт, закололо в затылке. Парень пятернёй нырнул в волосы и почувствовал, как они от ожога закрутились у самых корней. «Придётся стричься коротко…», — раздосадовано подумал он. За пару часов кожа обновилась, и шея была ярко-розовой, эта кожа была чувствительная и влажная, под натиском пальцев слегка побаливала, так что юноша сорвал с себя бинт и смял его в ладони.       «Есть хочу!», — эта мысль была яркой, сбила все остальные и включила за собой громкое урчание желудка. Конечно, ночной булки ему было мало, чтобы иметь силы весь день, так что Питер босиком, ощущая прохладу пола под ступнями, направился штурмовать холодильник в поисках чего-нибудь съестного. Перекусив, он с новой решимостью принялся за следующую задачу — собираться на стрижку.

       Парикмахерскую он выбрал ту, которая была ближе к дому, точнее, первую, что попалась ему на карте в телефоне. Он сел на кресло к женщине и просто сказал: «Исправьте, пожалуйста». Так что ему выстригли затылок, оставив маленькую щетинку, и подровняли виски. Пожалуй, ему попался хороший мастер, ведь она могла не только спасти его имидж, так и значительно улучшить его. Основная масса волос у него отросла, и чёлка от длины закручивалась, закинув её назад создавался объём. Похоже, Питер начал нравиться себе еще больше. В отражении зеркала, когда он поднял глаза от телефона он одобрительно дёрнул бровями.       Ранее он закрывал лоб челкой, но откинув пряди назад, сильнее выделялся его ровный лоб и черты его лица стали более резкими, очерченными. Его карие глаза счастливо блеснули, парень впервые за долгое время почувствовал себя привлекательным.        Парень расплатился, оставил хорошие чаевые и сел в машину к Хэппи, что ждал его дальше по улице.       — Привет, Хэппи, — подросток закинул свой портфель на сидение.       В портфель он сложил все вещи, которые взял из базы на ночёвку. Костюм он сегодня не надел, поэтому в теле ощущалась необычайная легкость, движения были немного резкими и быстрыми. Небольшая тяжесть костюма стала для него слишком привычна в эти дни, что без него он чувствовал незавершенность.       — О, ты подстригся? — Хэпии метнул на него короткий взгляд через переднее зеркало, когда выворачивал руль налево, вливаясь в поток машин. — Тебе идёт.       — Спасибо, — Питер потянулся, удобнее устраиваясь на сидении.       — Как там тётя? — Хэппи немного напрягся, смотря на дорогу.       — Ох, забыл ей отправить сообщение, — парень дёрнулся за телефоном, — все хорошо. Она на работе.       — Ты сегодня возвращаешься домой или будешь на базе?       — Не знаю, правда, — Питер в пол уха слушал телохранителя, набирая Мэй сообщение о том, что уехал. — Я не планировал пока ничего.        На часах было пол-одиннадцатого. За окном иномарки тускло и блёкло, плотные и серые облака не пропускали солнечного света, туман упал на улицы, скрывая в себе чёрные силуэты прохожих. Встречные машины были с включенными фарами, и парень иногда жмурился от ярких бликов. Некоторые пешеходы переходили дорогу с зонтиками, некоторые прятали руки в карманах, когда ветер сильнее дул за шиворот. Погода была омерзительная. Паркер зевал, видя осеннюю слякоть. Ворот своей мятной водолазки он развернул и закрыл нос мягкой тканью.       — Питер, включить печку?       В ответ парень что-то глухо промямлил и склонился к окну, упёршись макушкой о прохладное стекло. Усталость снова накатила на него тяжелой пеленой, воздух медленно становился теплее и тот провалился в поверхностную, легкую дремоту. Он слышал звуки будто вдалеке, они иногда запаздывали или проваливались в его собственном дыхании.       Парень проснулся, когда перед ним открылась дверь. Хэппи уже вышел и припарковал машину на стоянке возле базы и холодный воздух обухом ударил по ногам. Мурашки подняли волоски на руках, лёгкая дрожь окончательно содрала сонливость. Питер, недовольно сощурившись, кинул на плечо рюкзак и вышел из машины. Водитель хитро оглядел уставшего юношу, дружески хлопнул того по плечу так, что тот отшатнулся.       — Не выспался, а? Что всю ночь делал?       — Дежурил… — Подросток сжал плечи и горлышко своей водолазки натянул почти на глаза.       — А-а, ну понятно теперь, почему ты такой выжатый. И что? Как дежурил? Успешно? —Хэппи закрыл машину и поплёлся маленькими шажками в сторону базы, к главному входу.       База Старка как всегда устрашала своими масштабами. Холодная и массивная она встречала каждого, кто входил сквозь раздвижные двери. Территория была слишком огромна, об этом он уже упоминал Мэй. Парень свыкся с длинными коридорами и окнами, что открывали виды на взлётные полосы самолётов, небольшие ангары и склады с ровными дорогами вдали. Персонал, с которым он встречался в коридорах, был разношёрстным. Военные, учёные, обычные офисные работники, менеджеры — все они работали на Старка. Питер не вникал во всю систему работы базы, ведь он прекрасно понимал, что не может владеть такой обширной информацией. Вообще, Тони пытался не заострять внимание на том, как именно он зарабатывает деньги.       — Ну, можно и так сказать… — Питер зевнул. — Ты разве новости еще не читал? Пожар был.       — Разве? — Лицо Хэппи вытянулось. — Жертв нет?       — Нет. Вот поэтому я и подстригся, — Питер встряхнул головой, шею закрывал ворот водолазки. — Подгорел немного, пришлось выстригать.       — Никогда мне не понять этих ваших геройств, — шаги мужчины звонко стучали по плитке коридоров.       Питер в ответ промычал и шмыгнул носом, укутываясь поудобнее в пальто. На базе было тепло, но прохлада улицы всё еще не отпускала его, твёрдо держа за плечи.       — Тебе в жилой блок разве? — Парень удивленно обратил внимание на то, что Хэппи провожал его к жилому блоку, где он обычно не бывал. В жилом блоке были комнаты Мстителей, собственно, Старка, его мастерская и множество других, как, например, тренажёрный зал.       — Нет, я в столовую, она напротив, — Хэппи неловко улыбнулся.       Действительно, над лестничным пролётом был маленький указатель налево, который указывал в столовую.       — Ах, так вот откуда запах был. Не задумывался даже, что тут есть столовая.       — Действительно? А как ты тогда питался?       — В жилом блоке кухня есть.       — А, точно, забыл. Но если захочешь есть, то столовая работает от семи утра до семи вечера. — Хэппи махнул рукой и бодро пошагал в сторону столовой, откуда доносился приятный запах еды.       Питер же повернул направо, сворачивая в другую сторону от столовой. Переход в жилой блок через главное здание был через небольшой подвесной мостик. Вообще, вход в жилой сектор был с другой стороны и представлял собой обычные стальные двери, но, так как он в состоянии затуманенного сознания поплёлся за Хэппи, то удлинил себе дорогу, проходя через весь главный модуль.       Зазвонил телефон. Это был Старк.       — Питер, я ждал тебя с утра, а уже одиннадцать. Ты где вообще?       — Уже на месте, прохожу через сканеры, — над головой зазвучал механический голос «Питер Паркер» и перед ним отворились механические двери, что вели, собственно, в жилой блок.       — Чего так опаздываешь?       — Извините. Устал жутко и в парикмахерскую надо было зайти.       — Костюм взял?       — Конечно, взял. Знаете же, что я без него не передвигаюсь.       — Естественно, я же по жучкам вижу.       — Тогда зачем спрашиваете? — двери мастерской открылись, и Питер увидел перед собой Старка, что, сидя на своём кожаном стуле, смотрел в бледно-голубые голографические графики перед ним.       Он вырубил звонок и положил телефон в передний карман.       — Для твоего напоминания, что они там всё еще есть. Ты же его не вскрывал? — Тони поставил чашку на стол и обернулся к Питеру.       Питер слегка улыбнулся взгляду, который был направлен на него, и, наконец, отдернул с подбородка ворот водолазки, скрутив его пальцами. Окна мастерской не были скрыты жалюзи и через них было видно серое осеннее небо, которое обрамило силуэт Старка белоснежной дымкой. Словно портрет, что был написан искусными художниками, тени на лице Тони мягко ложились на его скулы и переносицу. Его глаза сегодня были особенно свежи и сосредоточены на Питере и его походке.        — Нет, конечно. Мы же договорились, что лезть в костюм я без Вашего присутствия не буду. Или Вы забыли? — Питер одарил мужчину мягкой улыбкой.       Тони еще раз провёл по фигуре парня строгий, быстрый взгляд и резко отвернулся от него, будто ошпарился от его мягкого тона.       — Нет, не забыл, — Старк что-то нажал на клавиатуре и перед ним всплыли несколько иконок, от которых он отмахнулся. — Ставь костюм на стол.       Парень открыл портфель и вынул оттуда аккуратно сложенный костюм с маской. В руках костюм лежал отлично, ткань была твердая на ощупь и прочная. Она и весила около четырёх килограмм (что считалось ничтожным), но по прочности была сравнима с кевларом, очень лёгкой и прочной ткани, что используется в производстве бронежилетов. Связи костюма после небольшого разрыва могли соединиться обратно, запечатывая носителя, сохраняя ему жизнь. А вот как это сделал Старк — оставалось загадкой.       — Выглядишь уставшим, сколько ты спал? — Энтони внезапно бросил эту фразу, внимательно оглядывая костюм и продолжил: — Я костюм не поджигал во время тестов, но знал, что он хорошо выдерживает перепады температур. Как тебе этот опыт? Не барахлит?       — Все отлично, я переживал, чтобы он не потемнел при контакте с прямым возгоранием, но, как видите, все осталось как есть. Ошибок никаких не выбивало, только при большом жаре на панели были показаны части костюма, что контактировали с пламенем, — Питер закончил говорить и показал цифру три ладонью, загнув указательный и большой палец.       — Сделай себе кофе: сегодня будет много работы, — Старк уронил ладонь на твёрдое плечо и тут же её убрал.        Подросток, кивнув, поплёлся наверх и жмуря глаза, натыкал на панели нужные кнопки, подставляя чашку под диспенсер. Комнатушку наполнил запах напитка и он, будто зомби, прикрыл за собой дверь назад, выходя, придерживая кружку за ручку.       — Мистер Старк, что Вы задумали? — Питер сел на стул, делая маленькие глотки горячего крепкого кофе без сахара: слабость всё же камнем легла ему на плечи и кофе не могло её согнать.       — Я же тебе говорил, что закажу вибраниума для укрепления костюма. Я выделил для этого своё время и вчера вечером мне его доставили, — Старк метнул взгляд на нечто, что стояло на его столе.       Это был небольшой кусок необработанного металла с блестящими прожилками и острыми краями. Это был вибраниум? Как-то не очень впечатляюще. При слове «вибраниум» в голове рисовалась картинка блестящего слитка, похожего на стальной, а не осколок чего-то столь не привлекающего внимания.       — Чего у тебя такой расстроенный вид? Этот кусок стоит почти десять миллионов.       Питер дёрнулся от услышанного и испуганно взглянул на Старка, который хитро улыбался, глядя на вытянутое от шока лицо подопечного.       — Почему он такой дорогой? — Парень импульсивно поставил вибраниум на стол.       — Питер, ты знаешь, что такое вибраниум?       — Ну… — Подросток начал судорожно копаться у себя в мозгу, выискивая информацию.       — Вибраниум это металл, что поглощает вибрации и растворяет энергию в связях атомов.       — Вся кинетическая энергия становится потенциальной, — Тони кивнул. — Что еще ты знаешь?       — Есть еще второй металл. Антиметалл излучает особые волны, которые при соприкосновении с другими металлами разжижает их, — Питер глубоко задумался, но больше из себя он выдавить не смел, ведь предоставь он больше знаний, собеседник мог задать ответный вопрос, собственно, откуда подросток может об этом знать, ведь информация была явно не распространенная. Чем больше ты знаешь — тем больше тебе следует думать, о чём ты можешь сказать, а о чём умолчать.       — Очень хорошо, Питер, — он кивнул. — Откуда узнал?       — Контрабандисты, которых я выслеживал много говорили, да и в интернете много информации, если правильно искать, — многозначно отрезал парень.       — Молодец. Рвение к знаниям я поощряю, но нужно знать меру, Питер, — он встал со стула и, взяв перед собой небольшой камешек, повертел перед собой, — я имел дело с вибраниумом, но хотел с тобой обговорить, как именно стоит укрепить костюм.       Он замахнулся камнем и швырнул тот в стену. Кусок вибраниума беззвучно ударился в неё и упал вниз, не издав ни малейшего звука.       — Если укрепить им стопы, то ты будешь совершенно беззвучным, — Старк поднял камень и улыбнулся, швырнув его парню в руки.       Питер, уловив его движение в воздухе, легко перехватил вибраниум, опять же, абсолютно беззвучно. Тяжесть металла ощущалась, но звука приземления его на кожу не было. Если бы это был обычный металл, при столкновении с рукой он бы издал глухой звук, ударившись о кости.       — Удивительно, — Питер посмотрел на этот необработанный кусок совсем другими глазами. Он был настолько необычным, что верить в то, что на земле могут существовать вещи еще более невообразимые стало трудно. Мозги заскрипели.       — Вот поэтому он столько и стоит, — Старк упал на кресло, взирая снизу на удивленного парня, — Шея уже зажила?       — А, спасибо, — парень оторвался от куска металла в руках, — Да, уже зажило.       — Я звонил в школу вчера, — внезапно выдал Тони, внимательно вглядываясь в глаза Питера, выискивая в них ответную реакцию, которая не застала себя ждать.       Парень поднял брови и резко вздохнул, застыв на месте. Старк выглядел расслаблено, но руки он сжал немного сильнее обычного. Пальцы слегка побелели от напряжения.       — Вы все-таки добились своего, — Питер поднял руки, в знак капитуляции. — В этом совсем не было нужды, ведь я уже разобрался в этом сам.       — Я могу подать на них в суд, — Тони нахмурился.       — Что? Зачем? — Паркер дёрнулся, — Стойте, что Вам сообщили?       Старк замолк и отвел взгляд. Подросток решил действовать спокойно. Он лишь подвинул стул поближе к мужчине и, наклонив голову, начал, как ребенка, успокаивать его.       — Через несколько дней все будет так же, как прежде. Это просто стечение обстоятельств. Анализы чистые, поэтому ничего плохого не произошло.       — Тебя безосновательно заподозрили в употреблении.       — Но не обвинили же. Я друга спас, — Питер затряс головой.       — Я не знаю, куда смотрит школа, когда так упрямо игнорирует проблему. Что это за вечеринка была вообще?       — Не знаю, Неда туда пригласили, когда ему плохо стало я его пошёл забирать. Вы, наверное, видео видели…       — Какое видео? — Старк заинтересовано поднял брови.       — Ах… — Паркер стыдливо прикусил губу, — М…Над другом издевались, поэтому я проучил парочку хулиганов. Не переживайте, там не было чего-то, что бы выдало меня как Паука…       — Можно детальнее? Почему мне об этом ничего не сказали? Сам директор свято меня заверял, что ты был на той вечеринке с тем твоим Недом, когда приехала полиция.       — Что? Нет! Я приехал его забрать и по пути подрался, полицию я видел, когда уезжал. Узнали, что я был там из-за той драки, которую засняли, — подросток отрицательно кивал головой.       — Абсурд! Мне сообщили совсем не то, что ты говоришь мне сейчас.       — Я не вру, мистер Старк. — Взгляд Паркера мигом стал острым и холодным.       — Конечно, я это знаю, — Тони поднял ладонь, перерезая сомнения. — Я пошлю проверку в школу, мне эта ситуация совсем не нравится. Ты вообще жертва, но тебя сравнили с преступником.       — Я бы хотел перевести тему, мистер Старк, мне она неприятна, — юноша выдохнул, поднялся со своего места, схватив стальную спинку цепкой ладонью.       — У меня вопрос, — Тони заинтересовано посмотрел тому в лицо. — Зачем ты остаешься в школе?       — В смысле?       — Выпустись экстерном, сдай экзамены на год раньше. Ты попусту просиживаешь штаны, да еще вляпываясь в непонятные ситуации.       Питер прикусил щеку изнутри. Он думал об этом. Школа для него была, по сути, бесполезна. Программу он выучил еще год назад и теперь ходит на занятия, повторяя и так вызубренный материал. «Знаешь, Тони, мне год вообще остался жить, поэтому я живу по сценарию фильма о Человеке-пауке, ведь не знаю, чем бы мне заняться», — подумал Питер и понял, что он не знает, зачем остаётся в школе. Ради друзей? Точно нет, ведь с Недом он видится по выходным и без этого.       — Я думал об этом… Но я не знаю, чем бы мне заняться, если у меня будет слишком много свободного времени, — выдал Паркер.       — Как чем? Ты же мой протеже. У тебя полно работы. Ездил бы со мной в командировки вместо Пеппер. Учился бы всему, что знаю я, и не тратил время на бесполезную школу. Да, образование нужно, но в твоём случае школа лишь тормозит твой прогресс.        Питер завис. Ему открылся потайной занавес, что был скрыт от него до этого времени, точнее, он не подозревал о его существовании. Глаза парня загорелись, участилось сердцебиение и дыхание, улыбка поползла наверх. От такой яркой реакции юноша смутился и прикусил губу, что стало выглядеть ещё нелепее. В последнее время он приобрёл глупую привычку кусать самого себя, раздирая нежную кожу губ, которая во время похолодания могла сыграть с ним злую шутку, начав кровить во время еды. Полуоткрытый рот и натянутая нижняя губа, что побелела от натиска зубов. Его жизнь, что была расписана по часам и до жути предсказуема, в миг исчезла. Теперь эти эмоции, которые он получал лишь на дежурствах — неизведанность и ажиотаж к событиям, вмиг наполнили его.       — Мистер Старк! — Питер ладонью закрыл в удивлении рот.       — Питер, ты так светишься, с чего бы? Разве командировки — это так весело? Мне бы твой энтузиазм.       — Я попытаюсь как можно скорее сдать все экзамены, — с улыбкой заявил парень.        Миллиардер хмыкнул и расслабленно наклонился на стуле, зарываясь пятерней в свои каштановые волосы, вглядываясь в лицо юноши. В его глазах светилось счастье, безупречно прозрачное с отливом медовой сладости. На острых скулах был нежный румянец, его губы, что были искривлены в легкой улыбке так же порозовели от укусов. Старк медленно перевёл взгляд на его ухо. Ранее шоколадные волосы обрамляли уши, а теперь прядки были коротко подстрижены. Взгляд скользнул ниже к шее. Статная, тонкая, жемчужная. Кожа у Питера была нежная. Малейшая царапинка краснела, но мгновенно краснота затухала, сливалась с нежно-бежевым полотном. Его кадык дёрнулся и Тони резко вскинулся и замер, приставив указательный палец к губе. Мужчина так делал, когда глубоко задумывался.       — Питер, тебе идёт твоя стрижка, — внезапно выдал он.       — Ах, да? — подросток улыбнулся, как-то стеснительно взялся за воротник его мятной водолазки, — Спасибо.       — Итак, парень, мы тут лясы точим, когда могли уже взяться за костюм. О чём я говорил?— Энтони нахмурился.        — О беззвучности.       — Это понятно, но мне нужно понять, как именно мне его укрепить, — Мужчина ткнул свои губы указательным пальцем. — У тебя в запасе есть цельная броня, как у меня. Я тебе её показывал.       — Да, я его помню. Я отказался надевать её тогда на конференцию, по случаю объявления Паука Мстителем, — Питер прикусил щеку изнутри, задумавшись, — Нужно ли мне тогда вообще укреплять этот костюм, если у меня есть отдельная броня?       — Питер, я тебе уже говорил, что это обязательно. Если на тебе будет малейшая царапина, то я очень расстроюсь. Я отвечаю за тебя и твоё здоровье. Да и по Нью-Йорку ты скакать в броне не будешь. Это на чёрный день, — Энтони встал со своего стула, направившись к стойке, на которой лежал костюм Человека-паука.       «На чёрный день», — повторил у себя в голове парень. Он знал, когда впервые Питер надел броню и какой именно день это был. Действительно, чёрный. Старк этим высказыванием, будто в дартс, выбил десятку в сердце подростка. У него больно закололо внутри.       — Я не могу понять, как именно мне укрепить костюм, чтобы он не был слишком тяжёлый. Этот кусок я взял на пробу, — он указал на коробочку с камнем внутри, — В твоем деле нужна лёгкость и управляемость и если я переборщу или сделаю его непластичным, то могу полностью разрушить то, что строил.       — Я комфортно чувствую себя в нём. Он удивительно легкий для его функций. Но подтвержу, что если бы он весил около десяти килограмм, то я бы так резво в воздухе не передвигался, — Питер со спины подошёл к мужчине, заглядывая тому под руки. Энтони вертел рукав костюма, изнутри разглаживая его, растягивая ткань и вглядываясь в неё.       — Я не рассчитывал, что пули смогут тебе вредить настолько сильно. Если ты говоришь, что временами они могут проходить внутрь, то это очень большая проблема.       — Если на меня настойчиво нападают, и я подвергаюсь сильному воздействию, то костюм даёт слабину. Ранее, пули от инопланетного оружия оставляли на мне лёгкие царапины, но когда стреляют после активного сражения, то пуля проникает.       — Вот это мне очень не нравится. Питер, ты должен был подойти с этой проблемой намного раньше, ведь тебя могли убить, — Старк развернул голову к парню, что всё еще стоял позади него, и они встретились взглядами.       — Признаю, что я неправ, — он кивнул, — но я и так был доволен тем, как именно костюм себя ведет, и не придавал значения мелким неполадкам.       — Мелким неполадкам? Питер, ты, когда снял костюм после парома, я дар речи потерял! — Старк разозлился. — Я делал костюм с мыслью, что он безопасен и защитит тебя от любого воздействия, но оказалось, что он может тебя покалечить. У тебя был синячище на весь живот.       — Этим костюмом я очень доволен. Смотря на то, что я делал сам, то такие казусы перекрывались его плюсами, — Паркер пожал плечами. — Скажу честно, я даже не задумывался о том, что такие ранения ненормальны.       Старк только удручённо вздохнул.       — Ты слишком добрый, — заявил мужчина. — Другой бы мне по голове настучал за мелкий порез, а ты свято терпишь. И тот, который бы настучал мне, оказался бы прав. Питер, ты понял? Я тебе хочу донести, что любая тема, которая касается твоего здоровья, очень важна. Я отвечаю за тебя.       — Да, хорошо. Спасибо, — он кивнул.       Внутри Старка были противоречивые чувства: злость и спокойствие. Он бы мог накричать на него за его безответственность, но виноват в этой халатности был он сам. Парень даже не знал, что может быть по-другому. Боль, которую он терпел, для него была уже привычна. И это еще больше злило Старка. Он злился сам на себя, злился за то, что опять подвел этого паренька, пожертвовав им. И ради чего?       Броню он сделал для укрепления его сил против борьбы со Стивом, когда он оказался практически в одиночку по ту сторону баррикад. Этот паренёк, словно неограненный самородок среди грязи, который удачно подвернулся ему под руку, использовался Тони ради собственной выгоды. Да и использовался так, что юноша повреждался во время защиты города. Старк его ругал за то, что он, по сути, и должен был делать — защищать. На душу мужчины свалился тяжелый камень под названием «вина».       Спокойствие преследовало его постоянно, когда он находился рядом с пареньком. Он был улыбчив, его мимика и движения были мягкими и по-своему грациозными. Даже когда он перепрыгивал через ступеньки с чашкой кофе — кофе не разливался. Энтони, как только поворачивался головой к собеседнику, встречался с его ореховыми глазами, что были широко открыты миру, ощущал свежесть воздуха, которым дышал.       — Сегодня я хочу решить с тобой что и как мы будем делать: набросаем примерный план и попробуем как-то самостоятельно укрепить его, — Старк сел, повернувшись к Паркеру головой и телом, на небольшую стальную тумбу с костюмом на ней.       — Для начала, у Вас есть идеи?       — Да. Костюм Пантеры полностью состоит из металла, но в данном случае так же сделать я не могу. В костюме Паука есть прослойка с платами, в отличии у Пантеры. У него цельный металлический комбинезон.       — Понимаю. Я разбирал Паучий костюм чтобы всё-таки разглядеть его слои. Первый слой — сама ткань, второй это «механический и функциональный» слой, а третий это опять тонкий слой ткани с датчиками, — Питер взялся за рукав костюма Человека-паука, который до него держал миллиардер. — Ювелирная работа, мистер Старк.       — Я думал над тем, чтобы вшить внутрь пластины из вибраниума, но минус в том, что ты будешь слегка неповоротлив. Если тонкий пласт будет в груди, то при загибании, ткань будет заламываться.       — Если взять не пласты, а тонкие ленты?       Старк поднял голову наверх, задумавшись. Его взгляд на секунду стал мутным.       — Хорошая идея, но мне нужно, что бы это был цельный кусок вибраниума, для лучшего захвата вибраций. Если он будет хаотичен, то поглощение удара будет неравномерным.       Питер растянул ворот костюма, вглядываясь в ткань.       — Что если между слоями вшить тонкую сетку из металла?       Старк нахмурился, закинул ногу на ногу и слегка высунул язык наружу, прикусывая. Его брови поползли наверх, и мужчина встал со стола, обхватив костюм руками, сильнее растягивая ткань, вглядываясь в тонкие переплетения волокон.       — Это… Возможно. Нужна голограмма. Пятница, поставь модель костюма Паука и сетки из вибраниума разной толщины.       Голограмма с костюмом Паука мигом появилась перед их взором. Голубая, полупрозрачная, она стояла прямо, подняв голову наверх.       — Сетки толщиной ноль три, ноль два и ноль один миллиметра, — сказал Тони и выпрямился, расправив плечи, вскинув острый подбородок с короткой бородкой, аккуратно подстриженной на щеках.       Пятница подставила сетки разной толщины в костюм, голубые прямые пласты, что выделялись сквозь части тела голограммы подсвечивались ярче, нежели весь остальной костюм.       — Как насчёт гибкости и свойств металла?       Костюм в воздухе сделал кульбит, потом в костюм выстрелила, похоже, пуля, но тот остался висеть в воздухе в той же неизменной позе.       — Показатели идентичные, босс. Гибкость нуля целых и трёх десятых ниже, нежели ноль целых одного. Рекомендую именно её, — над головами раздавался равномерный голос Пятницы.       — Отлично! Питер — ты гений, — миллиардер схватил Паркера за плечи и слегка сжал их, довольно вглядываясь тому в удивленное лицо.       Старк улыбнулся мягче, его морщинки возле глаз разгладились, глаза блеснули довольством сытого кота.        Паркер стушевался, боясь, что его уши окрасятся в розовый и спешно сделал шаг назад, но Старк уже успел отдёрнуть от него руки, переключив внимание с подростка, не заметив его смущения.       Миллиардер, прихватив с собой кусок металла, подошёл к одному из станков. Это был большой куб cо стеклянным окошком сбоку, что открывало вид на внутренности машины. Множество слоев плат, проводков и трубочек разных расцветок за тонким стеклом выглядели по-своему устрашающе.       — Это принтер? — голос мальчишки скрипнул и тот от неожиданности закашлялся.       — Да, это мой трёхмерный принтер для мелких деталей. Большой стоит там, — он указал на массивную стойку в одном из углов. — Я там детали Марков печатаю, например, или чего похуже.       Старк поставил вибраниум куда-то в принтер. Загорелась лампочка, машина загудела, подсветка за стеклом загорелась фиолетовым, начали вертеться вентиляторы. На небольшом экранчике загорелись буквы и Тони пальцем выбрал необходимый режим и толщину сетки.       Дозатор затрясся, выползая наружу. Выдвинулась платформа, на которую он и выехал на трубе. Прибор затрясся сильнее и тот, с громким писком, застыл.       — Металл нагревается, нужно подождать. Потом он начнет печатать.       — Сколько приблизительно ждать?       — Около двух часов, — Старк выдохнул. — А пока мы займемся костюмом. Нужно его разворотить, сняв первый слой. Кстати, ты же хотел узнать, как ткань восстанавливается?       — Хотел, — Питер кивнул.       — Ну и отлично. Времени у нас предостаточно, — он глянул на свои часы. — Только полдвенадцатого!