Шанс на одну ночь

Честно говоря, я даже не знаю, с чего начать. На данный момент во мне бушует столько противоречивых чувств, что это напрочь сводит меня с ума. Я завалил учёбу, я перестал общаться с друзьями, а родители лишь подливают масла в огонь. Моя жизнь движется в ритме: школа, тренировка, сон и, можно сказать, я довольно долго искал этому причину. Я думал, что всему виной «подростковый возраст», как об этом пишут в разной женской чертовщине. О, поверьте, лучше бы это было так. Просто однажды до меня дошло, что к своему брату Марио я чувствую немного иные, не совсем братские, чувства. Это, скорее всего, началось в тот момент, когда я засмотрелся на него дольше, чем было дозволено. Я просто любовался им, словно он что-то такое, на что можно смотреть вечно, именно не отрываясь. Я осознал, насколько же он неописуем и, конечно же, по-особенному прекрасен, играя в футбол. Его скорость, его обводы, его умопомрачительные голы. Он был словно иконой для меня, этаким эталоном, примером. Я в точности хотел играть так же, как и он. Я восхищался своим братом. Меня тянуло к нему. Влекло с безумной силой, и я просто не мог сопротивляться. Я пытался, осознавая, насколько же это неправильно, но вновь возвращался к тому же. Я ничего не мог с собой поделать. И, в своё время, это уже начинало переходить все границы; я срывался на него, на окружающих, меня вечно посещала беспочвенная обида и злость. Конечно, не совсем она и беспочвенная. Обычно такие приступы ненависти находили на меня тогда, когда, шарясь по интернету, я обнаруживал разные картинки и сообщества о Марио и Ройсе. Они вечно обнимаются, смеются, проводят чуть ли не всё время вместе, и меня вовсе не волнует факт, что они всего лишь лучшие друзья. Этот "лучший друг" таскается за ним, и мало того, что они на тренировках вместе, так он ещё и к нам домой приходит, словно специально провоцируя меня на глупые поступки. - Феликс, да что с тобой, чёрт возьми? – Марио резко ворвался в мою комнату, сразу после того, как я нагрубил Ройсу, тонко намекая, что он нам уже хорошенько поднадоел и пора бы ему уже сваливать. - Кто пожаловал, - подметил я, - соизволил с небес спуститься? - Не огрызайся и объясни в чём проблема, Феликс, - он подошёл на шаг ближе и ничуть не изменился в лице, что меня и пугало. - А почему не с Ройсом? Любовные темы закончились? – с ярко выраженной обидой в голосе спросил я. Что странно, он ничего не ответил, а лишь сильно сжал кулаки и продолжил пристально смотреть мне в глаза. Меня это чертовски взбесило, и я собирался резким шагом покинуть комнату, но, когда я уже собирался открыть дверь, он схватил меня за руку и потянул на себя. Расстояние между нами сократилось до считанных сантиметров. Это было, пожалуй, самое близкое расстояние между нами за последние пару лет. Я ощущал его горячее, неровное дыхание на своём ухе, когда он приблизился, чтобы что-то сказать: - Будь добр, не лезь в мою жизнь, ладно? – этот шёпот болезненно бил по вискам и ком, почему-то, внезапно подступил к горлу. Марио тогда почти сразу же ушёл, а я всё ещё чувствовал прикосновение его жаркой ладони на своём локте. От этих слов я почему-то был опустошён и раздавлен. Нет, мне не было больно. Наверное. Я ведь даже не плакал, я всего лишь не мог говорить какое-то время. Я осознавал, что в этой ситуации являюсь не прав, и отпираться просто не было смысла. Каждое слово отчётливо повторялось в моей голове тысячи раз, и как бы я ни пытался отвлечься – это не помогало. Меня словно поставили на место и ясно дали понять, что моё мнение никого волновать не будет. Ну, а чего я, собственно, хотел? Доигрался, молодец. После того инцидента в комнате, мы и не говорили больше, яро игнорируя друг друга. Меня вновь начинали бесить постоянные визиты Марко и на протяжении пары дней, я срывал свою злость на том, что под руку попадётся. Видимо, жизнь ничему и не учит. Главное, что мои чувства к Марио не ослабли, а стали только сильнее. Мне даже начали сниться не совсем приличные сны, от чего по утрам меня мучили некие «проблемы». Слава богу, уже почти не волновало насколько неправильно и запретно любить собственного брата. Главное терпеть и помнить, к чему могут привести мои поступки.