Burn the thistle

«Острые когти терзают лес, но придёт огонь и сожжёт чертополох дотла»

      Трёхцветная кошка проснулась от резкого толчка, прерывисто вскрикнув. Её ударил косматой серой лапой не кто иной, как предводитель. Заметив, что она проснулась, тот оскалился: — Опять завалилась, Пестролистая? Забыла, что сегодня за ночь?       Целительница, не сказав ни слова в ответ, смотрела словно бы сквозь кота. Её взгляд выражал странную отстранённость, как будто кошка до сих пор не проснулась окончательно, но незваный гость сразу понял, в чём дело. — С тобой разговаривало Звёздное племя? Ты получила от них какое-то пророчество? — допытывался он.       Пестролистая молчала, продолжая выразительно глядеть в пустоту. — Отвечай! — рявкнул кот, теряя терпение. — Нет-нет, — опомнилась Пестролистая. — Просто я… мне снился Совет, и я не поняла, что это сон, а когда ты меня разбудил, немного растерялась. — И что же такого интересного там было? — полюбопытствовал кот. — Возможно, предки всё же предупредили тебя о чём-то насчёт сегодняшнего Совета? — Нет. Всё было как обычно, а подробностей я не помню. — Точно?       Пестролистая вспыхнула: — Я бы сразу отличила пророчество от обычного сна. Или ты думаешь, целительница станет лгать предводителю? Хотя о чём это я, ты же с молодости не считал целителей за котов! Но раз ты не уважаешь меня, не надейся, что я буду уважать тебя.       Гордо задрав хвост, целительница выбежала из пещеры. Кот презрительно фыркнул ей вслед, но вскоре сам направился в том же направлении. На поляне, являвшейся лагерем Грозового племени, к нему подбежал сородич — огромный и полосатый, весь в шрамах. — Да хранит тебя Звёздное племя, Репейнозвёзд, — учтиво пробасил второй кот, склонив лобастую бурую голову. — Тебя тоже, Коготь, — спокойно отозвался предводитель. — Ты был неплохим учеником и стал лучшим глашатаем, какого только можно пожелать! Я ни разу не пожалел, что выбрал тебя своим помощником. — Спасибо, Репейнозвёзд, — сказал Коготь, кланяясь ещё ниже. — Не стоит благодарить за правду, — заметил Репейнозвёзд. — Все коты готовы к Совету? Никто не отказался идти, как в первый Совет при моём предводительстве?       Коготь прошипел: — Пусть попробуют! Я с удовольствием накажу любого, кто посмеет ослушаться тебя.       Серый кот довольно улыбнулся. — Молодец, Коготь! Правда, я и сам могу справиться с бунтарями. Помнишь, как я изгнал Ярохвоста, лидера первого восстания? — И поделом, — кивнул Коготь. — Этот идиот говорил, что Синегривка стала бы лучшим предводителем, чем ты! Только больному придёт в голову сравнивать преданного и храброго воина, уважающего закон, с вечно ноющей эгоисткой, которая сбежала в чужое племя из-за интрижки с вражеским котом!       Предводитель и глашатай, гордо вышагивая к выходу из лагеря, созывали соплеменников. Тут и там мелькали испуганые глаза Грозовых котов, старающихся не отставать от этих двоих. Старейшины уныло плелись сзади, но замыкали шествие не они, а трёхлапая бурая кошка и молодой полосатый воин, на которого она опиралась. — Ты как, Кисточка? — спросил кот, продолжая поддерживать спутницу. — К сожалению, жива, — огрызнулась та. — Ну вот зачем, зачем ты устроила это восстание и заговор против Репейнозвёзда? — сокрушался воитель. — Опыт Ярохвоста тебя ничему не научил? Глупая, глупая ты кошка!       Кисточка нахмурилась: — А ты считаешь, я должна закрыть глаза на то, что вытворяет Репейнозвёзд? Этот тиран совсем не бережёт своих воинов, и ты глуп, если до сих пор не видишь, насколько он ужасен! — Но чем для тебя обернулся этот бунт? Ты стала калекой! — Спасибо, без тебя не догадалась бы! Да, силы были неравны. Клянусь, я бы порвала Репейнозвёзда в клочья, не вмешайся его прихвостни! Коготь и Частокол, — кошка презрительно скривила морду. — Эти двое ему в рот заглядывают! Хотя можно подумать, ты лучше. У тебя, Долгохвост, вообще нет своего мнения! Но помни, рано или поздно даже тебе придётся сделать собственный выбор.       Кисточка резко оттолкнула Долгохвоста и пошла сама, однако это было тяжелее, чем она предполагала. Через несколько шагов бунтарка упала. Кот, охнув, подбежал к ней и помог подняться. Долгохвост снова стал опорой для Кисточки, но теперь они шли молча. Полосатый воитель заметил на себе пристальный взгляд янтарных глаз — сразу ясно, чьих. — Почему ты не изгнал эту дуру? — поинтересовался Коготь у Репейнозвёзда.       Предводитель закатил глаза: — Я собирался это сделать, но мне не позволила Пестролистая! Она твердила, что трёхлапую кошку нельзя выгонять — немилосердно, видите ли. — Но ведь избавиться от недовольных старейшин у тебя получилось, — напомнил глашатай. — Просто я сделал это без ведома Пестролистой, вот она и не влезла! Кстати, где она?       Репейнозвёзд окинул взором вереницу котов, надеясь отыскать среди них целительницу. Не найдя знакомой пёстрой шерсти, он гулко позвал: — Пестролистая! — Я здесь, — отозвалась запыхавшаяся кошка. Следом за ней семенил голубоглазый чёрный котик с белым кончиком хвоста. — Где ты на этот раз была? — прошипел предводитель. — Мы с Горелым задержались, собирали травы, — ни разу не дрогнув, объяснила Пестролистая. — Он такой хороший ученик! Всё схватывает на лету. Честно говоря, я в его возрасте знала меньше.       Услышав похвалу наставницы, Горелый засмущался. Однако Репейнозвёзду не было дела до юного целителя. Обдав трёхцветную своим горячим дыханием, он прошептал: — Что ты скрываешь от меня? Признавайся, я ведь всё равно узнаю правду.       Горелый ойкнул, но сама целительница всё ещё держалась. — Мне нечего скрывать. Если целитель получает пророчество, предводитель узнаёт об этом в первую очередь. А всё остальное тебя не касается.       Не дожидаясь ответа, Пестролистая отошла подальше от Репейнозвёзда. Ученик последовал за ней. — Ты же врёшь предводителю, — тихо сказал Горелый, убедившись, что никто не слышит.       Целительница тяжко вздохнула. — Да, вру, — ещё тише призналась она, — но у меня нет другого выхода. Если Репейнозвёзд узнает об этом пророчестве, он сделает всё, чтобы оно не сбылось! И боюсь, очень скоро Грозовое племя погибнет под его властью. Возможно, не только Грозовое.       Горелый вздрогнул. Он до сих пор отчётливо помнил ту кровавую битву, в которой чуть не лишился жизни. Тогда Коготь убил Жёлудя по приказу Репейнозвёзда, а сам предводитель прикончил Метеора. Именно после этого ужасного зрелища Горелый решил отказаться от воинского обучения и стать учеником Пестролистой. Она была рада, да и Коготь тоже — оруженосец только под лапами мешался. Всё это произошло совсем недавно, но за эти несколько дней молодой кот успел привязаться к своей новой наставнице. А сколько нового и интересного он узнал! — Кстати, — шёпотом спросил Горелый, — как ты думаешь, что значит «придёт огонь»? — Этого я пока не знаю. Может быть, Репейнозвёзд умрёт в пожаре… или его убьёт молния — это тоже огонь, но только с неба.       Ученик возразил: — А вот мне кажется, это метафора про какого-то кота, который положит конец его правлению. — А ведь это похоже на правду! Должно быть, этот кот будет ярко-рыжим. Так, кто у нас в племени рыжий? — задумалась кошка.       Целительница и котик переглянулись, подумав об одном и том же, и одновременно прошептали: — Львиногрив!       Горелый удивился: — Значит, Львиногриву суждено… — Тщ-щ-щ! — прервала его Пестролистая. — Нас могут подслушать. Мы и так уже сказали много лишнего.       Чтобы не выглядеть подозрительно, она перевела тему. За обсуждением трав целители не заметили, как дошли до Четырёх Деревьев. Племя Теней уже было на месте, однако Речными котами и воинами Ветра даже не пахло. — Почему здесь только племя Теней? — заметил Долгохвост. — Что-то тут не чисто, — согласился белый Буран.