Язык жестов

Это был обычный несчастный случай, но это был такой случай, который вызывал жгучую боль в голове Сала каждый раз, когда он вспоминал о нем. Это было много недель назад. Но те воспоминания до сих пор мучают парня, оставляя каждый раз табун мурашек. Сал улыбнулся и посмотрел на Ларри. Фишер видит все, но эта тишина. Она страшна. Она сжирала изнутри и окружала снаружи. Сал протянул руку перед собой, поднял свой мизинец, большой и указательный пальцы вверх и сделал небольшое резкое движение. Ларри тихо рассмеялся, но Сал не мог это услышать. Все теперь было другим. Человек не ценит что-то, пока не потеряет. Именно так и случилось с голубоволосым. Теперь он мечтал услышать шелест ветра, голоса друзей, все в этом мире было беззвучно и бессмысленно. Школа теперь была другой, Сал не мог слышать. Парень не часто разговаривал, боясь, что закричит, потому что не слышал этого. Сейчас он осмотрел обеденный стол, за это время Фишер научился довольно неплохо читать по губам. — Почему он больше не разговаривает? Это печально, — обеспокоенно сказала Эшли. — Спроси его сама, раз так интересно, — с ухмылкой ответил Ларри. — Я не знаю как. Ларри повернулся на Сала. Они смотрели друг другу в глаза. Джонсон указал на Эшли. Сал кивнул. Ларри дотронулся до лба, затем оттянул руку, делая мизинец с мизинцем и большим пальцем. Он покачал головой, делая «х» своими руками. Затем он указал на Сала и поднял четыре пальца, дважды постукивая по подбородку. Сал слегка улыбнулся, но они не могли видеть его под протезом. Он пожал плечами, указал на себя, затем схватил шатена за грудь так, как будто он только что испугался, снова указал на себя, затем сделал движение, которое выглядело так, как будто он ел невидимое яблоко. — Он боится закричать, — гордо ответил Ларри. Эшли нахмурилась, когда Салли посмотрел на свой поднос. — Как я могу сказать, что я скучаю по его голосу? — Спросила девушка. Ларри быстро показал ей, затем постучал Салли по руке. Парень тут же посмотрел на Джонсона. В этот момент его внимание переключилось на Эшли, которая пыталась языком жестов донести свое предложение. — Я сказала что-то не так? — горестно вздохнула Кэмпбелл — ты… просто… спроси… где… моя… печень… это… — неуверенно и очень тихо выдавил из себя протезник. Его предложение останавливалось на каждом слове, ведь он пытался понять, правильно ли говорит. Салли смотрел на Ларри, который сначала кивал, а после окончания фразы заржал, как конь. Эшли тоже нервно рассмеялась. Сал улыбнулся и протянул свою руку, чтобы Джонсон взял ее. Ларри посмотрел на него и мягко улыбнулся ему, вновь что-то говоря, на понятном только им языке. Фишер аккуратно прислонился к нему, улыбаясь. Он поднял свою свободную руку, поднял мизинец, большой и указательный пальцы и снова сделал небольшое резкое движение. — Что это значит? Вы, ребята, много говорите, но до нас ничего не доходит, — сказал Нил. — Да, это что-то важное? — Спросил Тодд. Ларри посмотрел на Сала, который наблюдал за ним, подняв брови, поскольку он явно не знал, о чем они говорят. Ларри подмигнул ему и оглянулся на своих друзей. — Это значит, что я люблю тебя, — На выдохе сказал шатен. — Это был первый знак, который я узнал достаточно хорошо, и мне жаль, ведь я хотел лично ему сказать, что тоже его люблю. Сал оглянулся вокруг стола, смущенный тем, что происходит вокруг, и Ларри чтобы успокоить его, просто сказал, что любит его. Фишер кивнул и прислонился к его груди. Парень больше не возражал против публичной привязанности к Ларри. Он знал, что за спиной Трэвис все равно шутит такие шуточки, но теперь они его не как не касались. Внезапно протезник встрепенулся и растерянно посмотрел на Ларри, постоянно переводя взгляд на Эш и снова на Ларри. — Что? — Спросил Кэмпбелл. — Салли подумал, что ты говоришь о кроликах, потому что ты так странно делаешь руками около головы, — ответил Ларри. — Но я ничего не сказала. — А он пытается выяснить, о чем же мы говорим, - непринужденно вымолвил Джонсон и обнял протезника. Потом он снова сказал, что любит его. — Вы… говорили… о… любви? — Неуверенно спросил Салли. Ларри покачал головой в знак отрицания. — Они спрашивали, о чем мы говорим, — медленно сказал Ларри. Сал внимательно посмотрел на его губы и кивнул, затем он снова покачал головой, делая символ кролика. Ларри засмеялся, пожав плечами. — Я тоже не знаю, твои кролики, — смех разносился по всей столовой гулом, который было не суждено услышать Фишеру. — Я то думал, что глупее быть уже не может, — язвительно прошипел Трэвис, присаживаясь рядом с Джонсоном. Сал даже не заметил его и продолжал прислоняться к Ларри, а тот не желая беспокоить любимого, зло посмотрел на Трэвиса. — Разозлил, — Прошипел Ларри. Сал почувствовал вибрации в груди Ларри, которые, как он знал, означали, что он говорил на эмоциях. — Если не хочешь, чтобы твои кости оказались в гробу, то ты уйдешь отсюда со скоростью света. Салли подскочил со стула и быстро скрестил руки на груди. Но его оттолкнули и он одним движением оказался на кафельном полу. — Что это за глупое движение? Ты умственно отсталый? — прошипел Трэвис, отталкивая Сала от табуретки. На это действие, протезник ткнул себя в грудь большим пальцем, пальцы растопырились и встали, давая понять Ларри, что он в порядке. Но шатен не смотрел на Фишера, а лишь обернулся и ударил Трэвиса так сильно, как только мог. Треск заставил весь обеденный зал замолчать. Кровь потекла изо рта и носа Фелпса, а он только в ужасе уставился на Ларри. — Почему вы думаете, что если он глухой, то над ним можно издеваться? — Закричал Джонсон. Салли недоуменно уставился на своего любимого и ничего не понимал довольно долго, и только когда Ларри протянул ему руку, помогая встать, Фишер очнулся. — Ларри Джонсон, что здесь происходит, — Директор Бо свирепо зарычал. — Он, блин, ударил меня! — Трэвис буквально вскочил, показывая пальцем на соперника В этот момент Салли попытался расставить руки, чтобы защитить Ларри. К нему подбежали и остальные друзья. — Эй! Трэвис толкнул Сала! Это несправедливо! Он толкнул глухого ребенка, который отпора не может дать! — Крикнула Эшли. — Глухой? Кто, черт возьми, толкает глухого ребенка? — Директор Бо, потащил Трэвиса в свой кабинет, попутно что-то крича про отца и сладкую жизнь.