Wake Up

Ты помнишь, как все началось?

— Бакуго Кацуки! Если ты не будешь соблюдать школьные правила, нам придется исключить тебя! Ты меня слышишь? Я с тобой разговариваю, Бакуго! Ты куда пошел? Мне придется позвонить твоей маме!   Бакуго было глубоко плевать на крики своего классного руководителя. Ему неважно, исключат его или нет, для него главное, это баскетбол. Если он может в него играть, ему на все плевать. Неважно, в этой школе или в другой, он будет беспокоиться лишь о баскетболе. Баскетбольная площадка — единственное место, в котором он мог выпустить весь свой пар, все, что копится у него внутри за все время, ступив на игровое поле, он будто начинает дышать, словно астматик, который впервые начал полноценно дышать за всю свою жизнь. Но стоит признать, что ему будет немного грустно, он уже привык к своей команде, да и баскетбольная площадка в школе ничего. На одноклассников ему тоже глубоко плевать, близких друзей у него не было, а учителя недолюбливали его в связи с его, грубо говоря, хреновым поведением. В школьной же программе он никак не отставал, ему все давалось легко, в некоторых предметах он знал даже больше, чем давалось в учебных пособиях. Все преподаватели знали, что он способный, но никогда не могли понять, что творилось у него в голове. Никто так и не смог найти с ним общий язык за все время, ведь в один момент Кацуки мог быть вежлив со всеми, резко заинтересоваться школьной жизнью, проявить инициативу в отношении с другими, а потом, как по щелчку, его поведение кардинально меняется. С этим стихийным бедствием никто не мог совладать. *** — Но Немури-сенсей, почему?! — нервно выкрикивает блондин. Перед ним сидела женщина, с темно-синими волосами и не отрывалась от компьютера и клавиатуры. В кабинете ненадолго повисла тишина. Было немного холодно и сыро, так как на улице шел дождь. Было слышно, как капельки дождя вперемешку с соприкосновением изящных ногтей женщины с клавишами клавиатуры создавали мелодию. Бакуго ненадолго задумался о том, как он ненавидит дождь, да и осень в целом. Вокруг лужи, сыро, мокро и холодно. В баскетбол на площадке в его дворе поиграть не получится, даже если и получится, то надо будет потом стирать обувь да и всю одежду в принципе. Он бы и дальше размышлял о своей ненависти к осени, но из собственных раздумий его вытащила учительница своим ответом:   — Бакуго, успокойся, тебе просто надо подежурить вместе с одноклассником всю эту неделю, все же, я считаю, что ты очень легко отделался, учитывая то, что это наказание за то, что ты нахамил и почти что подрался с парнями из параллельного класса, — внезапно выдает женщина, оторвавшись от своего компьютера, — А дежурить ты будешь с ним, Мидория, заходи!   В кабинет вошел парень, невысокого роста, с большими зелёными глазами и чёрными, с зеленым отливом вьющимися волосами. Его внешность было не так просто не приметить еще за счет ярко выделяющихся веснушек. И почему именно он, думает про себя Бакуго. Изику Мидория или лучше сказать Деку? — друг детства Кацуки, если можно так сказать. Да, в детстве они были близки, им обоим нравилось одно и то же, все всегда делали вместе, гонялись друг за другом, вместе играли, ловили бродячих котов, больших жуков, а потом измеряли их, чтобы понять у кого больше и кто победил, устраивали ночевки друг у друга, в суровую зиму играли в снежки, не обращая внимания на холод, в знойное лето вслушивались в стрекотания цикад — они были неразлучны, — но в один момент все закончилось, по инициативе самого Кацуки. Все свое детство, как он помнил, Изуку всегда восхищался им, что бы он не делал, Изуку воспринимал как нечто грандиозное, пусть даже это была лишь детская игра в догонялки. Из-за его рвении в нежелании уходить от него еще больше вызвало желание у Бакуго разорвать все эти узы с ним. Он даже сам до конца не понимал почему, но он оттолкнул Мидорию, и чтобы он впредь его не донимал начал открыто перед всеми детьми со двора издеваться над веснушчатым. Сначала были резкие подколы, обидные шутки, и все это, почему-то вызвало впечатление у других ребятишек, что Кацуки неосознанно продолжил причинять боль Мидории и в начальной школе. Быть у людей на виду, осознавать, что они восхищаются тобой — все это нравилось Бакуго. Но значит ли это, что ему всегда нужно было признание толпы, чтобы чувствовать себя значимым? Он не хотел отвечать на этот вопрос. С начала средней школы он серьезно увлекся баскетболом и, возможно, благодаря этому, все эти издевки прекратились и их взаимодействие окончательно на этом прекратились, но по воле случая, теперь, в старшей школе, они обязаны до конца недели оставаться одни после занятий. И только сейчас он понял, что очень долго его не видел, даже учитывая то, что они одноклассники, или, возможно, просто он сам не замечал его. Бакуго сразу обратил внимание на его волосы и они почему-то так взбесили его. Торчат в разные стороны, так и хочется хорошенько расчесать и уложить, раздражает. Не то чтобы он был перфекционистом, просто он любит, когда все находится в чистоте и порядке. Стоит признать, у него с волосами все тоже не ахти, но, действительно, ему очень сильно захотелось их уложить. В глаза также бросились его руки с небольшими, но множествами царапинами и пластырями.    — Здравствуйте, Немури-сенсей! П… привет! — быстро выпалил Мидория, чуть улыбаясь. От него исходила какая-то дружелюбная и спокойная аура и это почему-то вызвало в нем злость. Нет, Кацуки не агрессивный злой гопник, нетнетнетнет. Просто, что-то в этом парне все так же его так бесит, но он даже сам не может понять, что именно.   — Здарова, — как-то лениво ответил он, посмотрев на зеленоволосого оценивающим взглядом с ног до головы. Маленькие руки с пластырями и царапинками, худощавое тело, смазливое лицо с веснушками и еще эти волосы, торчащие во все стороны. «Наверное, никогда не занимался спортом. Ни черта не изменился. Самый обычный ботан» — думает про себя Бакуго и отводит от него свои ярко-красного цвета глаза.  — Ладно, обязанности дежурного вам объяснять не буду, и Бакуго, пожалуйста, впредь не ввязывайся в неприятности, хорошо? Мне уже надо бежать, скоро звонок, вы тоже идите в класс, — с этими словами Каяма быстро вышла из кабинета. Парни оглянулись и вслед за своим преподавателем вышли из кабинета. Они шли молча, Кацуки шел впереди и вся эта обстановка невольно напоминала опять об их детстве, где Изуку всегда следовал за ним по пятам. Дойдя до класса и сев на свои места каждый из них погрузился в свои мысли. На улице также шел дождь, но сквозь темные тучи начали пробиваться несколько солнечных лучей.  Кацуки стало интересно, где сидит Изуку, поэтому он обернулся и бегло осмотрел весь класс. Мидория сидел на самой последней парте первого ряда. «И как он видит записи на доске с его то ростом» — думает про себя блондин. Бакуго лишь один чертов раз отвлекся и посмотрел назад, а преподаватель по истории уже успел наорать на него.  — Кацуки Бакуго, если вы считаете, что мой предмет вам не нужен, то вы можете отказаться от моих занятий.  

«Если он не заткнется, я убью его».  

— Ты меня слышишь, Бакуго? Ты уже совс-   — Да понял я все, можно уже сесть? Перебивает его и получает за это по заслугам. Выгоняют с урока за неуважение к учителю и обещают, что добьются того, чтобы Бакуго исключили из школы. Да, он ничуть его не уважает, думает, зачем уважать того, кто из-за личной неприязни готов прибавить проблем школьнику. А все из-за того, что мать Кацуки была с ним, но вскоре бросила, разбив бедному сердце. Он бы понял его, если бы он, например, проткнул колеса машины его матери, но нет. Почему-то он решил доставать именно Бакуго. Причем тут вообще он? Он сам не понимает. Выйдя из класса Кацуки направился к лестнице и уже подумывал вовсе уйти, но как назло всем его корыстным планам, он, оказывается, оставил свой рюкзак в классе. «Ну, ничего не поделаешь, придется ждать, гребаное дерьмо» — с этими мыслями парень порылся в карманах своих брюк и вытащив наушники начал слушать песни. Он перелистывал один трек за другим, но никакая песня не подходила под его настроение. Урок проходил невыносимо долго и настроение Бакуго совсем уже упало ниже самого дна ада. В этой тихой и умиротворенней обстановке он невольно задумался о причине своей неприязни к Изуку, но как бы он не копался в прошлом и в своих поступках, он не находил ответа. Находясь в размышлениях парень потерял счет времени и даже не заметил того, что урок уже подходил к концу.  После долгожданного звонка он быстро встал и пошел к своему классу, по дороге встретившись взглядом с ненавистным учителем. Остальные уроки на удивление быстро прошли один за другим и вот уже Кацуки собирался пойти домой как его остановил Мидория: — Каччан… Ты забыл уже забыл?  Каччан. Прозвище, которое ему дал Изуку в детстве. Самое безобидное и милое, по сравнению с прозвищем «Деку», которое дал ему Кацуки.  «Вот же черт» — промелькнуло в голове Бакуго и он опять направился к своему месту. Парень с завистью смотрел на уходящих одноклассников и вот остался самый последний, а именно, Ханта Серо, также по совместительству его сокомандник. Тот вопросительно посмотрел на до сих пор сидевшего на месте парня и подошел.   — А ты чего не уходишь то? Сегодня же тренировки никакой нет.  — Да Немури велела дежурить до конца этой недели якобы как наказание из-за тех чмырей.  — Могу только посочувствовать, завтра на тренировку придешь?  — Ты еще спрашиваешь? Конечно я приду, как вы без меня обойдетесь то, придурок.  — Да-да, конечно, наш всемилюбимый капитан, - с явной насмешкой говорит Серо и удаляется. Спустя некоторое время пришел Мидория с вещами для уборки. Бакуго, встав с места раздраженно посмотрел на парня.  — Если ты, конечно, не можешь остаться… или не хочешь, то я могу один убраться, но если об этом узнает… - не успевает договорить веснушчатый, как его перебивает блондин:  — По-твоему, я такой кретин? Я заслужил это! А что такой ботан как ты сделал, чтобы и тебя так типа наказали? - спрашивает Бакуго, особенно выделяя последнее слово.  — Да так… просто… - запинаясь и тихо проговаривает темноволосый, нервно сплетая между собой пальцы рук.  — Да ладно, не говори, раз тебе не хочется.  Кацуки подходит к доске и начинает стирать все записи, краем глаза посматривая на Изуку. Тот в свою очередь все также стоял у двери, нервно переплетая свои пальцы.  — Просто.. какие-то парни из параллельного класса закрыли меня в кладовой спортзала, вот так получилось, что я просидел весь урок там, так еще и урок Айзавы, а он же у нас строгий и не захотел слушать меня, ахах, — внезапно продолжил говорить Изуку, неловко хватаясь за затылок и смеясь. И лишь самый настоящий долбоеб не догадался бы, что ему сейчас было обидно за эту ситуацию с ним. Повисла неловкая тишина из-за которой Бакуго думает, что лучше бы Мидория промолчал. Конечно, он сам был не лучше этих кретинов, которые только и могут, что издеваться над теми, что не могут дать сдачи, а может он и сейчас такой же, как в детстве, но признание Изуку вызвало в нем раздражение из-за такой несправедливости.  — А что они к тебе пристали то? Что ты им сделал? — спрашивает блондин, заканчивая протирать доску и приближаясь к Мидории. Тот от резкого вопроса чуть вздрогнул.  — Если честно, я даже не знаю, у нас просто был совместный урок.  — А что с руками? Сдачи дал?  — А, это… нет, - почти шепчет Изуку.  Кацуки решил дальше не расспрашивать его, ведь, в принципе, какое ему дело. Они не разговаривали больше 2 лет, а сейчас, Бакуго разговаривает с ним как ни в чем не бывало, наедине, будто бы всех хуевых поступков Кацуки никогда не было — все это было слишком странно. За все дальнейшее время уборки они больше не промолвили ни одного слова.  Солнце проиграло темным тучам и к моменту их ухода дождь на улице начал лить с новой силой. Ничто уже не могло ухудшить этот день, думал Бакуго, но вселенная преподнесла ему сюрприз в виде отсутствия зонта.  «Ага, конечно, хуже уже быть не может, что еще меня ждет, а? Может меня по пути домой меня молния угандошит?» — почти кричит в пустоту Бакуго, с мучительной гримасой, будто по нему только что проехалась машина. Он не намеревался оставаться в этой треклятой школе до окончания дождя, поэтому уже решил идти без зонта, как вдруг его сзади потянули за плечо.  — У тебя нет зонта, да? Можешь взять мой, а то смотри какой дождь, — Изуку также держа блондина за плечо, протянул ему зонт.  — Ага, и без тебя вижу, но я не собираюсь его принимать, — отвечает Кацуки и поворачивается к парню, одновременно стряхивая руку Мидории со своего плеча, будто она была какой-то пылью, — Разлюбезничался тут, а сам потом как собираешься идти?   Бакуго несомненно, безоговорочно все это не нравилось, его мучал вопрос «чего он добивается?» Зачем ему это, ведь Изуку как минимум должен был недолюбливать его за все, что было. Так зачем? — У меня есть еще один, так что бери, — выпаливает веснушчатый и протянул парню зонт. Наверное, будь это другой день и другие обстоятельства, то Кацуки никогда бы не принял ничего от него, но сейчас он взял в руки зонт, и отвернувшись раздраженно буркнул «завтра верну» и быстрым шагом удалился. *** Оказавшись дома, Бакуго первым делом пошел на кухню и налил себе стакан вишневого сока. В горле пересохло, а в висках бешено пульсировало. Неужели успел простыть просто по пути домой? Хотя неудивительно, на улице было холодно, а он был лишь в одной рубахе. Надо уже потеплее одеваться думает про себя парень и делает глоток, смотря в окно. Казалось, что дождь кончается. Кацуки, сев за стол начал листать свои социальные сети, но как всегда ничего интересного он не находил, как вдруг к нему пришло сообщение от неизвестного абонента:  «Привет, это Изуку Мидория,  меня попросили еще передать тебе, что по истории на следующей  неделе у нас будет контрольная.  Если тебе понадобятся записи  сегодняшнего урока, то напиши.  P.S. Мне твой номер дал классный руководитель.»               

17:56

«Вот гандон, выгнал с урока, так еще и контрольную решил устроить», — промелькнуло в голове у парня. Он закрыл переписку, так ему и не ответив. Дома было темно и немного холодно. Бакуго жил только с матерью — Мицуки Бакуго. С отцом она развелась уже давно, лет так пять назад. Кацуки не сказал бы, что они богатые, но дом у них был достаточно большим. В детстве его часто оставляли одного, и в такие дни он сидел в своей комнате, и смотрел на играющих во дворе детей. Маленькому ребенку лет пяти было страшно и одиноко оставаться одному в большом доме, с серыми стенами, и иногда скрипящим полом, но он никогда не говорил об этом своим родителям. Слишком гордый для этого. Уже с детства у него сформировался свой, скажем так «колючий» характер, был прямолинейным, гордым, никого не слушал, делал все так, как сам хотел, не любил, когда все идет не так, как он задумал, а еще не хотел никому уступать. Быть первым и иметь свободу действий, это все, что нужно Бакуго. «Может немного посплю и головная боль пройдет», – думает про себя парень и допив оставшийся сок ставит стакан в раковину и направляется в свою комнату, которая находилась на втором этаже. По пути на лестницу парня резко останавливает женщина, роста чуть выше его самого. От нее пахло алкоголем. «Значит, была у подруг. Теперь ничего хорошего не будет», — подводит для себя итог Бакуго.    — Мне звонили из школы, — с недовольным тоном начинает говорить женщина, становясь перед ним. Сбежать уже не получится.    — И? — отрезал парень, смотря на нее недоуменным взглядом, — Я же говорил, что мне без разницы, где учиться, эта школа — ничто. Пусть исключают, пойду в другую, может, даже в спортивную школу. Глаза его матери заискрились от ярости, и тогда Бакуго понял, что он ляпнул лишнего, хотя ему было плевать на это. После развода родителей у них сформировалась какая-то взаимная неприязнь друг к другу. Сколько прошло времени с развода, а они всегда ругаются по пустякам. Чаще всего из-за того, что Бакуго говорил все напрямую, а ей это не нравилось.    — Нет! Тебе что, так сложно хоть раз меня послушать? Почему ты никогда не делаешь все правильно? Почему ты такой неправильный? Я сказала тебе, что ты будешь учиться в этой школе и это не обсуждается! Подумай над своим поведением и извинись перед учителями, неблагодарный ты засранец! — уже переходит на крик Мицуки. 

«Неблагодарный засранец значит…» 

Но на самом деле Бакуго было немного жаль её, наверное, столько сил потратила на то, чтобы вырастить и нормально воспитать его, а тот оказался настоящим ублюдком. Никого слушать не хочет, всегда делает все наперекосяк, да и характер хреновый. Иногда он сам думает о том, почему же ему все-таки так трудно кого-то послушать и сделать все «правильно»? Может, у него какая-то суперспособность, которая называется «могу-испортить-абсолютно-все?» Возможно. Бакуго постоянно вспоминает слова своего отца: «Кацуки, я уверен, что ты станешь прекрасным человеком», — говорит он и теребит торчащие во все стороны волосы мальчика. «Прости, отец, но ты, кажется, ошибся», — думает Бакуго.   — Отойди, пожалуйста, — вновь подал голос Кацуки и даже не дождавшись того, что она сама отойдет, слабо оттолкнул женщину и решил удалиться из виду.    — Ты куда пошел? Бакуго Кацуки, я с тобой разговариваю! — нервно кричит женщина, но ноги ее уже не держат и она падает на колени. Алкоголь дал знать о себе.   — Я пойду погуляю, а тебе стоит лечь спать, я возьму запасные ключи, — выкрикнул парень со стороны коридора. Бакуго оделся, взял с собой зонт и вспомнил про зонт Мидории. Парень подумал, что мог бы вернуть его сейчас, все равно делать было нечего. Не дождавшись ответа от своей матери он открыл зонт, надел наушники, включил музыку и закрыл за собой дверь. «Ты сейчас где? Я верну тебе твой зонт.»                

 18:15

«Все еще в школе, хорошо.»       

 18:16

«Я напишу, как подойду.»           

      18:20

*** Бакуго любил вот так вот гулять один. Нет, не потому что у него не было друзей, просто ему так нравилось. Он может обо всем подумать, и никто ему не будет мешать. Да, иногда бывает одиноко, но он справляется. Как бы Кацуки не боялся одиночества, все же из-за своей гордости он не признается в этом. Ни другим, ни себе. Никогда. Тучи стали отходить, погода улучшалась, как и настроение парня. Он надеялся, что тот веснушчатый не ушел, ведь тогда еле как поднявшееся настроение опять упадет и окажется, что он зря тащился в эту проклятую школу. До школы осталось всего ничего, а тучи вовсе исчезли и на их место взошло яркое солнце. Теперь надо лишь найти того парня, отдать его зонт и все, Кацуки будет свободен. Хотя, дома мать была пьяна, но он лишь надеется на то, что она легла спать, а сам решает, что пойдет дальше гулять, игнорируя боль в голове и усталость. Бакуго даже решил, что можно будет поиграть в баскетбол, если кто-то будет на площадке. Парень почему-то пошел в сторону заднего двора, хотя никогда прежде оттуда не ходил, и по дороге наткнулся на кучку кретинов из параллельного класса, которые по всей видимости издевались над кем-то. Кацуки бы просто обошел их стороной, притворившись, что якобы он не лицезрел всего этого, если бы не узнал эти зеленые, торчащие во все стороны и такие бесячие волосы. Вот так сюрприз, этот парень оказывается жертва кучки изгоев, которые получают удовольствие от издевательства над слабыми.  «Черт, и что теперь делать? Уйти? Проблем что-то совсем не хочется, уже сыт по горло ими. Но я же пришел сюда, чтобы отдать ему зонт. Как же все бесит, хочу просто сыграть в баскетбол, а не вот это вот дерьмо».  Кацуки, конечно, избегает проблем, если есть такая возможность, но сейчас, видимо, пройти мимо не получится. Сегодняшний день его реально измотал, так что, он позволит себе эту небольшую шалость, а именно, выпустить пар на каких-то уродах.    — Знаете, трое на одного это нечестно. Да и вы, кажется, полные слабаки, раз выбрали себе такого хиленького парня, — говорит Бакуго с насмешкой и приближается к ним.  — Каччан? Что ты… — не успевает договорить Мидория, как его перебивает один из отморозков.  — Что вякнул? Шел бы ты отсюда, парень, ради своей же безопасности, — фыркает один из них и подходит к Бакуго. Он прищуривает глаза и внимательно рассматривает его.  — Постойте-ка, ты же тот самый, как там тебя, сейчас вспомню… Ах да, Бакуго. Главный игрок баскетбольной команды школы. Ученик, не слушающий учителей и вечно нарушающий правила. Знаешь, про тебя столько всего говорят, столько всего мерзкого, я бы тебе все рассказал, но я лучше воздержусь. Будь паинькой и просто иди отсюда, договорились? — А что если я откажусь? Или вам просто стало страшно из-за того, что прибавился один человек, я прав? — самоуверенно заявил блондин. Бакуго нравилось смотреть на то, как их мерзкие улыбки на лицах сменялись недовольными и хмурыми лыбами, а брови нервно подрагивали. Смешно за этим наблюдать.  — Ты совсем что ли страх потерял, ублюдок? — прошипел тот, кто был рядом с Кацуки и решился ударить его прямо в лицо. Не попал. Он был слишком самоуверен, когда подумал о том, что Бакуго так просто даст ему себе врезать. Он все-таки баскетболист, и реакции ему не занимать. Парень быстро растерялся и тут Бакуго решает поиздеваться над ним: — Что? И это все? Ты же весь такой страшный, угрожал мне, так что с тобой? — с азартом говорит блондин и решил дать сдачи отморозку, пусть и не со всей силы, но все же достаточно сильно ударяя его по скуле, пока тот не мог сосредоточится из-за своего гнева.  — Слабак. Ты всего лишь щенок, который только гавкать и умеет.  Пока один лежал в нокауте, двое других решили отцепиться от Мидории и заняться незваным гостем.  — Ты что, совсем ахуел, мразь? — фыркает один из них и ударяет Бакуго по животу, когда другой схватил его руки, чтобы обездвижить. Живот как будто обожгло огнем, а в глазах запрыгали искры, но Кацуки не подавал вида, что ему больно, он лишь ухмылялся, что еще больше бесило их. — Пожалуйста, прекратите! — кричит Мидория, сжимая свой испачканный костюм. Ему было страшно. Теперь из-за него Бакуго в опасности.    — Спокойно, Мидория. От этих жалких ударов, мне даже не больно, — опять издевается над ними Кацуки. Издевается, и получает удар по лицу. Из потрескавшегося уголка губ пошла кровь, но Бакуго лишь рассмеялся.  — Ты что, совсем сумасшедший? Над чем ты смеё… — не успел договорить парень, как его перебил учитель.  — Эй, что вы делаете! А ну быстро перестали! — учитель японского — Айзава и по совместительству классный руководитель Бакуго и Мидории был в бешенстве и быстро шел в их сторону.  — Я доложу все директору, из какого вы класса?  — Вот черт, бежим, скорее! — выпаливает один из них, и отпуская Бакуго успевает захватить с земли свой рюкзак и со своим другом поднимая брюнета, лежавшего на земле и корчащегося от боли, быстро убегает с другом. Они быстро скрылись из виду. Изуку быстро направился к Кацуки и тревожно рассматривал его лицо:  — Тебе не больно, все в порядке? Прости, это все из-за меня, я не хотел, чтобы ты попал в неприятности! — тараторит Мидория, все также рассматривая Бакуго виноватым взглядом.    — Да все со мной хорошо, хватит паниковать по пустякам, — нервно прошипел блондин.    

«А это было больно, что за день, блять…»  

— Эй, вы в порядке? — спрашивает Айзава и смотрит на Бакуго. — Идите в медпункт, а я сам разберусь с теми хулиганами, это же ученики Б класса?   — Да… Простите, что доставил вам столько проблем, учитель… — тихо извиняется Мидория.   — Завтра же жду объяснений, а сейчас — в медпункт, — заявляет Айзава и уходит на поиски хулиганов.  — Каччан.. Тебе… Тебе не обязательно надо было вмешиваться. Я мог бы… Я бы…    — Пошли уже в этот гребаный медпункт. Хватит стоять столбом, шевелись! — с раздражением шипит блондин и даже не смотря на Изуку, подняв с земли свою мастерку пошагал в сторону входа школы.  — А, да, конечно! — вскрикивает зеленоволосый и догоняет парня.  — А, вот. Держи. И спасибо, — еле слышно проговаривает Кацуки и протягивает ему зонт.  — Ты мог бы его завтра вернуть, не стоило только из-за этого приходить сюда! – говорит Мидория, но все же берет зонт. 

«Столько всего из-за этой штуки, аж бесит»

— Захотел вернуть его сегодня, вот и вернул. Все, заткнись, у меня голова болит, – нервно фыркает Бакуго и засовывает свои руки в карманы. Кажется, он действительно простудился. Они наконец-то добрались до медпункта, и слава богу, Мидория не доставал его своими вопросами. Бакуго думал, что медсестры как всегда нет, но она оказалась на месте. Ему продезинфицировали и заклеили пластырем угол губы, перебинтовали руку, и сказали, что никаких серьезных травм нет. Кацуки поблагодарил её и вышел из кабинета, подумал о том, что теперь его реально исключат из-за драки. Ему уже виделась мать, которая орёт на него. 

«Как же меня все достало»

Он уже дошёл до ворот школы и опять увидел мистера-ходячую-проблему — Мидория Изуку. Бакуго точно не хочет сейчас с ним разговаривать. Слишком надоедливый, по его мнению. Блондин лишь прибавил громкость музыки, игравшей в его наушниках и обошёл парня, словно они были незнакомцами.

«Не ходи за мной. Притворись, что не знаешь меня. Просто отвали»  

Мидория, в свою очередь, сначала удивился такому поведению Бакуго, но он так просто сдаваться не собирался. Он догнал его и остановил, взявшись за его мастерку. Кацуки это не понравилось. Его лучше сейчас вообще не трогать, но этот парень видимо не понимает.    — Да чего тебе? Может отвалишь уже, я вернул тебе твой зонт, все. Нас больше ничего не связывает, окей? — остановившись, резко шипит Бакуго. Ему это не нравится. Его сейчас все бесит. Он просто поскорее хочет вернуться домой, лечь в кровать и немного поспать. Голова трещит, а живот все ещё побаливает.    — Я просто… Я просто хотел поблагодарить тебя! Спасибо тебе, Каччан! — признается Мидория и становится перед ним.    — Вместо того, чтобы благодарить меня, лучше бы подумал о том, как больше не становиться жертвой таких отбросов, — отвечает Бакуго. Его голос стал тише, но нервы были уже на пределе.    — Я не был их жертвой, я просто хотел помочь тому, кто нуждался в помощи. После того, как я убрал цветы на заднем дворе, я случайно увидел, как те трое из параллельного класса издевались над младшеклассником, — Изуку берётся за края своего костюма и прикусывает нижнюю губу, — Я ничего не сделал, но он смог сбежать, можно ли считать это победой? Ведь…    — Нет. Ты просто спас неблагодарного, трусливого урода, — перебивает его Бакуго.    — Не говори так! Он же обычный младшеклассник, ему было страшно! — моментально отвечает Мидория.   

«Что за наивный ребёнок. Он серьезно думает, что все люди добрые? Да ещё и о себе совсем не думает. Сумасшедший какой-то»

— Даже если и так, то где он теперь? Поблагодарил ли он тебя? Ответ — нет. Не все люди такие, как ты. Большинство думает только о своей шкуре. Ты не живёшь в мире, где добро всегда побеждает зло, где всегда бывает счастливый конец. Это все сладкая ложь, посмотри правде в глаза, очнись, — уже спокойным тоном говорит Бакуго. Да, это так. В этом мире все не так ярко и красочно.   — Даже если и так... Даже если и так, то я же все равно смог спасти кого-то! — все никак не может успокоится Мидория.  — Что ж, могу тебя только поздравить, все равно спорить с тобой бесполезно, ты, кажется, упрямее осла. Я иду домой, отойди, — говорит Кацуки и вовсе выключает музыку. Из-за неё голова болит ещё сильнее. Не успел парень ответить, как Бакуго уже обошел его и быстро пошел в сторону своего дома. Везде были лужи и это бесило парня. Но еще больше его бесило хлюпающие шаги позади. Он закатил глаза, но оборачиваться не стал.   

«И что ему опять от меня нужно? Когда он уже отвалит?»

— Можно ли спросить вас, уважаемый, почему вы таскаетесь за мной? — остановившись с раздражением спросил блондин. Он проклинал всех существующих и даже не существующих богов за этот наихудший день.    — Что? — растерялся Мидория, но сразу взял себя в руки. — Я не за тобой иду. Мой дом тоже в той стороне.   

«Да вы издеваетесь»

— И кстати, Бакуго, тебе все-таки нужны сегодняшние записи по истории, была довольно таки сложная тема, тебе стоит просмотреть ее, — все никак не замолкал он.    — Как же вы все меня бесите. Делай то, делай это. Просто заткнись, окей? У меня голова болит, — повторяет Кацуки по его ощущениям как будто уже в сотый раз. — Тогда я просто скину тебе записи, — предложил Мидория. Бакуго хотелось  послал его еще раз, но сейчас он был готов на все, лишь бы тот отстал от него, поэтому он просто утвердительно кивнул ему в ответ. Дальше они шли молча. Кацуки это устраивало. Наконец-то этот парень заткнулся. Оказалось, что он до сих пор живет в том же доме, что и в детстве. Первым зашел домой Мидория. Напоследок он сказал что-то наподобие «Будь осторожнее по пути домой», но Бакуго все не расслышал. Он лишь хотел, чтобы этот чертов день побыстрее закончился.