Katniss Everdeen в мире Панема: в поисках прототипов персонажа и вселенной

      Между публикациями первой части «Тёмных начал» («Северное сияние» или «Золотой компас» в разных переводах) и первой части «Голодных игр» прошло тринадцать лет. Времени было более чем достаточно для того, чтобы и пена отстоялась, и пыль осела на дно, и умеренно популярная (в некоторых кругах, безусловно, культовая, а в других — совершенно непонятая) книга выросла до размеров трилогии, которая казалась завершённой. Ибо не имелось как будто никаких видов на приквелы («Прекрасная дикарка») или сиквелы («Тайное содружество») в момент явления «Янтарного телескопа» находившемуся на рубеже тысячелетий миру. И где-то в глубине этой паузы С.Коллинз начала готовить свой будущий бестселлер. Конечно, я не имею точной информации о том, сколько она шла к изданию своей первой книги, может быть, вынашивала несколько десятилетий, задолго до того, как Пулман предъявил публике плод своих фантазий. Или наоборот, сочинила буквально за несколько месяцев 2007 г., без какой-либо отсылки к тексту британского коллеги по писательскому цеху. Надеюсь, найдутся среди читателей поклонники «Игр» и их автора, которые подтвердят или опровергнут сказанное мною выше…       Между тем, как некоторая концептуальная общность в произведениях есть. Оттого, что в центре обоих находится социальная манипуляция с детьми. В мире «Тёмных начал» ею занимается «Жертвенный рекрутационный центр» — «жрецы», тайно действующий под покровительством самого могущественного из всех центров силы и власти — Магистериума ради решения научно-практической задачи — спасения человечества от первородного греха, который, как выяснили тамошние теологи, имеет вполне физическую природу. Грех выглядит как подобные электронам частицы, оседающие на взрослых, но не затрагивающие детей. Жрецы хотели бы, чтобы «все стали как дети», все приобрели невинность. Но для этого нужно произвести операцию по усекновению части человеческой души, которая в мире Магистериума имеет видимый образ и называется «деймоном». Нечто похожее, как рассказывает один из ГГ «Северного сияния», практиковалось и раньше, в средневековье, когда детей препоручали церковным институтам, где их для сохранения чистоты телесной оскопляли, чем не только преграждали путь греху, но и создавали условия для пения голосом, подобным ангельскому. Детей отданных Церкви называли «облаты» — «принесённые в жертву». Может кто не услышит здесь созвучия со словом «трибут», но я его слышу.       Разумеется, в мотивации устроителей Игр из мира Коллинз нет никакой великой идеи, характерной для жрецов Магистериума. Они устраивают жатву среди детей начиная с возраста облатов «Тёмных начал» — с 12 лет — лишь для того, чтобы институционализировать страх жителей окраин по отношению к Столице, которой их предки проиграли гражданскую войну. Как будто писательница решила подойти к пулмановскому образу жатвы с приснопамятной бритвой Оккама и отсечь всё ненужное. В том числе богословско-идеологическое, которого Панем, насколько можно судить, полностью лишён. Осталась только суть явления — убийство, поставленное на поток.       Между тем как оба автора каждый со своей стороны приходят к неутешительному для человечества выводу. Инстинкт защиты потомства оно утратило. Спасать детей способны только маргиналы: цыгане и ведьмы в мире Пулмана, 13-й Дистрикт Панема. И то делают это они не сразу и далеко не всегда эффективно. Если и есть надежда, то только немного на себя и заведомо больше на счастливый случай. Но жрецы всегда поймают главного героя, а его имя обязательно вытащит Эффи Бряк из хрустального шара…