Идеальная жертва

Встреча с Аобой не дала никаких результатов. Он все еще был потрясен исчезновением близкого друга, прятал уставшие глаза за черными очками даже в доме, скрывая свое новое пагубное увлечение. Увы, но самый здравомыслящий из них Ямаширу пристрастился постоянно выпивать в одиночку по вечерам. Он все талдычил про подозрительное поведение Тензо за несколько недель до случившегося, однако мало что из этого копы смогли бы взять на заметку в качестве наводок из показаний свидетеля. Складывалось ощущение, что кто-то специально позаботился о возможных последствиях, ведь теперь спрашивать о судьбе пропавшего было попросту некого. Разве что следователя. Того самого, что должен был заниматься делом об аварии и пропаже Ямато. Полицейский участок в душный полдень размеренно тих. Пара служебных легковушек пустуют на парковке, собирая на себе густые комья тополиного пуха, летящего по ветру. Он ловит взглядом болезненно знакомый вход. Из памяти по неволе вылезают старые воспоминания. Ранние школьные годы, когда здесь еще работал его ныне покойный отец. Какаши часто бегал к нему после продленок, терпеливо читал учебники на лавке в приемной, пока тот не освободится. В то лето он еще не был самым грустным и одиноким подростком на свете. Следователь Хатаке имел репутацию уважаемого и далеко не последнего человека в городе. Многие не любят копов, такая уж у них профессия, однако кто знал, что именно дурные сплетни местных отправят отца на тот свет преждевременно. Если бы не то громкое дело о пропаже молодой девушки, дочери местного губернатора. Самое сложное в работе полицейского, это расставить приоритеты и верно принять решение - кому жить, а кому умирать. На этот раз ответственность оказалась непомерно высока. Сакумо пришлось уйти по собственному заявлению. Но даже после его постоянно мучила совесть. До самого последнего дня. Гудок возле дороги отрезвляет, как лед за шиворот, вытягивая из липких лап прошлого. Какаши толкает дверь, заходя в небольшой холл. За стойкой в приемной сидит незнакомый молодой парень, меланхолично жующий свой обед из пластикового контейнера. На сухое приветствие он не обратил никакого внимания, продолжая одновременно пялиться в штабной ящик и слушать старое радио, прибитое под потолком. - Могу я увидеть следователя Куроширо? - По какому вопросу? – мутный взгляд работника скользнул на табло электронных часов. Кажется, у него кончался обед. - Он занимается расследованием моего дела. - Вы - Хатаке? – полицейский открывает журнал посещений, приглядываясь к его исхудавшему длинному силуэту, отсвечивающему за бликами стекла. – Он сейчас не на месте. Уехал на вызов с утра, похоже, что дело серьезное. - Мне нужно увидеть его сегодня. - Заходите в другой раз. Ничем не могу помочь. Парень снова отвернулся к своему пыльному ящику, хватаясь за вилку и не обращая никакого внимания на растущее раздражение Какаши. Он до хруста сжал кулаки, сунутые в карманы брюк, старательно сохраняя внешнюю непоколебимость. Нет на месте значит? Такое ощущение, что его просто не хотят здесь видеть. От него открестились, едва услышав фамилию. Но он пообещал себе найти Тензо. Потому что сейчас речь шла уже не о промахах его отца, спасать нужно было свое настоящее. - Послушайте, время идет, а полиции до сих пор не удалось найти ни улик, ни тела, ни виновника. Шериф Учиха пообещал разобраться с этим лично. - Мистер Хатаке, люди пропадают каждый день, гляньте на ту доску, - регистратор ткнул пальцем в направлении стенда у лестницы. - Все они разыскиваются полицией, но не каждого смогли отыскать. Большинство находятся сами со временем, кого-то, конечно, привозят и в черных пакетах, но вам стоит успокоиться и просто... Ждать. Ну конечно. Стандартный совет. Их близкие тоже слишком долго ждали, бездействуя, поэтому портреты всех этих ребят до сих пор тут. Как же знакомо, - роняя последний взгляд на лица пропавших за грубым стеклом, Какаши молча вышел на крыльцо под летнее марево. Тревожные ночные видения не оставляли его вот уже на протяжении одиннадцати лет, продолжая преследовать призраками прошлого. После больницы вставки из юности почернели, поблекли, теряясь на фоне новых кошмаров, в которых Тензо постоянно звал его к себе и подолгу смотрел большими опустошенными глазами. Глубоко внутри пепельноволосый понимал, что не мог потерять еще одного близкого человека. На этот раз на кону стояла жизнь его второй половинки. Асума согласился с ним встретиться в тот же день, около участка, ровно в назначенное время. На нем был легкий бежевый пиджак, из кармана которого торчал свежий выпуск местной газеты. Брюнет приветственно махнул рукой, переходя улицу и бросая в урну докуренную сигарету. - Эй, у тебя все в порядке? - Да. - Правда? - Правда, - Хатаке поспешил отвести взгляд, дабы не развивать дальше тему. Он не хотел, чтобы друг заметил его подавленное состояние после недавнего разговора с регистратором. Незачем лишний раз тревожить того, кто итак помогает тебе незаслуженно много. Кто бы мог подумать, что именно с Сарутоби он сохранит теплые приятельские отношения к тридцати годам. Вообще он многим обязан этой удивительной семье… Асума протянул только что купленный выпуск. На обложке красовалась женщина средних лет в дорогом платье и колье, а над ней подпись "Возвращение роковой скандалистки". - Что это? - Там есть колонка полиции, на двух последних страницах, - уточнил он, роняя взгляд на бегущие перед глазами строки и заголовки. Какаши рассеянно, без интереса, пролистал содержание газеты почти до самого конца, замечая небольшую колонку на пол страницы. Он не читал местную прессу с тех пор, как особо ушлый умник опубликовал скандальную статью о смерти его отца. Четкие ровные буквы сообщали: "Их разыскивает полиция". Ниже шесть неизвестных мужских лиц, среди которых хулиганы, карманники, мелкие мошенники и прочие антисоциальные элементы. Город небольшой, преступность тоже довольно опосредованная. Хатаке нерешительно глянул в соседний столбец. В "Пропавших без вести" значился Ямато. Под серым снимком дата исчезновения, адрес полицейского участка и номер закрепленного следователя с просьбой сообщить, если кто видел парня или знает его координаты. - Это Тензо. Что все это значит? - Похоже, пришло время брать поиски в свои руки. - Мне не сообщали о прекращении дела. Наоборот, копы уверяли, что обязательно найдут его живым или... мертвым, - Какаши говорил спокойно, но в груди уже закралось первое чувство тревоги и неотвратимости от той самой мысли, которая рано или поздно посещает расстроенные потерей умы близких. - Что на счет того следователя, ты говорил с ним? - В больнице ко мне приходил только шериф. Он вел себя недоверчиво, впрочем, я знаю, какое у них отношение к одной лишь моей фамилии. - Указанный в адресах следователь, Куроширо Зецу, совсем недавно работает в нашем округе. Я видел его вживую лишь один раз. Он разговаривал с моим отцом месяц назад, запрашивал у него информацию о вашей последней поездке, о работе и прочее. Крайне странный тип. Он мне не понравился. Сарутоби достал из кармана смятую пачку "Camel", прикурил сигарету и глубоко затянулся, с нескрываемым отвращением вспоминая лукавую ухмылку, играющую на губах следака, пока тот сидел в офисе у Хирузена. Видок у него был такой, словно он рэкетир из налоговой, а не по делу о пропаже человека пришел говорить. В глазах плещется что-то звериное - жуткий тип. - Я сегодня пытался с ним встретиться. - И как? - Сказали, что он не в участке. Хотя подозреваю, что меня там попросту избегают. - Хм, дело все равно, наверняка, засекречено. Такие истории никогда не получат широкой огласки, это подорвет работу охранной организации. Отец до сих пор крайне озадачен случившимся. Он сильно переживает за Тензо, его все любили, но не только это меня беспокоит. - Что-то еще? Какаши нахмурил светлые брови, до конца неуверенный в том, что хотел бы узнать в этот день еще одну неприятную новость. Асума и сам понимал, что в последнее время приносил другу лишь дурные известия, однако не у одного Хатаке закралась мысль о подозрительном стечении обстоятельств. Воронка похожих, или все-таки тщательно спланированных, событий расширялась прямо под ногами, постепенно заглатывая внутрь их обоих. Брюнет потушил сигарету, отыскивая провокационную статью. Поначалу Какаши не поверил своим глазам. Вчитываясь в сомнительное содержание, он все больше начинал подозревать, что это не просто чья-то злая шутка, а настоящая травля против него. С первой же строчки. "Единственный сын трагично погибшего следователя Хатаке после тяжелой аварии и бесследного исчезновения напарника попал в психиатрическую клинику. История повторяется?" - Но я не лежал в психушке! – не выдержал Какаши. - Знаю. Кто-то из журналюг явно не любит вашу семью. - Или ему хорошо заплатили за эту чушь. Асума, сделай мне еще одно небольшое одолжение. У тебя есть адрес дома Ямато?

***

К вечеру небо посерело и затянулось, с севера набежали огромные грозовые тучи. По радио обещали обильный дождь с порывами ветра до 17 м/с. Спальный райончик, в котором стоял искомый дом, находился в тени за парком. Ухоженное место для домоседов с новыми велосипедными дорожками и внушительной парковкой было отстроено как раз в период отсутствия Хатаке в городе. Он задумчиво обошел мрачную постройку из темного кирпича, не сразу замечая присутствие другого человека на участке. - Пришел навестить Тензо? Какаши резко поднял голову и уставился на коренастого невысокого мужчину лет сорока пяти в светлом спортивном костюме. Слабая тень узнавания промелькнула на его удивленном лице. - Вы знаете где он? - Я тебя хотел об этом спросить, - хозяин участка поравнялся с Хатаке, остановившись напротив дощатого забора, разделявшего их. В его зеленых глазах промелькнуло презрение. - Счета по оплате лежали нетронутыми под дверью. Внутри все на месте, куда он подевался? Мог бы, по крайней мере, предупредить. Дом вообще-то сдается. Разве твой дружок не в курсе, что он должен оплачивать счета вовремя, иначе набежит штраф, а я, в свою очередь, могу и проценты добавить. - Значит вы не читали местную газету и не смотрели новости, - попытался внести ясность в ситуацию Какаши, но равнодушный арендодатель лишь отмахнулся, упрямо настаивая на своем. - Сколько таких беглецов я видал? Сегодня здесь, завтра там. И мчатся, и мчатся по штатам. Но ты... ты же вроде с ним тесно общался, неужели, он даже тебе ничего не сказал? Хорош, беглец! А ведь с виду казался таким тихоней. - Я думаю, вы не совсем понимаете, что происходит, - не теряя самообладания, тактично поправил Какаши, опуская сжатую в руке газету и грустно смотря на дом. - Тензо исчез сразу после аварии на восемьдесят девятом шоссе. Он официально числится пропавшим без вести. У полиции есть версия, что его похитили, но, в целом, исчезновение очень загадочное, никаких улик не нашли до сих пор. - Покушение говоришь? Что-то не верится. В конце концов, бедный парень, сирота, много скрывал о себе и не понятно чем занимался… что с него взять? - Тот, кто это сделал не интересуется деньгами, здесь что-то другое. Лучше скажите, не видели ли вы в последнее время тут кого-нибудь еще? Может сюда кто-то приходил? - Кроме тебя никого. Был еще один парень в солнцезащитных очках, представился лучшим другом, но больше того раза не появлялся. За несколько месяцев до этого Тензо уже вел себя странно, бывало ходил весь день нервный и напряженный, задергивал шторы и жалюзи в доме, как будто что-то тайком употреблял, - арендодатель с намеком взглянул на Хатаке, но тот не поддержал его мысль, поджимая тонкие губы с явным укором. – Я всегда думал, что он адекватный парень! С виду он мне казался очень порядочным, платил всегда вовремя, соблюдал чистоту, а что теперь? Пусть только объявится, уж я молчать не буду! Исходя из описания тревожного поведения накануне, о котором также упоминал Аоба, можно предположить, что похищение было подстроено намного раньше аварии, и Тензо, похоже, начал обо всем догадываться. Но кто мог его выслеживать? И что куда важнее, как долго длилось это преследование и с чего началось? - вдумчиво размышлял про себя Какаши, не обращая внимания на раздраженные угрозы хозяина, которые, оставаясь без ответа, становились все тише. Пока не стихли вовсе. - Держите меня в курсе, мистер… - он обернулся, но мужчины уже не было. Зато калитка осталась слегка приоткрытой, искушая войти на участок. Обойдя дом кругом и заглянув на задний двор Хатаке лишь убедился в том, что посторонних гостей на участке действительно не было. Ни следов взлома, ни просто следов на траве или во дворике он не заметил. Все вещи лежали вполне естественно, если только их не перекладывали после повторно. Значит придется использовать в качестве материала для поиска зацепок те скудные находки, найденные не так давно в собственном доме. Прочитанный ежедневник не дал никаких полезных сведений, кроме трогательных личных переживаний его пропавшего парня, красочно описанных почти одиннадцать лет назад. Похоже, что Тензо пришлось столкнуться в одиночку с чем-то по-настоящему ужасным. Если бы только он сам мог что-нибудь вспомнить. Хотя бы самую малость. В расстроенных чувствах Какаши поплелся в сторону парка пешком. Очередной день оставил его ни с чем. Все пути к разгадке прошлого расплывчато обрывались. И без того трудное расследование окончательно зашло в тупик. Среди одинаковых домиков, вырезанных как по трафарету, Учиха легко затерялся в узком переулке, пряча глаза за черно-желтой бейсболкой "Питтсбург Стилерз". Едва пепельноволосый успел отвернуться от пустующего дома своего любовника и медленно двинуться в сторону городского парка, в куще деревьев послышался приглушенный голос. - Значит, это правда. Везучий сукин сын все же не помер, - лицо Обито исказила досадливая гримаса, напоминающая закостенелую маску. – Мой план может пойти не по тому сценарию, если он ввяжется в это. Хатаке... неужели тебе настолько дорог этот безродный мальчишка? Брюнет посмотрел еще раз на длинный удаляющийся силуэт, перекрытый тенями листвы, и глубоко выдохнул. Он допустил промах, из-за чего Какаши остался жив, хоть в это и трудно поверить, а значит срочно нужен "план Б". Этому отбросу все мало. Хочешь поиграть в сыщика? Ты ввязался не в ту игру, Какаши! Твой отец, может и был полицейской ищейкой, но из тебя никудышный детектив, это точно. Обито сверкнул ключами, которые он изъял у своего пленника в первый же день вместе с остальными личными вещами. В два шага настиг каменное крыльцо и отворил дверь, неслышно исчезая внутри, словно взломщик со стажем. Здесь все еще пахло жилым, хотя на кухне было слишком стерильно, лишь завядшие желтые листья многочисленных домашних растений грустно свисали вниз, изнывая от жажды. Кажется, будто хозяин только что вышел в магазин, отлучился на пару часов, но так и не вернулся, спустя много дней. На диване остался раскрытым на середине журнал "Ландшафтный дизайн", майский выпуск, на полу пустой стакан из-под виски и рядом сама бутылка. Около стационарного телефона небрежно раскиданы карандаши и вырван листок с какими-то записями. Учиха напрягся, припоминая тот день. Примерно полгода назад. Узнать адрес дома Тензо было также легко, как и узнать все остальное. Он нашел его по геолокации на фотографиях в инстаграме. Тот любил снимать свои выходные, часто выкладывал в ленту небольшой садик за домом и парк неподалеку. Сначала Обито бегал там по вечерам, как бы невзначай, высматривая парня. Затем, когда стало ясно, что Ямато чаще всего пропадает либо у Какаши, либо в местном баре с Аобой и Асумой, между прочим все трое когда-то были его одноклассниками, решил подобраться поближе. Резной деревянный заборчик на съемном участке не больше метра-полтора, взрослому по грудь, поэтому перемахнуть через него с разбегу не составило никаких проблем. Миновав бетонную дорожку и клумбы, тесно прижимаясь всем телом к стеклянной выдвижной двери, ведущей на задний двор, брюнет принялся жадно наблюдать за тем, что происходило внутри. Ему повезло. Этим вечером хозяин был дома. - Да? Кто говорит? - Тензо зажимал телефонную трубку плечом, пока его руки торопливо натягивали нижнее белье. На синих плавках быстро проявились влажные пятна. Он только что выбежал из душа, не успев даже как следует обтереться. - Я выиграл? Серьезно? Да, одну секунду, диктуйте. Он подхватил один из карандашей, рассыпая стакан, и начал записывать что-то на клочке журнальной страницы, чуть высунув язык от усердия. Электронный голос регистратора продиктовал координаты их офиса, еще раз поздравил парня с победой и отключился. Ямато отбросил карандаш в сторону, все еще не веря услышанному. На его лице заиграла довольная улыбка победителя, в темных глазах вспыхнул неподдельный восторг. - Маа, что случилось? Знакомый ленивый голос заставил Обито на секунду оторвать взгляд от стекла. Он навострился, продолжая следить уже более сосредоточенно. Хатаке вышел из коридора на свет, поправляя взлохмаченные влажные волосы. На нем не было ничего, кроме серебряной цепочки, играющей крошечными бликами на светлой коже. - Я только что выиграл в лотерее. Какаши, я... мы теперь богаты! И, наконец, сможем поехать в отпуск этим летом, как и мечтали на мой день рождения, в августе. - Поздравляю. Не знал, что ты увлекаешься чем-то подобным, - Тензо осторожно обняли со спины, прижимая вплотную за талию. Кожа Хатаке все еще распаленная, горячая и влажная после недавнего секса под бодрящим напором воды. В голове до сих пор звучит ее шум. Мягкие губы нежно по очереди касаются шейных позвонков, оставляя дорожку поцелуев на коже. Ямато дышит глубже, оборачиваясь, но не разрывая объятий. - Я решил поучаствовать просто так. Не думал, что сразу повезет. - Ты счастливчик, Тензо, - тихо смеется Какаши. - Знаю, - также мягко усмехается он, думая совсем не о выигрыше. - А теперь обними меня руками как следует. Я жду. Тензо все еще улыбается размытым мечтательным взглядом, смущенно отводит глаза от обнажённого тела своего потрясающего партнера. Однако не смотреть на Какаши, когда тот откровенно провоцирует, проводя ладонями по зацелованным плечам и спине, у него не выходит. - Перестань, мы только что делали это в душе… - вопреки словам Ямато виляюще жмется бедрами, прогибаясь навстречу, как кошка. - Дай мне передохнуть. - Я лишь хочу, чтобы ты меня крепко обнял. Приставать не буду, честно. - Обманщик, ты уже, - Тензо недоверчиво щурится, обвивая руками за шею. Обито за стеклом плотно сжимает зубы, ревностно наблюдая, как мощные руки Тензо плавно спускаются ниже с острых белых лопаток на едва выпирающую, худую задницу Какаши, сжимая в ладонях подтянутые половинки. Их губы сливаются в торопливом трепетном поцелуе, наполненном общей, одной на двоих, радостью триумфа, образуя единый силуэт из теней на закатной стене. - Какаши... ты мог остановится гораздо раньше, когда у вас обоих еще был такой шанс, - скалится Учиха, пряча неодобрительный взгляд за капюшоном. Он не смотрит на давнего неприятеля, его интересует исключительно полуобнаженный беспечный Ямато. - Ну а ты совсем скоро станешь моим, малыш. Обещаю устроить тебе незабываемые каникулы за городом. Снаружи стало еще чернее, нужно успеть вернуться обратно до начала грозы. Больше нет нужды думать о прошлом. Все идет, как никогда лучше и даже выживший Хатаке не сможет ему помешать. А если попробует, то пощады не будет. Самое время внести в их игру важные коррективы. Старенький ноутбук, еще со времен старшей школы, отыскался под тонким пледом в гостиной. Он точно помешанный - ненормальный, раз помнит расположение практически всех вещей в доме Ямато. Теперь же на многих из них осела пыль, хотя толстые стекла окон и дверей помнят его отпечатки. Учиха достает из кармана ветровки простенькую флешку и перекидывает несколько папок с мультимедиа на свой носитель. На всех этих фото Тензо еще улыбается и похоже думает, что действительно счастлив с Какаши. Конечно, ведь тот вряд ли рассказывал ему о том, почему пришлось свалить из города и почему прохожие на улице до сих пор отворачиваются, когда он идет навстречу. Ямато считает, что Обито – монстр, чудовище, заслуживающее смерти, а Хатаке его добрый рыцарь на белом коне, который обязательно вытащит свою "принцессу" из лап тирана. Во всех сказках следует только счастливый финал. Зло непременно должно быть наказано и повержено. Затем в титрах все счастливы, живут долго и умирают в один день. К сожалению, их парочка далеко не из сказки, а ему и вовсе не о чем жалеть. Мудак это заслужил. Тензо вскоре и сам все поймет. Ему придется понять рано или поздно. А Обито поможет. В ванной, на полке, стоит тот самый одеколон, от которого до сих пор сносит крышу, в тумбе лежит чистое белье и футболки. Учиха пристраивается на старом подлокотнике, с откровенным трепетом перебирая вещи своей жертвы. Хорошо, что он додумался взять с собой спортивный рюкзак. Когда первые капли дождя стремительно забарабанили по крыше, брюнет уже стоял возле своей машины и искал ключи. Он положил рюкзак с трофеями на заднее сидение, осторожно съезжая с парковки у парка. Тензо наверняка проголодался. В подвале оставалась только пол литровая бутылка воды. В последние дни было не до этого. Проезжая по вечернему шоссе вдоль леса, Обито с облегчением почувствовал, что все идет как нельзя лучше. К нему вернулись привычная уверенность и покой от полного контроля над ситуацией. Из динамиков радио донесся звук давно забытых New Order, вопрошающих в пустоту уютного салона: Ну, расскажи мне, каково это, чувствовать, что твое сердце остывает?

***

Человек, сидевший на кушетке в кабинете психиатра, был никем иным, как Хатаке Какаши. В мед.карте значилось, что ему двадцать восемь полных лет, также известно, что он холост и без детей. На данный момент безработный. Не самый весёлый портрет. Мужчина с интересом обернулся через плечо, глядя на зашедшую в кабинет стремительной твердой походкой женщину-специалиста. Ей было немного за сорок, светлые прямые волосы, завязанные в два низких хвоста, спадали на роскошную полную грудь, контрастируя с теплыми карими глазами. Она обладала завидной фигурой для своих лет: тяжелые бедра, обтянутые строгой юбкой, и легкий белый халат лишь подчеркивали зрелую привлекательность. Ее свежее приятное лицо, без единого намека на морщины, напряглось при виде его, а затем она медленно, с расстановкой, сообщила: - Доктор Цунаде Сенджу, приятно, наконец, познакомиться. Какаши все еще бесстыдно разглядывал красотку, задаваясь вопросом, почему столь эффектная женщина работает здесь, в больнице, с людьми, имеющими проблемы с психикой, а не где-нибудь в сфере красоты или искусства. Казалось, что только слепой не смог бы заметить, что она озаряла все вокруг, затмевая его, бледного и больного, словно солнце луну. - Я много слышал о вас от вашей подопечной, - глухо выдавил он. - Что ж, я довольно известный врач, к тому же, это моя частная клиника, - доктор Сенджу перевела сосредоточенный взгляд на пациента. - Какаши, что на данный момент вас больше всего беспокоит? Он быстро пришел в себя, начав свой подробный рассказ про возвращение домой и про пошатнувшее его увольнение. Цунаде слушала молча, изредка делая заметки в своем ежедневнике и кивая. - Вы ведь понимаете, как важно принимать те лекарства, что назначила вам доктор Харуно? В вашем положении необходимо... - вкрадчиво начала она, но Хатаке ее перебил. - Постойте. Мне казалось, что теперь я полностью здоров, и вы выпишите меня. Я должен найти работу. Цунаде натянуто улыбнулась краешками губ. - Насколько мне известно, у вас была черепно-мозговая травма с частичной потерей памяти. Часто люди с подобными травмами умирают еще на месте. Однако Бог милостив, поэтому оставил вам шанс продолжать свою жизнь, пускай и с некоторыми... ограничениями, - женщина с явным намеком взглянула на него, пытаясь донести свою мысль. - Вы все еще думаете, что подобное проходит бесследно? Рассасывается, как царапина на пальце? - Звучит совсем не обнадеживающе, док. - Ну почему же, все зависит только от вас. Не нужно уходить в крайности, просто поймите некоторые нюансы вашего положения и примите их. Помните, вы - счастливчик, Какаши, поэтому сосредоточьте сейчас все внимание на своем здоровье, - ободряюще закончила Цунаде, поправляя прядь светлых волос и протягивая ему листок с новым аптечным рецептом. - Ты счастливчик, Тензо, - тихо смеется он. - Знаю, - также мягко усмехается шатен. Хатаке изумленно моргает, вглядываясь в мимолетные воспоминания, застывшие нечеткой дымкой перед ним. Доктор Сенджу тоже разом серьезнеет, стирая с лица мягкую улыбку, готовит ручку и новый чистый разворот. - Что-то вспомнили? - Да. Я должен вам кое-что рассказать. Это очень важно. Она понимающе кивнула, внимательно слушая. - Мой пропавший напарник, его звали Тензо, бесследно исчез в день аварии, не оставив полиции никаких подсказок. С тех пор я часто вижу его в своих снах. - Вы помните эти сны после пробуждения? О чем они? Какаши опустил серое заостренное лицо на грудь, никак не решаясь, с чего начать. В застоявшемся кабинете слышно, как прошлое дышит в спину, раз за разом валит один могучим ударом на лопатки, рисуя знакомые преследующие образы. В конце концов, не обвинит же она его в сумасшествии? Потому что раз он здесь, сидит под пристальным взором изучающих строгих глаз, значит с ним уже не все в порядке. - Я расскажу тот, что меня особо тревожит в последнее время. Засыпаю и вижу, как сажусь в машину, ту самую, в которой мы ехали по восемьдесят девятому шоссе. Над горизонтом ни облака и светит яркое солнце. Завожу мотор, набираю скорость. Ветер приятно обдувает мое уставшее лицо, в воздухе пахнет жженым асфальтом. Спросите, откуда я помню запах? Я видел этот сон больше десяти раз к ряду. Во всех деталях. Его невозможно забыть. Впереди расстилается ровная дорога, уходящая вдаль. И сколько бы я не ехал, никак не могу добраться до пункта назначения, рядом нет ни единой стоянки. Я не знаю, сколько проходит часов или дней, пока я все продолжаю проезжать по шоссе. День сменяется ночью и так безостановочно снова и снова. А впереди никого, ни единой живой души. Только пустая бесконечная дорога, ведущая меня в никуда... Это уже похоже на синдром выжившего при ПТСР. Однако, чтобы быть уверенной в констатировании столь серьезного диагноза, я должна уточнить одну важную вещь. - Какаши, ответьте мне предельно честно. Какие отношения связывали вас и Тензо до аварии? - Я бы и сам хотел это знать, доктор Сенджу.