Идеальная жертва

Ближе к ночи дом все еще был пропитан холодной сыростью, поэтому первым делом, вернувшись из города, Обито бросил рюкзак на диван и отправился за дровами для камина. Уже около лестницы он вспомнил о Тензо, который ничего не ел несколько суток. Повернулся обратно и нащупал выключатель. Тусклый мигающий огонек загорелся над дверью, а после заскрипели засовы. Внутри было тихо. Учиха уже начал переживать, как бы парень не откинулся раньше времени, но заметил в углу два блестящих темных глаза, уставившихся на него с привычной неприязнью. Как ощетинившаяся дворняга Ямато сидел поодаль от него, привязанный цепью за щиколотку, и не сводил глаз с двери, как будто та вдруг волшебным образом станет ближе. Больной, недовольный и слабый он выглядел жалко. Обито бросил что-то тяжелое в жестяную миску, но пленник даже не повернул головы. - Почему я снова в подвале? – глухо просипел Тензо. В этот старый каменный подвал никогда не попадает солнечное тепло, здесь почти нет света и воняет сыростью еще больше, чем в доме. Даже сам Учиха недолюбливал это место, потому что он каждый раз выбирался отсюда весь по уши в дерьме, из-за чего приходилось потом тщательно отмываться. - Оставлять тебя одного в доме, было бы верхом безрассудства. Если сегодня как следует постараешься, обещаю, выйдешь со мной наверх. Черные брови хитро взметнулись вверх с очевидным намеком. Обито слишком много раз его щупал, сжимал, жался каменным стояком к истерзанным ягодицам, самодовольно ухмылялся где-то позади, хватая за шкирку, и тут же засаживал Ямато до искр из глаз, вызывая натужный стон. Приходилось сжимать зубы до желваков и терпеть, ведь стоит только сдаться - стать вещью, без собственных чувств и желаний - и он окончательно перестанет существовать, как человек и как личность. А это страшнее физической смерти. - Вообще-то я таким не увлекаюсь, но это достал специально для тебя. Рассчитываю на потрясный секс-марафон, как и пообещал мне мой приятель, - Учиха трясет перед носом пакетиком с дурью. В это трудно поверить, но он раздобыл где-то мет или что это за синтетика в полупрозрачном зиплоке. Брюнет, само собой, не сам ездил к барыге, да и это не просто беспонтовый наркотик. Сильнодействующий препарат нового поколения раздобыл для друга сведущий в медицине Кабуто со складов. Заверил, что пропрет быстро и вставит надолго. Ему было плевать на откаты, которые позже испытает Тензо, ведь Обито практически удалось убедить Якуши, что парень, временно живущий в его доме, законченный нарк. - Хочешь, чтобы наши отношения стали нормальными? Тогда покажи мне, что ты к этому готов и что не сбежишь, оказавшись вместе со мной наверху. - Нет никаких отношений. Даже если меня не спасут, возмездие, рано или поздно, все равно настигнет тебя. - Возмездие? Это просто смешно! Не морочь мне голову, - Учиха скручивает ослабленного пленника, подминает под себя на импровизированной постели из старых одеял и поит, как маленького ребенка, водой из бутылки. Прохладные струйки стекают по подбородку и шее Ямато, он давится, не желая глотать, но брюнет настойчив, ему нужно, чтобы тот выпил все, иначе задуманное веселье не удастся. – Вот видишь, ты не такая уж бесполезная дрянь, какой хочешь казаться. Парень шумно прокашливается, вытирая губы ладонью, чувствуя странный привкус. Его глаза расширяются от ужаса, когда он понимает, что это не просто вода. - Что ты туда добавил?! - Всего лишь вот это, - перед носом появляется снова тот самый пакетик, но только уже пустой. Тензо глупо моргает, стараясь сфокусировать взгляд, однако через минуту его тело бросает в неестественный жар, а на коже выступают мурашки. Издав болезненный стон, он пытается сесть на жестком настиле, убирая с лица заметно отросшую челку. Теперь она часто лезет в глаза. Но если бы все его проблемы сводились лишь к длинной челке. Обито ухмыляется, восхищенно наблюдая за ним. Кладет руки на голые плечи, давит сильнее, так что шатен, не выдерживая, покорно опускается на живот, непроизвольно открывая доступ к своей беззащитной заднице. - Я обещал, что на этот раз все будет, как у людей, так что просто расслабься и получай кайф. Сухие губы задели тонкую мочку, прошлись вдоль шеи и остановились в районе лопаток, опаляя рваным дыханием. И без того широкие зрачки Ямато при тусклом свете ламп превратились в бездонные черные лужи. Неизвестный препарат продолжал активно угнетать ЦНС, стремительно превращая в безвольное тело, в тупую игрушку для траха на радость садисту Учихе. - Обито-о… Пытаясь то ли позвать, то ли возразить, пленник лишь усугубил положение, вызывая в своем мучителе целую бурю эмоций и чувств. Центральным из всех была власть. Желание подчинять и обладать, принуждать к своей воле, безраздельно распоряжаться чужой жизнью, лишь бы только Тензо не достался никому другому, а особенно Хатаке. Этому не бывать! Пелена ревности от воспоминаний тех сцен, что он видел последний раз в доме своей жертвы, заставила член крепнуть с новой силой. Ему не терпелось насытиться. Обнаженное тело, распятое на полу прямо перед ним, выглядело маняще прекрасно. Учиха недолго вглядывался в бездонные глаза напротив, равнодушно блуждающие по его изувеченному лицу без всякой цели. Раскинув бедра не сопротивляющейся жертвы в стороны, брюнет стремительно овладел им - оттрахал, не переставая входить с каждым толчком все глубже и увереннее. У Ямато заметно дрожали ноги в неконтролируемых судорогах, хотя на этот раз он даже не кричал и не пытался вырываться из загребущих рук мучителя. Обито, опьянев от собственного превосходства и всесилия, начал сношать его грубее, быстро переходя оговоренные ранее границы. Было крайне трудно сдерживать себя во время секса. Особенно с Тензо. Шатен томно закатывал глаза от ритмичных движений, мычал на выдохе и добровольно поддавался навстречу. Он бы сроду не поверил в это, будь он полностью вменяем, но наркотик, размешавшийся в крови, давил на мокрые виски, опаляя горячими волнами возбуждения, что били эхом в пах и отзывались истомой в расслабленных конечностях. Ямато себя крайне плохо контролировал. Он был в полном сознании, при этом обстановка казалась странной и размытой, будто во сне или в алкогольном бреду. Все, что он мог, это лежать покорно под Учихой и сносить его жестокие толчки в глубине собственного тела, слушать его стоны, хриплые порыкивания и грязные фразочки, небрежно брошенные между делом. - Черт, задница что надо! Ты очень выносливый, я просто без ума от тебя, - в исступлении шептал Обито, проталкивая член до упора в зияющее влажное отверстие парня. – Давай-ка, поживее двигай бедрами, я уже почти-и... - Запомни, ты заполучил лишь мое тело... но я всегда буду любить только Какаши. Отчетливо и твердо прохрипел под ним шатен, тут же получая хлесткую пощечину. Кровь из прокушенной щеки тонкой струйкой очертила волевой подбородок. Челюсть заныла от тупой боли. Обито сильный, он каждый раз контролирует ситуацию, а Тензо снова слабый, он едва ли держится, чтобы не потерять сознание от голода и препарата. - Неправильный ответ. Так ты наверх не выйдешь, лучше не сопротивляйся, - доносится около уха насмешливый шепот, шумом проникающий в мозг. – Как бы там ни было, ты все равно полюбишь и примешь меня, ведь я – единственный мужчина до конца твоей никчемной жизни. Сука, да ты в любой момент сдохнешь подо мной, если вдруг потребуется, понял?! Так что хорош херню нести, я собираюсь смачно кончить в тебя! - Никогда... никто никогда не полюбит такого, как ты... - Закр-рой свой мер-рзкий рот, - рычит Учиха сверху и заносит сбитый кулак над темноволосой головой, однако в последний момент внезапно передумывает, вцепляясь в запутанные влажные волосы. Ямато не успевает среагировать за ним так быстро, хватка жестких пальцев лишь усиливается, заставляя насильно закинуть голову над своим мучителем. Глаза в глаза. – Все было так прекрасно, мы оба, наконец, смогли расслабиться, занялись вместе жарким сексом, пока ты не решил испортить вечер, вспоминая своего выродка! Как же меня это достало! Обито перед ним красный и злой, скалится, словно голодный шакал. Вынимает свой дрожащий член, безумно наблюдая. Попка лежащего на сырых тряпках Тензо, с растянутым надорванным анусом и медленно вытекающей спермой, зачаровывала брюнета, который, не сводя глаз, следил за тем, как парень безуспешно старается прийти в себя. Вдоволь насмотревшись, Учиха сжимает чужую шею одной пятерней и ударяет головой об пол, окончательно вырубая. Чернота мгновенно наполняет сознание жертвы, отрезая связь с внешним миром. Из уха сочится темная густая кровь, пока шатен безвольным мешком оседает на том же месте, где и был до его прихода. Наверх вместе с Обито он сегодня не выйдет. Все еще не готов. Глядя на едва живое, измученное тело перед собой, брюнет повторно кончает на спину Ямато плевком жидкой спермы. - Позже поговорим еще раз, по-другому... если ты вообще очнешься.

***

Они стремительно выходят из магазина, покидая центр. Какаши крепко сжимает его руку в своей, торопливо ведет сквозь цветущие нагретые солнцем кварталы, не замечая удивленных взглядов с соседних тротуаров. Тензо озадачен и слегка растерян. Он до сих пор не понял, что сделал не так, пока в сознании не появляется довольно очевидная мысль – с ним флиртовал продавец книг. Подозрительно вежливый брюнет был примерно ровесником Хатаке. Наверное, тот заметил его игривые намеки раньше, чем Ямато, хотя никогда не был склонен к ревности и, уж точно, еще ни разу не утаскивал своего парня из людных мест буквально волоком. Что же между ними там случилось, чего он не углядел? - Какаши, слушай, - сбивчиво пытается начать разговор первым, но его игнорируют, продолжая тянуть за собой вперед. Они итак ушли достаточно далеко от книжного. – Если все дело в том парне у кассы, то я… ай, прекрати, мне больно! Тензо на полу слове замолкает и обиженно шипит. Хатаке резко отпускает его руку, чувствуя вину. Он даже не сразу заметил, как сильно вцепился ногтями в тонкую кожу на чужой ладони. Любые оправдания, которые выскажет шатен, будут выглядеть глупо, потому что он любит только Какаши, все вокруг это знают. В тоже время, Ямато никогда еще не видел своего парня таким раздраженным и напуганным одновременно. - Тензо, - он прижал его плотней к себе, обнимая за талию. - Обещай, что больше ты никогда не пойдешь в тот магазин. Парень хватается за чужую толстовку, пытаясь оторвать пепельноволосого от себя, чтобы заглянуть в его разные глаза, но Хатаке, наоборот, сильнее утыкается в плечо Ямато, продолжая настаивать на своем. - Без вопросов, просто скажи – да. - Конечно. После того случая он еще несколько раз приходил в магазин. Сначала все-таки купил книги, что приглянулись ранее, затем зашел после работы просто так, чтобы получше рассмотреть того самого парня (да что в нем особенного?), но вместо него в тот день за кассой стоял незнакомый блондин скандинавской внешности с высоким хвостом. Спрашивать Тензо, конечно, ничего не стал, предпочитая молча пройти вглубь книжного и рассмотреть пока поближе полки с новинками. Он стоял к залу спиной и не мог видеть, что происходило позади него. Среди лабиринтов рядов и витрин, как и в прошлые разы, подкупающая тишина, создающая атмосферу умиротворения. Хочется сесть вон в то дальнее кресло у шкафа с деревянными сувенирами и читать весь день свеженькое издание, не думая ни о чем. Осторожная поступь шагов позади отвлекает от созерцания пестрых книжных корешков. Ямато отлично натренирован, его не застанешь врасплох, как тех, других гражданских, он заметил надвигающуюся тень от мужского силуэта, но реального повода волноваться не было. Это всего лишь второй продавец. Наверное, разбирал привоз в подсобке, вот и не сразу вышел. Бледная рука в шрамах мягко касается пряди каштановых волос, привычно рассыпанных по плечам. Парень коротко вздрагивает, разворачиваясь от стеллажа одним ловким движением. Учиха довольно молчит, любуясь секундным замешательством на удивленном лице. Карие глаза невольно соскальзывают ниже, прохаживаясь по его правой стороне лица, в прошлом сильно деформированной, от того и некрасивой – отталкивающей внимание многих покупателей, но не Тензо. Ведь он намеренно ждал этой встречи и знал, что она состоится. Обито, не оставляя шанса на отступление, выставляет левую руку вперед, упираясь в холодную металлическую полку ладонью. Тензо шумно выдыхает, охваченный смущением и интересом. "Наверное, хочет поскорее смыться", - додумывает возможный сценарий брюнет, но взгляд больших оленьих глаз не меняется, словно парень охвачен гипнозом. Учиха напирает смелее, сокращая дистанцию, пока не чувствует на своей поврежденной щеке чужое прерывистое дыхание. В последний момент, когда их губы уже могли бы, как в тупом фильме, столкнуться в неловком касании, звенит колокольчик. Тонкая трель раздается по всему залу и замолкает, однако Ямато по-прежнему не отстранился, игнорируя их опасную близость. У Обито не вовремя срабатывают старые ассоциации, поэтому он небрежно выставляет вторую руку прямо между их лицами, демонстрируя то, ради чего и подкараулил шатена. "Поиграем позже, у нас будет время". Новая, все еще пахнущая типографией, книга с откровенной обложкой на обороте удивляет Тензо так, что тот округляет глаза и рот, явно сбитый с толку. - Думаю, ему понравится, - многозначительным голосом шепчет брюнет. - Коллекционное издание, только вчера вышла ограниченным тиражом, с автографом автора... - Ч-что? - Новый сборник порно-романов Джирайи - псевдоним известного японского писателя. Ценители жанра гоняются за его бестселлерами чуть ли не по всему миру. Для тебя сделаю скидку. - Но я не читаю подобное, - розовощекий Ямато бочком попытался улизнуть от настойчивого предложения, однако хозяин магазина хитро стрельнул на соседний стеллаж глазами, предвидя такую реакцию. - Твой парень в прошлый раз залипал около полок для взрослых. Любит такое, я прав? - Д-да, он иногда читает что-то похожее… кажется, - неуверенно мнущийся Тензо хочет получить больше личного пространства, с надеждой глядя на перекрывающую путь руку Учихи. Тот усмехается, видя его внутренние потуги. - Не стоит этого стесняться. Сделай ему приятное в этот вечер. - Х-хорошо, я беру ее, - шатен поправляет рюкзак, по-девичьи закусив губу, и тянется за кошельком. Ему до сих пор не верится в то, что он собирается купить нечто подобное, а тем более вручить этот пошлый роман Какаши. Он сгорит со стыда, если сделает это. - Вот и отлично. Идем на кассу. Обито задумчиво подходит к прилавку, запирая в памяти ангельское личико Ямато, наполненное мимолетным смущением. Когда он оборачивается, то понимает, что момент безвозвратно потерян, а сам шатен смотрит на него уже буднично и непринужденно, рассеивая недавний шарм, но оставаясь таким же прекрасным – манящим. "Бакаши, - с легким раздражением думает Учиха, упаковывая книгу в фирменный пакет. - И как можно читать бездарную порнуху годами, когда под боком у тебя вечно крутится столь сексуальный любовник?"       В половине девятого вечера под грозные раскаты грома и вспышки молнии, то и дело засвечивающих комнату, Какаши заспанно выползает из спальни, открывая дверь. На пороге промокший Тензо, лучезарно улыбающийся, жмущий что-то к груди под тонкой летней ветровкой. Хатаке отходит в сторону, пропуская гостя в дом. Парень разувается, смешно отряхиваясь перед ним, как промокший щенок, и достает из-под куртки трепетно принесенный подарок. Пепельноволосый недоуменно моргает глазами, принимая в руки новенькую книгу из своей горячо любимой серии. Смотрит на Ямато пораженно, но благодарно, а спустя несколько секунд счастливого промедления, нежно припадает к губам любимого, помогая избавиться от вымокшей до нитки тяжелой одежды. - Еле успел после работы. Кажется, сухая. - Тензо, - Какаши не знает, что и сказать. Он жутко краснеет под своей хлопковой маской, небрежно приспущенной с носа. Так давно хотел именно этот сборник, а тем более с редким автографом кумира. - Эй, посмотри на меня. Ты себя хорошо чувствуешь? - Да, я просто... спасибо. Правда, слушай, это моя любимая серия, и она всего пару дней назад вышла в английском переводе... - Хатаке пытается ухватить самую суть, но в голове непривычно пусто, словно у соломенной куклы. - Знаю. Вот ты и дождался, - просто отвечает Тензо, целуя его в щеку и проходя внутрь. По-хозяйски ставит чайник в кухне, садится за стол. Какаши медленно приходит в себя, заходя следом с прижатой книгой у груди. На автопилоте разогревает им приготовленный ужин, раскладывает по тарелкам. После уютной трапезы, ливень за окнами так и не прекратился, наоборот, стал колотить еще яростней в стекла. Начинался град. - Во время дождя сидеть внутри становится скучно и душно, - пожаловался Ямато, одетый в пушистый домашний халат, пахнущий домом и новым порошком. – Идем лучше наверх. Хатаке лишь неопределенно хмыкнул, поднимаясь за ним по лестнице, ведущей на второй этаж, блаженно вдыхая смешавшиеся запахи. Теперь в его доме пахло еще и Тензо. Это особый - родной запах. Спальня встречает двух мужчин мраком задернутых штор и смятой постелью. Какаши, как хозяин, смущенно потирает затылок, разглядывая собственный беспорядок. В последние дни ему лень было прибираться. После работы он падал в кровать и перечитывал старые романы Джирайи до поздней ночи, мечтая о том дне, когда у Ямато закончится смена, и их графики выходных совпадут. Сегодня как раз такой день. - Так значит, ты спал до моего прихода? Я тебя разбудил? - Ничего, уже все равно вечер, ляжем вместе, - тихо отвечает он, прикрывая дверь позади себя. Проходит вперед, останавливаясь рядом с узенькой полоской света, растянувшейся по полу перед окном, наблюдает за ненастьем снаружи, чувствуя первые теплые волны возбуждения в сытом и отдохнувшем теле. Тензо стоит рядом, также наслаждаясь моментом. Удары вдали грохочут сильнее, однако он любит грозу и совсем не боится под ней промокнуть. Халат давно согрел озябшее с улицы тело. Какаши начинает говорить про то, что уже поздно и про планы на завтра, но Ямато лишь влюбленно смотрит в его разные глаза и улыбается, не отвечая. Ему не хочется тратить часы тихого счастья на сон. - ...Тензо, спасибо за все, что ты для меня делаешь. Он улыбается еще шире, прижимая бледного, как лунь, Какаши к своей груди. На фоне сверкающих в темноте молний тот выглядел потрясающе. Словно порочный ангел, влюбившийся в простого смертного и свергнутый за это небесами. Парень слегка нахмурил брови от собственных сравнений. Приторно-избитые метафоры пускай остаются в романах Джирайи, реальность перед глазами куда привлекательнее. Сейчас Хатаке полностью раскрыт перед Тензо, душой и телом, поэтому тот наслаждается этим незабываемым редким зрелищем. - Какаши, - ерошит ласково по волосам, утягивая за собой в постель. - Я так люблю тебя. - Иди ко мне. Пепельноволосый с тянущим предвкушением жмется ближе, откидываясь на подушки. Ямато уверенно ложится сверху, между его раскрытых ног, поглаживает кончиками пальцев белоснежную сильную грудь, купаясь в ощущениях. Они сейчас вовсе не трахаться собираются, как это часто бывает после тяжелой рабочей недели, они будут заниматься любовью всю ночь под звуки злого ветра и мягко баюкающего дождя. Никаких тревог, только любовь. Какаши отбросил присущую ему вялость, теряя контроль над собой. Немыслимо. Он еще ни разу в жизни не занимался сексом так долго и изощренно, откинув всякий стыд. После очередного захода даже вставать расхотелось, хотя он планировал помыть посуду с ужина и принять душ. Вдвоем они лежат, обнаженные и приятно измотанные, в сбившейся постели почти до сумерек, лениво обсуждают Джирайю и его откровенные книги. Дождь стих, град закончился, молнии больше не вспыхивают то тут, то там. Однако Тензо так и не выпустил никуда своего парня. Заботливо устроился рядом, чувствуя, как под одеялом ноги любимого все еще мелко дрожат от пережитых оргазмов. От его стараний. Какаши, с улыбкой отлеживающийся в объятиях Ямато, вскоре заснул спокойным сном. На утро он чувствовал себя гораздо менее одиноко, чем обычно. Открытая рана, невидимая глазу, в его груди начала понемногу затягиваться. Все потому, что рядом, наконец, был достойный спутник жизни. Тензо Ямато – этот парень его настоящая любовь. Хатаке никого еще так близко не подпускал к себе после смерти отца. Неужели, это не сон и все на самом деле происходит с ним? Любовь Тензо меняет мир, а еще бережно обволакивает его душу от всех невзгод. Прошлое не посмеет утянуть в свой плен, потому что он больше не один. Их теперь двое. И они со всем справятся вместе.

***

В среду вечером Обито возвращался из своего магазина по печально известному восемьдесят девятому шоссе, когда его внезапно тормознула полицейская машина. Пришлось остановиться и приоткрыть стекло. Позади, метрах в ста от него, уверенно приближалась размытая фигура одного из копов. Зеркало заднего вида было сильно заляпано грязью и пылью после недавних дождей, так что ему не удавалось установить личность офицера. Однако и без того становилось понятно, что он попал. Сейчас этот умник заученно поздоровается, проверит документы, попросит открыть багажник, а там у Обито не отмытые пятна крови с чужими отпечатками, веревка и моток изоленты - классический набор маньяка. Снимая вспотевшие руки с руля, брюнет про себя приготовился к худшему. - Шериф Учиха, - отсалютовал с дежурной улыбочкой высокий черноволосый мужчина. - Куда направляетесь? У судьбы частенько отсутствует чувство юмора, вот и у его родного дядьки по отцовской линии, видимо, тоже с этим туго. Везде одни Учихи, никуда от них не денешься, по всему Йорку разжились щедрой недвижимостью и влиятельными должностями - властолюбивые засранцы. - Фух, ты меня напугал, шериф, - племянник с беспокойством глянул на приборную панель и повернутый ключ, прикидывая, как скорей закончить неприятную беседу. - Что-то случилось или просто семейная встреча? - Случилось, - загадочно произнес Мадара, смотря в багряные глаза напротив с крайним неодобрением. - Разблокируй машину, надо поговорить. - Это обязательно? Я тороплюсь домой. - На дачу в пригороде, где ты уже больше двух месяцев насильно удерживаешь без вести пропавшего Ямато Тензо? По мне, так интересный заголовок для статьи в местной газете... Услыхав о том, что родственник каким-то образом догадался о тайне, связанной с его подвалом, младший без лишних разговоров открыл дверцу машины, хмуро приглашая на свободное сидение напротив. Демонстративно уставился, ожидая продолжения. Мадара сел, лениво потянулся, размял плечи, отключая рацию, а затем резко, без предупреждения, приложил Обито о приборную панель машины, так что послышался глухой звук от удара и долгий стон боли. - ...блять, какого?! Ты что у нас под старость лет праведным сделался, нахрен тебе сдался какой-то пропавший пацан? Он никому не нужен! - Какой-то говоришь, - шериф оскалился, поднимая младшего Учиху за волосы и притягивая к себе. - Этот Ямато успел стать любимчиком в семье у Сарутоби и любовником Хатаке, которого ты, мудила, так и не смог добить. Он выжил, отлежался и теперь ищет своего друга-гомика. Нахаживает ко мне в участок чуть ли не каждый гребаный день! Думаешь, я стану и дальше тебя покрывать? Обито сморщился от приступа тупой боли в затылке, схватился за разбитую переносицу, раздраженно стирая кровь. Все неприятности и заморочки снова связаны с Какаши. Все его беды в жизни только от него. - Я и сам в курсе, с кем он там общался. И про их отношения с Бакаши тоже… в курсе, - оскалился отмороженной ухмылкой брюнет. - Ему все равно не долго безнаказанным гулять осталось. Уж я об этом точно позабочусь. Мадаре показалось, что смеются сейчас именно над ним, потому как его племяннику было абсолютно без разницы, что последует после. Его не пугала ни тюрьма, ни казнь, он жил одним моментом, давно погрязнув в своем прошлом. Старая месть кипела в злобно горящих глазах. - Признайся, тебе после несчастного случая в юности совсем башку стрясло? Ты поставил на уши весь мой округ, хочешь привлечь сюда всех следаков штата? - Если ты пришел меня отговаривать, то я тебе его не отдам. Тензо теперь мой, можешь рассказать Хатаке что угодно в качестве причны смерти: например, что его дружок откинулся от обезвоживания в горном ельнике за несколько километров от трассы или что его раненное тело съели дикие звери, учуяв запах крови. Я видел, в каком состоянии Какаши ходит по городу - живое зомби, так что ему не вывезти поиски одному, но ты уж постарайся, объясни правдоподобнее, сочинять сказки ты мастер. - Просишь чтобы я тебя отмазал, пока сам продолжишь развлекаться? Скажи, я что серьезно должен рисковать нажитой репутацией только из-за твоей тупой задницы? - Что ты мне предлагаешь, вернуть его как ни в чем не бывало копам, а самому сесть в тюрьму?! - не выдержав, прикрикнул Обито, но заметив каким суровым взглядом одарил его Мадара, тут же прикусил язык, малодушно отвернувшись к окну. Шериф медленно выдохнул, поглядывая на племянника уже менее строго. На самом деле, ему не хотелось лишний раз ругаться с ним, все-таки всю жизнь плыли в одной лодке и знали друг друга очень много лет. Плевать, что он там натворил. - Предлагаю грохнуть Ямато ночью и безвременно приостановить дело. Труп отвезу в морг сам, а Сакура избавится от тела, так что лишних вопросов ни у кого не возникнет. Он станет пропавшим без вести посмертно. Неравный компромисс. Обито такая версия не устраивала. Старший Учиха, как всегда, беспокоился только о своем драгоценном имидже и о посте шерифа. Ему крайне важно было оставаться в глазах окружающих хорошим копом, беспокоящимся о своем небольшом городке. Играя по жизни в две скрипки, он так и остался, увы, старым лицемером. - Я повторяю, убивать Тензо не входит в мои планы, он мне нужен самому. Делай в городе и в участке все, что хочешь, но к нему близко не подпущу, пока не закончу начатое. Это - моя месть. - Уверенности к тридцати годам тебе не занимать, засранец! Отрастил, стало быть, наконец, острый язык и яйца, раз посмел нагло перечить дядьке. Видела бы покойная бабка, кого воспитала, - Мадара беззлобно растянул бледное лицо в ухмылке, хлопая младшего по плечу и открывая дверь его не раз побитой "Мазды CX-5". - Не забывай, что сразу после ее смерти, я провел достаточно много времени в твоем доме, Мадара. - Ладно, езжай, куда ехал, считай, что мы не виделись. Но учти, я все равно пошлю за тобой приглядеть своего человека, - покидая салон машины, попрощался тот, возвращаясь к напарнику в патрульную машину. - Да-да, благородный шериф, жду не дождусь, - с сарказмом пробурчал под нос младший Учиха, заводя мотор и сразу отъезжая с места. Ну ничего себе, каким-то чудом пронесло. Хотя кровь до сих пор гнала по венам так, что жар уходил в пятки. Никакой он не смельчак. И никогда им не был. Просто Мадара снова его пожалел. Прямо как десять лет назад. Уж, у него рука тяжелая, мог бы и похлеще врезать, если б захотел. Остаток времени Обито, не чувствующий ног под собой, почти не смотрел на дорогу, наощупь двигаясь по пустой трассе к дому.