Просто соседи

Саске привык быть в центре внимания. Привык к тому, что его добиваются, а сам он только выбирает, “дарит” кому-то свою благосклонность. Среди его мимолетных увлечений были как девушки, так и парни. Причем, геем он себя не признавал, считая подобные связи не более чем экспериментом, поиском новых впечатлений. Те же, кто не входил в группу его поклонников, элементарно ему завидовали. Трения с Саем возникли вовсе не из-за того, что тот был открытый гей. Сай ломал систему. Мало того, что он не выказывал никакого интереса к Учихе, он еще и упорно относился к нему как к равному, не желая ни завидовать, ни восхищаться, ни уступать. Саске бесило, что парень, демонстрирующий свое тело за деньги, держит себя столь независимо и свободно. Но это еще можно было терпеть, пока их соседом был тихий двоечник, который, хоть и был натуралом, Учихой открыто восхищался и завидовал. Но потом его отчислили за неуспеваемость, и появился Узумаки, сломавший систему вторично. Учиха влюбился. Влюбился впервые в жизни в парня, бывшего, или по крайней мере считавшего себя натуралом. Впервые от Саске требовалось самому начать отношения, и он оказался к этому не готов. Он элементарно не знал как это делается, как вообще заговорить об этом с человеком, который не понимает намеков и считает тебя просто другом. Впервые Саске понял, как это страшно – маяться неизвестностью и бояться отказа. А тут еще дело осложнилось тем, что и Сай, и его собственный брат Итачи, не сговариваясь, тоже положили глаз на блондина. И действовать начали куда более решительно. Саске начал нервничать, злиться и срываться. Застав Сая рядом с Наруто он в очередной раз вышел из себя, но драки тогда так и не случилось. Опаздывавший на работу художник ушел, в очередной раз намекнув, что если Учиха не активизируется, он просто упустит Наруто. Это было ясно и самому Саске. Неизвестно, чего хотел добиться Сай, возможно открытого признания Учихой своих гейских наклонностей, но уж он точно не ожидал последующего развития событий. Как не ожидал их и сам Саске. Тогда он просто бросился искать Наруто, собираясь наконец объясниться, но напрасно обегал все знакомые места, они умудрились разойтись. Сообразив, что толку будет больше, если он просто подождет приятеля в комнате, Саске вернулся. Но Узумаки к этому времени уже ушел вместе с Итачи. Время шло, наступил поздний вечер, а блондин все не появлялся. Учиха нервничал, поминутно поглядывая в окно, и, наконец, увидел их. У него все оборвалось внутри от сознания того, что он опоздал. Наруто и Итачи шли в обнимку, не спеша, как люди, которым не хочется расставаться. Саске погасил свет и приоткрыл дверь, он хотел услышать, как далеко зашло у его брата с Узумаки. И окончательно потерял контроль, когда увидел как Наруто сам вешается Итачи на шею. Дальше все было как в тумане. Саске плохо соображал, что он делает. Он был в отчаянии, но он не был бы Учихой, если бы начал рыдать или резать себе вены. Его отчаянье вылилось в агрессию, направленную против того, кого он любил и хотел больше всего на свете. И он действительно не контролировал себя. Как он ушел и куда направился, Саске тоже помнил плохо. Он просто мчался, подгоняемый собственной яростью, не разбирая дороги, и пришел в себя только на окраине города. И тогда как холодной водой его окатила мысль, что он оставил Наруто в совершенно беспомощном состоянии. На место злости пришел ужас от сознания содеянного. И Саске бросился обратно. Когда он осторожно приоткрыл дверь, в комнате никого не было. В ванной горел свет и оттуда слышался шум воды. Парень облегченно вздохнул. И в тот же миг его сердце опять сжалось от страха. Нет, он не боялся расплаты, и если бы Наруто бросился на него с кулаками, даже не стал бы защищаться. Он боялся другого. Он просто не мог посмотреть сейчас в глаза приятеля и прочесть в них ненависть. И Саске опять сбежал, пока его никто не заметил, и остаток ночи провел в поисках неприятностей. Он пил и цеплялся ко всем, кого встречал на своем пути в барах и на улице. Но, то ли его ангел-хранитель был на чеку, то ли сработал закон подлости, но утро он встретил на скамейке парка целый и невредимый. День прошел в пустом самоедстве, но на то, чтобы вернуться в общежитие духа так и не хватило, и следующую ночь он провел у одной из своих преданных поклонниц – Сакуры. Правда, девушка была жестоко разочарована. Она явно рассчитывала на страстное свидание, а Учиха без зазрения совести завалился спать. Нелестных слухов он не боялся. Сакура была глупа и одновременно амбициозна. Можно было не сомневаться, что она никогда не откроет подругам правды, а наоборот, постарается всячески расписать и приукрасить его сексуальные подвиги, компенсировав неудачное свидание хотя бы завистью соперниц. Когда Учиха, наконец, явился на занятия, Наруто был там. На него он даже не взглянул и сел отдельно, что было вполне естественно. Саске уселся на заднюю парту и всю лекцию сверлил блондина взглядом. А на перемене Наруто исчез. Затерялся среди других студентов и не вернулся на свое место к началу следующей лекции. Учиха запсиховал. Ему стало казаться, что Узумаки выглядел бледнее обычного, и он стал накручивать себя мыслью, что тому, наверное, стало плохо. Не выдержав, Саске выскочил из аудитории, проигнорировав возмущение преподавателя, и бросился в общежитие. Первое, что Учиха увидел, осторожно заглянув в комнату, была скорчившаяся на кровати фигура, с головой накрытая покрывалом. Во рту у Саске пересохло. Не решаясь позвать, он осторожно приблизился и протянул руку. - Сюрприз! – из-под резко отброшенного покрывала ему нахально улыбнулся Сай. И в тот же миг Учиха почувствовал как его руки схватили за локти и отвели назад. Вырываться он не стал, но от презрительной усмешки, адресованной художнику, не удержался. - Двое на одного. - А нападать на пьяного было честно? – шепнул ему на ухо стоящий за спиной Узумаки. - Не смущайся, Учиха. Двое, трое – какие могут быть счеты, - Сай легко спрыгнул с кровати, - Мы же одна семья. Сначала Саске думал, что сейчас его будут бить. То, что дело обстоит гораздо хуже, он понял, когда соседи по комнате в четыре руки ловко перегнули его через спинку кровати. Руки Сай пристегнул к боковинам позаимствованными в клубе наручниками, а ноги Наруто раздвинул и крепко примотал к ножкам. Тогда-то у Саске и мелькнула мысль, не погорячился ли не попытавшись оказать сопротивление. Хотя, против двоих у него не было шансов, учитывая насколько слажено они действовали. Но совсем нехорошо Учихе стало, когда он увидел в руках у художника нож. В голове возникла шальная мысль, не решили ли они его кастрировать. Поэтому, когда Сай всего-навсего разрезал его футболку, пленник испытал что-то вроде облегчения. Теперь у него не осталось сомнений, что именно задумали соседи, и Саске испытывал сложные смешанные чувства. Осторожные прикосновения раздевающих его рук не причиняли боли, скорее были даже приятны. Его поглаживали, слегка пощипывали, касались яичек, сжимали соски. С другой стороны то, как по-хозяйски обращались с его телом, полная беспомощность и уязвимость, вызывали странные спазмы в животе и непонятное возбуждение. К тому же за весь свой сексуальный опыт гордому Учихе ни разу не приходилось быть снизу. Он решил, что назло всем не будет кричать или дергаться, а будет молчать, что бы с ним не сделали. Сай тем временем, казалось, совсем потерял к нему интерес. Достал из тумбочки, в которой хранилась чайная посуда, корень имбиря, с которым любил пить чай Итачи, и, усевшись за стол, принялся его чистить. “Он что, чай пить собрался?” – мелькнула в голове у Учихи вялая мысль и тут же улетучилась, потому что невозможно было сосредоточиться, когда нежной кожи внутренней стороны бедра дразня касались теплые руки Наруто. Саске прикрыл глаза. Вопреки абсурдности ситуации в этот момент ему было хорошо. Отрезвление наступило тогда, когда между его ягодиц провели чем-то твердым и холодным. Руки Наруто переместились и раздвинули половинки его задницы, а потом он ощутил настойчивое давление на свой анус. Саске закусил губу и немедленно сжался. - Ну же, будь хорошей девочкой, не упрямься, - раздался насмешливый голос художника. – Тебе понравится. Я сделал это специально под твою девственную попку. И Саске не выдержал, разразившись отборнейшим матом. Впрочем, на расположившихся с тылу парней, он не возымел никакого действия. Твердый, но не слишком большой предмет занял свое место внутри задницы. Он не причинял боли, лишь легкий дискомфорт. Приятели же оставили в покое его зад и встали по бокам кровати. - Фу, Учиха, а я-то считал тебя хорошим мальчиком, - сказал Сай, - Даже и не знаю, как я буду засовывать свой хуй в такой грязный рот. - Придется, видимо, помыть его с мылом, - подключился Наруто, и, приподняв голову Саске за подбородок, быстро впихнул в рот резиновый шарик-кляп и закрепил ремешком на затылке. – Подожди нас. Никуда не уходи. Хлопнула дверь и Саске остался один в тишине гадать, что же задумали его соседи. Это стало понятно через несколько минут, когда он ощутил пока еще легкое жжение в заднем проходе. Парень напрягся, пытаясь вытолкнуть из себя предмет, но внешнее колечко мышц ануса плотно обхватывало вырезанный в корне имбиря желобок, не позволяя это сделать. Более того, жжение только усилилось. Учиха замер, стараясь расслабиться и не шевелиться, но вскоре терпеть стало невозможно. Казалось, внутрь вставили раскаленный стержень. Задница горела огнем, но вместе с этим он стал испытывать странное томление и напряжение в паху. Безумно хотелось обо что-нибудь потереться. Когда соседи вернулись, Саске вовсю извивался в своих путах, а его пенис уверенно торчал вверх. Парни подошли к распятому страдальцу. Зрелище бесстыдно выставленной вверх пятой точки Саске ёрзающей по спинке кровати выглядело очень возбуждающе. Художник повернулся к Узумаки: - Ну вот, а ты волновался, что ему не понравится. Смотри, Наруто, Сасочка готова и ждет не дождется, чтобы ты ей вставил. Наруто вытащил затычку и поощрительно похлопал Учиху по заднице: - Запомни, Саске, друзья должны делиться и меняться. Ты был сверху, теперь моя очередь. Не бойся детка, папочка будет осторожен. Как будто издеваясь, Наруто стал входить очень медленно, изо всех сил сдерживаясь. Протиснулся до конца, на мгновение замер и так же медленно двинулся обратно, вытащив член почти полностью. Для Саске, у которого возбуждение уже зашкаливало, это было просто пыткой. Ему было уже не до гордости. Замычав, он попытался сам насадиться на пенис Узумаки, но получил лишь шлепок: - Веди себя прилично, Саске, не верти попкой, иначе придется тебя отшлепать. - Какой нетерпеливый, - ухмыляющийся Сай в расстегнутых штанах уселся на кровать и вытащил кляп. – Сейчас мы займем и твой ротик. Саске сжал зубы. Тогда художник просто зажал пальцами его нос. Несколько секунд Учиха еще сопротивлялся, но потом рот пришлось открыть. В то же мгновение Сай сжал, зафиксировав одной рукой его челюсть, а другой пропихнул в рот свой пенис. Парни синхронизировались и начали весьма слажено дрючить Учиху с двух сторон. И если от члена во рту он не испытывал никакого удовольствия, то действия Узумаки, задевающего простату, дарили ранее неизведанные приятные ощущения. Тело было перевозбуждено, и Саске безумно хотелось кончить. Но у него никак не получалось этого сделать, его руки были прикованы, а ни один из парней не дотрагивался до его стоящего члена. Стоны Саске не смог заглушить даже пенис во рту. От этих звуков Наруто ускорился и бурно кончил. Художник немедленно освободил рот Учихи. - Слишком быстро. Смотри, наша ненасытная шлюшка хочет еще. И Сай занял место Узумаки. - Дай мне кончить, сволочь, - прохрипел Учиха. - Как скажешь, крошка, - неожиданно легко согласился художник, и обхватил рукой его пенис. Саске толкнулся в эту руку и финишировал. Но он даже не предполагал, что может стать хуже. Послеоргазменная эйфория прошла, и действия производимые с его задницей больше не приносили удовольствия. Теперь ему было неприятно и больно, а Сай упорно продолжал вдалбливаться в его дырку с неотвратимостью и силой работающего механизма. Наруто убрал с лица Саске взмокшую челку: - Сай, заканчивай. Хватит с него. Художник, как будто ждал распоряжения, до боли сжал бедра и кончил, навалившись сверху. Учиха свисал со спинки кровати безвольной куклой. Его освободили и перетащили на кровать. Безропотно он позволил обтереть с себя сперму и уложить на подушку. Но когда Узумаки лег рядом и обнял его сзади, он подумал, что если художник сейчас пристроится с другой стороны, он плюнет ему в лицо, чем бы ему это не грозило. Но Сай опять нарушил все планы. Он собрал с пола разбросанные вещи, взял одеяло и накрыл им лежащих на кровати парней, а потом тихо ушел в сторону своей койки.