Рассвет свободы

(Kllo — Make me Wonder)

Сердце из камня

Почему я все ещё жду?

Когда мы все неправильно поняли?

Дни здесь бесконечно долги

Глаза широко открыты

Всегда ли эта подделка была здесь?

Потерянный давно

Влюбляюсь ли я в тебя?

             Когда я забежала в автобус, огонь внутри меня начал потихоньку гаснуть и становиться чем-то тёплым, согревающим душу. Малфой направился вдаль от автобуса, видимо, развеяться. Первый порыв был пойти за ним, но я решила дать ему возможность побыть наедине с собой и направилась к новой фигуре нашей постановки под названием «жизнь» — Рольфу. Правда, выглянув из автобуса, я нашла лишь одинокий чемодан. Где же владелец? Предварительно включив свет в автобусе, чтобы Малфой не потерял его из виду, так как уже довольно темно, я пошла искать Рольфа. Я звала его по имени, но лишь убедилась, что поблизости его точно нет. Внезапно возле меня открылся чемодан, отчего я взвизгнула. Из чемодана появилась голова парня.              Голова. Из. Чемодана.              — Ты звала? — спросил парень.              — Я никак не могла подумать, что ты прячешься в чемодане, — с ноткой то ли испуга, то ли шутки сказала я.              — Это ведь не просто чемодан. Спустись, посмотри, — и он, загадочно улыбаясь, снова исчез в саквояже.              Ну что ж, почему бы мне не залезть в чемодан? Когда ещё выпадет шанс?              Приоткрыв его, я увидела лестницу, ведущую, как в подвал, вниз. В начале спуска в голове шумели мысли об абсурдности ситуации, но я упорно следовала вниз, пока не коснулась пола. Осмотревшись, я поняла, что нахожусь в небольшом сарае с различным перечнем вещей для ухода за животными и растениями. Там было уютно, а в углу я могла наблюдать подобие гамака. Видимо, он тут… живет? Непостижимо. Это ведь чемодан!              Рольф окликнул меня. Его голос доносился из-за закрытой двери этого строения.              Я толкнула дверь, и мне в лицо ударил странно пахнущий ветер.              Передо мной открывался вид, который не поддаётся пониманию. Пространство, которое будто делиться на разные небольшие секции: с индивидуальной погодой, климатом, временем суток и высотой. Словно независящие друг от друга миры, в которых живут различные неведомые доселе мне животные. Разных цветов и окрасов. И все это… магия.              — Вау, — это все, что я смогла выдавить из себя, а Рольф в этот момент улыбался, видимо, гордый тем, что смог меня поразить своим маленьким миром.              — Моя семья уже давно занимается изучением редких видов животных. Некоторых из них ещё мой дед нашёл. Собственно, от него мне и перешёл этот чемодан. Я влюблён в изучение магической фауны.              — Наверное, вы все известные ученые в магическом мире, — мечтательно выдохнула я, но Рольф на это усмехнулся с толикой грусти.              — Нашу семью скорее считают чудаками, чем какими-то великими учеными. Мой дед прошёл много испытаний, защищая эти виды, но особого признания так и не получил. А ведь ты сейчас видишь, возможно, последние виды во всем мире. Конечно, дедушка Ньют издал учебник для школы, но это только какие-то основы. Поэтому этот чемоданчик… Ну, в общем, не совсем легальный.              От этой истории стало чуточку грустно. Такой мир и такие люди, которые горят страстью к своему делу. И даже в волшебном мире есть свои границы странного.              Восхищение природой прервал знакомый голос. Я услышала, как Малфой зовёт нас обоих. Говорю Рольфу, что пойду наверх. Он кивнул и ответил, что почти закончил с уходом за животными. Высунув голову из чемодана, я сразу же уперлась в носки ботинок Малфоя. Он выглядел крайне напряженным с палочкой в руке. Увидев меня, он в привычной раздражённой манере фыркнул, что чего-то такого и ожидал от Рольфа и его чемодана. Подав мне руку, он ловко вытянул меня из того мира. Правда, встав на твёрдую землю, мои ноги почему-то решили не держать меня, и я, потеряв равновесие, благополучно опрокинулась на Малфоя. Ожидая какой-то колкости, я даже слегка зажмурилась, но в ответ он осторожно вернул меня в исходное положение и сказал лишь что-то от в стиле: «Совсем ноги уже не держат?». Не знаю почему, но мне показалось, что для него это жутко неестественно. Я ведь неспроста ожидала колкость? Спустя пару минут появился Рольф в довольно приподнятом настроении. Видимо, возиться со всеми этими зверушками ему действительно в радость.              Малфой демонстративно покашлял, очевидно, чтобы привлечь всеобщее внимание:              — Я размышлял над нашими дальнейшими действиями и пришёл к следующему решению: следующие несколько дней мы останемся здесь, и Коул будет проходить экстерном основы магии, а Рольф, если такая возможность есть, разузнает поподробнее об артефактах, которые имеют для нас ценность. Собственно, исходя из этой информации, мы и составим наш дальнейший маршрут. Есть вопросы? — последнее было сказано интонацией, которая не подразумевала любые дальнейшие ответы, но тем не менее Рольф поднял руку. Взгляд его выражал не слишком хорошо скрытое раздражение, правда, беспокоящий его вопрос он так и не задал.              — Замечательно! — хлопнув в ладоши, Драко подошёл ко мне. — Раз вопросов не возникло, предлагаю отправиться на заслуженный отдых.              Я бросила взгляд на Рольфа. Он сверлил взглядом Драко.              — Малфой, у меня все-таки есть один вопрос, — Драко небрежно повернулся к нему. — Ты всегда такой заносчивый засранец? — на лице блондина появилась мерзковатая ухмылочка, а в глазах заплясали чертята. Почему же меня это так будоражит?              — Нет, только по выходным.              Я закатила глаза, но этот диалог меня позабавил.              — Ладно, девочки, не истерите. День был долгий и тяжелый.              Оба парня фыркнули и направились в противоположные стороны. Рольф — в чемодан, а Малфой — за мной в автобус.       

***

(Tycho — Adrift)

      Усевшись в автобусе на свое «излюбленное место», я постарался найти позицию, которая причиняет наименьший дискомфорт. Коул шла в мою сторону, она села на пассажирское сидение. Я как раз нашёл удобное положение для сна и закинул руки за голову, слегка прикрыв глаза.              — Коул, мы же вроде собирались спать? — отчего-то я был не готов к диалогу.              Она долго молчала, но это не создавало напряжения, скорее наоборот, успокаивало. Она здесь, рядом, но говорить у меня по-прежнему не было сил. Все равно так или иначе каждое соприкосновение с Кэт — это словно оторвать кусочек души, во всяком случае в данном положении.              — Драко, скажи, что стало с девушкой, которую ты любил? — вопрос был похож на кинжал, который, нет, не вонзили в спину, а скорее медленно всадили под кожу, словно пытаясь снять скальп. Глаза я по-прежнему не открывал. А зачем? Чтобы они выдали все с потрохами? Все, что внутри меня горит и сжигает изнутри?              — Она исчезла из моей жизни, хотя и по сей день преследует, — просто. Лаконично. Больно. — К чему, собственно, вопрос? — более серьезно спросил я.              — Просто ты со мной в бегах, и я задумалась, а что с ней? Где она и что думает об этом всем?              — Ты чувствуешь вину? — спросил я с легкой иронией и приоткрыл глаза.              Коул нахмурилась. Взгляд ее стал ледяным, и я понял, что ирония была лишней.              — Знаешь ли, Малфой, я и так причинила людям много боли. Хотелось бы этот круг сузить.              До меня дошла простая истина: Коул думает, что якобы мой отъезд спровоцировал несуществующее расставание с несуществующей девушкой. Фантастика. Просто феерически заврался, Малфой. Продолжай в том же духе и выяснится, что у тебя были несуществующий дом и несуществующая семья, которая погибла в магической бойне.              Меня передернуло от осознания, что частично так и было. Я не знаю, где мои родители. Живы ли они? И мой дом, родовое гнездо Малфоев, действительно лежит в руинах. По сути, я бездомный. Аристократ Драко Малфой, бездомный теоретический сирота. Все мои решения привели к этому. От мыслей начала болеть голова и с невероятной скоростью падать настроение.              Кэт по-прежнему сидела на соседнем сидении.              — Знаешь, Коул, ты можешь считать себя тем, кто причиняет людям боль, но поверь, то, что делал я, было гораздо хуже. И ничего, сижу без особых угрызений совести, плачу в подушку по расписанию раз в месяц.              — Зачем ты это делал? — голос Коул был бесцветным, из-за этого не было понятно, для чего она это спросила. От гнева или чтобы сожалеть мне.              — Точно сказать сложно. Это была совокупность разных факторов. Где-то воспитание моих родителей. Они всегда твердили мне, что я должен быть лучшим во всем, и, не дай Мерлин, я что-то сделаю не так. Отчасти потому, что мое знатное имя производило эффект трепетания толпы. Мне это нравилось, и казалось, мои возможности безграничны. А когда приходишь к такому выводу в голове, то становишься человеком без тормозов. Устраивает ответ? — слегка раздражённо спросил я.              Коул ничего не ответила. Сидела и смотрела на звёзды, будто они дадут ей хотя бы обрывок воспоминания.              — Ладно, спокойной ночи, — прозвучало слегка вымученно. Кажется, я перегнул. Она встала с сидения и направилась в сторону кровати, но в последний момент я поймал ее за руку. Кэт обернулась и посмотрела в мои глаза. В ее — вспыхнул огонь. Интересно, каким она меня видит?              — Кэтрин, не бойся быть собой. Даже если это может приносить другим боль или недовольство; те, кто действительно тобой дорожат, поймут и примут тебя.              Ее запястье было в моей руке, и я почувствовал, как ее пальцы слегка погладили мое. На ее лице появился призрачный отблеск улыбки, и она одними губами сказала «спасибо». Когда я отпустил ее руку, она скользнула по моей ладони пальцами и пошла дальше, в сторону кровати.              Я отвернулся к окну и очень долго смотрел на звёзды, ища в них отблески мыслей Кэтрин.