Кукла

      Я бежал по коридору, накинув белый халат на плечи. Помещения слабо освещались, давая плохую видимость окружающего. Везде была чья-то кровь, на полу валялись разные медицинские принадлежности. На стенах висели жуткие картины с такими изображениями, как вскрытие человеческого тела, мозга и прочего. В углу одного из коридоров стояла банка, а в ней человеческие глаза, разных оттенков. Я бежал, не обращая внимания на все эти странные предметы, словно знал, что они здесь должны находится.       Забежав в одну из палат, я увидел своего брата, который был младше меня на два года. Я попытался включить свет, но не получилось. Уильям сидел на кровати и, благодаря лунному свету, я видел лишь его очертания. Он смотрел на пол, словно не замечая меня. Я подошёл к нему.        — Уильям? — прошептал я, протягивая руку вперёд. Он вздрогнул.        — Ты говорил, что я буду жить... — Уильям начал медленно поднимать голову, а я не двигался, не мог пошевельнутся. Жить? Да, я говорил такое, я уверял его в этом.        — Уил? Что с тобой?        — Ты говорил, что я буду жить... — снова повторил он. Появился свет и Уильям резко поднял голову. Глаз у него не было — вместо него были глубокие чёрные ямки, а рот был как у вампира. — А я умер!!!       И только сейчас я заметил его глаза: выцвевшие, холодные и живые. Они валялись на полу, как связка ключей. На теле Уила начали появлятся сиреневые трещины, из рта полилась алая кровь. Он стал сжимать простынь одной рукой, а второй указывал на меня. Я опустил глаза вниз и увидел, как что-то острое протыкает меня. Оно проходит через меня абсолютно везде: через грудь, ноги, руки и так далее. А я не кричу, не плачу — я не чувствую боли. Я — кукла.       Уил смеётся, а из глазниц текут струйки крови. Чем больше он смеётся, тем быстрее появляются эти трещины на его теле, создавая сеть.        — Салли! Братик, иди ко мне! Завтра у меня будет праздник! — он заливается диким смехом. Вокруг всё начинает трещать, грохотать, а он не перестаёт. — Са-ал-ли, что же ты стоишь? Боишься, что я умру? Как смешно! Я УЖЕ мёртв!!! Мёртв!!!        — Господи, Сал, проснись! — кто-то тряс меня. Я стал открывать глаза и перед мной сначала появилось чьё-то размытое изображение, а потом и Ларри. Голова трещала после просмотра этого сна, а для меня он был словно новым. — Чёрт... Я чуть было с ума не сошёл, пока тебя будил. Ты кого-то звал во сне... Кто такой Уильям?       Я мог поклясться, что его тело напряглось, а во взгляде проскальзнула искра ревности. Приподнявшись, я ладонью отстранил от себя лицо Ларри и рассмеялся. Тот набычившись повалил меня обратно на кровать, прижав мои запястья к матрасу. Расстояние между нами было всего лишь несколько сантиметров. Его карие глаза впились взглядом в мои, а пряди его волос водопадом упали на моё лицо. Я понял, что начинаю краснеть, как девственница перед брачной ночью. В этот момент мне захотелось страстно поцеловать его, постепенно снимая одежду.        — Ты ревнуешь меня ко всем? Даже к моему брату, которого уже как сто лет нет в живых? — его лицо изменилось. М-да, мне следовало задать вопрос по-другому. Ведь между нами нет любви, а я задаю этот вопрос ему так, словно я его девушка.       Ларри встал с меня и буркнув под нос "одевайся и пойдём", он ушёл. Ещё раз засмеявшись, я спрыгнул с кровати и поспешил одеваться, ведь обладателя карих глаз лишний раз лучше не злить. Сегодня я надел кимоно, которое было выше колена и с узорами в виде пылающих цветов. Причёску я решил сделать такую: две шишечки, украшенные цветами и ровная квадратная чёлка, скрывающая правый глаз. Одев туфли на платформе, я вышел из каюты и увидел Ларри, опирающегося спиной о стену. Он перевёл взгляд на меня, после чего мы пошли на первый ярус.       Пока мы шли до ресторана, я уже успел словить на несколько взглядов мужчин и женщин. Проходя мимо представительниц прекрасного пола, я понимал, что-то они начинают шептаться, указывая на меня. Не каждый день увидишь человека, похожего на шарнирную куклу. Я пытался не подавать виду, что я знаю о чём они шепчутся, но получалось, скажем так, фигово. Тогда они начинали бросать друг другу смущённые взгляды и невинно улыбаясь, уходили куда-то. Кажется, я буду тут звездой и главной темой для светской болтовни. В принципе я не против.       Наконец-то дойдя до ресторана, мы сели за милый круглый столик у окна и сделали заказ. Хорошо, что я прихватил эти чёртовы таблетки, а то ожирения не миновать. Пока мы ждали, когда незадачливый официант принесёт заказ, я разглядывал помещение. Оно было всё в бордовом цвете, с шёлковыми шторами, кожаными диванами и стульями и столами из красного дерева. Играла спокойная музыка, а бармен уже в который раз протирал стойку и бокалы. Еда здесь, как оказалось, бесплатная, но нажираться не рекомендуют.        — Мистер Джонсон, мисс Фишер, вот ваш заказ, — официант с серебряным подносов вырос чуть ли не из-под земли. Быстрый. Мило улыбаясь, он поставил всё на стол и наклонил голову. — Приятного аппетита!       Он тут же испарился, а я несколько секунд пилил еду взглядом. Этикет или привычка? Я про этот поклон. А он в курсе, что я парень? Все люди, которые видят меня, принимают меня за девушку. Я парень, но ношу женскую одежду. Хм... Ответ прост: я чувствую себя девушкой. До этой операции я и не задумывался, что могу, например, стать агентом, перевоплощаясь то в девушку, то обратно в парня. Я хотел постричь волосы и покрасить их в какой-нибудь тёмный цвет. Но не получилось. После операции я реально почувствовал себя девушкой. Я был похож на миниатюрную куклу женского пола. И тогда я решил, что пускай всё катится к чертям, а я стану псевдо-девушкой. Вы спросите меня про половые органы, а на это я отвечу "нет". Они у меня есть и никуда не делись. Кастрация — это не для меня.       За всё это время, пока я ел, Ларри не сводил с меня своего задумчивого взгляда. Ну почему он смотрит на меня, как на животное в зоопарке? Серьёзно, это создаёт какой-то дискомфорт.        — О, какие люди и без охраны! — за наш столик сел Трэвис. Я дёрнулся, а Ларри напрягся. Та-ак, время доставать попкорн. Если это он пришёл за мной, то чую добром это не кончится. Хоть бы Ларри расслабился...        — Что надо, Трэвис? — задал вопрос Ларри.        — Ничего. Просто увидел вас и захотел к вам подсесть, — Трэвис как всегда язвил. Можно мне его убить? Спасибо.        — Салли, пошли, — Ларри поднялся со стула и посмотрел на меня.        — Но я же ещё не... — он попытался взять меня за руку, но Трэвис перегородил ему дорогу. Да что вообще тут происходит?        — Ты слышал? Он не хочет с тобой идти, — а ты не обнаглел ли? Он взял меня за руку и крепко сжал её. Ларри сделал тоже самое. Оба сверлили друг друга наглыми взглядами, а я, находясь между ними, молил всех святых, которых я знаю. На нас уже смотрели люди, в ожидание продолжения этого представления.        — Эй! Хватит! Разряд! — другого выхода не нашлось. Честое слово, они меня когда-нибудь убьют. Один и второй. Трэвис наклонился и его дыхание обожгло мне ухо.        — Мы ещё встретимся, малышка, — прошептал он. По мне пробежали холодные мурашки, вызывая чувство маленького страха. О, нет... Он отпустил моё запястье и подмигнув мне, удалился. Надо срочно писать завещание.       Ларри тоже отпустил меня и взяв за руку, направился к выходу из ресторана. Я не отставал от него, сжимая его ладонь и улыбался, как идиот. Сегодня вечером обещали танцы и я надеюсь, что мы с Ларри будем танцевать под весёлую музыку до самого утра.