Кукла

      Амнезия — потеря памяти вследствие травмы, заболеваний головного мозга.       Я стоял с открытым ртом, глубоко дыша и прокручивая в голове только что сказанные слова. Холод бегал по моей спине, как на беговой дорожке. Амнезия? Потеря памяти? Сал меня не помнит?... Нет... Это бред. Я не верю. Не может быть этого, не может! Салли...        — Неужели ты меня не помнишь?! — вскричал я, резко схватив его за плечи. Ноль эмоций. Он был словно загипнотезирован и никак не реагировал на это. Его огромные глаза с безразличием смотрели на меня, а губы даже не дрогнули. Он сидел как статуя и не двигался.        — Бесполезно, Ларри. Он тебя не понимает и даже не осознаёт, что ты хочешь до него донести, — я обернулся и увидел «живую» Меган. Она была вся из голубых пикселей, маленького размера и с перерезанной шеей. — Господи, не пялься так на меня, а то зенки выпадут.        — Что ты с ним сделала? Отвечай! Зачем ты стёрла ему память?!        — О, божечки, началось. Для начала давай так: я рассказываю тебе всё как есть, а ты после этого захлопываешь свою пасть и больше не разговариваешь со мной в таком тоне. Идёт? Окей. Тогда, перенесёмся в отдельную комнату и там поговорим.       Я подхватил прибор с пиксельной Меган и пошёл в коридор. Люк остался с Салли.        — И-и-итак... — произнесла Меган, когда я поставил её на подоконник. — Так как ты, год назад, решил поплескаться в водичке, то Салли тебя спас. А мне пришлось спасать его. Вот только не от воды, а от акулы. Она его не съела, но, как бы тебе сказать, проглотила на время. Подключившись к её жалкому мозгу, я попыталась направить её в Восточный центр моего отца. Как оказалось, это было не очень тактично. Тогда я решила отправить парня прямо на главную станцию. Хоть это удалось, но не без приключений. Его кожа начала лопаться из-за большого обилия желудочной кислоты и поэтому пришлось дать огня в виде ускорения. Остатки нитей сплотили вокруг него кокон, а я продолжила свой путь. Из-за перегрева своих настроек я начала терять управление, что и привело к потери памяти. Но это только одна из причин. Я связана с Салли, с его мозгом, за счёт которого слышен мой голос с того света. Если бы я перестала работать, то он был бы уже на том свете.        — Есть ли шансы на восстановление памяти? — мне пришлось остыть и переварить информацию.        — Ну-у... Очень малы. Пятнадцать процентов, если приблизительно. А так я даже не знаю, — Меган пожала плечами. Я прислонил пальцы к вискам, тяжело вздохнув. И что делать? — Но... Есть один способ восстановить его память.        — Какой?! Говори!        — Эй, полегче, мы же договаривались. Ну так вот, продолжим. Надо показать Салли то, что запомнилось ему больше всего, то, что связано с ним и тобой. Например, какая-нибудь важная для него вещичка или что-то в этом роде. Эти воспоминания никуда не исчезли, а просто спрятаны в глубине его мозга. Но часть из них стёрлась.       Восстановить память трудно или же просто невозможно. Бывают исключения, когда она быстро восстанавливается, но это редкость. И тогда приходится надеяться на чудо или действовать самим. Двойка — моё любимое и счастливое число. Поэтому, когда приходится вибирать из двух вариантов, то я выбираю второе. Но не всегда.        — Тогда я буду искать то, что для него было дорого, — сказал я и взяв в руки прибор, пошёл в палату.       Люк вертелся около Салли, что-то ему объясняя и проверяя. Фишер только смотрел на него, кивая головой и продолжая молчать. Я невольно залюбовался им. Он выглядит как маленький мальчик, прибывший на Землю из другого мира. Его кожа, как у младенца — мягкая, ароматная, нежная и хрупкая, как скорлупа... Поскорей бы увезти его к себе, поскорей бы дотронуться до его манящего тела.       Меган недовольно фыркнула, возращая меня в реальность. Я мотнул головой и подойдя к столу, поставил прибор. Сиреневолосая тут же исчезла. Я подошёл к Салли.        — Когда я смогу забрать его?        — Сегодня он ещё должен отлежаться, чтобы я убедился, что с ним всё в порядке. А завтра, в принципе, ты можешь спокойно увезти его с собой.       Жаль, что не сегодня. Но согласится ли он поехать со мной? Вот это меня интересует.        — Вы ещё не ответили на мой вопрос, — его губы шевельнулись. Голос стал каким-то другим: тихим, безэмоциональным. Возможно ли, что с потерей памяти, изменился характер? — Кто вы?        — Я... — что мне отвечать? Сказать правду или соврать? Кем я для него являлся? Всего лишь «потребителем».       Его взгляд прожигал во мне огромную дыру, а я не знал, что сказать, как ответить.        — Это твой парень, — я поперхнулся. Люк ответил за меня, но этот ответ поразил. Парень?! Последний раз, когда меня называли чьим-то парнем, то это было, когда мне было двадцать три года. Тогда я расстался со своей девушкой, потому что мне понравилась другая, но она оказалась парнем с голубыми волосами.        — Но я не девочка, — Салли перевёл взгляд на Холмса. С виду это могло показаться забавным, но на самом деле это было даже грустно.        — Скоро ты всё поймёшь, Салли. А пока посиди тут, можешь с Ларри и Меган поболтать.        — А вы?        — А мне, мальчик мой, надо идти работать. Помогать бедным интернам, которые не в состоянии нормально сделать укол человеку или отправить его на ЭКГ.       После этих слов, дверь за ним закрылась и он ушёл. Мне стало неловко. Салли не сводил с меня своего холодного взгляда и лишь только моргал глазами, даже не двигаясь. Я аккуратно сел напротив него и взял его ладони в свои. Он дёрнулся. Такое знакомое и давно забытое движение...       Я начал рассматривать его ладошки: всё ещё сохранились эти вставки, сгибы, скрепления. Видимо, Люк не захотел их удалять, так как это было бы проблематично. Но мне всё равно. Лишь бы Салли полюбил меня снова, ведь мои мысли только им и забиты. И ведь я его тоже люблю.        — Я восстановлю твою память, — я снова обнял его, утыкаясь носом в его шею. Руки Салли неподвижно лежали на коленях, не шевелясь. — Даже, если это будет невозможно.