Почему с тобой так трудно?

      Так и прошло время до свадьбы Макколла. Дерек и Стайлз проводили его вместе.       Но, когда объявили о радостном событии, пришла и страшная новость.       Война.       Отец отправил Стайлза к дальним родственникам. Он не противился отцу, лишь с покорностью собрал вещи в сумку и со слезами на глазах попрощался с ним. Отцу предстояло возглавить один из батальонов против северян. Юноша лишь молился о жизни отца, и чтобы война не дошла до их дома.       Всё начинается с обстрела форта Самтер двенадцатого апреля тысяча восемьсот дестьдесят первого года.       И дальше пошли лишь боль, слёзы, кровь и невыносимые утраты.       Стайлз помогал раненым, которых привозили целыми кучами в деревню, где он жил. Больные, уставшие, измученные, они пытаются бороться за остатки своей исковерканной жизни.       Стилински не мош выносить вида таких потерянных людей.       Он понял, что скоро его тоже заставят пойти на войну, и не собирался противиться этому. Предупреждение людям, Добрым и злым: Это война. Солдатам, гражданским, Мученикам, жертвам: Это война.       Свои обязанности он выполнял на автопилоте. От вида гниющих ран его не тошнило, больше он не падал в обморок от вида ампутированных конечностей. Это момент истины и момент для лжи, Момент, чтобы жить и момент, чтобы умереть, Момент для борьбы, момент для борьбы, Для борьбы, для борьбы, для борьбы!       Стайлз старался абстрагироваться от всего происходящего, лишь бы пережить этот ужас. Лишь бы отец был жив. Направо, налево, Мы будем драться до смерти, До края Земли, Это дивный новый мир от начала до конца. Направо, налево, Мы будем драться до смерти, До края Земли, Это дивный новый мир, это дивный новый мир.       Стилински не знал, что стало со Скоттом и Эллисон, с другими его знакомыми. Он старался думать, что они живы. Единственное, о чем он мечтает, — мир. Пусть всё закончится. Предупреждение пророкам, Лжецам, честным: Это война. Лидерам, отверженным, Победителям, мессиям: Это война.       Но на войне никогда не может быть всё хорошо. Через год пришёл документ о смерти отца. Это момент истины и момент для лжи, Момент, чтобы жить и момент, чтобы умереть, Момент для борьбы, момент для борьбы, Для борьбы, для борьбы, для борьбы!       Стилински ничего не чувствовал. Его призвали в армию. Направо, налево, Мы будем драться до смерти, До края Земли, Это дивный новый мир от начала до конца. Направо, налево, Мы будем драться до смерти, До края Земли, Это дивный новый мир, это дивный новый мир. Это дивный новый мир!       Шёл тысяча восемьсот шестьдесят второй год. Стайлз сумел поучаствовать во многих военных кампаниях и выжить: Северовирджинская, Мэрилендская, Кентуккийская, Фредериксбергская.       Из-за того, что многие командиры проигрывали, он переходил из армии в армию, но ему уже было всё равно.       Начался тысяча восемьсот шестьдесят третий год. Стайлзу дали отпуск на пару дней. И, вернувшись домой, он только острее почувствовал свою потерю. Все домочадцы пытались развеселить его, но всё безуспешно. Его горе было безутешным.       Тысяча восемьсот шестьдесят третий год был для северян неудачным, но всё-таки он считался переломным годом в войне. Почти полгода южане выигрывали сражения, оттесняя северян, но все изменилось после Геттисберга.       В этом сражении Стайлз вновь встретился с Дереком. Мужчина был капралом и командовал небольшим взводом, в котором солдаты уважали его и всегда точно выполняли приказы.       Сражение началось первого июля тысяча восемьсот шестьдесят третьего года. Стайлз не спал уже двое суток, постоянно передвигаясь с места на место. Полная антисанитария в армии спровоцировала много болезней и смертей. Стилински держался лишь на одной воле. Когда несколько армий Юга воссоединились для финального сражения, тогда-то Дерек и заметил его. Бледного, грязного, измождённого, без былого огонька в глазах.       Стайлз был всё таким же красивым, но под слоем грязи было не видно его лица.       В одну из ночей Хейл решил навестить его в окопе, где тот всегда находился. Хотя за это он мог получить трибунал, Дерек всё-таки рискнул.       Под покровом ночи он едва не пропустил место, к которому стремился. Быстро спрыгнув туда, Хейл заметил маленькое тощее тельце в углу окопа.       — Стайлз.       — Кто это? — ответили ему сразу.       — Это Дерек.       — Я думал, что после поцелуя ты обещал больше не преследовать меня, — горько усмехнулся Стилински.       — Я передумал.       — Что тебе нужно от меня?       — Возьми.       Хейл сунул ему в руки несколько солдатских пайков. Еды никому не хватало, а этот буржуй раскидывался ею, как нечего делать.       — Мне не нужно, — категорично сказал Стилински.       — Мне тоже. Можешь выбросить.       Они ещё долго смотрели друг на друга, пытаясь разглядеть глаза, но ночная мгла не позволила им сделать это. Так они и сидели до самого утра, держась за руки, чтобы хоть в чём-то чувствовать поддержку.       — Скажи, зачем нужна эта бесполезная война? Мы убиваем своих же. Я лишился отца. Не знаю, что происходит с моим лучшим другом, жив ли он. Я перестал верить во всё, мне уже больше ничего не нужно, — размышлял Стайлз, глядя перед собой и держа переплетённые ладони рядом с Дереком.       — А если я дам тебе новую веру? Ты захочешь жить? — с надеждой спросил Хейл.       — Смотря какая вера.       — Любовь. Я дам тебе свою любовь.       Стайлз впервые за столько лет улыбнулся.       — Возможно, я приму эту веру. Докажи мне, что она принесёт нам мир.       — Бороться за мир — это то же самое, что заниматься сексом во имя девственности, — авторитетно заявил Дерек.       Стилински вновь прыснул со смеху, но руку из хватки не убрал.       — Звучит, как цитата из книги.       — Хм, возможно.       На следующий день они сидели по разным окопам и отстреливали противников, но третьего июля сражение закончилось, армия Юга отступила в Виргинию. С обеих сторон пятьдесят тысяч убитых. Но данное сражение — переломная точка в конфликте.       Дальше армия Юга постоянно будет отступать и в конце проиграет. Многие деревни и города будут разрушены, многие убиты, но Дерек и Стайлз живы. Я верю в свет, Подними свои руки в небо. Борьба завершена, война — выиграна, Протяни свои руки к солнцу, к солнцу, к солнцу, Война выиграна.       Вернувшись после войны в свой родной город, они застали лишь пепелище. Дом Стайлза полностью разрушен, ничего не осталось, только гарь, слёзы и боль.       — Нет… — неверяще шептал он, глядя на обгоревшую землю, где некогда стоял его родной дом.       Дерек молча поддерживал его, сжимая плечо.       Невдалеке от сгоревшего поместья они обнаружили покинутый дом. От войны пострадал лишь флигелёк в конце участка, сам дом вполне неплохо сохранился. Решив, что край опустел и никто не собирается возвращаться, они временно заселились.       Как только они получили кров, Дерек занял кабинет и сразу приступил к бумажной работе. Он постоянно что-то писал, ездил в город с письмами и посылками и возвращался далеко за полночь. При этом на все вопросы Стайлза он отвечал уклончиво или вообще молчал.       В один из вечеров Дерек привычно перебирал бумаги. Среди них он обнаружил письмо, отправленное его матерью несколько месяцев назад. В нём она сообщала, что отец пропал без вести больше года назад. На этих строчках чернила расплылись — видимо, Талия писала это сквозь слёзы. Также она предложила ему вернуться домой.       «Я понимаю, какая это большая ответственность, но ты должен принять управление делами Хейлов на себя. Ты наш единственный сын, Дерек. Это важная ноша, которую, к сожалению, тебе придётся понести так рано. Я получила письмо от вашего полка, что вы возвращаетесь. Мы с нетерпением ждём тебя в родном поместье. Вопрос о принятии тобой главенства над семьёй мы обсудим на семейном собрании».       Дерек аккуратно сложил письмо обратно в конверт, но за его спиной уже был вездесущий Стилински.       — Это от мамы?       — Да… — Дерек удивился, услышав хрипотцу в собственном голосе. — Отец погиб, я должен стать главой семьи.       Секунду было молчание, а потом Стайлз как-то слишком отчаянно обнял его за талию. Он горячо выдохнул между лопаток и опять притих.       — Это твоя обязанность. Конечно, ты должен ехать обратно.       Повертев письмо в руках, Дерек решительно отложил его и прикрыл папкой с рапортами.       — Я подумаю…       — Нечего тут думать. Ты нужен своей семье.       — Стайлз.       Тот окаменел: Дерек раньше никогда не называл его по имени.       — Я не могу оставить тебя. Твой дом разрушен, семьи не осталось…       — Справлюсь.       — Нет.       Развернувшись на каблуках, Дерек подцепил его подбородок двумя пальцами и приподнял, чтобы видеть глаза Стайлза — заблестевшие под нахмуренными бровями.       — Ты поедешь со мной.       — Очень смешно. Хочешь сделать меня своим младшим братиком?       Несмотря на яд в голосе, Стайлз не улыбался, только сильнее хмурился и покусывал нижнюю губу. Это напомнило о вечере в доме Макколлов. На душе стало чуть легче.       — Мне тоже нужно восстановить семью. Первым делом я продам акции, доставшиеся от дедушки по материнской линии, отстрою новый дом. Там, гляди, найду себе даму по сердцу.       — Ты не женишься, — прорычал Дерек.       — Думаешь, я хочу? Это раньше я выкаблучивался, а теперь никуда не денешься. Род Стилински не должен пропасть на пустом месте!       Дерек не выдержал. Вынув сложенный лист из кармана, он ткнул его прямо в лицо Стайлзу.       — Что это? — Он отвёл руку с зажатым листом и недоуменно посмотрел на витиеватые буквы.       — Это документы на покупку земли. Я уже договорился встретиться с господином нотариусом, чтобы обсудить все мелочи.       — Зачем тебе земля?       Дерек глубоко вдохнул, как перед погружением в воду.       — Ты поедешь со мной. Мы построим на моей земле новый дом.       От шока Стайлз распахнул глаза и приоткрыл рот. На его лице засветилась непередаваемая эмоция, перетёкшая в чувство. Счастье.       — М-мы?       — Да.       — Ты хочешь жить со мной? — Он опять чуть нахмурился и ухмыльнулся.       — Я ведь пообещал дать тебе веру.       Стайлз нервно выдохнул и схватил Дерека в крепкие объятия. Его плечи стали подрагивать, и Хейл успокаивающе водил по ним ладонями, уткнувшись носом в привычно взъерошенные волосы.       — Спасибо.       Спустя две недели они приехали в назначенное место. Природа была необыкновенная: раскидистые дубы, витающий в воздухе аромат сирени, чуть севернее — небольшая журчащая речка.       Стайлз первым вылез из экипажа и заворожённо смотрел вокруг. Он просто не мог поверить, что это теперь его с Дереком место. Теперь они будут здесь вместе.       Немного задержавшись, Дерек приобнял Стайлза за плечи и махнул рукой в ту сторону, где красовался просто огромный особняк. По крайней мере, так показалось Стилински. Его поразили панорамные окна на втором этаже, причудливые вензеля фасада, приветливый ландшафт. Всё такое незнакомое и ставшее в одночасье совсем родным.       Стайлз до сих пор с неверием мотал головой. Это место, не тронутое войной, как будто спустилось со страниц его любимых книг.       — Ну что, как тебе?       — Невероятно. Это просто невероятно.       — Ладно, успеешь ещё налюбоваться. Пойдём домой.       Стайлз улыбнулся. Домой. Какое прекрасное слово. Дивный новый мир, Война выиграна, Война выиграна, Дивный новый мир.