Почему с тобой так трудно?

      На празднике было много народу, даже все экипажи не влезли во двор Макколлов, пришлось разместить их невдалеке от плантации хлопка. Дом был великолепно украшен, а гости изысканно одеты. На столах лежали одни деликатесы, в вазах стояли свежие цветы.       Придя сюда, Стайлз почувствовал себя немного не в своей тарелке. Было слишком много незнакомых людей. Захотелось вновь вернуться домой и прочитать продолжение книги. Но это был праздник его лучшего и единственного друга, он был обязан на нём появиться.       — Стайлз, Джон, располагайтесь, где вам будет удобно, не топчитесь у порога, а мне нужно развлекать гостей. — Мелисса взяла их обоих за руку и потащила в центр зала, где они были как на ладони, и быстро оставила их, предоставив самим себе.       — Ну, сын, мы не должны показывать, что боимся этой толпы, это она нас должна бояться.       Отец подмигнул ему и уже взял за руку, чтобы отвести к виновникам торжества, как его тут же позвали:       — Джон Стилински! Рад вас здесь увидеть!       Какой-то незнакомый Стайлзу старик остановил их. Отец толкнул сына в спину и кивком головы показал, что этого индивида он берёт на себя. Стайлз засмеялся, но всё-таки покинул отца, чтобы вручить другу и его будущей невесте подарок.       Слишком много народа, из-за которого ему трудно протиснуться куда-нибудь, не то что найти Скотта, так что он решил посвятить этому весь вечер. Всё равно делать нечего, да и не знает он здесь никого.       Спустя десять минут скитаний он нашёл свою цель.       Скотт и Эллисон стояли рядом друг с другом под руку и разговаривали с отцом девушки. Стилински пошёл в их сторону, но в какой-то момент он случайно задел чужую ногу и понял, что не может удержать равновесия. Но кто-то схватил его за руку и поставил на место.       — Ох, спасибо. Если бы не вы, я тут весь пол бы протёр.       Юноша не поднял взгляд и продолжил отряхивать одежду. Когда он с этим закончил, чтобы посмотреть на своего спасителя, то…       О нет.       Нет-нет-нет.       Только не снова.       — Дерек, — кисло произнёс он.       — Стайлз, — едко улыбнулся спаситель.       — Просто оставь меня уже и не порти мне праздник, ладно?       Стилински гордо посмотрел вперёд, но из-за плеча Хейла ничего не было видно. Тогда он пошёл вперёд и повернул его плечо, чтобы найти Макколла, но парочки уже и след простыл.       Похоже, ему вновь есть чем заняться, подумал Стайлз. Вновь искать друга не так уж и плохо, только бы не оставаться с Дереком наедине.       — Ну вот мы снова и встретились. Как у тебя дела?       Хейл не отстал от него ни на шаг, и Стилински начал беситься из-за этого.       — Всё было отлично, пока я вновь не встретил тебя. — Стайлз старается идти быстрее, молясь, чтобы Дерек отстал от него потерял в толпе навсегда.       — А я всё это время после нашего знакомства думал о тебе.       Стилински понял, что это уже перебор. Он резко остановился, и мужчина чуть не влетел в него.       — Слушай, я ничего против тебя не имею, но, прошу, оставь меня в покое, — серьёзно попросил он, потому что если этот альфа-самец последует за ним вновь, он не сдержится о ударит его, а это значит нарушение обещания Скотту.       — Хорошо, только с одним условием. — Хейл поднял указательный палец и также серьёзно посмотрел на юношу.       Стайлз кивнул. Он готов выслушать.       — Ты поцелуешь меня.       «О чёрт, Стилински, ты нарвался», — подумал он.       Прошло несколько секунд, чтобы до него окончательно дошёл смысл фразы. Юноша не знал, что делать. С одной стороны, это безнравственно и аморально, но с другой… Этот парень может навсегда от него отстать.       Ладно, всё решено. Тем более ничего не говорилось, какой поцелуй должен быть.       — Хорошо, я согласен.       Глаза Дерека распахнулись больше положенного, а брови так вообще соединились в одну линию. Похоже, к такому он был не готов.       — Только не здесь, пойдём найдём укромное место. — И Стайлз взял его за руку и потащил за собой.       В детстве вместе со Скоттом они нашли много закоулков в доме, чтобы прятаться.       Они зашли в семейную библиотеку Макколлов. Несколько стеллажей там располагались таким образом, что нельзя было увидеть человека, пока сам не зайдешь в этот угол, закрытый высокими полками. Стилински привёл Хейла в это место.       — Ты готов? — спросил юноша.       — Всегда. Неужели я доживу до этого момента? — мечтательно и в тоже время саркастично произнёс Дерек.       — Заткнись.       Стилински не верил, что решился на такое. Он закусил губу и посмотрел в лицо своего недавнего спасителя. Мозг не хотел принимать того, что этот мужчина казался ему красивым, сердце отзывалось на это сладкой истомой. Вдруг в голове промелькнула мысль, что неплохо бы поцеловаться по-настоящему.       И Стайлз поцеловал.       В щёку.       И убежал.       Потому что сердце почему-то глупо подпрыгнуло в груди и пустилось в пляс.       Хейл ничего не успел понять. Он-то надеялся на настоящий поцелуй, какой происходит между двумя взрослыми. Но почему-то этот детский клевок в щёку заставил его покраснеть. Теплу мягко растеклось в груди. Ещё минуту он стоял там, пытаясь взять себя в руки, а после спокойно пошёл в зал к остальным гостям.       Стилински в это время уже нашёл Скотта и Эллисон и отдал им подарок. В красиво украшенной коробке лежали статуэтки из хрусталя. Они символизировали крепкую семью и счастливый брак. Жених с невестой не успели его поблагодарить за это, как Стайлз уже пробирался к выходу из этого ада. Ему сильно хотелось домой, если здесь он пробудет хотя бы еще минуту, то закричит.       Наконец он вышел через парадную дверь и на всех парах побежал по дороге домой, даже не думая о новом смокинге, на который наседает пыль. Стайлз просто бежал, стараясь выкинуть всё из головы — этого Дерека, этот глупый поцелуй и свою реакцию. Хотелось просто упасть на кровать и читать, читать, читать.       Чтение успокаивает мысли и выводит порядок из хаоса.       Почему-то хотелось смеяться и плакать, как будто происходила какая-то трагикомедия.       Когда он всё-таки прибежал домой, Джек ничего не спросил, просто помог снять костюм и умыться.       Поздно вечером приехал домой и отец, но и он ничего не спросил, только поинтересовался, не болен ли он, и, вновь взъерошив его и без того взъерошенные волосы, отправился спать.       Со свадьбой Скотта и Эллисон решили повременить до следующего года, боясь, что может помешать война. Дату назначили на апрель.       Стилински практически не выходил из дома, лишь изредка составлял компанию другу и его девушке, хоть им и нельзя было надолго оставаться наедине. Стайлз постоянно чувствовал себя третьим колесом. Не было в будущей жизни Скотта места для маленького и ненужного Стайлза Стилински.       Но он смирился с этим. Книги всегда составляли весь его мир.       Про Дерека он старался не думать. Для того это всё явно было игрой. Но образ этого брутального, красивого поганца не хотел выходить из его головы.       Классика литературы не помогала полностью отвлечься от навязчивых мыслей, поэтому Стайлз решил, что нужно разобраться с этим и спать спокойно. Он задумал навестить поместье Хейлов и встретиться с Дереком, чтобы поговорить. Если всё, что произошло между ними, окажется фарсом, Стилински просто заставит себя всё забыть, даже если он никогда не испытывал ничего подобного. Как будто все его чувства обострились, и он жил в стране одних лишь фантазий.       Похоже, это была его первая влюблённость. Но Стайлз надеялся прекратить это.       Спустя несколько дней после праздника, когда отец сидел в гостиной и просматривал какие-то бумаги, Стилински решил ненавязчиво поговорить с ним о необходимости посетить дом Хейлов.       — Пап, как ты думаешь насчёт того, чтобы навестить твоего давнего знакомого Дориана Хейла?       — С чего это ты вдруг ты захотел их навестить? — недоверчиво посмотрел на него Джон.       — Ну-у, я недавно познакомился с Дереком, его сыном, мне бы хотелось немного пообщаться с ним.       — Вон оно как. Это поэтому ты так быстро убежал тогда с праздника? Или за этим кроется другая причина?       Стайлз и не подумал раскрывать всю правду отцу, но врать ему тоже не хотелось.       — Мы просто не смогли понять друг друга и немного повздорили, поэтому я хотел бы всё с ним прояснить.       — Хорошо, я съезжу с тобой к Хейлам, тем более мне и правда есть о чём поговорить с Дорианом, давно у него не был. — Джон задумчиво посмотрел на сына, но быстро вернулся в реальность, приказав слугам приготовить экипаж.       Через час они уже оба поднимались по лестнице поместья в дом давних друзей семьи Стилински, но после смерти жены Джон мало контактировал со знакомыми, поэтому некоторые старые связи приходилось налаживать вновь.       Когда камердинер открыл им дверь, то попросил подождать, пока он сообщит хозяину о прибытии гостей.       Через минуту к ним с распростёртыми объятиями поспешил Дориан Хейл, глава семейства, который очень рад видеть старого друга и его сына.       — Наконец-то ты приехал ко мне. Я боялся приходить к тебе, думая, что ты не захочешь общаться со мной, да и вообще кого-то видеть. После ухода Клаудии ты совсем изменился. — Он улыбнулся другу и протянул руку для рукопожатия, а затем, когда Джон протянул ладонь в ответ, схватил его в крепкие объятия.       — А теперь проходите к нам в гостиную, я велю подать прохладительные напитки. Иначе жена будет недовольна моим гостеприимством.       Все трое прошли в комнату, где был большой камин и много мебели, украшенной золотыми нитями и тканями из дорого материала.       Через несколько минут к ним присоединилась Талия Хейл. Хозяйкой дома была прекрасная утончённая леди, в улыбке которой мелькали все лучики солнца.       — Как я рада тебя видеть, Джон, и Стайлза, он сильно вырос с последней нашей встречи.       Стайлзу она очень понравилась, как и её муж, Дориан. Когда они вместе с отцом ехали сюда, он рассказал ему, что Хейлы были близкими друзьями их семьи, Талия и Клаудия — лучшими подругами, а когда Стайлз был маленьким, они часто гостили у них.       Оказалось, что в детстве Стилински-младший уже был знаком с Дереком. Он и его сёстры всегда играли с ним. Только это было так давно, что Стайлз забыл об этом.       — Миссис Хейл, а где сейчас находится Дерек? Я бы хотел с ним увидеться, — сказал Стилински.       — Наверняка он вместе с Корой на конной прогулке, но время близится к обеду, так что Дерек скоро присоединится к нам.       Она улыбнулась Стайлзу и нежно погладила его по плечу. Талия призналась, что очень скучала по их семье.       Ей очень трудно вспоминать смерть Клаудии от тяжёлой болезни много лет назад, как и немногочисленной семье Стилински. Поэтому Хейлы только выразили им своё сочувствие, но сразу было понятно, что они были не меньше опечалены этим событием. Всё в их словах указывало на это.       Стайлзу сразу стало приятно, эти люди были отзывчивыми и, похоже, всегда делились своим сердечным теплом.       Поговорив немного о делах, они пошли в столовую, где уже был накрыт стол. В этот же момент из другой двери появился Дерек с сестрой. Они были в костюмах для верховой езды и выглядели уставшими. Когда они подошли к столу, то брюнет остановился на полпути к столу, встретившись взглядом с Стилински.       Но в следующее мгновение он спокойно сел за стол, не показывая, что присутствие Стайлза как-то повлияло на него.       Взрослые переговаривались о делах, погоде и о хозяйстве. Дерек молчал, а его сестра Кора без умолку закидывала Стилински вопросами об учёбе и книгах, которые тот прочитал. Стайлз терпеливо на всё отвечал, но ждал подходящего момента, когда сможет вывести на разговор Хейла.       — Дерек, может быть, ты покажешь Стайлзу наш сад и конюшню? Проведи для него небольшую экскурсию. — Талия посмотрела на своего сына.       — Конечно.       Стилински показалось, что Дерек ответил неохотно и вообще не хочет видеть его, но попытался не думать об этом, просто плывя по течению.       Они вместе встали из-за стола, и Стилински, поблагодарив за вкусный обед, пошёл за ним следом.       Двое шли по дороге, выложенной маленькими камнями, и наблюдали за алыми облаками, что купались в предзакатном солнце. Было жарко, но лёгкий ветерок трепал их волосы и ласково проходился по загорелым лицам.       — Как у тебя дела? Чем ты занимаешься дома? — Стайлз решил просто вести беседу, чтобы в конце прийти к теме, которая очень его интересует.       — Всё замечательно. Я помогаю слугам с лошадьми. Ты ведь знаешь, что у нас очень большая конюшня и практически все скакуны предоставляются для скачек?       На это Стилински только кивнул.       — И ты весь день занят с лошадьми?       — Не только. Обычно помогаю отцу с делами, а по вечерам мы с мамой читаем книги в нашей библиотеке.       Хейл остановился и пропустил вперёд Стилински, чтобы тот прошёл первым в сад, и закрыл за ними калитку.       — А я практически не помню свою маму, но, думаю, любовь к книгам я тоже унаследовал от неё. Иногда мне её так не хватает. — Из-за грустных воспоминаний Стайлз замолчал.       Дерек посмотрел на него и, взяв за руку, повёл вглубь сада, где росли анютины глазки. Их было так много, что можно было лечь на этот красивый ковёр и забыться долгим сном.       — Мама мне сказала, что эти цветы символизируют мысли о любви. Именно эти цветы папа подарил ей на первой встрече, она до сих пор их обожает.        Хейл сорвал несколько разноцветных росточков и, подняв руку юноши, положил их в неё.       — Мысли о любви? Получается, что… — в неверии спросил Стилински.       — Так оно и есть. После того, как я спас тебя тогда, твой образ преследует меня. Я засыпаю с мыслью о тебе и просыпаюсь с ней. Всё это время я живу как во сне, а когда вновь увидел тебя тогда, на празднике в честь помолвки твоего друга, я как будто снова стал намного счастливее. Хотелось бы видеть тебя чаще. Ты не понимаешь, как одно твоё присутствие сводит меня с ума.       Хейл смотрел на него горящими глазами, готовый тут же убежать от него.       Сквозь Стайлза будто пршёл электрический ток. Сердце бешено билось, а в голове туман. Лишь руки тянулись вперёд. Он нежно коснулся ими лица Дерека, проходясь по небольшой щетине, и остановился на затылке, чтобы притянуть его ближе.       Их настоящий поцелуй был умопомрачительным. Стайлз почувствовал, как Дерек взял на себя инициативу, но он не хотел просто так стоять, поэтому отвечал со всей страстью, на какую способен. Хейл только сильнее обхватил его руками за талию и углубил поцелуй. Они оба потерялись в ощущениях друг друга, лаская руками и языками.       Но спустя какое-то время Хейл разорвал поцелуй и буквально потонул в глазах напротив. Тягучая карамель обволокла его, и Стайлз казался ему невероятно соблазнительным.       — Почему мы остановились? — пьяно спросил Стилински.       — Потому что… — так же пьяно от поцелуя отвечил ему Дерек.       — Потому что что?       — Потому что я хочу тебя всего.       Хейл недвусмысленно схватил его за ягодицы, и Стилински отозвался на это полувздохом-полустоном.       — Может быть, найдём место поукромнее?       Дерек на это ничего не ответил, лишь взял его за руку, и они вместе выбежали из сада, несясь в сторону отдалённого пруда, который окружали многочисленные деревья.       Тяжелое дыхание на двоих, раскинутые руки, разбросанная одежда. Они не торопились, лишь наслаждались друг другом до последнего, чтобы хватило до следующей встречи.       Когда они вновь пришли спустя два часа прогулки, взрослые всё так же вспоминали своё прошлое и даже не обратили внимания на их появление. Двое влюблённых, держась за руки, ушли в библиотеку, где наслаждались чтением таких же историй о любовниках, что преодолевают вместе все невзгоды.       Когда им это надоело, они включили патефон и, прижимаясь друг к другу, медленно танцевали под звуки музыки. В конце, на прощание, Дерек нежно взял руку своего возлюбленного и поднёс к губам, оставив лёгкий поцелуй на тыльной стороне ладони. Шатен в этот момент пережил вновь взрыв фейерверков в своем сердце.       Поздно вечером Стайлз с Джоном уехали домой. Стилински не мог поверить в то, что сегодня произошло. Никогда настолько счастливым он себя не чувствовал.