Неожиданное открытие

— Сложнее всего забывать тех людей, с которыми ты забывал обо всём.

      Огненные лучи вечернего солнца, освещали небольшую комнатку, окрашивая все в янтарные оттенки. Птицы, тихо щебетали где-то в дали, а улицы, пустовали. Все же, в этом году лето вышло необычно жарким.       Спасаясь от жары, настежь были открыты окна. Но, сегодня, как назло, стоял штиль и это не очень помогало. Так что, одетая в одни только шорты и в майку, сверстница с длинными сиреневыми волосами, собранные в пучок, лежала на полу, с трудом переживая этот вечер.       Какаши перелистнул страницу, находясь в чуть сонном состоянии.       — Беда… Жаль нет вентилятора, — изможденно произнесла Азуми в тишину, приглушая размеренный ход настенных часов.       — Ага… — рассеянно кивнул Какаши, переворачивая страницу.       — Слушай, Какаши… — протянула девочка, даже не в силах повернуть от жары голову в сторону друга. Какаши поднял ленивый взгляд на подругу, вопросительно выгнув одну бровь дугой.       — Как ты вообще в такую жару сидишь с маской? Даже мне без нее уже плохо, — устало спросила Азуми. Её лицо скрывала книга по ниндзюцу, открывая лишь рот, так что Какаши легко уловил её, едва заметную улыбку.       — Ну и..? — спокойно спросил Какаши, отрывая от чтения книги. Хотя, намек он уже прекрасно понимал.       — Может, снимешь? — предложила она, чуть воодушевленно. Азуми уже не впервые предпринимала попытки увидеть, что скрывалось под его тканевой маской.       «Не дождешься, — ехидно подумал Какаши, когда Азуми уже стягивала с лица книгу, быстро поднимаясь. Какаши ловко щелкнул девочку по лбу, когда та села и наконец-то отложила книжку в сторону.       — За что? — обиженно спросила Азуми, недовольно нахмурившись. Почему-то такая реакция всегда веселила Какаши и он, улыбнулся. Хотя, за маской это было очень трудно заметить.       — Для профилактики, — невинно бросил Какаши, вновь вернувшись к чтению.       — Намек поняла, — девочка досадно вздохнула и быстро сменила тему, — Кстати, скоро фестиваль фейерверков. Ты идешь? Рин и Обито точно будут там.       Он задумался.       Учитель Минато и его возлюбленная будут проводить время вдвоём, так что их команда будет состоять только из ровесников, то есть с Рин и Обито. Честно говоря, с последним особого желания встречаться не было. И с Рин, в принципе.       Да и к тому же, что делать на этом фестивале?       «Есть сладкое и наслаждаться фейерверком? — подумал Какаши, возможно, в точности повторив ответ Азуми, если бы он задал ей этот вопрос.       Сладкое его не интересовало, впрочем, как и фейерверки. А Обито и Рин, и без него прекрасно проведут время. Но есть одно «но»…       — Не знаю, — пожал неоднозначно плечами Какаши, решив для начала узнать мнение подруги, — Что на счет тебя?       Он перевел равнодушный взгляд серых глаз на Азуми. Если она не пойдет, то он не против провести вечер, как и сегодня, за книгами, в гостях семьи Хоно. Если пойдет, то и он пойдет.       Ему не очень хотелось оставаться в одиночестве. В последнее время, у него дома было тревожно.       — Хм… — Хоно тоже задумалась, кидая чуть усталый от жары взгляд на уличный градусник, который уже как неделю показывал отметку в плюс тридцать шесть градусов, — Пойду, скорее всего, Рин все же пригласила, неудобно отказываться, — Азуми устало опустила голову на холодный деревянный ламинат и тихо добавила: — Если, конечно, жара спадет.       Какаши перевел взгляд обратно на строчки книги, удовлетворенный ответом подруги.

***

      — Да ладно тебе, Какаши, — протянула подруга, с удовольствием поглощая сладкий пирожок и не спеша шагая рядом с ним.       Яркие огни фонарей, освещали заполненные людьми улицы. Множество небольших лавочек, облаченные в красные и белые цвета, пестрили в глазах. Стоящий гул из разных голосов, чуть оглушал. Снопы искр, маски демонов и богов, приятный аромат уличной еды, создавали атмосферу праздника и каждый мог насладится ею, после долгих и выматывающих будней.       Теперь, взамен привычных для глаз Какаши шорт, футболки, сандалей шиноби и протектора скрытого листа, на подруге было хлопковая светло-фиолетовая юката, с темным поясом. В тонких девичьих пальцах, была небольшая сумочка. Длинные сиреневые волосы, заплетенные в косу, достигали талии, а челка скрывала один из глаз.       На нем же, было надето светло-голубое кимоно.       Встретившись с Рин и Обито, они разделились.       — Обито хороший парень. Да, иногда он глупит, но он не дурак.       — Довольно спорный вопрос, — произнес скептично Какаши. Интересно, почему их разговор зашел именно в это русло?       Признаться, теперь он немного жалел, что решил пойти на фестиваль. Слишком шумно, да и Азуми       — Будто ты без грехов, Какаши, — усмехнулась Азуми, — Может попробуешь все-таки понять его?       — Не неси чепухи, Азуми, — отмахнулся Какаши, гневно фыркнув. Он сложил руки на груди, решительно добавив, — Идиот он и через сто лет идиотом останется.       Подруга ничего не ответила, лишь пожала плечами, устремив задумчивый взгляд куда-то в сторону.       В такие моменты, ему становится немного не по себе. Смесь задумчивости и печали в глазах, настораживали.       Но, быстро переключаясь, подруга в следующую секунду улыбалась и переводила тему. Как и в это раз, Азуми примирительно улыбнулась:       — Ладно, Какаши, а что насчет...       Но, он не дослушал. Краем глаза, он уловил подозрительное движение со стороны лавки с фейерверками. Продавец, что рекламировал свою продукцию нескольким ребятам постарше их, опасно держал зажженный бенгальский огонь возле выставленного для показа пиротехники.       — Да, да, Азу... — рассеяно кивнул он и заметил, как фитиль одной из образца зажглась. Мгновение, два и...       — Осторожнее! — резко воскликнул Какаши, дернув спутницу в сторону.       Широкий сноп искр, вылетел, едва не задев Азуми и нескольких прохожих, зато, поджигая несколько других палаток.       Мужчина, продающий пиротехнику, заметив, бросился тушить огонь.       — Прошу, простите! — тут же стал извинятся продавец фейерверков, пытаясь остановить поток искр.       Мы отошли на несколько метров. Какаши облегченно вздохнул и повернулся к подруге.       — Азу, ты в порядке?       — Да, спасибо огромное, Какаши, — коротко ответила ему Азуми, переводя взгляд на Какаши, с "огненного шоу".       — Какаши, твоя маска горит!       Паренек удивленно поднял брови и наконец-то, почувствовал, боль на левой щеке.       Маска загорелась!       — Вот же!       — Быстро снимай маску! — обеспокоенно воскликнула Азуми, уже без колебаний потянувшись к лицу друга.       Какаши сорвал тканевую маску с лица и невольно обжёгся, отчего та выпала из его рук. И, он быстро закрыл нижнюю часть лица длинным рукавом своего кимоно. Ткань, некогда служившая для прикрытия лица, быстро догорала и седовласый мальчик, кое-как притоптал небольшое пламя.       — Вот же черт… — выругался Какаши, с досадой оглядывая тлеющие остатки старой маски.       Что теперь делать?       — Простите пожалуйста! — восклицал мужчина, суетливо извиняясь, — Я не ожидал, что эти фейерверки такие мощные…       — Осторожнее надо быть… — сухо произнес Какаши, нахмурившись, — Так и убить можно.       Теперь, его мысли занимал вопрос, что делать с отсутствием маски и обижаться на продавца не было времени.       Сейчас он должен придумать что-нибудь.       — Так, сейчас все решим… — девочка тут же суетливо оглянулась и, взглядом наткнулась на лавку с праздничными масками.       — Одну маску, пожалуйста! — тут же произнесла Азуми, быстро достав из кармана небольшой кошелек. Краем уха услышал Какаши и удивленно обернулся к напарнице.       — Двести пятьдесят рё*, — сухо сказал цену торговец, мелкими глазками равнодушно рассматривая покупательницу.       — Двести?? Вы случаем не…       Мужчина раздраженно нахмурился и Азуми вздохнула, тихо выругавшись, — Ох, ладно… — решив не спорить, куноичи достала несколько купюр и отдала их торговцу. Тот же, передал ей белую маску с кошкой.       — Азуми, не надо было! — гневно произнес Какаши, пытаясь скрыть смущение. Ему было впервые неудобно перед Азуми. Две тысячи с половиной йен за маску – это уже перебор!       — Надень, — Азуми протянула маску, пропустив мимо ушей чужое возмущение. Её взгляд был устремлен в сторону, так, что бы не было видно лицо Какаши, — Это подарок и за новый год, и за твой день рождения. Так что все в порядке.       Какаши, несколько мгновений колебался. Но, все же, взял праздничную маску и надел её.       Азуми повернулась к нему, когда он затянул веревочку покрепче и завязал её на бантик.       — Другое дело! А тебе идет, — довольно протянула девочка, удовлетворенно кивнув не-то себе, не-то им обоим, — Теперь можно продолжить прогулку. Нужно найти Рин и Обито…       Напарница хитро улыбнулась, взяв за руку Какаши.       — Не против? Нам стоит поторопится, если мы не хотим пропустить фейерверки.       — Нет конечно… — чуть опешил мальчик, кивнув.       Странно, впервые он не возмутился от таких действий со стороны Азуми.       — Кстати, спасибо, Азуми, — тихо поблагодарил Какаши подругу, и она удивленно улыбнулась. Большие, словно хрустальные глаза лилового цвета, переливались в свете множество уличных фонариков и казались непривычно проницательными.       — Не знала, что Пугало** может знать такие слова! — с иронией в голосе произнесла Азуми, сжимая его ладонь.       Какаши хмыкнул, едва заметно улыбнувшись.       «И почему я пугало? — задался вопросом Какаши, чувствуя даже через маску настойчивый, приятный цветочный аромат, от мягких, воздушных волос цвета сирени.       Обожжённые кончики пальцев уже не болели, а на душе было непривычно спокойно.

— А разве я говорила «пугало»?

      Ехидный, переливистый и искрящийся смех звучал в ушах. И, кажется, проснулся именно из-за этого.       Какаши устало открыл глаза. Его взгляд с тоской скользнул по фотографии в рамке, что стояла на прикроватной тумбочке. Освещенная блеклым лунным светом, с фото смотрела его друзья. И сегодня ему снилось прошедшие давно дни…       Рин, Обито, учитель… Азуми.       Ярко-фиолетовые волосы, собранные в хвост. Большие, светло-лавандовые глаза, что проницательно смотрели с фотографии, ворошили него внутри что-то неприятное и колючее.       С того момента, когда Азуми ушла на миссию и пропала, прошло чуть больше года. И, честно говоря, этот факт уже сильно выматывает его. Что случилось? Где она? Когда вернется?       Сверток с подарочным бантом, уже давно покоился на одной из полок, едва заметно покрывшись пылью.       Хотя, может быть, он слишком себя накручивает? Азуми не маленькая девочка, за которой нужно следить. Она не раз и не два, попадала в разные передряги (О которых, кстати, Азуми никогда не рассказывала ни сестре, ни ему), рисковала своей головой по совершенно непонятной ему причине.       И все равно, выходила из них живой и почти невредимой.       Честно говоря, во время их посиделок и встреч, к нему невольно приходило понимание, что Азуми что-то скрывает. Да, каждый человек хранит какую-нибудь тайну и это нормально.       Но, не в том случае, когда эта самая тайна настолько огромна, что может сожрать человека изнутри, словно черви.       Ночные кошмары, постоянная паранойя. Тяжелые тренировки и напряженные ночи за блокнотом, в котором даже не понятно, что было написано. Посещение закрытого района клана Учиха, ссора с Данзо. Попадание в больницу с амнезией, после атаки Девятихвостого.       «Против кого она ведет игру? — этот вопрос давно мучал Какаши, когда он замечал, как Азуми погружалась в беспокойные думы.       Да, Азуми всегда имела манеру лезть не в свои дела, особенно, если это дела врагов, так что она всегда была готова лезть в огонь ради ценной информации. Несмотря на это, Азуми все равно отрицала это.       И эта черта подруги, лишь заставляла Какаши нервничать сильнее.       Если его догадки верны, что Азуми действительно вошла в игру против неизвестного, сильного противника, то эта особенность характера, может сыграть с девушкой плохую шутку.       И, похоже, уже сыграла.       А против кого она воюет?       От этого вопроса Какаши стало не по себе, и тревога лишь возросла.       «Вероятно, это человек, или как-то связан с этим пришествием, или это человек, кто организовал это нападение, — думал он, разглядывая потолок своей комнаты, — Повреждения памяти, вызвавшие амнезию у Азуми, и контроль Девятихвостого… Этот человек владеет шаринганом»       Из всех врагов, выбрать самого опасного и мстительного… Да, это точно в манере Азуми. Хотя, теперь понятно, зачем она так тщательно готовилась.       И самое непонятное, почему она не рассказала об этом другим. Азуми смогла найти что-то, что ведет её на ответ, кто и почему напал на деревню Листа и использовал Девятихвостого в этих целях. Почему она решила действовать в одиночку?       «Она всегда волнуется за остальных больше, чем за себя, — ответил на эти вопросы Какаши, когда он вспомнил еще один день из прошлого.

***

      — Азуми, как так-то? — обеспокоенно спросила Рин, перевязывая напарнице рану. Рассеченная с тыльной стороны рука, кровоточила. Длинный рукав плаща был порван, а куноичи, которой делали перевязку, чуть поморщилась от резкого запаха спирта.       — В следуюущий раз будь осторожнее.       — Прости, Рин, — виновато улыбнулась Азуми.       — Азу-чан, не стоило помогать мне! Ты поранилась из-за меня…— виновато произнес Обито, а Хоно лишь отмахнулась.       — Мелочи, скоро заживет. Мы же…       — Дуреха! Не лезь спасать идиотов! — недовольно перебил Какаши, сложив руки на груди. Серые глаза метнулись в сторону «виновника», — Какой в этом смысл?       Его всегда раздражало, когда Азуми рисковала своей головой ради каких-то слабаков, вроде Обито. Вот любит она так глупить, аж бесит. Вот и сейчас, на миссии, она опять бросилась спасать, едва не лишившись руки.       — Это я идиот??! — воскликнул возмущенно Обито, поворачиваясь к седовласому парнишке.       — А кто еще? — спросил он, закатив глаза, — Только ты можешь подвергать опасности других.       — Успокойтесь, ребята, — строго приказала Рин, заканчивая процедуру, — Мы же товарищи. Мы должны быть более сплоченными.       — Рин права, Какаши. К тому же, я все еще жива, — согласилась Хоно, а затем, добавила, переведя взгляд с Обито на Какаши, — Хотя, если так, то мне и тебя нельзя спасать, Какаши? — добродушно улыбнулась Азуми.       — В каком смысле? — серьезно спросил он, уловив в голосе подруги сарказм и укоризну.       — Да ни в каком, — вновь отмахнулась Азуми, а Обито едва сдержал смешок. Рин бросила на неё и Учиха чуть укоризненный взгляд.       — А говорил, что я идиот, — хихикнул Обито, улыбаясь.       — И не отказываюсь от своих слов, — парировал Какаши, раздраженно фыркнув.

***

Каким же он был идиотом.

      Какаши тяжело вздохнул.       Промолчит, утаит, но никогда не расскажет.       «Ладно, завтра рано вставать. Стоит еще немного поспать, — подумал Какаши, отворачиваясь от фотографии.       «Надеюсь, Азуми будет в порядке, — вновь с надеждой подумал он, как он делал часто, с тех самых пор как родная душа пропала из его жизни.       Вскоре, он погрузился в тревожную дрему.