Зов дементора

Гермиона устало улыбнулась Уизли. — На самом деле мне уже намного лучше. Я действительно думала, будто умираю. Не ожидала столкнуться с такими сильными чарами, что даже это с трудом справилось с ними, — она подняла руку, на которой висели сломанные часы. Северус решил, что это наверняка сильный артефакт для ликвидации чар и проклятий. Нечто вроде безоара, универсального средства от яда. Он невольно коснулся шрама на шее. — Кроха, этого никто не ожидал, — прогудел Шеклболт, осторожно положив ладонь на ногу Гермионы. — Вы всех схватили? — Мы поймали восемнадцать человек. — Восемнадцать? Их было девятнадцать! — выпалила Гермиона. Поттер вздохнул и провел пятерней по волосам. — Кроули сбежал. К счастью, мы уже были наготове, когда ты сняла чары, иначе сбежало бы еще больше. А с какой скоростью они принялись уничтожать пергаменты, акты и Омуты памяти! — Ха! — выдала Грейнджер. — Куку и мне удалось собрать достаточно доказательств, — она секунду помолчала. — Именно Кроули застал нас. Если бы он не принялся разбрасываться черномагическими проклятиями, то, возможно, я выглядела бы намного лучше. Она откинула мантию Северуса, и все судорожно вздохнули. Снейп не ожидал, что она так легко покажет свою наготу, а остальные были шокированы при виде ран, которые уже закрылись, но красная кожа до сих пор внушала ужас. — Мерлин! — глухо произнес Уизли, повернувшись к Северусу, который невозмутимо посмотрел в ответ. — Никогда не думал, что скажу это, но... Снейп, до чего же здорово, что вы пришли! — тут он нахмурился. — А почему, собственно, вы пришли? Северус пожал плечами и указал на Кукумбера, сидевшего в тени. — Кое-кто решил, что разбудить меня посреди ночи будет намного лучше, чем отнести мисс Грейнджер в госпиталь Святого Мунго. Шеклболт наклонился вперед, так внимательно рассматривая раны Грейнджер, что Снейп почувствовал непреодолимое желание проклясть его. Грейнджер же спокойно позволяла пялиться на свое тело. — Северус, отличная работа. Кукумбер, ты все сделал правильно. Дементор слегка поклонился. Шеклболт обратился к Северусу: — Знаешь, Кроули может быть опасен. Вполне вероятно, что он уже сбежал, ведь остальные Невыразимцы попадут в Азкабан за сокрытие важной информации, это я могу обещать. Но, с другой стороны, Кроули может озлобиться и попытается отмстить Гермионе. Так что Кукумбер правильно решил не обращаться в госпиталь. Кто знает, не поджидает ли Кроули там. Они с Поттером одновременно достали свои стеклофоны и что-то набрали. Затем обменялись понимающими усмешками. — Если он появится там, мы его схватим, — сказал Поттер и спрятал свой стеклофон. — Кук, мне все равно не понятно, почему ты позвал именно Снейпа, — Уизли осторожно положил руку на плечо Грейнджер. — Если только... — он нахмурился. — Не может быть, Миона! Скажи, что Кинг просто пошутил. Это он? — и уставился на Северуса со смесью ужаса и веселья. Гермиона отвела взгляд — Ну и что из этого? Уизли прыснул. — Что тут смешного? — она ущипнула его и тут же зашипела от боли в незажившей руке. Поттер тоже уставился на Северуса. — Что?! — рявкнул тот, скрестив руки на груди. — Самая умная ведьма своего поколения и умнейший ублюдок предыдущего! — Уизли, смеясь, словно сумасшедший, упал навзничь на пол. С него хватит этих трех идиотов. Снейп вскочил с подоконника и направился к двери. — Северус, подожди! — пусть чертов Шеклболт и был министром, Северус сделал вид, что не услышал его. — Пожалуйста! — добавил самый облеченный властью человек Магической Британии. Северус остановился, но не повернулся. — Предположим, Кроули все же хочет отомстить, и мы не поймаем его сегодня, тогда Гермиона в опасности. — И? — Значит, мы не можем отправить ее в Мунго. Я подумал, что ты мог бы взять Гермиону с собой в Хогвартс. В замке, да ещё и под твоей защитой, ей ничего не угрожает. — Что-о-о? — воскликнули одновременно Гермиона со Снейпом. Шеклболт осторожно погладил ее по ноге. — Рассуди логически, — произнес он, и Северус сжал кулаки. Если взывать к логике Грейнджер, то она согласится на все. Она отправится с ним в Хогвартс и будет ненавидеть каждую проведенную там секунду. Проведенную с ним. — Кукумбер ведь сначала позвал не нас, а его. Как думаешь, что это означает, Гермиона-укротительница дементоров? Она тихо рассмеялась. — Вы постоянно что-то выдумываете. Сначала вы называли меня сумасшедшей женщиной-кошкой, а теперь вот это. Кук, выкинь их из дома, будь добр. Северус кивнул. — Дельное предложение. Полагаю, мисс Грейнджер здесь в полной безопасности. К тому же Кукумбер защитит ее, если кто-то все же вздумает напасть. — Кукумбер нужен нам как свидетель. Мы могли бы прихватить и Гермиону, заперев ее потом в какой-нибудь комнате, но ей это вряд ли придется по душе. Ты сделаешь мне личное одолжение, Северус, если возьмешь ее в Хогвартс и присмотришь за ней. — Шеклболт, ты в должниках мне не нужен, — Северус едва не дрожал от напряжения. — Но... Если мисс Грейнджер хочет отправиться со мной в Хогвартс, она, разумеется, может это сделать. Гермиона посмотрела на дементора. — Кук, почему ты позвал Северуса? Дементор элегантно пожал плечами. — Я решил, кому еще можно доверять, кроме мистера Гарри, мистера Рональда и мистера Кингсли? И я подумал о мистере Северусе, подумал, да. Он однажды позволил насытиться, когда мне было плохо. И я знаю его чувства, знаю. Северус похолодел. «Что?!» Этот коварный дементорский паршивец не упомянул об этом, как и об эйфории, наподобие наркотической, после «насыщения». Кукумбер повернулся к Шеклболту. — Мисс Гермиона насытила меня, и мистер Северус тоже. Я нашел очень интересным, что у них одинаковые чувства друг к другу, нашел, да. Уизли снова истерически захохотал, в то время как Поттер с ворчанием принялся копаться в своей сумке, а потом сунул Шеклболту в руку что-то подозрительно напоминающее галлеон. — Это что еще такое? — возмутилась Грейнджер. — Вы поспорили? Кинг! Ты министр, ты должен... Секунду! — она попыталась пригладить свои волосы, но умудрилась еще больше запутать и без того непокорную копну. Словно миниатюрная Медуза Горгона, она со стоном поднялась и прихромала к Снейпу. Подняв голову, Гермиона прищурилась и прошипела: — Ты любишь меня! Северус не думал, что эти слова могут прозвучать настолько яростно, но Гермиона без труда справилась. — Я не люблю тебя, — невозмутимо отозвался он. Она ударила его в грудь, но совсем слабо. Видимо, кожа на руках и предплечьях была еще слишком чувствительной. — Лжешь! Попробуй еще раз! — Я не могу любить тебя! Она толкнула его двумя руками. Северус стоял, словно скала. — Лживый, параноидальный, трижды проклятый говнюк! Попытайся еще, но будь честным! Снейпа спасла трель сразу двух стеклофонов. Поттер и Шеклболт открыли свои зачарованные зеркала. — Каким бы интересным не начинал становиться этот разговор, — сказал Кинг, — я все же должен попросить вас прямо сейчас аппарировать в Хогвартс. Кроули на самом деле заявился в госпиталь, но успел улизнуть из-под носа парочки болванов-авроров, — нахмурился он. — Итак, Северус? — Хорошо! — рявкнул тот. — Убери антиаппарационный барьер, мы уходим! Шеклболт вскинул брови. — Откуда ты знаешь, что я поставил барьер? Снейп язвительно улыбнулся. — Теперь знаю. — Мерзавец, — устало пробормотал Шеклболт и на мгновение закрыл глаза. — Все. Уходите и будьте осторожны. Северус в последний раз окинул взглядом троих мужчин и дементора, затем кивнул и осторожно привлек к себе Гермиону. Палочку он сжал в руке. Он не собирался рисковать, если Кроули взбредет в голову ждать их на границе антиаппарационного барьера Хогвартса. В тот же миг они исчезли из дома. Когда секундой спустя они оказались в Шотландии, оба ощутили слабый утренний ветер. Горизонт уже начал светлеть, но солнце еще не появилось из-за гор. Северус внимательно осмотрелся и, убедившись, что посторонних нет, открыл ворота Хогвартса и толкнул в них Грейнджер. И сразу же восстановил все чары и заклинания, не пропускавшие чужаков на территорию. Гермиона споткнулась и едва слышно охнула. Северус удержал ее и внимательно осмотрел. — Выглядишь ужасно, — заметил он. — Спасибо, ты умеешь делать комплименты, — буркнула Грейнджер. Колени подогнулись, и она упала. Снейп мысленно чертыхнулся. Неужели он и правда подумал, что Гермиона сможет перенести перемещение? Наклонившись, он поднял ее на руки. Та пискнула совсем не по-гриффиндорски. — Ты что делаешь? Северус невозмутимо направился к замку. — Перестань дергаться и держись за меня. Так будет проще. — Проще? Мы — и проще? Ты даже не можешь признаться в своих чувствах! — несмотря на возмущение, она обняла его за шею и прижалась к груди. — Когда я была маленькой, то мечтала о том, что появится принц и отнесет меня в свой замок, — приглушенно призналась Гермиона. — Ты выискала себе замечательного принца, — дорога к Хогвартсу вела в гору, и Северус начал слегка задыхаться, чувствуя, как капли пота стекают по спине. — Думаешь, я хотела этого? Если бы не ты, ничего бы не случилось. Но ты хотя бы принц. Должно быть, она совершенно не в себе, раз несет такую чепуху. — Ну уж извини, что я такой. Постараюсь измениться. — Ни за что. Все равно уже не получится, — Гермиона прижалась щекой к его щеке. — Ты несешь меня в кровать, Северус? Мне очень интересно, как она выглядит. Когда мы занимались сексом, ты меня даже не пустил в свою постель. Сосредоточившись на кривых ступеньках возле хижины Хагрида, Северус хмыкнул и произнес: — Напомнить, что я вообще-то не собирался заниматься сексом в тот вечер? Гермиона потерлась носом о его шею. — А ты составляешь расписание, в какие дни у тебя секс? Она говорила все более абсурдные вещи. К счастью, они уже пришли к главному входу в Хогвартс. Северус тяжело дышал. Его форма оставляла желать лучшего, раз он не смог пронести эту маленькую женщину несколько метров и не задохнуться. — Нет. А теперь угомонись. Я несу тебя к Поппи и не хочу, чтобы ты шокировала беднягу разговорами о сексе. — Я не хочу к мадам Помфри. — А я не хочу через два часа преподавать пустоголовым болванам. Жизнь вообще несправедлива. — А ты и не должен, если только за последние годы в Хогвартсе не начали преподавать по выходным. — Ах, замолчи уже! Его удивило, что Гермиона послушалась, но потом Северус заметил, как тихо и равномерно она дышит. Она на самом деле уснула. Открыв беспалочковым заклинанием главные двери, Снейп взмолился всем богам, чтобы никто из учеников не решил поиграть в раннюю пташку. И к его безграничному облегчению холл был пуст. Даже Пивза не было видно, как и миссис Норрис. Северус совсем не хотел представлять себе, какие слухи поползли бы, если бы кто-то увидел его с Гермионой на руках. Скорее всего, заголовки от Риты Скитер гласили бы: «Красавица и чудовище!». Или вернее: «Аврор и сексуальное чудовище!». Добравшись до своих покоев на третьем этаже, Северус осторожно положил Гермиону на кровать. Она тут же проснулась и огляделась. — Ну вот, я все-таки оказалась в твоей постели, — широко зевнула она, скрывая зевок ладонью. Снейп пожал плечами. — Ты же сама назвала меня вруном. И вообще, на тебе моя мантия, — добавил он, словно это все объясняло. — Именно, — и Гермиона сильнее закуталась в ткань. — Очень приятно, неудивительно, что ты их все время носишь. Думаю, я быстро привыкну к ней. — Ты собираешься носить мою мантию? — М-м-м. Мантию, рубашки, сорочки. Я бы залезла тебе под кожу, если бы ты позволил. Покачав головой, он лег рядом, закинув руки за голову. — Совершенно невозможно. Как давно ты знаешь меня? Лет двадцать? — Неполные, — пробормотала она. — То есть, ты знаешь меня две трети своей жизни, причем неплохо, позволь заметить, и все равно считаешь, что любить меня — это хорошо? — Так точно, — слегка улыбнулась Гермиона. — И полагаешь, то, что я люблю тебя, тоже хорошо? Ее улыбка стала шире. — Абсолютно. — Надо позвать Поппи, — пробормотал Северус. — Пусть обследует тебя. Особенно голову. — С головой у меня все в порядке, — Гермиона посерьезнела, и Снейп заметил, что она с трудом держит глаза открытыми. — Но вообще-то ты прав. Я странно себя чувствую. Я в полной растерянности. — Несомненно, учитывая, что ты так хотела оказаться в моей постели. — Северус, я серьезно. Это было мое последнее задание, по крайней мере, на ближайшее время. Я уже предупредила Кинга, что хочу уйти в отпуск. Минимум на год. Северус приподнялся на локте, глядя на нее. — И что ты собираешься делать? Гермиона задумалась. — Разобраться во всем, что последние годы подавляла в себе. Может, обращусь к маггловскому психологу. Тебе бы тоже не помешало, — она подняла руку, заметив, что Снейп собирается возразить. — Подожди. То, что тебе довелось пережить за последние десятилетия, намного хуже, чем я могу себе представить. Могу поспорить, половину всего ты запер за стеной окклюменции, а другую — слил в Омут памяти, чтобы не сойти с ума. Грейнджер была права, и Северус промолчал. Пару минут он не сводил с нее глаз. — Лучше было бы все же навестить Больничное крыло. Надо осмотреть твои раны. Гермиона распахнула мантию и осмотрела себя. — Моя грудь заживет. Не стоит беспокоить Поппи. Если не веришь — убедись сам. Она была права. Ее кожа еще долго будет очень чувствительной, да и боли будут периодически возникать, но если повезет, то не останется даже шрамов. Не то чтобы Северусу мешали ее шрамы. Они были почетным знаком ее упрямства, храбрости и даже безумства. Только безумная могла полюбить его. Может, он и сам сумасшедший, но его это не волновало. Вполне вероятно, ему самому пора к психологу. Когда Гермиона протянула руку и погладила его по щеке, Снейп закрыл глаза. — Ты знаешь, что я параноик и всегда буду делать неправильные выводы? — проговорил он. — Я быстро учусь. Я уже знаю, что в таком случае надо загнать тебя в комнату и приковать к постели, чтобы ты поговорил со мной. Наверняка я смогу стянуть из твоих запасов веритасерум и подлить тебе. Северус невольно улыбнулся. — Наверняка. Ты ещё ребенком наловчилась таскать мои ингредиенты. Гермиона тихо рассмеялась. — Вот видишь, — она снова провела рукой по его щеке, подбородку и шее. — Северус? — М-м-м? — если она продолжит, он начнет мурлыкать. Оказывается, ласка — это так приятно. — Давай попытаемся. Мы оба. Дай мне неделю. Или хотя бы пару дней. Если ты решишь, что ничего у нас не получится, я исчезну и никогда больше тебя не побеспокою. Обещаю. Снейп открыл глаза и внимательно посмотрел на нее, а затем обнял за плечи и осторожно привлек к себе. — Тебе придется многое мне рассказать. Например, о Кукумбере, — Гермиона кивнула. — Ты останешься здесь, пока Кроули не поймают. А затем мы посмотрим. Теперь же спи, с синяками под глазами ты похожа на енота. Она лукаво улыбнулась. — Северус, ты такой романтик! — Знаю. Гермиона обняла его, спрятав лицо на плече. Он дождался, пока она задышала спокойно и равномерно. Затем укрыл их обоих покрывалом и закрыл глаза. Как долго Кроули сможет бегать от авроров? День? Неделю? Месяц? Год? Всю жизнь? Северусу было неважно. Для любви не существовало времени, и у них впереди была вся вечность.