Битва с раттонами

Дикон ударил, и королева засмеялась! Засмеялась, пошатнулась, оседая, потянула за собой. Юноша разжал пальцы, и она упала, все так же не отводя взгляда и сбив на ковер томик Веннена… На красном кровь не видна, на розовом… На розовом она ужасна! Алые маки, сквозняк, часы, сонеты. Смерть. Вот она… Росчерк красным по розовому и разметавшиеся светлые волосы… Катари!!! Внезапный удар сбил Дикона с ног, и отбросил к стене. Второго, к счастью, не последовало и Дикон смог повернуть голову. Он увидел стоящих в комнате серых людей. Две странные фигуры. Серая кожа, серые волосы, серые камзолы, даже обувь. Но самое страшное – глаза. Ни белков ни зрачков, сплошная черная муть. Один из них поднял руку и протянул руку к Дикону. И пришла боль. Второй в это время сделал странный жест и рядом с телами Катари и фрейлины от пола до потолка заколыхался серый туман. Если бы какой нибудь сумасшедший художник нарисовал бы огонь серого цвета, именно так бы он и выглядел. Через несколько секунд на Дикона смотрели уже оба незнакомца. Второй тоже направил руку в сторону Дикона, и боль стала еще страшнее. Так нельзя. Окделлы так не умирают. Если нельзя встать и убить, нужно доползти и загрызть. Всего 2 или 3 метра. Он сможет. Сейчас нужно резко упереться рукой в стену и через бок кувыркнуться к выпавшему из руки кинжалу. Усилие, движение и рука коснулась металла. Кинжал в руке как будто уменьшил боль и чуть чуть вернул силы. Перед глазами лица серых людей, но в этот раз на лицах удивление. Почему они не нападают пока он на полу? Один удар и с герцогом Окделлом будет покончено. Серые теперь направляют на него обе руки. Новая порция боли и слабости. И еще одно движение в сторону врагов. Упереться в пол руками и встать на четвереньки… Они не получат того чего хотят. Дикон убил Катари, но не отдаст на поругание ее тело! Удивление серых сменяется досадой. Они не люди. Люди такими не бывают. Неужели это выходцы? Они существуют и почти убили его. Их надо отогнать… — Пусть Четыре Волны будут уносить злые проклятия… При первых словах враги усмехнулись, а потом улыбки погасли. Боль и тяжесть в теле Дикона стали слабеть. - Пусть Четыре Ветра разгонят тучи До чего же тихий у него теперь голос… И все таки его слышат. Не так как это было с камнями раньше, это лишь тень былого. И все же… Серые лица исказились ненавистью, а над смотрящими на Дикона четырьмя ладонями появился серый дым. Дикон почувствовал, как на его сердце легла огромная свинцовая скала. — Пусть Четыре Молнии падут четырьмя мечами Серое пламя качнулось как от порыва ветра и стало слабеть. Тот , кто его возжег, стремительно обернулся, взмахнул рукой и пламя снова взвилось к потолку. Боль и тяжесть отступили, и Дикон привстал на колени, опираясь на стул. Серый испуганно вскрикнул. Второй обернулся, и снова направил руки на Дикона. Снова ударили боль и тяжесть, но Дикон уже знал, что нужно делать и прошептал: — Пусть Четыре Скалы защитят от чужих стрел Скалы ответили. Тише чем раньше, но ответили… Серые содрогнулись, а марево посреди комнаты заметалось. Пользуясь тем, что боль стала тише, Дикон прыгнул с колен и ударил одного из серых кинжалом в живот. Раздался визг. Враг отмахнулся от Дикона, ударив его по голове. Жжение, боль и искры в глазах. Дикон не удержался на коленях и снова упал. Все что он теперь мог – шептать обращение к четырем. Слабость и боль от этого становились слабее, но не проходили. Когда Дикон смог поднять голову, серых было уже шестеро. Один стоял лицом к серому огню, двое склонились над Катари. Тот, кого ударил Дикон сидел в кресле, рядом с ним стоял еще один серый и делал руками какие- то пассы. Еще один направлял руки на Дикона, но почему - то не подходил к нему. - Надо же – голос серого был самым обычным человеческим голосом – Герцог Окделл, БЫВШИЙ Повелитель все еще пользуется некоторой защитой. После всего что сделал. Кто бы мог подумать.. - Ребенок еще не родился, защита твари не снята. – в голосе другого серого тоже не было ничего необычного. – Мы поторопились. -Нам НАДО торопиться. Ракан сорвался с крючка. – говорящий вновь повернулся к Окделлу. – А ты, БЫВШИЙ избранник, дважды нарушивший клятву, - с каждым словом голос говорящего ненависть в голосе звучала все сильнее. - убивший любимую женщину и почти убивший своего ребенка – все еще под защитой! Вы, никчемные твари, выбранные ни за что, даром получающие то, что другие достигают, ломая самих себя! После всего содеянного – ты - под защитой! Но это ненадолго! Ты узнаешь вкус справедливости! Его ребенок… Слова - это обман.. Нельзя обращать внимания… Нужно подползти к телу Катари… Они боятся этого… - Твой ребенок сейчас родится, герцог, и тогда ты познаешь настоящую боль… Еще одно движение к телу Катари… Серые фигуры оборачиваются. Снова поднятые руки и боль. Дикон видит, как серая муть накрывает тело Катари… Он опоздал. Серый огонь превращается в вихрь. Огромный смерч по среди комнаты крутится все быстрее и схлопывается внутрь себя. Там, где он только что был, теперь стоит Катари, такая же серая как и остальные. Тишину прорезает детский крик. На месте, где лежала Катари, рядом с мертвой фрейлиной теперь плачет ребенок. Катари смотрит на младенца, потом серое лицо с черными глазами поворачивается к Дикону, секунда, и она уже смотрит на одного из серых. - Владыка. – голос Катари по-прежнему обладал чарующей силой. – Спасибо, что оставили его мне. - Не стоит благодарности. Эта тварь оказалась сильнее, чем мы думали. И опаснее. Его иммунитет еще силен. Нам надо спешить. Ваш любовник нас предал. - Это ненадолго. – Катари снова смотрит на Дикона. - Спасибо тебе за новую жизнь, Дикон. Твой удар был очень кстати. – Серое лицо искажает злорадная усмешка. - Теперь я настоящая Королева. Королева Пепельного Огня. Катари поднимает и вытягивает руки к Дикону. Остальные пришельцы чернеют изнутри. Боль и слабость стали нестерпимыми. Шепот молитвы к Четырем прервался. Очень скоро он не выдержит боли. Все будет кончено. В глазах темнеет, но даже в этой темноте видно, что за спинами серых на стене проступают пятна. Только бы серые их не заметили. Отвлечь их хоть на секунду. Дикон думает, что кричит, хотя на самом деле это был шепот. «Пусть Четыре скалы»… - серые чуть пошатнулись. Сил и слов у Дикона больше не было, только стон… Пятна на стенах лопаются. Теперь там несколько фигур за спинами серых, один из новых пришельцев похож на эра Роке, а второй на.. Леворукого. Сверкают кэнналийская шпага и огромный двуручник, летя в серые спины. Дикон ощущает гнев Скал, Ветра, Молний и Волн. А потом пришла темнота… - Вы все таки очнулись, юноша. – В голосе бывшего эра было значительно меньше иронии и чем обычно. И значительно больше усталости. Дикон хоть и очнулся, но понял, что ничего не видит и не чувствует своего тела. Совсем не чувствует. –Не ожидал, что вам так нравится наше общество. Двигаться, говорить, и открывать глаза я вам не рекомендую. Вернее вы не сможете. Хотя и попытаетесь. Вы на редкость упрямы и удачливы, юноша. Враги мертвы, вы в безопасности и может быть пойдете на поправку. Разве это не удача? Вы ведь цените Дидериха? Он любит чудесные спасения из рук негодяев. Отдыхайте, а потом я расскажу вам историю о злодеях из иных миров…