Изломанный, но не сломленный

Казалось бы, что хуже уже некуда и не будет. Возможно, я немного недооценил наших извечных врагов, да и свои силы. Они знают, как ломать и механически, и морально. Не сработало одно, сработает другое. Однако со мной такой номер не прошел. Хоть есть чем гордиться. Но, если же с этими двумя еще можно было «развлечься» относительно без плачевных последствий, то с их главой… нельзя такового сказать. У него свое понимание слова «веселье». После той злополучной «беседы» с Шоквейвом на пару со Страскримом прошло немного времени. Да вообще почти не прошло. Они где-то ошивались пару кликов, а затем вернулся только заместитель десептиконов, чтобы почти пинками потащить меня к Мегатрону, опутав оба моих манипулятора энергетическими оковами. Да я бы и без них обошелся… Ты меня так успел разломать, столько энергона вытрясти, что я не то чтобы трансформироваться не смогу — идти тяжело. Зато вот отсутствие ученого десов меня очень порадовало. Не хотелось бы пересекаться с ним снова. Я чувствовал себя таким же уставшим, готовым просто свалиться и превратиться в груду желтого металлолома после произошедшего. Времени восстановиться не хватило толком. Система все также порой бесяче пищала, мешала другим процессам и кидалась протоколами, которые я недавно отправил в режим ожидания, чтобы разобраться с поломками позже с их помощью. Разгребать данные и анализы, заниматься калибровкой просто нет возможности. Местами отогнутая и разломанная, сплющенная броня мешалась и скребла по внутренним механизмам, превратившись из защиты в орудие пытки. Выглядел я жалко со стороны, не сомневаюсь. Зато вот Старскрим, который шел позади, изредка направляя меня в разные ответвления из коридоров, с холодным белым освещением своими колкими тычками, наверняка считал это зрелище поистине прекрасным. Жаль, коррозийного ацида* на тебя нет, гр! На удивление, в коридорах, через которые мы прошли, десептиконов было меньше, чем ожидалось. Редких рядовых ничто тут не интересовало. Всю дорогу я пытался тщетно выявить оптикой хотя бы какой-то намек на выход, место, которое может дать возможность убраться отсюда… Все казалось какими-то катакомбами, где легко заблудиться. Некоторые проходы были вовсе завалены обломками, стеклянные панели как-то проплавлены и местами разбиты, часть раздвижных дверей заблокирована. Редкие номера на стенах в этом полуразрушенном на вид месте мне знаний не прибавляли. Я могу находиться где угодно… Были мысли прекратить столь тщательное и беспалевное изучение железных коридоров, но сдаваться я не намерен. В этой никчемной войне может произойти что угодно: от внезапного подрыва здания до падения целой уничтоженной эскадрильи десов. Сопровождавший меня словно тонкая тень Старскрим, кажется, где-то в глубине искры был раздражен. Я не видел его выражения на фейсплете, но яро ощущал исходящие от него волны недовольства, скрытой злости. Если бы электричество могло трещать в воздухе от стольких эмоций заместителя, то, несомненно, он направил бы его на меня, чтобы успокоиться самому. И его настроение мне понятно — ему снова может влететь от Мегатрона в неизвестно уже сколько кратный раз. Впрочем, сам виноват. С трудом подавил смешок от таких мыслей. Но вскоре пришлось отвлечься от размышлений, да смешков. Прибыли на место назначения. Очередные массивные двери разъехались в стороны по команде от датчика движения сверху, выпуская… на улицу? Серьезно? Место, куда мы, наконец, пришли было похоже на крышу здания или же огромный плоский металлический, потертый временем выступ-плато. Немного угловатое. Высота порядочная, долго будешь лететь, если рухнешь, да и не факт еще, что от тебя потом хоть что-то останется… Вокруг одни лишь высоченные здания в слабом свете, который был какого-то ржавого оттенка. Присмотрелся настолько, насколько возможно — никаких ориентиров или опознавательных знаков. По-прежнему все плохо. Сканировать что-либо или осматривать не стал, так как мое внимание привлекли две знакомые фигуры, стоящие к нам спиной. Одного из них (была бы возможность) я бы лично сбросил отсюда, предварительно переломав крылья. А второго… моих сил бы на такое не хватило, как и габаритов. Повезло же быть сконструированным мелочью, признаю, что иногда комплексую по этому поводу. Саундвейв, как всегда молча, повернулся в нашу сторону, а Старскрим незаметно выскользнул из-за меня, излюбленно сложив манипуляторы сзади. Между этими двумя сразу началась немая война. Заместитель воздушных сил прищурил красную оптику, прожигающее глядя на шпиона-деса, на что тот никак не отреагировал. Но молчанию не суждено было длиться долго. — Оставьте нас. Не думал, что когда-нибудь снова услышу этот тяжелый и ледяной голос и пересекусь с его обладателем. Тем более глубоко на вражеской территории. Мегатрон нисколько не изменился, только потрепан немного и с налетом копоти или пепла, которого полно в атмосфере. Все тот же себе на уме. Еле сдержался, чтобы не отступить на шаг назад. Зато вот у Страскрима нервы сдали. — Что?! Но, Повелитель… — начал сикер как-то с возмущением, типично для него разводя манипуляторы в стороны перед собой, немного нагибаясь вперед. Не старайся пресмыкаться и вали, раз приказали, целее будешь. Реплика Старскрима была прервана в самом начале: Мегатрон обернулся и посмотрел на него сверху вниз, приковав красную оптику к сикеру, заставив содрогнуться. Я лишь почувствовал, как противная вибрация скользит по всему корпусу, а процессор разрывается от мыслей на тему: «и тебе бы отсюда свинтить не мешало». Теперь я отчасти понимаю Скрима. Он каждый раз приходит отчитываться, принимать поручения и каждый раз готов огрести непоправимо за любую промашку. Не желая иметь дело с раздраженным Мегатроном, заместитель поспешно трансформировался в истребитель и унесся куда-то за здания, а Саундвейв бесшумно ретировался прочь, исчезнув за панельными дверями. С их уходом градус напряжения нисколько не упал, обстановка стремительно нагнеталась. Во всяком случае, я так чувствовал… И сам не заметил, как наши взгляды с Мегатроном пересеклись, от чего я произвольно сжал ладони в кулаки. — Давно не виделись, разведчик, — наконец обратился главный десептикон ко мне, на что я заставил себя встать как можно более непоколебимо и гордо. Но корпус был измучен до предела. Может, если не обращать внимания, смогу простоять так подольше? — Не так уж и давно… — собрав всю смелость, какая только была, ответил твердо и без помех, кои слышались у меня в голосе раньше. Пришлось немного напрячься для этого и пережить отклик системы о том, что все механизмы сейчас в аварийном состоянии и требуют применения к ним энергосберегающего режима. Да пошла ты… Насчет давно: мы пересекались примерно аноцикл* назад, когда я с Оптимусом ходил на переговоры. Я не считаю этот период таким уж внушительным. Тогда состоялся наш «небольшой разговор» по поводу моей принадлежности к фракции Автоботов. Никогда бы не подумал, что являюсь такой ценной фигурой в рядах его противников. — Как всегда бесстрашен. Ты бы стал отличным десептиконом, — фейсплет Мегатрона пересекла улыбка, с которой он подошел, сократив и так небольшое расстояние. Жалкий метр оставил между нами, довольствуясь этим. Вот и упомянул… вспомни окись, вот и она, тц. — Я с Оптимусом. И я не изменю своего решения, ты это знаешь, — решил поддержать разговор, вообще не представляя, куда он в итоге приведет. К тому же с каждым словом я чувствовал себя увереннее. Мегатрон опасно сощурился, издав пару глухих смешков, а затем поднял манипуляторы вверх и обвел ими все, за что могла зацепиться наша оптика: — Хм, и что с этим миром сделал твой благородный лидер? Гляди, — в голосе Лидера десептиконов до сих пор слышался смех, который он не пытался скрыть. Ах, ты… — Это твоя война! Оптимус этого не хотел. Закончи её наконец, — пожалуй, тут я немного вышел из себя, хотя мягко сказано. Мой тон взлетел и стал громче, а голубая оптика с негодованием пилила моего врага. Наверняка он находил это забавным — спор с маленьким разведчиком. — Закончу, — на данном месте был сделан акцент, а десептикон буквально почти приварил меня взглядом к поверхности, также как и недавно Старскрима. Теперь я точно понимаю этого заносчивого сикера. Кажется, я только что себе подписал приговор предыдущим ответом. — А для этого мне нужен ты, вернее, информация от тебя. Вот и приехали. Сейчас меня прямо тут и разберут на части. Но откуда я мог знать… — Я знаю, что Прайм почти нашел Оллспарк. И ты мне скажешь, где именно, — спокойно и в то же время низким тоном проговорил десептикон едва ли не в мои аудиодатчики, от чего я на рефлексах сжался, пусть и незаметно для него. Где именно? Слишком ты высокого мнения обо мне. Да, я посвящен в планы Оптимуса, да, я знаю о поисках, как они построены, кто задействован, однако это все. Естественно, я могу сопоставить все данные и легко выяснить по количеству наших сил, отправленных на поиски, проанализировать тактические особенности действий… Но я не буду этого делать, даже высказывать свои предположения на данный счет. Все, что я скажу, будет иметь большой вес, а Мегатрон сам, плюс, при помощи Саундвейва быстро выяснит нужные ему детали. Неужели он на что-то рассчитывает? Вместо этого… — Зачем он тебе? О, кажется, он ожидал иного ответа, судя по его слегка озадаченному выражению. А может просто исключил возможность того, что здесь прозвучит такой вопрос, ссылаясь на мое положение в целом. Ха, но даже так я все еще разведчик Автоботов, им и останусь. В следующий миг я вообще не понял, что произошло. Настолько быстро сменилось изображение, скорее всего, мой изможденный данными процессор не успел обработать резкие движения… Осознал только по боли, растекшейся по корпусу: мне прилетело в многострадальный бок, потом сразу в центр корпуса, где была старая пробоина, нанесенная Старскримом. Удары мощнее, чем у заместителя в разы, чего и следовало ожидать, поэтому не смог сдержать вскрика с последующим шипением-шуршанием. Я мгновенно оказался на железном покрытии, где только что стоял, пытаясь прийти в себя и стабилизировать картинку перед оптикой. Баги, помехи, расплытие… Не могу восстановить… Больно двигаться… Система просит прекратить. Защитные протоколы перебивают друг друга. Я должен встать и… но я слышу… — Кажется, я зря трачу на тебя время, как потратили и мои подчиненные. Зная твой характер: вытягивать из тебя что-то почти бесполезно, — железный и давящий своей мощностью голос Мегатрона раздавался надо мной. Пол словно исчез. Только спустя наноклик осознал, что меня держат в воздухе вроде как за голову и остатки шлема… Похоже, десептикону надоело неподчинение и ситуация в целом. Надоело, что он занимается ерундой, а не своими лидерскими делами. Надоело играться. — Тогда… Оптика на время стала стабильна, я увидел, что нахожусь над той пропастью, о которой недавно строил теории, а правый манипулятор Мегатрона был уже в очередном замахе. Я думал, что вот — моя деактивация, но… видимо, мне не суждено так просто покинуть мир. Слишком гуманно? — Что ты… — на данном моменте Лидер десептиконов резко вцепился мне в шейное сочленение, перебив несколько ведущих магистралей, породив сбой подачи энергона и энергии. — …де.sh-sh-h-шь… Боль. Ощущаю, как острые когти впиваются куда-то глубже, пережимая механизмы. Система завывает о поломках. Неважно… Новая вспышка боли, не сравнимая с предыдущей, из-за которой я срываюсь на крики… Но слышу лишь свое шипение. Я кричу, не сдерживая себя, нет смысла. До изнеможения. Наверное, я так пытался освободиться от всей накопившейся боли ранее. Но… я себя не слышу. От новой ее вспышки я снова вскрикнул, но… Я снова себя не слышу. Боль стихала медленно, иногда пульсировала. Вновь изображение перед оптикой поплыло, однако я даже так понимал, что все еще жив, а Мегатрон передо мной. Нет сил. Я… Праймус… Я… — Ты хотел знать, зачем мне Оллспарк? — раздалось словно на задворках и как из-под тощи воды. — Считай это последним поощрением за свою стойкость, разведчик: с помощью Вектора Сигма я перепрограммирую Оллспарк и создам цивилизацию десептиконов. Но ты уже никогда не расскажешь никому о том, что слышал здесь. Все перед оптикой перекувырнулось разом. Хотя я и так толком ничего уже не видел… Голос Мегатрона тоже был искажен до неузнаваемости… Свист ветра в аудиосенсорах. Я падаю?.. И снова. Опять боль дала о себе знать, но во всех местах сразу, выбивая из меня все, даже, кажется, саму искру… Кричу вновь. Не слышу ни звука. Не могу кричать. Картинка мира словно разбилась на тысячи осколков. Критические повреждения системы. Принудительное отключение питания через: 3… Какой же я… 2… Ха… 1… Не важно… Принудительное отключение.