Лучик света в кромешной тьме вечной ночи

Уже через день в костюмерной кипела работа, все трудились не покладая рук, а актёры приступили к репетициям, в ходе которых Карлотта Гульдичели всякий раз не забывала напомнить своей конкурентке, что именно она – Карлотта – играет главную роль и никто лучше её сыграть не смог бы. В свою очередь Кристина лишь молча сносила нападки испанки, играя свою бессловесную роль пажа. В конце концов Катрин надоело всё это наблюдать и она решила отомстить за сестру по-своему.

***

Однажды во время очередной репетиции, пока все были на сцене, старшая Дааэ спустилась в зал, где сидели две “старые кошёлки” – служанки Карлотты. В течение нескольких лет роль их при своей госпоже во время репетиций последней не менялась: одна вечно держала наготове бутылочку с аэрозолем для горла, вторая – маленькую мохнатую собачонку по кличке Риччи, которую прима беззаветно любила и обожала потискать в перерывах. На неё-то и нацелилась девушка. Стащив с кухни кусок кровяной колбасы, которую сама ненавидела, Катрин подобралась поближе к женщинам и, пока те с благоговением взирали на свою хозяйку в образе графини, пару раз негромко причмокнула губами. Животное, учуяв колбасный запах, не заставило себя долго ждать. Дааэ быстро подхватила псину на руки и незаметно покинула зал, зажав той мордочку рукой, чтобы не тявкала.

***

Прошло полчаса. Подошло время репетировать балет из третьего акта. Карлотта как раз допевала свою партию, как вдруг... Нечто, напоминающее длинноногого ежа, повздорившего с радугой, засеменило по сцене в направлении испанки. Гульдичели пронзительно завизжала и отскочила в сторону, панически размахивая руками. – Что здесь происходит? – недовольно воскликнул мсье Рейер. – О, мадам! Это же ваша собачка! – захохотал Габриель. – Риччи, это ты?! – глаза примы округлились, приняв размер чайных блюдец. Она даже пропустила мимо ушей неприкрытое оскорбление со стороны молодого танцора . – Dios mio! Что с тобой сделали?! Кто посмел?! М-да, вид Риччи действительно имел плачевный. Не то чтобы Катрин не любила животных, нет, даже наоборот! Но раз это не повредит здоровью и благополучию псинки, решила девушка, то она не должна испытывать угрызений совести. К тому же, Дааэ была абсолютно уверена, будь Риччи человеком, он бы её понял и сам вызвался бы ей помочь в правом деле. А ситуация заключалась в следующем: некогда белоснежная шёрстка животного торчала в разные стороны пучками, каждый из которых был выкрашен в один из тех ярких цветов, что составляли палитру гримёрной коробки. При этом собачка явно не испытывала никакого дискомфорта. – А что, оригинально! – захихикала Беатрис. – Я знаю, чья это работа! Где эта чертовка Дааэ?! – Я всё это время стою перед вами, – окинула её взглядом Кристина. – Ты совсем меня за идиотку держишь?! Я о твоей несносной сестрице! А вы куда смотрели?! – Карлотта метнула гневный взгляд на старух-служанок. Те лишь развели руками, виновато кудахча. – Катрин! – крикнула балетмейстер. – Да, мадам Жири, – послышалось сверху. Все подняли головы – Дааэ-старшая сидела над сценой на одном из подвесных мостов, по которым обычно передвигались рабочие сцены во время спектаклей, когда меняли освещение, задники или подвесные декорации. – Зачем ты это сделала? – Интересно, как я могла это сделать, если с самого начала репетиции сижу здесь? – возмутилась девушка. – Почему чуть что, так сразу я? – А кто?! – взвизгнула Гульдичели, и уши заложило у всех, у кого это не случилось раньше. – Возможно, это Призрак решил тебе напомнить, что ты заняла чужое место! – парировала Катрин и запустила бумажный самолётик. Тот описал круг в воздухе и приземлился прямо у ног примы. Женщина развернула бумагу – с листа на неё смотрела собственная карикатура, под которой разместилась приписка “Курица”. – Ах ты!.. Ты!.. Мерзкая девчонка! – затопала ногами испанка, потрясая зажатой в кулаке бумажкой. Девушка злобненько улыбнулась и показала ей язык. Все присутствующие тихо захихикали, маскируя смех под внезапный приступ кашля или просто прикрываясь или отворачиваясь. Гульдичели же снова повернулась к собачке и запричитала: – Бедненький мой! Сокровище моё! Что тебе пришлось вытерпеть!.. – Сама виновата. Надо слушаться советов, которые тебе умные люди дают, если не хочешь нарваться на неприятности, – Катрин взялась за канат, свисавший вдоль мостов, и съехала вниз. – Правду я говорю, Буке? – Чистую правду, куколка, – согласился мужчина, поймав её внизу. – Призрак не любит, когда с ним шутят. – Я тебя ненавижу! – прошипела Карлотта. – Ты знаешь, я тоже к тебе особой страстью не пылаю, – выгнула бровь Дааэ. – Мадемуазель Гульдичели, мадемуазель Дааэ, вы срываете репетицию! – взвыл несчастный дирижёр. – Катрин, хватит препирательств. Пошли, – младшая сестра взяла её за руку и увела за собой в противоположный конец сцены. Репетиция продолжилась. ____________________ [1] — Ведущих певиц театра принято было называть “мадемуазель”, не зависимо от возраста и семейного положения