Лучик света в кромешной тьме вечной ночи

Вечер премьеры “Триумфа Дон Жуана”

Актёры толпились за кулисами, наполняя воздух монотонным гулом. То же самое творилось и в зале, уже полном зрителей. Рауль занял своё место, как обычно, в ложе № 5, директора Андре и Фирмен – ложу напротив. Здесь и там по углам разместились полицейские, они запрудили весь театр. Кристина стояла в окружении подружек и нервно ломала пальцы. Пора было начинать...

***

Первый акт отыграли без сучка без задоринки. Когда начался второй, и на сцене Дон Жуан, роль которого исполнял Вивальдо Пьянджи, обсуждал со своим слугой план обольщения юной девицы, которую играла Кристина, к девушке, стоявшей за кулисами, подошла Катрин. – Кристи, молчи и слушай внимательно: он появится в следующей сцене, я уверена. Когда вы будете идти к лестнице, не иди прямо, обойди немного справа... – Зачем? – Я заменю тебя. – Катрин распахнула накидку, скрывавшую её одежду, и младшая Дааэ увидела, что на сестре точно такой же костюм. – Видишь те широкие красные полотна от потолка до пола, имитирующие пламя, возле лестниц?.. Я спрячусь за одним из них. Ты будешь меня видеть, он – нет. – Но мы же будем петь! – Сестрёнка, твои уроки не прошли даром, поверь. К тому же мой диапазон позволяет вытянуть эту арию. – Кати, но это так опасно! Он заметит, что... – Всё будет хорошо. Ему некуда будет деться. – Дааэ-старшая успокаивающе обняла сестру: – И запомни: что бы ни случилось, ни в коем случае не позволяй Раулю преследовать его! Поняла, Кристи? – Да, Кати, я сделаю всё, как ты сказала. Обещаю! – Вот и умница. Я люблю тебя, сестрёнка! – И я тебя! Очень-очень! – Ну всё, тебе пора. – Катрин перекрестила сестру и подтолкнула к выходу из-за кулис. Кристина вышла на сцену, спела первую часть своей партии, и тут появился Дон Жуан: высокий, подтянутый, широкоплечий – это явно был уже не Пьянджи, Катрин не ошиблась в своих предположениях. На сцене рядом с юной сопрано был не кто иной, как Призрак Оперы. И он запел своим чарующим голосом:

Ты пришла на тайный зов, что манил давно, По веленью страстей, что тебе только снились... Снились... Я тебя звал, чтобы страсть нас слила в одно – Ведь в душе ты уже подчинилась мне, Сопротивленье забыв, подчинилась мне. Вот ты со мной теперь, не надо слов, Ты решилась... Решилась... Сделан шаг, возврата нет – Отбрось сомненья! Конец игре в невинность и в слова. Позабудь все “если – то”, Нет смысла спорить: Мечте пора вступить в свои права. Что за пожар в душе горит? Каким желаньям путь открыт? Какой соблазн нас ожидает?

Он подошёл к девушке сзади и обнял, продолжая петь:

Сделан шаг, возврата нет, Порог последний. Какой за ним откроется секрет? Теперь назад возврата нет.

Они разошлись и направились к двум лестницам, что вели на мостик прямо в центре сцены. Под ним зияла дыра, обрамлённая яркой жёлтой и красной тканью, которая трепетала от установленного внизу ветродува, имитируя пламя. Медленно идя к правой лестнице, Кристина украдкой поглядывала на Рауля, сидевшего словно на иголках. Наконец, она запела:

Ты призвал меня сюда, где слова не в счёт, Где поблекли они, помертвели и скрылись... Скрылись... Я пришла, хоть и знала, что нас тут ждёт. Я уже представляла, как наши тела, Беззащитные, станут едины. И вот я с тобой теперь. Не надо слов, Я решилась... Решилась...

Кристина зашла за полотно. Мгновение – и вот Катрин встала на первую ступеньку лестницы и, поднимаясь наверх, запела так чисто, что сама поразилась:

Сделан шаг, возврата нет, Не оглянуться. Бросаться в страсть, иного не дано... Здесь добро и зло не в счёт. Один вопрос лишь: Доколе ждать, покуда мы – одно? Когда ж раскроется бутон, Огонь по венам побежит, Когда же пламя нас поглотит?

Они уже стояли на мостике друг напротив друга, какие-то несколько метров разделяли их. Мужчина протянул руку, девушка сделала шаг навстречу, выходя из тени, и тут он обнаружил подмену. Глаза Призрака потемнели, но самообладание взяло верх – он продолжал играть. Стоя за кулисами, мадам Жири тоже заметила, что на мостике находится Катрин, а не Кристина. – Сумасбродная! – прошептала она, и слёзы навернулись ей на глаза. Женщина рефлекторно прижала к себе стоявшую рядом дочь. – Господи, помоги ей! Кристина замерла ни жива ни мертва между полотнами, боясь пошевелиться. Тем временем Эрик взял Катрин за плечи, развернул к себе спиной, да так резко, что она непременно упала бы, не прижми он её к себе крепко-накрепко. Зрители со стороны ничего не заметили, но Катрин каждой клеточкой ощущала его ярость. Ощущала так явственно, что ни капельки не сомневалась в завтрашних синяках. Но сейчас у неё не было времени думать о подобных мелочах – их голоса уже слились в дуэте:

Сделан шаг, возврата нет, Порог последний. Смотри, мосты пылают нам вослед. Для нас назад возврата нет…

Когда была спета последняя фраза, он замолчал, переводя дыхание. Катрин обернулась и посмотрела мужчине в глаза. Он смотрел на девушку таким взглядом, что, казалось, вот-вот убьёт. Публика напряжённо следила за сценой. – Вы обманули меня! – прошипел он сквозь зубы. – Сделан шаг, возврата нет. Прости, – с этими словами Катрин одним движением сорвала с него маску. Первые ряды испуганно ахнули. – Прости! В ту самую секунду она увидела, как в его глазах отразилась вся боль и ненависть прожитых лет. Эрик задержал взгляд на девушке, затем быстро посмотрел куда-то наверх, в зал, и достал из ножен на поясе клинок. Катрин проследила за его взглядом и мгновенно поняла его намерения. Она едва успела перехватить занесённую руку, готовую перерубить канат, привязанный к поручню мостика и явно ведущий к колоссальной люстре под куполообразным потолком зала. Она крепко обняла мужчину за шею, одновременно развернув и закрыв собой доступ к канату. – Глупая девчонка! – гневно проревел он, обхватил её за талию, дёрнул за какой-то рычаг, и... земля ушла из-под ног. Катрин поняла, что они падают. Всё это произошло в считанные секунды. Кто-то закричал, зрители повскакивали со своих мест, началась суматоха. – Кристина! – вскочил на ноги виконт. – Я здесь, Рауль! – Её рука легла юноше на плечо. – Не надо полиции! Прикажи им, пусть уходят! – Но как же?!.. А кто тогда?.. – Катрин. Она знает, что делает... Надеюсь... – Но ведь он похитил её!!! – Я знаю! Но она сама сказала, что бы ни случилось, не преследовать их, – ответила Кристина. – Рауль, не спрашивай меня ни о чём, я сама ничего не понимаю, но прошу тебя, сделай, как она сказала! – Хорошо, – смирился виконт и жестом отозвал полицейских.

***

Сбиваясь с шага в попытках поспеть за Призраком, Катрин уже не чувствовала правой руки, в которую он вцепился мёртвой хваткой, волоча девушку за собой по тёмному сырому подземелью. – Глупая, безмозглая девчонка! Как ты смела обвести меня вокруг пальца?! Как она посмела меня обмануть?! – Она ничего не знала! Это я! Я всё подстроила! Не смей её впутывать в это! Он резко остановился, схватил её за горло и прижал к каменной стене тоннеля. Желание придушить чертовку было непреодолимо велико, но всё же что-то не давало сжать пальцы до конца. Мужчина посмотрел Дааэ в глаза – они горели каким-то безумным огнём. – Ну? Что же ты остановился? Давай, убей меня! Убей единственного человека в этом чёртовом мире, которому ты не безразличен! – выкрикнула она ему прямо в лицо. Мужчина, продолжая держать Катрин за горло, опустил глаза, словно пытаясь осмыслить услышанное. Затем он отпустил её и, развернувшись, медленно побрёл к выходу из тоннеля. – Эрик! Он обернулся и удивлённо посмотрел на неё. – Да, я знаю, как тебя зовут! Я знаю всё о тебе, и то, что в детстве к тебе относились жестоко, не оправдывает твоего поведения! Кто ты такой, чтобы повелевать судьбами людей и лишать их жизни?! Кристина... Она не любит тебя. Она уже сделала свой выбор и будет счастлива. Теперь выбор за тобой: ты можешь шантажом заставить её остаться с тобой, и она до конца своих дней будет ненавидеть и проклинать тебя; или же ты примешь правильное решение, избавив себя от одиночества и подарив счастье другому человеку. О да, она останется с тобой – из страха, из жалости. Я же хочу сделать это по собственной воле. Я хочу остаться, хочу попробовать вернуть твою веру в то немногое хорошее, что тебе довелось повидать в жизни. Я хочу этого, услышь же меня наконец! И ты знаешь, но почему-то не хочешь это принять... – Она перевела дыхание и уже тише продолжила: – Столько лет ты стремился избавить себя от одиночества, найти родственную душу. Так вот она, перед тобой. Почему же ты так упорно отвергаешь то, к чему стремился и чего так страстно желал всё это время? Почему?! Я не могу понять тебя. Правду говорят, от гения до безумца один шаг... Внезапно Эрик издал гортанный рык, от которого у Катрин внутри вмиг всё похолодело, но, стиснув крепко кулачки, она ничем не выдала своего страха. Мужчина вдруг подошёл, схватил её за руку и снова потащил за собой. Дойдя до входа в пещеру, он резким движением отдёрнул занавес, вывел Катрин на свет и, развернув лицом к себе, обхватил руками её голову и приблизил к своему лицу: – Ты сорвала с меня маску, так теперь смотри! Смотри внимательно! Ты согласна видеть это каждый день до конца своей жизни ради неё?! Реакция девушки на крик Эрика была для него абсолютно неожиданной: Катрин встала на цыпочки и запечатлела на его губах долгий нежный поцелуй. – Я готова на это ради себя... И ради тебя, – тихо проговорила она и ласково провела ладонью по его изувеченной щеке. – Вопрос в том, готов ли к этому ты. Эрик смотрел на девушку так, словно перед ним было существо из другого мира. Дааэ медленно опустила руку вдоль шеи на грудь мужчины и остановила ладонь там, где билось его сердце. – Ответ ты найдёшь здесь. Затем она развернулась и пошла обратно к тоннелю. Дойдя до занавеси и отодвинув её, она на мгновение обернулась. – Я не хочу ни с кем говорить сегодня, поэтому буду ночевать в гримёрной. Если примешь решение и захочешь меня видеть, ты знаешь, как туда попасть. Эрик ещё долго стоял неподвижно, невидящим взглядом уставившись туда, где за бархатной тканью скрылась Дааэ, а затем вдруг расхохотался. Но вскоре смех сменили слёзы...