Идти против правил...

Солнце греет, ласкает своим утренним теплом тело парня. Диппер стоял на огромном балконе, сгорбившись и глубоко вдыхая. Руки трясло, тело тоже. Тревога затопляла его. Мыслить рационально просто не получалось. Мысли путались, комкались и, в итоге, терялись в общем бешеном потоке из которого нельзя взять ни одной подходящей идеи, для его последующих действий. От волнения сдавливало горло. "Что мне нужно делать?" До этого он дёргал ручку двери, бил ногами по деревянной поверхности, громко матерился, в надежде, что его кто-то услышит, но в ответ — тишина. — Господи, как глупо, — он опустил локти на перила балкона, одной рукой закрывая глаза. В полной темноте головная боль утихает. Он стоит так уже несколько минут, пытается восстановить дыхание и сердцебиение. Щелчок. И все по новой: настолько сбитое дыхание, что он сейчас задохнется и совсем безумный ритм сердца. Шатен возвращается в вертикальное положение и нервно оборачивается. В комнату входит мужчина средних лет в чёрном костюме. "Прислуга?" — Следуйте за мной. Господин желает поговорить с Вами. "Точно прислуга." Диппер стискивает зубы, сжимает кулаки, пытаясь скрыть дрожь, выходит из комнаты. Длинный коридор, множество дверей. Он такой же светлый и вычурный как и комната, в которой он находился. Они сворачивают один раз, а возможно и больше: Пайнс поглощён в мысли и не следит за происходящим. Мужчина останавливается, открывает дверь в незнакомое помещение и поворачивается лицом к парню. Диппер понимает, что это приглашение войти и переступает через порог. Шатен видит перед собой того самого парня. Он сидит на столе со стопкой бумаг в руках, хмурится пока читает. Пшеничные волосы спадают на лоб, он зарывается пальцами в них, зачёсывает назад, тянет. "Он мне напоминает кого-то..." Дверь за спиной шатена закрывается, он чувствует напряжение. Они в комнате вдвоём, и Пайнс не может даже предположить, что будет дальше. — Ты никогда не думал, что твое родимое пятно на лбу, ммм... Необычное? — спрашивает Сайфер, продолжая пялиться в бумаги. — Далеко не каждый рождается с подобным. — Тихо и отстранёно добавил Билл. — Че-его? — Диппер был в замешательстве. — Какое это имеет отношение к... Что я здесь дел-... — Так думал или нет? — резко переспрашивает Сайфер, поднимает взгляд на парня в своём кабинете, хитро улыбается. Шатен хмурится и молчит. Он не понимает суть этого странного разговора. Начинает раздражаться. "Серьезно? Вместо того, чтобы объяснить, нахера я здесь, ты говоришь про родимое пятно?!" Он уже открывает рот, желая озвучить этот вопрос. — Точно такое же у меня под лопаткой, — уголки губ двигаются выше, а в жёлтых глазах пляшут черти. Билл откровенно наслаждается этой ситуацией, замешательством собеседника. Пайнс забавно сводит брови к переносице и поджимает губы. — И что? — Диппер все еще ничего не понимает. — Ты узнаёшь меня? Самое высшее сословие. Верховный Демон. Диппер выглядит еще более растерянным. Он осознает, кто перед ним. Билл Сайфер самый влиятельный и богатейший человек на всей планете Кемтéлтэр. Высшие Ангелы терпеть его не могут, а Высшие Демоны готовы целовать ему ноги. В новостях постоянно мелькает его пафосная физиономия. Он всегда обворожительно улыбается в камеру, но все равно от него веет угрозой и огромной силой. Мимо него не проходит ни одного митинга или политического конфликта. Он в курсе всех событий. — На что ты намека-... — Пайнс не смог договорить. Стопка бумаги хлопнула об стол, заставив вздрогнуть его. В два шага — у него длинные ноги, подметил Диппер — Демон сократил расстояние между ними. Шатен отшатнулся, но было поздно, его уже схватили за худое предплечье и посадили в кресло. Билл грозно навис над ним, упираясь руками в подлокотники, по обе стороны от Пайнса. — Ты Верховный Ангел и в мои обязанности входит твое обучение. Жить будешь в моем особняке, учиться здесь же. Деревце смотрит на меня напугано, мне становится интересно, что происходит в его голове. Вслушиваюсь в его мысли. "От него пахнет книгами, кофе и чем то сладким. Господи, зачем я вообще об этом думаю?!" Я фыркаю. Смех застревает в горле, вот-вот я сорвусь и начну ржать. Он отводит взгляд, уши краснеют. Сосновое Деревце, как можно вести себя так тупо в подобной ситуации? Пацан хмурит брови, пытаясь изобразить недовольство. Чувствую, хочет мне что-то сказать. Наблюдать за этой смесью эмоций — одно удовольствие. — И я должен этому поверить? — Голос у него дрожит. — Мне все равно, веришь ты мне или нет. — Отвечаю так, как есть. Он нервно закусывает нижнюю губу. Растягиваю губы в своей самой доброжелательной улыбке. Похоже получилось отстойно. Он смотрит мне в лицо и сжимается от страха еще сильнее. Нервно цыкаю. — Общение с тобой очень увлекательное, но мне работать надо. — Поднимаю на ноги это кудрявое недоразумение за подмышки и отвожу к двери. — Завтра, в 10 утра, первое занятие, будь готов. Диппера внаглую выставляют в коридор. Рядом стоит всё тот же мужчина. — Следуйте за мной,— он разворачивается.— Я отведу Вас в вашу комнату. Пайнс смотрит сначала на закрытую дверь кабинета, а после на прислугу. "И что это было?"