«От ненависти до любви ...» или «Кто скрывается под маской?»

Двое полицейских вышли из машины. Они быстрым и уверенным шагом все ближе и ближе приближались к нам. Рядом с ними шло несколько медиков. Судя по всему, Мари вызвала и их. Стен дали успокоительное. Я же от него отказалась, хотя, наверное, все же не стоило. Джейкоб оказался без сознания, и его повезли в госпиталь. К нам подошло двое офицеров. — Здравствуйте, мы уже опросили свидетелей, записи с камер тоже изъяли. Теперь нужны ваши показания. Не могли бы вы проехать с нами в участок? — Да… — Стен уже начала приходить в себя. Я же молча кивнула головой. Мы сели в полицейскую машину и уже через полчаса были в участке. Таким образом, нас сидело в коридоре четверо: я, Стен, мистер Смит и Мари (так как она была администратором). Нас попросили подождать и ожидать, когда пригласят в кабинет. «Классное начало совершеннолетия», — пронеслось в голове. Но тут же поймала себя на мысли, что до своего действительного ещё 6 дней. Стен, облокотившись на меня, и, положив голову на плечо, уснула. Стресс, бессонница и успокоительное сделали своё дело. А вот мне сон отбило напрочь. Не знаю, сколько точно прошло времени, но в кабинете побывал уже и директор, и Мари, и ещё 2 каких-то человека. Пригласили Стен, но она так крепко спала, что разбудить ее просто не получилось. Поэтому в кабинет попросили зайти меня. Интересно, ведь всегда сначала опрашивают участников событий, а потом уже остальных. Или я что-то путаю? Я аккуратно передала Стен в руки Мари, которая решила побыть с нами, а сама, на подкашивающихся ногах, поплелась в кабинет. Молодой паренек что-то долго печатал на компьютере, а затем перевёл на меня взгляд и тихо произнёс: — Здравствуйте, присаживайтесь. Я была напряжена, поэтому толком не смогла рассмотреть кабинет. — Здравствуйте. — Я уже опросил Вашего директора, посмотрел записи с камер видеонаблюдения. Теперь осталось опросить только Вас и непосредственно пострадавшую. — Она в коридоре спит, разбудить? — Давайте тогда пока что поговорим с Вами. Расскажите последовательность своих действий. — Я пошла на поиски Стенли Фраер, потому что ее долго не было на рабочем месте, стала переживать. Далее я увидела, как подруге пытается причинить вред какой-то незнакомец. — Значит, Вы утверждаете, что не знали этого человека раньше и видели его в первый раз? — Да. — Извините, забыл, можно Ваши документы? — У меня нет сейчас. — Хорошо, тогда можете сказать, я найду по базе. — Дженнифер Крайтон Винсон. Он очень долго, во всяком случае, мне так казалось, смотрел в монитор и искал глазами. — А можно дату рождения? — 25.05.хххх И тут до меня дошло: сказалась бессонная ночь. Он же меня не найдёт по базе… — Извините, с такими данными никого не найдено. Я отправил запрос по штатам. Вы приезжая? Это конец, какой запрос? — Да, недавно переехала. — Откуда? — Из Мексики. — Ваш работодатель сказал, что Вы тут уже больше месяца работаете. В таком случае, почему не зарегистрировались? — Не успела. В этот момент офицеру кто-то позвонил. Тот взял трубку, и его лицо моментально изменилось в выражении. Он посмотрел на меня, а затем, отдалив трубку, обратился ко мне: — Можете подождать за дверью? Я Вас позову. Я начинала догадываться, что происходит. Внутренний голос бился в панике и истерике. Мысли одолевали, но надо было что-то срочно придумать. *В кабинете: * — Так вот почему нет в базе. — Я выслал на почту данные, задержи ее, я еду, —четко и быстро произнёс человек на том конце провода. — Так точно. *** Стен все так же спала, а рядом с ней и Мари, которая тоже очень утомилась. Я не стала их будить, а лишь незаметно прошмыгнула мимо. Быстро направилась к выходу, но тут же остановилась. Уйти не получится: пропуск мне не дали, соответственно, выйти без него невозможно. Поэтому я развернулась и пошла обратно. Влипла… По крайней мере, за подделку документов. Как же так я могла лопухнуться и забыть о том, что нужно перерегистрироваться. Хотя, все равно бы не получилось. Если так посмотреть, то «Кэтрин не найдена», значит, числюсь пропавшей без вести. И откуда взялась бы Дженнифер? Так тоже спалилась бы. Может быть, если какие-то способы, но я не знаю. Хорошо, сейчас главное не подавать виду и не паниковать. Тут вышел полицейский и попросил зайти опять в кабинет. — Вынужден сообщить Вам, что должен задержать Вас на двое суток. — Простите, что? Почему? Ведь заявления от потерпевшего лица не было, а удар был нанесён с целью защиты. Разве не так? — Все верно, только вот Вашу личность невозможно установить. Поэтому и задерживаем до выяснения. — Давайте я привезу документы? Я не успела зарегистрироваться, так как приехала всего несколько месяцев назад. — А Вы в курсе, что за это штраф полагается? Что значит, не успели? — Давайте я заплачу штраф, покажу документы, а потом зарегистрируюсь? Можно как-то так решить этот вопрос? — Допустим, штраф Вы закроете. А что же насчёт нанесения тяжких телесных повреждений мистеру Джейкобу? Если Вы думаете, что все так было просто. У него адвокат и связи такие, что он даже невиновных сможет обвинить и доказать. Так что, даже если я отпущу Вас, не факт, что через пару дней опять тут не окажетесь. — И все же. Я прошу Вас. Я вижу, что Вы честный человек. Вы не станете сажать невиновного. — Поймите, не я решаю. Мне поступил приказ задержать Вас до выяснения всех обстоятельств. Пройдемте. Он встал и ждал, пока я сделаю то же самое. Я вышла в коридор, ко мне подошёл конвой. Мари тут же вскочила с места, недоумевающе смотря сначала на меня, потом на полицейских. — Что происходит, Джен? Почему тебя забирают? Что за несправедливость? Мы обязательно что-то придумаем, главное, ты не волнуйся. — Извините, мисс, ее отпустят, как только прояснятся некоторые детали. А пока что пусть зайдёт потерпевшая. Мари разбудила Стен, кратко объяснив, что произошло, пока она спала, и указала на дверь. Дженнифер в это время увели и закрыли в камере. *** — Почему Вы это делаете? Я требую, чтобы мою подругу выпустили! Если бы не она, мало ли что могло произойти?! Я настаиваю! — А Вы уверены в том, кто она вообще такая? Что Вы о ней знаете? — Причём тут это? На что Вы намекаете? — Вот, посмотрите, — полицейский- Майкл развернул монитор компьютера в сторону Стен. Там красовалось старое фото Дженнифер, а рядом данные: Кэтрин Браун, Нью— Йорк, 4.06.хххх — Я ничего не понимаю. Это кто? — Это Дженнифер Крайт. Ваша подруга, как Вы утверждаете. Было видно, как девушка меняется в лице. Она не понимала, что происходит. Ведь ей казалось, что на знает Дженнифер, доверяла ей. А теперь получается, что все время та врала ей и скрывала? — Это неправда. Дженнифер совсем по-другому выглядит. Да мы только вчера справляли ее день рождения! Я не верю. — К сожалению, это она. Только что прислали ориентировку. Она была в розыске, бежала из Нью-Йорка, сменила полностью внешность, данные и документы. Сейчас приедет следователь оттуда и заберёт в город. И это ещё только эта проблема, не считая той, что на ней может быть заявление о побоях. — Что? Почему она сбежала? Ничего не понимаю. — Что она рассказывала? — Да ничего такого, я кончено удивлялась, почему она никогда ничего не рассказывает о себе… Но даже подумать не могла… — Ее подозревают в убийстве сёстры. — Убийстве…?! Этого точно не может быть. Она могла врать о чем угодно, но я чувствую людей, и она не такая. Она бы не смогла! — Но тем не менее, она легко нанесла сотрясение мистеру Джейкобу. Девушка ничего не ответила. В ее голове крутился лишь один вопрос: «Почему?» ~ Почему она так поступила? Ведь я ей доверяла. А она… Просто может оказаться убийцей? Разве такое возможно?

~

— Вы свободны, вот пропуск. Вас пригласят ещё на днях для дачи показаний. — До свидания… — Стен направилась к выходу. Так крупно она ещё ни разу не разочаровывалась в людях. Хотя, тут как подумать. Взять того же парня, который кинул ее. Везде враньё… Ложь. К Стен подбежала Мари, которая ждала ее все это время у выхода. Та не среагировала на вопрос, поэтому Мари взяла девушку за руку. Но Стен резко убрала ее, что-то невнятно буркнула и быстрым шагом направилась вдоль дороги. — Стен? — Оставь меня в покое сейчас. Дай мне успокоиться. Хорошо? — Ладно, но, Стен, что поризошло? Кстати, у тебя в понедельник и вторник выходной. — Да хоть целый месяц, мне все равно. Я увольняюсь. — Подожди, почему? — Мари пыталась хоть что-то понять. — Потому что устала. Пока, не трогай меня. Мари остановилась, провожая взглядом Стенли. Она никогда раньше ее такой не видела. Солнце, которое вмиг превратилось в грозовую тучу. Что произошло? *** Тем временем Дженнифер сидела на кровати с какими-то полосатыми матрасами. ____ Сколько меня тут продержат? Влипла… Надо что-то придумать. За подделку документов сколько могут дать? Пару месяцев? Год? Или несколько лет? Тут ещё проблема: если они найдут старые документы, то появится ещё больше вопросов. И вместе с этим проблем. Я закрыла лицо руками. Сама не заметила, как вырубилась. Конечно, несколько суток не спать, а потом ещё и стресс перенести очередной. Не знаю, сколько времени прошло, но разбудил меня щелчок двери. Я тут же открыла глаза и приняла сидячее положение. — На выход, — скомандовал офицер. Через пару минут мы вышли и свернули к небольшой комнате. Передо мной открыли дверь, дождались, пока я зайду, а потом закрыли на замок. За стеклом напротив сидел молодой парень, лет 26. О, кошмар… Его лицо… Оно все в шрамах. Я села на своё место, положив руки перед собой. — Здравствуйте, мое имя Льюис Алан Вудс. Я следователь по особо-важным делам, детектив штата Нью-Йорк, — он сделал паузу, вероятно, чтобы я тоже представилась. Мне очень не понравилось то, что он с того же штата, что и я. — Здравствуйте, меня зовут Дженнифер Крайт. — Да, знаю. Как же долго мы Вас искали, — он улыбнулся. — Дженнифер… А может лучше, — он пристально смотрел на меня, тщательно изучая мою мимику, поведение. Казалось, что он сканировал, пытался увидеть насквозь. Стало очень некомфортно, — Кэтрин Браун? Мое выражение лица моментально из поникшего превратилось в испуганное. Я попыталась быстро это скрыть, но он успел заметить. — Значит, я не ошибся, — на его лице появилась ухмылка. — Мое имя Дженнифер. — Не стоит отпираться от очевидного. — Я не понимаю, — начала, так уж продолжай. До конца, до последнего. — Вы знаете, что произошло с Вашей сестрой? — Ее… Убили, — я опустила голову. — Может быть, Вы знаете, кто это сделал? Есть предположения, кто это может быть? — Нет. Если бы я знала, то стёрла бы этого ублюдка с лица земли, — я приподняла голову. — А у меня для Вас есть хорошая новость. Мы нашли убийцу. — Да? Кто это? — Это… Вы, Кэтрин. И Вы задержаны по подозрению в убийстве. Все неожиданнее и неожиданнее… Мой гнев резко перешёл опять в страх. — Что? Это бред. Я ее очень любила. И никогда даже пальцем бы не тронула, — откуда-то появилась опять резкая злость, вероятно, от бессилия. — А знаете ли Вы Максима Хайрена? — Д-да… Мы в одном классе учились. — А Вы в курсе, что после вашей драки, он попал в больницу, а через пару месяцев скончался? — Ч-ч-что? Этого не может быть. — Он впал в кому и не смог выбраться. — Нет, этого не может быть. — Судя по тому, что на Вас убийство (и не одно), подделка документов, побег из штата, а теперь оказывается ещё и нападение на влиятельного человека, Вам светит уже даже не пожизненное, а смертная казнь. У меня есть постановление на арест. Я буду вынужден доставить Вас в штат до вынесения приговора. Меня охватил такой ужас, что я даже сказать ничего не могла. Вот так быстро закончилось все? Вся жизнь? Почему сначала одно, потом другое. Почему, когда все практически наладилось… Я не обратила внимания, как на стол начали капать слёзы. Надо держаться… Но… Не могу. Максим? Его больше нет? Я… Убила его? — Скажите, что это пранк? — я подняла красные глаза, наполненные ненавистью, злобой и болью одновременно.— Я никогда никого не трогала. Свою сестру тем более. Уехать мне пришлось из-за того, что меня преследовал врач-псих и пытался убить. Я всего-лишь боялась за свою жизнь! А то, что мне пришлось ударить — так это была необходимость. Зато моя совесть чиста, ведь я спасла подругу. Какие у Вас могут быть доказательства? — Я не заметила, как в какой-то момент началась истерика. Два убийства… Я — убийца? — ГДЕ ВАША СОВЕСТЬ? РАЗВЕ ВЫ НЕ ПОНИМАЕТЕ, ЧТО ЭТО НЕ Я! ВЫ НИЧЕГО НЕ ДОКАЖЕТЕ! (Прим.автора: простите за капс, но без него тут никак). Я вскочила с места и со всей силы ударила рукой по стеклу, которое разделяло меня и следователя. — Если Вы не будете держать себя в руках, я буду вынужден позвать конвой. Я опять опустилась на место. Меня всю трясло, я не могла успокоиться. — Да в суде дело провалится! — Начнём с того, что если Вас преследовали, почему не обратились в полицейский участок? Это уже, как минимум, нелогично, и вызывает подозрение. Второе — если у человека такая бурная реакция, то это означает то, что он виновен, либо причастен. Вот, кстати, постановление, ознакомьтесь. А вот и заявление от пострадавшего; выписка из больницы, где лежал Максим; записи с камер наблюдения. Вот, — он просунул папку под стеклом. Я открыла и судорожно, дрожащими пальцами, начала перебирать страницы. — Но ведь это же очевидно, что улики поддельные. — Ваши отпечатки пальцев у нас есть. И они с точностью совпадают с теми, что мы нашли на ноже. И поверьте, мне не составит труда прямо сейчас снять их у Вас. И с точностью до 99,9% могу сказать, что они точно совпадут с теми, что есть на уликах. Конечно же… Это очевидно, что после той драки я потеряла нож, которым защищалась. И вероятно, что они решили спихнуть на меня смерть Максима. Сейчас мне его искренне жаль. А потом ещё и подбросили нож недалеко от Марго… Но зачем? Неужели в этом мире нет справедливости? Только для чего все это делается? Им не хочется искать настоящего убийцу, и поэтому решили спихнуть все? — Я ничего говорить не буду. Я требую адвоката. — У Вас есть только один выход: сознаться в содеянном. — Нет, мне не в чем сознаваться. Я не совершала преступлений. — Ну, как хотите. Он подошёл к двери, и 3 раза постучал. — Заберите девушку, — затем он обратился ко мне.— Я даю Вам на рассуждение 2 дня. Посидите и хорошо подумайте. Если сознаетесь, то я буду просить о помиловании. Нет— значит все остаётся так же. После этих слов он покинул допросную. А меня в сопровождении вывели и опять закрыли в камере. *** Стен шла по улице. В душе была буря. «Как она вообще могла меня так обманывать? Больше всего обидно, что она ничего не рассказала. Чего побоялась? Или не доверяла? Думала, наконец-то подругу нашла, но нет. Как всегда, на те же грабли.» Она зашла в помещение через запасной вход. Быстрым шагом, пройдя в гардеробную, она собрала все свои вещи. Затем направилась в кабинет мистера Джеральда. — Подпишите мне это, — Стен положила бумагу на стол директора. — Стенли, Вы увольняетесь из-за этого случая? Может быть, подумаете ещё? Я дам Вам отпуск на месяц. — Нет, совершенно по другому поводу. И отпуск мне не нужен. Я все равно больше тут работать не буду. Я уезжаю навсегда. — Позвольте поинтересоваться, какая причина, если не секрет? И куда направляетесь? — Нет, не секрет. Разочарование в людях. — Не совсем понял Вас. — А что тут понимать? Я думала, Дженнифер моя подруга. А она предательница! — Постойте, она разве не с Вами сейчас? Что произошло? Она ведь спасла Вас. — Нет, ее забрали в отделение. А знаете, почему? Потому что на самом деле она не Дженнифер, а какая-то Кэтрин или Катарин, я даже не запомнила. — В смысле? Со стороны Джейкоба поступило заявление? Простите, я не понимаю. — Нет. Мне следователь сказал и показал, что Дженнифер убила свою сестру, напала на ещё кого-то, а потом изменила внешность и уехала из Нью-Йорка сюда. — Вы сейчас серьезно? Насколько я знаю, Дженнифер не смогла бы кого-то убить, тем более специально. Она произвела на меня очень положительное впечатление. — Вот и я так думала. А получается, что она врала и скрывала все. — А Вы уверены, что следователь прав? Что он мог сделать это специально, чтобы Вы рассказали какую-то информацию. Не забывайте, мы связались с Джейкобом. А это значит, что можно ожидать чего угодно. — Но я видела фотографию. — Это может быть элементарный фотошоп. Не нужно верить всему, что говорят, Стенли. И все же, Дженнифер помогла Вам. Поэтому, в любом случае, кем бы она не оказалась в итоге, она поступила благородно. — Но, мне так обидно… — Вы не можете рассуждать и осуждать человека. Вы не были на ее месте, и не знаете, почему она так поступила (если поступила вообще). На какой срок ее оставили в отделении? — Не знаю. — Я сейчас свяжусь со следователем и поговорю сам. А Вы все же подумайте насчёт отпуска. Но это позже, а сейчас идите домой, Вам нужен отдых. Стенли забрала заявление и вышла из кабинета. Может быть, она действительно себя зря накрутила? ~•~ — Алло, здравствуйте, беспокоит мистер Смит. Да, да, Вы вызывали меня сегодня. Я хотел бы узнать по-поводу моей сотрудницы Дженнифер Крайт. Почему ее задержали? Долгое молчание. Он внимательно вслушивался в каждое слово молодого следователя. —Вы уверены в этом? Могу ли я поговорить со старшим следователем? Как Вы сказали, повторите пожалуйста? Льюис Алан Вудс, да, записываю. Записав на небольшой листочек номер, Смит завершил звонок. Глубоко погрузившись в свои мысли, он пытался сконцентрироваться на том, о чем ему только что сказал офицер. Что-то знакомое. Где-то я уже слышал эту фамилию. Только вот где? ~•~ — Алло, здравствуйте, мое имя Джеральд Смит. Я управляющий клуба «NiteDay». — Да, здравствуйте, чем могу быть Вам полезен? — Льюс, мне сказали, что у Вас моя сотрудница. Объясните, почему ее задержали? Мне кратко обрисовали всю ситуацию, но хотел бы узнать подробнее. — Что ж. Могу обрадовать. Срок может грозить не только ей, но и Вам. Всю информацию раскрыть не могу. Но, если более развернуто, то девушка, которая представилась Вам как «Дженнифер Крайт», на самом деле является обвиняемой в преступлениях. А Вы покрывали преступницу. Да, ВЫ можете сказать, что просто не знали. Но это не снимает ответственности. — Послушайте, у Вас есть доказательства, чтобы меня обвинять? Если да, то тогда вызывайте. А если нет, то это безосновательное обвинение. Да, я знаю Дженнифер очень мало, но работник она отличный. На работе инцидентов не было. С коллективом хорошо ладила. Минусов, замечаний и предупреждений нет. Зарекомендовала себя, как тихий ответственный работник. — Видите, как она умело смогла скрыть свою личность? Она опасна для общества. Тем более, все доказательства ее вины у меня есть. Ей грозит смертный приговор. -… — небольшое молчание, а затем голос Смита, — У нее есть шанс на помилование или смягчение приговора? — В ее случае нет. Хотя, я ей сказал, что если она во всем сознается, то я буду просить о снисхождении. Но шанс того, что приговор действительно смягчат, равен 20%. — Мне можно будет просить о встрече с ней? Это возможно? Я не знаю, — он замялся, — сколько Вы скажете, столько я дам за это свидание (Пояснение: он имел ввиду деньги). — Да, это возможно, но предупреждаю, что разговор будет прослушиваться. Могу дать Вам пропуск на послезавтра в 15:00. — Хорошо, спасибо. Я приеду. До свидания. — Всего хорошего. Джеральд испытывал смешанные чувства. Его как-будто опустошили. Он не мог понять, что именно произошло, почему она так сделала. Ему было одновременно жаль ее, но в то же время он разочаровался? «Нет, она не могла кому-то специально навредить. Но при этом она так спокойно разбила вазу о голову Джейкоба… Хотя, когда я пришел, у нее был отчужденный и очень напуганный вид. Да, мне точно надо с ней поговорить. Может быть, станет что-то ясно.»