Филия

Тэхён умывает руки под струёй тёплой воды, аккуратно смачивает водой слегка пораненный нос, неуклюже размазывая кровь по лицу, и тут же стремительно набирает в ладошки побольше воды, чтобы всё-таки смыть эти назойливые пятна. Чонгук наблюдает за всеми его действиями неотрывно и весьма изучающе. – Тебе помочь? – не из вежливости спрашивает, а скорее потому, что Тэхён умывает лицо, как настоящий неумёха. – Спасибо, я сам. Вода в кране перестала шуметь – значит Тэхён наконец закончил умываться. Чонгук с огромным терпением ждал, когда же он ответит ему на вопрос. В уборной, где были только они вдвоём, повисла гнетущая тишина и её неимоверно хотелось разрушить. Тэхён облокачивается спиной об раковину и с огромным трудом поднимает глаза на человека, который свои не отводил от него ни на миг. Стоит в какой-то растерянности, заламывая свои тонкие пальцы до хруста. – Так ты скажешь, почему я должен был тебя вспомнить? Кем мы были друг другу? – Чонгук, конечно же, не выдерживает и кидает вопрос прямо в лоб. – Мы можем поговорить об этом не сегодня и не сейчас? Меня друг ждёт, я тороплюсь, – Тэхён намеревается пройти мимо него прямиком к двери, но тот не позволяет сделать и шага вперёд. – Друг подождёт. Но вот я ждать не буду. Ответь на вопрос? – Чонгук, – он обращается к нему неформально, на что тот просто вскидывает брови в удивлении, мол, почему ты со мной так разговариваешь? – пожалуйста, давай обсудим это хотя бы не в туалете непонятного клуба? Тут Чонгук сдаётся, кивая головой в одобрительном жесте и направляется к двери. Тэхён следует за ним незамедлительно, Хосок всё-таки где-то его ждёт.

****

Сразу после того, как они вышли, Чонгук идёт к своему столику, где сидят его друзья и над чем-то громко смеются, музыка всё так же грохочет. Прощается со всеми, одаривая своей обворожительной улыбкой сидящих, пожимает руки мужчинам в знак прощания и уважения. Он хватает своё пальто со стула, где сидел совсем недавно, глазами ищет Тэхёна, который стоит у выхода и покорно его ждёт. – Ты в джинсовке в такой холод. Серьёзно? – прозвучало со стороны Чонгука, как настоящий укор, хотя какая ему разница в чём ходит Тэхён? Это его не должно касаться. – Я на машине. – Аргумент, – Тэхён смотрит на него, а внутри сердце колотится как бешеное, просто от того, что Чонгук рядом. Стоит в метре от него. – Мне друга нужно найти. – Ну что ты заладил. Твоему другу что, пять лет? Наверняка он взрослый мальчик. Сам справится, без тебя. Откуда ты меня знаешь? – Всё, Тэхёну больше некуда бежать, некуда спрятаться, нечем себя оборонять. – Со школы. – Я тебя не помню. Вот так просто. Чонгук не помнит. А он хотя бы попытался вспомнить? – Это нормально, что ты меня не помнишь, ведь столько лет прошло, – всего лишь пять. Видимо, для Тэхёна – это много, – ты правда не помнишь тот случай, когда тебе стало плохо? – Конкретнее? – Паническая атака. Чонгук смотрит в одну точку долго, напрягая голову и вытаскивая нужные воспоминания прошлых лет. Кадры в голове сменяются друг за другом слишком быстро, воспоминания оборванные и смутные, но, чёрт возьми, невероятно ощутимые. Внезапный флэшбэк заставляет его сморщиться от жуткой головной боли и внезапного приступа кашля. Его тело просто воспроизвело те ощущения, когда Чонгук готов был сдаться собственной слабости. Тэхён, заметив быстрое изменение в поведении Чонгука, спохватывается, чтобы побежать за бутылкой холодной воды, но не успевает сделать шаг вперёд, чувствуя на своём запястье хватку чужой дрожащей руки. – Всё в порядке. Не уходи. – Чонгук соврёт, если не признается себе в том, что всё прекрасно вспомнил, как бы сильно его мозг не старался блокировать травмирующие воспоминания в течении долгих лет. – Снова плохо? – Думаю, что нет. Тэхён? Тебя же так зовут? – А у Тэхёна сердце забилось ещё сильнее, чем прежде. – Что-нибудь вспомнил? – подтверждает очевидное. – Тебя. Телефон в кармане вибрирует слишком долго и назойливо, чтобы продолжать его игнорировать. Но Тэхёна сейчас этот факт волнует меньше всего на свете. Но как же Хосок? – Не собираешься ответить на звонок? – Видимо, Чонгуку не свойственно игнорировать входящие звонки даже тогда, когда у него идут важные переговоры. Или свойственно? Но это только подтверждает, что у этого человека есть совесть. – Подожди тогда минутку, – поднимает руку в извиняющемся жесте и отходит на приличное расстояние от парня. На экране высвечивается имя друга и пять пропущенных вызовов от него же. Тэхён не заставляет его больше ждать, незамедлительно перезванивая. Волнуется за него и ничего не может с этим поделать. – Хосок, ты сейчас где? Я уже как полчаса здесь, но тебя найти нигде не могу. Выходи на улицу. Я жду у главного входа. – И получив короткое «Я иду, друг», Тэхён сбрасывает звонок, искоса поглядывая на Чонгука, который смотрит на него абсолютно не скрыто, а весьма откровенно. Почему Чонгук такой прямолинейный? Тэхёну это нравится. А ещё ему нравится он. Пока Тэхён разговаривал по телефону, Чонгук успел выкурить сигарету и испепелить своим взглядом спину своего нового знакомого. Но насколько нового? – Ну что, твой друг в порядке, о котором ты печёшься, как о маленьком ребёнке? – Кажется, Тэхён не знал, что Чон любит язвить. Но как же чертовски классно он это делает. И обидеться ведь даже невозможно. – Он сейчас идёт к нам. Ты можешь поехать домой. Или давай вызовем тебе такси, думаю, ты себя неважно чувствуешь? – Если честно, Тэхён не хотел выразиться как-то грубо, но получилось как получилось. Стыдно. – Я в порядке. Нам нужно поговорить обо всём в более нормальной обстановке. – А Чонгук не сдаётся. – Поэтому держи мою визитку и скинь свой номер сообщением. – Это подкат? Нет, лишь пустые мечты Тэхёна. За несколько минут до появления Хосока, Чонгук скрывается в темноте улицы, которую освещает лишь включившиеся фары его машины. Позади себя Тэхён слышит громкую музыку, потому что дверь открылась, слышит своего громкого друга и его приближающиеся шаги. – Тэхён-а, ты приехал, – почему Хосок становится таким откровенно милым и уязвимым, когда выпьет? – Я так тебя ждал. – Тэхён видит, что друг напился просто в ничто, поэтому нужно забирать его всеми силами, способами и обманами. – Знаешь что, у меня дома утюг включённым остался, поэтому давай-ка поспешим спасти мою квартиру, – скажет любую глупость, лишь бы поскорее увезти друга и благополучно уложить спать. Хосок уже сам сдаётся, и виснет на плече Тэхёна всем телом от огромного количества выпитого соджу и не только. Значит в этот весёлый вечер они обойдутся без приключений. Тэхён этому безмерно рад.

****

С того вечера прошло пять дней, а от Чонгука – ничего. Тишина. Тэхён вертит в руке визитку с его именем и номером телефона. Даже обычная визитка от Чонгука выглядит дорого и красиво. Есть ли что-нибудь, что он делает не превосходно? У Тэхёна много заказов на работе, но он, как зависимый от чужого внимания человек, ждёт звонка, по несколько раз проверяя уведомления на телефоне. Ему пишут все кому не лень, все, но только не он. Кажется, Тэхён уже готов молиться на номер, который за эти дни уже успел выучить наизусть. Сколько можно ждать? Вечер наступил незамедлительно, потому что за работой не замечаешь, как время пролетает где-то мимо тебя. Тэхён выполнил несколько заказов подряд, чтобы сбросить с головы назойливые мысли о нём, хоть и на время, но это помогло. Уже собираясь выходить из кофейни, в которой он проторчал сам не знает сколько времени, в кармане джинсов выбрирует телефон, а у Тэхёна руки трясутся от ожидания того, кто же высветится сейчас на экране смартфона. Он вытаскивает телефон весьма неаккуратно, чуть ли не роняя его из дрожащих рук, но совладать с эмоциями всё-таки приходится, потому что звонит неизвестный номер, скорее всего, Тэхён очень надеется, что это Чонгук. А перед ним нельзя показывать, что ты, чёрт возьми, волнуешься от его звонка, как смущенная девушка. – Привет. Это Чонгук, – Тэхён рад, что тот не может сейчас видеть эту его дурацкую улыбку на лице. Улыбку безнадёжно влюблённого человека. В ответ от Тэхёна прилетает банальное «Привет», а дальше ответное молчание со стороны. – Тебе удобно говорить? – Если звонит Чонгук, то ему всегда удобно говорить и не только говорить. – Да, мне удобно. – Как дела у твоего друга? – Чонгук теперь будет долго подкалывать Тэхёна за излишнюю заботу о Хосоке. И Тэхён почему-то уверен, что сейчас Чонгук улыбается. – У него всё замечательно, – мягкий смешок и дурацкая улыбка на губах. Это Чонгук заставляет его так реагировать на обычные слова. – Я рад. Слушай, мы можем сегодня встретиться где-нибудь? – Тэхёну ведь не послышалось? Только что ему предложили увидеться? Наедине? – Можем. Когда? – Ему чертовски сильно хочется его увидеть. – Я сейчас собираюсь выезжать с офиса. Мне по дороге нужно заехать в один магазин электронной техники и кое-что купить. – Кое-что? Это секрет? – Тэхён тихо ухмыляется небольшой скрытности Чона. – Я скину тебе адрес этого магазина. Если будет удобно, то подъезжай туда к восьми, – Чонгук игнорирует вопрос и не язвит на тэхёновы слова.

****

На улице по-зимнему холодно, хотя сейчас только конец октября. Руки Тэхёна немного замерзают за каких-то пару минут, пока он идёт от машины такси к магазину электротехники. В голове гадает что же хочет купить Чонгук, а внутри чувствует трепетное предвкушение встречи с ним. На входе его встречает вежливый персонал с улыбками, которые, кажется, приелись на их лицах. Совсем неискренне. Тэхён кивает головой в знак приветствия и в толпе выискивает знакомое лицо. И находит незамедлительно, потому что даже среди тысяч людей, Тэхён его обязательно найдёт. А если потеряет – сердце найдёт его вновь. Чонгук замечает в толпе прикованный к нему тэхёнов взгляд. Опять эти игры в гляделки. Тэхён стоит около специального столика с новенькими смартфонами различного качества и различными нулями в ценниках, отмахиваясь от назойливых консультантов, вежливо улыбаясь на их просьбы помочь. Он медленно начинает двигаться вперёд сквозь толпу людей, которых для середины рабочей недели слишком много. И это его, честно, раздражает. – Почему так много людей? – кажется, что Тэхёну просто не нравится и некомфортно там, где людей больше, чем свободного пространства. – И тебе привет, – Чонгук улыбается совершенно обыденно и легко, на его лице нет и капли раздражения от очереди. – Привет, – внутри снова всё замирает и просто хочется подойти, взять за руку и поскорее сбежать отсюда на свежий воздух, – купил своё «Кое-что»? – глаза улыбаются, но губы крепко держаться, чтобы не расплыться в очередной улыбке снова. – Выбрал вот этот вот графический планшет. Мой уже изрядно устарел, поэтому-то мы здесь. – Ты графический дизайнер? – Художник-проектировщик. Идём, нам нужно занять очередь на кассе. Я сегодня немного устал, поэтому буду безмерно счастлив, если мы быстро закончим дела здесь и поедем в ближайший ресторан. Очередь двигается быстро на счастье всем. Всего двадцать минут и планшет уже в руках Чонгука, который даже не улыбнулся своему новому приобретению. Кажется, он действительно устал и хочет есть.

****

– Значит ты не работаешь в той кофейне, куда я заходил в прошлый раз? – Не работаю. Я просто подменял своего друга, он попросил. – Тот самый друг? – Чонгук поднимает бровь в язвительном тоне, мол, я сейчас снова начну тебя подкалывать. – Именно, – ему нравится, что Чон в хорошем расположении духа и не строит из себя высокомерную сволочь, какими обычно и бывают богатые и властные люди. А он не такой. По крайней мере, Тэхёну хочется в это верить. И поговорить о школе и о хорошо забытых чонгуковых воспоминаниях тоже очень хочется. – Ты вообще ничего не помнишь? Ну я про школьные годы. – Я хорошо их помню, но тебя смутно, если честно, – Тэхён ухмыляется услышанной фразе. – я сказал что-то смешное? – Нет. Ничего смешного, просто мы после того случая никогда и не сталкивались. И я не смеялся, – умело подхватил Тэхён и в этом разговоре он ещё не проиграл, потому что ловко ответил на чонов вопрос. Причём в свою пользу. Чонгук поражение не принимает, потому что не привык проигрывать. За что они борются? – Мы с тобой когда-нибудь общались в школе? – почему он так прилип к этим вопросам о их общении в школе? Там точно ничего важного не найти. – Не общались, – Тэхён ещё не готов признаться ему, что ещё со школьных времён тихо влюблён в него. Пока ещё рано, не поймёт. – Я был на два класса старше, чем ты. – Значит, тебе сейчас, если я правильно посчитал, двадцать семь лет? – Ты правильно посчитал. Аллея опустела, сумерки опустились на город и Сеул зажегся фонарями по всем улицам и окрестностям. Люди разбежались по домам. Стало очень холодно, чтобы находиться на улице слишком долго. Чонгук больше не голоден, а Тэхён всё ещё счастлив от его присутствия. Глупые чувства сильнее него в миллионы раз, как бы сильно он не держал их под контролем. – Давай я тебя подвезу? – Из вежливости предлагает или просто хочет подвезти? – Или ты на машине? – Без машины. – Так тебя подвезти? – Тэхён вообще не хочет ломаться, как девушка, потому что на улице холодно, потому что он без машины, и потому что Чонгук будет рядом ещё около тридцати лишних минут. – Не откажусь. – Он садится на переднее сиденье и пристёгивается под пристальным взглядом Чонгука, который, кажется, снова пытается проделать дыру в тэхёновом профиле. Всю дорогу они едут молча. Чонгук следит за дорогой внимательно, иногда искоса поглядывая на Тэхёна, который неотрывно наблюдает за меняющимися картинками за окном. Не смотрит на Чона, потому что ему неловко вот так вот сидеть в чонгуковой машине, совсем рядом с ним, что можно рукой дотянуться, если смелости, конечно, хватит. Неловко, потому что они вроде бы как заведомо знакомы, но и вроде бы познакомились нормально только недавно. Тэхён не знает о чём говорить и как себя вести, потому что Чонгук не направляет его своим молчанием, а лишь заставляет смущаться пуще прежнего. Хотя почему он вообще смущается? Они ведь ничего не делают. Просто молчат и не разговаривают. Так чего же смущаться? – О чём думаешь? – Чонгук как всегда посмелее будет. В тэхёновой голове тут же проскальзывает ответ «О тебе», который он, конечно же, не озвучит. – О том, что жизнь всё-таки – интересная штука. Я не думал, что наши с тобой жизни могут столкнуться вновь. Не думал, что вот прямо сейчас я буду сидеть возле тебя, в твоей машине, после ужина с тобой через пять долгих лет. Неизвестно о чём прямо сейчас думает Чонгук после тэхёновых слов и его недооткровения, но его лицо приняло серьёзный вид и заметно напряглось. Наверное, он просто задумался о чём-то своём. – Ты что у нас местный философ? – Чонгук поворачивает голову в сторону Тэхёна буквально на несколько секунд, чтобы взглянуть прямо в глаза и отворачивается вновь, переводя взгляд на дорогу. Это что сейчас была шутка от Чонгука? Снова смутившийся Тэхён не находит, что ответить. Но почему-то у него резко появляется смелость посмотреть на Чонгука совершенно открыто и без доли стеснения. Потому что он понимает, что не хочет упускать возможности налюбоваться им вдоволь. Хотя ему всегда будет мало. Тэхён смотрит на чонгуковы сильные руки, которыми тот несильно держит руль, абсолютно легко и без нажима. Для него руки, пальцы и глаза – всегда были самыми сексуальными частями в человеке. Он смотрит на чоновы длинные и немного корявые пальцы, жадно изучая почти каждый сантиметр его руки. Смотрит на выступившие вены, к которым чертовски сильно хочется прикоснуться. Хочется ощутить на своих руках силу чужих. Это никакое не помешательство. Здесь нет извращенной фантазии. Это называется – фетиш. Теперь у Тэхёна фетиш – руки Чонгука и не только. Тот заметив долгое молчание со стороны Тэхёна, снова поворачивается к нему лицом и просто смотрит. Теперь такое можно себе позволить: облюбоваться. – Что-то случилось? Почему ты молчишь? – Потому что Тэхёну хочется сказать очень многое, но сейчас всё это будет не к месту и не ко времени. – Устал. Меня так расслабило в тепле, – конечно, когда сказать больше нечего, просто отмахивайся от человека, от присутствия которого забываешь где ты и сколько сейчас времени. – Мы почти приехали. – Чонгук выглядит уставшим и серьёзным. Всего пару часов назад он не был таким. Неужели сказанные тэхёновы слова загрузили его мысли на нет? – Чонгук? – тот вскидывает брови в знак того, что внимательно слушает. – Спасибо, – а вместо «спасибо» Тэхёну невыносимо как сильно хочется разгладить нахмурившиеся чонгуковы морщинки между бровями. Ещё ему чертовски сильно хочется обнять его и ощутить уже полюбившийся запах парфюма. Теперь, кажется, для молчания наступила очередь Чонгука. Его лицо такое же серьёзное. Только вот интересно в чём же причина такого загруженного выражения лица. В его голове явно что-то происходит. У людей не случаются такие явные и резкие перемены настроения, если, конечно, они не связаны с эмоциональным фоном человека. – Рад стараться, – то единственное, что Чонгук смог из себя выдавить, не забыв нарисовать на губах утешительную улыбку для человека, сидящего рядом с ним. Тэхён замечает изменения в настроение и винит в этом, конечно же, только себя, внутри сокрушаясь, что стоило бы держать язык за зубами. Они подъезжают к одному из высотных жилых комплексов, в котором живёт Тэхён. И ему совершенно не хочется выходить из машины и оставлять Чонгука одного с таким настроением. Волнуется. – Чонгук, ты в порядке? – сейчас это самое единственное, что заботит тэхёново сознание, поэтому он даже не торопится выйти из машины и наконец-то попрощаться, оставив человека наедине с собой. – Просто устал, так же, как и ты, – он не заглушает мотор, но расстёгивает ремень безопасности и поворачивается к Тэхёну лицом, чтобы снова посмотреть в чужие глаза и найти там своё отражение. – Ты плохо себя чувствуешь? Может нам стоит немного постоять на улице на свежем воздухе? – Я в порядке, – врёт. Чонгук медленно тянется в сторону Тэхёна, а у того сердце замирает от ожидания дальнейших действий, чужая рука цепляется за ремень безопасности и с негромким щелчком отстёгивает его одним движением. Тэхён перестаёт напрягаться и сглатывает несуществующий ком в горле, чтобы просто не расплакаться от разочарования. Ожидание – всегда лишь одно разочарование. – Благодарю за сегодняшний вечер. Я получил ответы на свои вопросы, – прозвучало всё это, как «Мы поговорили, поужинали, полюбезничали. Всё, всем спасибо. Можно расходиться». У Тэхёна мысли такие, что на этом, кажется, всё. Больше Чонгуку от него ничего не нужно. Он ему больше не нужен. Всё это значит, что он должен забыть о нём, прекратить думать о нём и искать случайных встреч с ним. Он застегивает своё пальто, оборачивая шею и половину лица толстым шарфом, смотрит на Чонгука с неимоверной мольбой в глазах не выгонять его и пообещать, что вновь вернётся, что эта их первая встреча не является последней. В глазах напротив он видит лишь усталость и необъяснимую тоску. Больше ничего. Напоследок Тэхён тихо благодарит Чонгука за то, что подвёз, смотрит в последний раз в чужие глаза, разворачивается и выходит из машины. Идёт только вперёд, не давая себе разрешения обернуться и ещё раз посмотреть на любимое лицо. После того, как дверь машины захлопывается, Чонгук сидит и прожигает глазами пустоту, которая перед ним расстилается. От чего-то его душа начинает болеть – значит она у него есть? Он быстро вытирает выступившую влагу с уголков уставших глаз и ненадолго прикрывает веки, откинув голову назад. – Жизнь – правда интересная штука. Я всегда тебя помнил, Тэхён, – шепчет Чонгук совсем еле слышно, вытирая с лица неконтролируемые эмоции.