В стиле Дюпэн-Чэн

      — Итак, — выдохнула Маринетт, приземлившись на уже знакомую крышу и вернув йо-йо на пояс.              Глаза сами нашли рекламный щит с изображением Адриана. Маринетт закусила губу, отметая очередную мысль о том, что то, что она собралась делать — глупость.              Просто напросто глупость.              Говорят, что отчаяние толкает на самые глупые вещи в этой жизни. Маринетт отчаяние не толкало. Скорее таскало за шкирку, пихая ногами и просто не оставляя выбора.              Иначе бы Маринетт не пришло в голову попробовать признаться фотографии Адриана в любви и с шоком обнаружить — не выходит. У неё не выходит сказать эти-самые-слова даже его фотографии.              Она до сих пор не помнила, какого чёрта вообще начала упорствовать, пытаться снова и снова и наконец-то — получилось.              Маринетт призналась этой фотографии в любви.              Ну и что, что она всё равно запиналась, меняла места слов в предложениях, да и вообще на это потребовалась неделя? Мелочи. Бывало и хуже. Ха-ха. И ещё раз — ха.              Но сейчас она искренне проклинала тот день, когда ей пришла мысль потренироваться на рекламном щите, на котором Адриан был изображён в полный рост.              Выдохнув, Маринетт поставила на высокий дымоход свой блокнот, в котором была записана её речь.              Медленно подошла к рекламному щиту, мысленно порадовавшись — это только седьмой раз, а она уже даже не споткнулась!              — Привет, Адриан, — улыбка, которую уже нельзя назвать нервной. — Можно тебя на минутку?              Да, конечно, Маринетт.              — Мы отходим и… — пришедшая в голову мысль заставила замереть, так и не сделав шаг в противоположном направлении. — Блин! А вдруг Хлоя всё опять испортит? Может, стоит попросить её о чём-то как ЛедиБаг? Точно! А если Лила с Кагами будут рядом ошиваться? Тогда ведь…              Почему ей это в голову раньше не пришло? Они же постоянно мешают! Лила на Кагами плюс везение Маринетт равно полному краху! В квадрате! Или скорее в кубе, если учесть и Хлою.              Маринетт чуть не зарычала от досады. Закусила губу, старательно соображая, что надо будет сделать в этом случае.              Если они испортят намечающееся признание, то можно было бы, конечно, снова попытаться. Но Маринетт почему-то была уверена в том, что следующая попытка будет лет через сто. А так как лет через сто можно растратить всю свою симпатичность, а Адриан по-прежнему останется редким красавчиком, то…              Маринетт чуть не хлопнула себя по лбу. Забавно. Начала придумывать план «Б», но в итоге поймала себя на мыслях об Адриане.              Как всегда.              Так, не время. Думай, Маринетт, думай.              — Может… стоит затащить Адриана туда, где они его точно не достанут? О, знаю! — стукнула кулаком в ладонь. — Нино поможет. Даже если мне он откажет, то Алья точно его уговорит. Но если у меня не получится, то Нино всё равно может разболтать всё Адриану и… так. Стоп.              Взгляд вернулся к рекламному щиту. Маринетт заправила прядь за ухо, опустила глаза, стараясь выглядеть как можно более кокетливо.              Стараясь.              — Я хочу тебе кое-что сказать… в семьсот семьдесят седьмой раз, но да ладно, — против воли добавила Маринетт. Шорох где-то справа был проигнорирован. — Я начну с самого начала. Когда мы только встретились, мне не пришло в голову ни то, что у тебя невероятно красивые глаза, ни то, что ты самый…Чёрт! Опять заносит.              Маринетт покачала головой. Она уже давно прекратила беситься из-за подобного, но по-прежнему было неприятно осознавать — она бессильна перед своей влюблённостью настолько, что от одних мыслей начинает… нервничать, мягко.              Ладно. Пора продолжить.              Снова растянула губы в неуверенной улыбке, сцепила перед собой руки в замок и продолжила говорить:              — На самом деле, ты показался мне гадким, эгоистичным и мерзким мальчишкой…              — Чего?!              Испуганно вздрогнув, Маринетт обернулась на звук. Никого, но… ей послышалось или это правда с соседней крыши было?              Против воли вспомнился первый день тут, когда она из-за простого голубя чуть не свалилась с крыши, ещё бы чуть-чуть, и разнесла рекламный щит с Адрианом, а потом целый час извинялась перед его изображением. Глупость происходящего дошла до неё не сразу.              Передёрнув плечами из-за дурацкого воспоминания, Маринетт обернулась к Адриану.              В зелёных глазах как будто был укор.              Это просто изображение, Маринетт. Просто изображение, пусть и Адриана. Даже если Адриана. Ты ничем не могла его задеть, так что тебе не обязательно прокручивать в голове свой монолог и…              Она назвала Адриана гадким мальчишкой.              О боже.              — Прости Адриан! Я не хотела, просто я… — глаза забегали по застывшему лицу.              Маринетт прикусила язык. Захотелось побиться головой об щит, но… об щит с Адрианом? Нельзя. Устало выдохнув, она понурила голову. Приложила руки к занывшим вискам, расстроено проговорив:              — Так, пожалуй, не стоит этого говорить.       

***

             Кто-нибудь, объясните Адриану, что здесь происходит.              Пожалуйста.              Тогда он не будет думать, что сошёл с ума, и ЛедиБаг правда, в этот самый момент — действительно в этот самый! — пытается объясниться в чувствах рекламному щиту с ним.              В непонятно каких, потому что…              Адриан прекратил выглядывать с крыши соседнего здания. Прижался спиной к кирпичной стене, которая отделяла его от ЛедиБаг.              Так. Спокойно.              Адриан знаком с ЛедиБаг.              Адриан знаком с ЛедиБаг, которая очень много раз пыталась что-то ему сказать. Которая считает, что у него красивые глаза. Которая улыбается рекламному щиту и смотрит конечно-не-влюблённым взглядом, которым никогда не смотрела на него Нуара.              Вывод напрашивался сам собой.              Голос его Леди повторил фразу «есть один парень» в голове Адриана уже пару сотню раз. За последние пять минут, в течении которых он застал тут ЛедиБаг и решил сделать сюрприз. Только вот…              — Ладно. А может… текст номер восемь?              Номер восемь?              Она что, репетирует именно тут и не в первый раз, да и вообще тексты написала?!              Сглотнув, Адриан попытался подавить потрясение, которое рвало его изнутри, рискуя вырваться наружу истеричным и громким смехом.              Он высунул голову из укрытия. ЛедиБаг стояла на прежнем месте, с той же натянутой улыбкой на губах              — Попробуем.              Голос звенел из-за нескрываемого... страха?              Она… она так реагирует из-за него? Нет. Не так. Из-за его изображения?!              — Наша встреча изменила мою жизнь. И я сейчас не про то, что я твоя фанатка номер один, самый отбитый сталкер из всех и знаю о тебе чуть ли не больше тебя самого.              Так.              Минуту. Просто дайте Адриану минуту.              Глубокий вдох и…              Что она только что сказала?!              Что. Она. Только что. Сказала?!              — Не будь тебя и нашей встречи, то я бы, конечно, не попадала впросак, пытаясь начать разговор, не строила бы целые планы, чтобы признаться тебе в своих чувствах и… — она вцепилась рукой в хвостики и истерично прокричала: — Что я неcу?!              Да, моя Леди, что ты несёшь?!              Я не мог тебя не заметить! Ты не могла строить провальные планы!              Видимо, они знакомы очень и очень плохо. И просто не замечает того, что она называет — просто называет — сталкерством. Адриан не полный идиот, чтобы не заметить такого!              Но… погодите-ка…              Голову пронзила догадка. Практически разорвалась в голове маленькой атомной бомбой, заставив поморщиться и растянуть губы в нервной улыбке.              Адриан прыснул. Прикусил язык, пытаясь подавить рвущийся наружу поток нецензурной лексики. Ну… ему хотелось думать, что просто матерные слова, а не истеричный смех, из-за которого безмолвно могла — только могла, конечно, — сотрясаться грудная клетка.              Его Леди отшивала его, потому что… тем-самым-парнем был он же?!              Полный…

***

      — Ок. Ограничимся тем, что я просто скажу, что… — Маринетт набрала в грудь побольше воздуха. — Я думаю о тебе каждый день и… плакаты на стене и обои компьютера тут не при чём, правда.       Вытянутая перед собой в защитном жесте рука с громким шлепком ударилась об лоб.              — Глупая! Ты такая глупая!              Маринетт ухватилась пальцами за хвостики и снова подёргала их, как будто вырванные клоки могли уменьшить дозу что-я-вообще-делаю чувства в голове.              Не сдержалась — завыла, откинув голову назад и сощурившись от слепящих солнечных лучей.              — Адриан просто убежит от меня! — в собственном голосе зазвенели истеричные нотки, которые не получалось ни с чем спутать. — Посчитает за одержимую, подаст в суд, я сяду в тюрьму, не смогу нормально ни есть, ни пить, это разобьёт все мои мечты и самое ужасное — мы с ним не поженимся, не заведём хомячка, Эмму, Хьюго и Льюиса! О нет!

***

             Адриан сильнее убеждался в том, что спит.              Спит. Да, спит. В какой-то параллельной вселенной, в которой он был лучшим ребёнком в мире, но погиб, защищая свою Леди, а всё это происходит в его… в его персональном раю.              Никак иначе.              Потому что такое дико-глупо-нереальное счастье никогда не прошивало его насквозь.       

***

             —А-а-а! так не пойдёт! А может без предусловий?              Прочистила горло. Зажмурилась, отмечая, что уже не получается выдавливать из себя улыбку.              Ну же. У тебя получится.              — Ты один из самых дорогих мне людей, мой милый Адриан! — выпалила Маринетт на одном дыхании.              Стоп!              Поняла, что именно сказала. Распахнула глаза в ужасе, потому что это — плохой знак. Очень-очень плохой!              — Я же решила обращаться к нему, как к просто Адриану.              Итак.              Всё получится. Всё получится. Просто надо не переусердствовать. Ещё раз.              — Ты один из самых дорогих мне людей, просто Адриан! — окаменела, отказываясь признать, что только что произнесла. Секунда, третья, седьмая. — Нет, нет, нет!              Затопала ногами от досады! Подскочила к дымоходу, едва не уронила внутрь блокнот, кое как успев поймать. Не сдержалась и громко выругалась, наплевав на всё своё воспитание. На странный приглушённый звук не обернулась, не имея желания снова попадать впросак. Пусть она была и одна.              Раскрыв блокнот, Маринетт быстро нашла нужный раздел.              — Не то, нет, это слишком, пусть и правда, а это что?! — моргнула, не желая верить, что написала это в тексте для признания. — Любовь всей моей жизни Адриан или просто Адриан?!              О чём она думала?! Ей разве не пришло в голову, что она не сможет так обратиться к нему?              — Так, хватит!              Со стуком захлопнула блокнот, откинула его в сторону, не обратив внимания на то, что тот упал куда-то за её спину.              Первый решительный шаг в сторону щита. Второй, третий.              — Я скажу это! Я уже седьмой день тут, так что я скажу! Я!.. — посмотрела на щит. Вся бравада исчезла словно по щелчку пальцев.              Выдох. Обняла себя руками, опустила голову вниз.              Ну же, Маринетт.              — Я… я всегда считала тебя самым удивительным человеком в своей жизни…

***

             Губы подрагивали в широкой улыбке.              Он не помнил, в какой момент до него дошло, что именно хотела сказать ЛедиБаг.              И вообще был без понятия, как ещё не умер от передоза счастья в крови.              Просто Адриан поймал себя на том, что сердце срывается на бешеные удары, а на лице улыбка до ушей.              И да — он обожал своё имя. Он теперь каждый раз будет приходить в дикий восторг, когда будет слышать своё имя. Пусть и просто имя без «просто».              —Ты добрый и внимательный, — голос ЛедиБаг зазвучал уже не так, как раньше.              Робко. Знакомо до жути, отчего в периферии сознания возникло чьё-то имя, которое Адриан просто не успел ухватить вовремя.              Или забыл, потому что ЛедиБаг прижала руки к груди, вдруг показавшись не отважной и непобедимой героиней Парижа, а хрупкой девушкой.              Трогательной до покалывания под кожей. Почти невыносимого из-за желания не то сжать её в своих объятиях, не то уберечь её от целого мира.              Она в этот момент казалась, как никогда ранимой.              Появлялось ощущение того, что у Адриана в руках её сердце.              Её сердце. Её.              — Тебе не важно, знаком тебе человек или нет. Неважно, что он наговорил тебе и как себя ведёт. Ты всегда протянешь ему руку. Ты пытаешься тратить всё свободное время на друзей и… знаешь, ты иногда напоминаешь мне одного моего друга. Только иногда, очень редко, но…              Понимание. Кого.              Моя Леди, ты такая...              — Я глупая, да? — смешок, глаза, направленные на рекламный щит. — Я просто не могу по-другому. Не всегда. Ты, наверное, понял, что я хочу тебе сказать, но…              Она собирается…              Адриан подался вперёд так, что свесил туловище с крыши.              А вдруг не услышит?              — Я… я тебя…              Ну же. Ещё ближе. Давай же…              — Я…              Ещё вперёд.              — Я люблю тебя, Адриан Агрест.              Ох.              Она сказала это и…              Адриан свесился слишком сильно. При словах ЛедиБаг пальцы ослабели. И не удержали тело, которое полетело вниз под собственный удивлённый вскрик.              Вот же!..              Успел перехватить взгляд голубых глаз, прежде чем перед глазами оказалась кирпичная стена здания.              Адриан потянулся за шестом, но в тот момент, когда рука сомкнулась вокруг прохладной стали, правую лодыжку обвила нить йо-йо.              Его тело потянуло вверх.              Секунда — взмыл над крышей. Вторая — приземлился на неё. Третья — встретил взгляд ЛедиБаг.              Очень удивлённый.              — Нуар?! — захлопала глазами, от удивления даже не убрав йо-йо.              — Миледи? — неловкая улыбка, шаг назад.              Глаза приковались к йо-йо, которое в любой момент могло посягнуть на сохранность здоровья Адриана. Или его жизнь, что более походит на правду.              — Ты… что ты тут делаешь?! — прокричала ЛедиБаг, зачем-то оглядываясь и делая шаг назад.              — Эмм… я просто сидел на крыше и придумывал котомбуры, чтобы удивить тебя, но это сделала ты. Вот.              Её глаза широко распахнулись. Она пару раз моргнула.              — Ты давно тут или же?.. — в голосе нечитаемые нотки.              Шаг назад был сделан на автомате.              Сказать или нет?              — С… самого начала?.. — в голове это было утверждение, а не вопрос.              Вот только. ЛедиБаг не разозлилась. Пару секунд таращилась на него, а потом стремительно покраснела.              — О Боже… — приложила к щекам руки. — Неужели ты…              Медленно и с опаской кивнул, сомневаясь в правильности своих действий. Убьёт же.              — Это было впечатляюще, но… Моя Леди…              — Не говори! — воскликнула ЛедиБаг, отворачиваясь. — Я знаю! Это глупо и плевать на то, что это правда и я его очень…              Закрыла себе рот рукой. Уставилась на него с настоящим ужасом, какого он никогда не видел в её глазах.              — Можешь продолжить, — слова слетели с губ прежде, чем до Адриана дошёл их смысл.              Чёрт.              Она точно его убьёт.              — Ах ты! — угрожающий взгляд, который никогда не сулил ничего хорошего. Глубокий рваный выдох и… — Мне пора!              И всё?              Это облегчение или разочарование?              Адриан не остановил её. Не отрывал глаз от удаляющегося силуэта до тех пор, пока он не исчез полностью, скрывшись за какой-то студией.              Интересно, это только что правда произошло? Или он всё же находится в персональном раю?              Улыбнувшись своим мыслям, Адриан всё же отвёл взгляд от горизонта. И неожиданно заметил блокнот, который валялся на земле.              ЛедиБаг из него что-то зачитывала, да?              Ты не должен это читать.              Он не прочитает. Просто взглянет одним глазком и всё.              Дрожащими от нетерпения руками Адриан раскрыл блокнот, заметив, что он по девчачьи розовый и милый. А потом застыл, неуверенный в том, что зрение не обманывает.              Имена Адриана.              Почерк был знакомым. Да, был! Та валентинка! Но… где-то такой он видел. Точно видел.              Стоп. Имена Адриана?              Нахмурился, перелистнул страницу и застыл.              Ты-снишься-мне-каждую-ночь-Адриан.              На лицо моментально наползла ухмылка.              Адриан не имел понятия о том, что делать с тем, что он узнал. И что будет дальше. Приятное трепыхание в животе могло означать только одно — ему это нравится.              Очень нравится.              Нетерпеливо перелистнув, Адриан случайно открыл самое начало, где…              Ого.              Часть 7. То, что я чувствую к нему.       Часть 8. За что я люблю его.       Часть 9. Имена Адриана.       Часть 10. Варианты признаний.       Часть 11. Насколько хороши будут Эмма, Хьюго и Льюис.              Адриан просто хотел пролистнуть и прочитать названия других частей. И он не планировал читать её имя. Не успел понять и остановить себя.              Её подозрительно знакомое имя. И фамилия.              Его Леди это… да нет же.              Ему просто кажется, что тут написано имя Маринетт Дюпен-Чен.