starboy.

Просыпаться утром совсем не хотелось. Дело совсем не в том, что я мало поспала (как раз наоборот, я спала около двенадцати часов), а в том, что к моему пробуждению Глеба уже не было рядом. Что ж, несмотря на это, встать с постели всё же нужно. А ещё нужно заняться каким-нибудь делом, потому что от безделья у меня уже начинаются переживания по поводу своего будущего. Радует меня, в принципе, только одно – скоро начнутся новогодние праздники. – Дочь, ты проснулась? – мама постучала по двери, наверное, не особо желая меня видеть. Ну, или просто соблюдая мои личные границы. – Ты можешь войти. – Доброе ут… день. Добрый день, – мама посмотрела на часы, весело улыбаясь. – Хорошо я поспала, конечно, – я улыбнулась в ответ женщине. – Сегодня мы поедем на вечер к Черкасовым, ты с нами? – твою мать. – Нет, я не особо хочу, – я попыталась отговориться, прекрасно понимая, что в любом из раскладов, даже если я сейчас спрыгну с двадцать пятого этажа, на вечер к Черкасовым я поеду. – Ну ладно, – она улыбнулась ещё раз, закрывая за собой дверь. Что это было? Если честно, я немного (много) в шоке от этого. Обычно мама не спрашивает меня, а просто оповещает, а сейчас она даже приняла мой отказ, не сказав ни слова. С ней что-то не так, и меня это немного пугает. Я привела себя в порядок, сходила в душ, высушила и распустила свои волосы, чтобы следов прошлой ночи на мне не было заметно. Стоя возле зеркала, я провела пальцами по багровым пятнам на своей шее. От этого всё внутри меня сжималось, внизу живота приятно тянуло, а в голове мелькал только его образ. Что ж, похоже, это клиника. Выйдя на кухню, я увидела Элю с мамой, которые что-то обсуждали. Я попыталась вписаться в их разговор, но потерпела поражение: обсуждать новые коллекции одежды у меня не совсем выходило. Я налила себе чай и села рядом с ними. Может, они отвлекутся от бирюзовых кофточек и заметят мое присутствие. Надо покашлять. – Мам, можно задать тебе вопросик? – Конечно, – она мягко улыбнулась, делая глоток из своей кружки. – Почему ты не настаивала на том, чтобы я поехала с вами? – Я не знаю. Наверное, у меня не очень хорошее предчувствие на этот счёт, поэтому, вам с Элей лучше остаться дома. – Я сама не в восторге, – Эля поджала губы, перебирая что-то в руках. А я в восторге. Проведу время с пользой. – Ладно, я пойду к себе в комнату, – я неловко улыбнулась и оставила их обсуждать кофточки и ноготочки дальше. Думаю, стоит набрать Глеба, потому что ни одного сообщения с утра от него я не получила. Живой ли он вообще? – Да, – после пары гудков, прозвучал его голос. – Ты не занят? – Немного занят, что-то случилось? – парень был немного взволнован. – Не случилось, и чем ты занят? – я улыбалась только слыша его голос. Точно клиника. – Выбираю нам ресторан на вечер, – парень посмеялся. – Очень смешно, Голубин, – я закатила глаза, и судя по его тону, мне кажется, он понял. – Я серьёзно хочу пригласить тебя сегодня вечером на свидание. – У меня есть возможность отказать? – Нет. – Вполне себе предсказуемо, – я улыбнулась, передразнивая его голос. – Ты дошутишься, и я снова тебя свяжу, – он сказал это чуть тише, будто боялся, что его кто-то услышит. – Тогда я продолжаю шутить. – Заеду за тобой в восемь, будь готова, – парень сменил тон и сбросил вызов. Меня немного раздражает то, что последнее слово практически всегда остаётся за ним. С другой стороны меня привлекает то, что он настолько настойчив. Ну, так скажем, часто не оставляет мне выбора, ведь мы же особы чувствительные и гордые, нам что ни слово, то нас заденет. И отказывать я вполне себе умею, но с ним это что-то совсем не получается, осталось только найти этому причину. Оставшееся время до встречи с ним я потратила на сборы. Аккуратные локоны, легкий шарм духов, почти отсутствующий макияж, короткое черное платье, парочка украшений. Я готова разбивать мужские сердца, и сегодня меня мало что остановит. Двадцать ноль ноль, звонок в дверь. Иногда мне кажется, что он стоит под дверью, чтобы позвонить именно в эту минуту. Какой же он всё-таки да. Просто да. Я уже не знаю, какие прилагательные подбирать, чтобы объяснить его сущность. Стою у двери и волнуюсь как восьмиклассница. Просто взять и открыть. Просто открыть. Нет, мы будем переминаться с ноги на ногу, в надежде, что дверь сама как-нибудь откроется. Соколова, десять баллов. Была бы чуть умнее, поставила бы одиннадцать. – Привет, – решаюсь открыть дверь, и сразу же нападаю со слов. За ним слова последние, тогда мне остаются первые. – Привет, – он наклонился ко мне, чтобы поцеловать в губы. Ещё он очень хорошо целуется, и я всегда остаюсь довольна. – Предлагаю тебе сразу накинуть пальто, потому что вряд ли мы с тобой успеем заняться чем-то другим, – он прошептал мне это на ухо, чуть задевая губами кожу. Если он ещё раз так сделает, ни в какой ресторан мы не поедем. Как раз у меня никого нет дома, а ему приспичило помотаться по ресторанам. Голубин, десять баллов. – Я готова опоздать, – я приподняла одну бровь и слегка улыбнулась. – Я не готов, – он улыбнулся и кивнул в сторону шкафа, в котором находилось моё пальто. – Жаль, – я поджала губы и потянулась за одеждой. – Потому что весь дом сегодня в моём распоряжении. – Ты провоцируешь меня? – он улыбнулся ещё шире, складывая руки в карманы. – Может быть, – я нагнулась за обувью, намеренно выгибая спину. Слышу щелчок, он закрыл дверь, а это значит, что мы остаёмся дома. Неизвестно на какое время, но остаёмся. Блондин берёт меня за руку и ведёт в сторону кухни. – Хочешь заняться этим здесь? – он чуть улыбается, наклоняясь ко мне за поцелуем. – Хочешь тратить время на глупые разговоры? Парень садит меня на столешницу, становясь между моих ног. Он водит руками по моей спине, иногда переходя на талию, одновременно второй рукой пытается снять с меня колготки. Он аккуратно стягивает их с меня, на некоторое время отрываясь от поцелуя. Взявшись за подол моего платье, он приподнимает его, чтобы пододвинуть меня к себе поближе. Пытаюсь расстегнуть его ширинку, что у меня отлично получается. Обхватываю руками его член и начинаю поглаживать. Второй рукой притягиваю его к себе за затылок. Как же мне нравится, когда мы с ним так близки. Я хочу ощущать его прикосновения каждой частичкой своего тела, и мне безумно мешает наша одежда. – Мы не можем, – шепчет мне это в шею, а я продолжаю движения рукой. – Помолчи, – я приподнимаю его голову и целую, а он пускает тихий стон. – Я оставил их в машине, – он отрывается от поцелуя, чтобы сказать это, но я затыкаю его снова. – Значит, мы сделаем это без них, – улыбаюсь ему в губы, когда он с новой силой целует меня. Он входит в меня резким движением и громко вздыхает. Блондин начинает двигаться во мне, заставляя меня стонать. Я люблю его. И с каждым толчком я понимаю это ещё больше. Я просто люблю его. Люблю так, как ещё никогда никого не любила. Спустя какое-то время он заканчивает, напоследок целуя меня в губы. – Теперь нам нужно ехать, – он улыбнулся, помогая мне слезть со столешницы. Мы находимся в ресторане уже около сорока минут, и я могу сказать одно. Здесь безумно красиво и уютно. Я любуюсь каждым его движением, наблюдаю за тем, как он отпивает вино из своего бокала. За тем, как он посматривает по сторонам, когда мы делаем паузы в разговоре. – Ты очень красиво выглядишь сейчас, – улыбается он, смотря в мои глаза. – Ты выглядишь лучше, – я чуть опускаю голову, не прерывая зрительного контакта. – Я заметил, что ты на меня пялишься, – он улыбнулся шире и отвёл взгляд. – Я не пялилась, – пытаюсь отрицать факты. – Ты пялилась, – а он доказывает. – Это неправда! – буквально кричу я, привлекая внимание остальных посетителей. – Ещё какая, – он снова смотрит мне в глаза, уже немного смеясь. – Я не буду продолжать этот разговор, – делаю невозмутимый вид, отпивая вино. – Хорошо, но последнее слово всё равно за мной, – он играет бровями, заставляя меня улыбнуться. – Уговорил, – нарушаю его последнее слово. Люблю с ним спорить. – Я люблю тебя, – улыбка с его лица исчезает, сменяясь поджатыми губами. Он будто боится, что его отвергнут. Снова. Он прав. Последнее слово действительно за ним. Я не знаю, что ответить. Я не могу сказать ему, что люблю. Вчера в темноте – да, сейчас – нет. Не из-за того, что это неправда, я действительно люблю его, но просто не могу ему этого сказать. Хотя, я была бы очень рада сразу перейти к тому моменту в отношениях, когда люди не боятся говорить это друг другу. – Теперь я хотя бы нашёл способ на последнюю фразу, – он грустно улыбается, а я не могу сказать ничего. Мы проводим в молчании ещё пару минут, пока обстановка не становится менее напряженной. Я спокойно выдыхаю, когда нас прерывает официант, который принёс десерт. Глеб улыбается ему и оплачивает весь заказ. – У меня ещё и подарок для тебя есть, – он не менее грустно улыбается и достаёт из кармана небольшую коробочку. – Что это? – Открой. Я открываю деревянную коробочку. Это браслет. Дорогой браслет. И очень красивый. – Это слишком дорогой подарок, – я немного забываю о том, как говорить. – Я не могу его принять. – Это единственная причина? Его цена, – уточняет он. – Других нет. – Значит ты берёшь его. Он мягко улыбается, надевая его мне на руку. Я не успеваю ничего ответить, потому что нас прерывает звонок. Я извиняюсь и беру трубку. Это Элеонор. Сбросив вызов, я понимаю, что передо мной падает занавес. Я даже не понимаю, какие эмоции сейчас испытываю. – Что такое? – парень внимательно смотрит на меня, когда я кладу телефон на стол и тяжело выдыхаю. По моей щеке скатывается слеза. – Моя мама. – Твоя мама что? – Она умерла.