YandereSwap

Фриск

Блу отказался присутствовать в процессе готовки, поэтому я просто оставила его со спицами. Пока я мешала суп, поочередно пробуя его на специи, раздались очень частые стуки о дверь. Я тут же поспешила ее отворить. На пороге стояла толпа детей. И среди них был малыш кролик, который вчера приходил с мамой. Я чувствовала, как мои глаза ползут на лоб. — Здравствуйте, мисс Фриськ! Я тут… МЫ тут… — малыш задыхался, изредка вытирая нос. — Мы бы хотели отведать вашего пирога… — перебил его другой ребенок. Все остальные принялись поддакивать и соглашаться. Я была не то, что удивлена. Ошеломлена. Улыбка поползла по щекам. Я уперла руки в боки. — Ну, ладно. Будет вам пирог… — УРА!!! — дети принялись кричать и скакать. — Поиграйте часок — другой и можете приходить. Заодно налью вам чаю. — Айда в футбол! — один из детей поднял высоко мяч и принялся убегать. Вскоре шумная толпа покинула порог дома. — Кажется, нас атакуют? — Чара повисла на перилах. — Нет. Просто дети. Она спустилась на кухню. — Ясно, — Чара взяла шоколад из холодильника, потирая голову. — Все еще болит? — я достала яйца с верхней полки. — Угу. — Прости, милая. Я больше не буду так сильно расчесывать. Я в утешение погладила ее по голове. Пока тесто поднималось, я пошла проверять ученика. — Ну, как успехи? Блу вяло продемонстрировал свою работу. — Ну, надо же! Она полностью ровная. Ни одного пропуска! Поразительно! Я покачала головой. — Ты действительно быстро учишься. Я тобой горжусь. Ладно, скоро пойдем на тренировку, не забудь собраться. Он равнодушно пожал плечами. Но времени возмутиться насчет его странного поведения не было. Пирог уже достаточно поднялся. Вскоре дети вновь постучались в дом. Я посадила малышню на диван, и налила им горячего чаю. Пока они ели, я нарезала им кусочки с собой. Их довольные мордашки не сравнить ни с чем. Они принялись благодарить, перебивая друг друга. — Спасибо вам! — Спасибо большое, очень вкусно! — Вкуснотища! — Спасибо мисс Фриск! — Я рада, что вы довольны, мальчики. Вот, я упаковала вам еще пирога. Угостите свои семьи. Ребята, радостно крича и прощаясь, уходили все дальше от дома, продолжая махать мне руками. Я так люблю детей. Вчера я попросила у Альфис ее одежду. Черная майка с синими джинсами шли мне. От этого я довольно улыбалась, пока завязывала свои волосы. Пока, я еще не слишком понимала книги о магии, но я все же решила, что Блу следует с каждым разом стараться вызывать все большее количество костей. Мы совсем немного поработали с его реакцией и физической формой. Блу, краснея, признался, что его магия и держит его тело. И при желании, можно создавать мышцы, как у человека. Но сегодня он был каким-то поникшим. Он отрицал вполне возможный упадок духа. Все знают, что для любого дела или работы необходимо терпение. Но видимо это то, что и не доставало моему ученику. Но, несмотря на такое настроение, он выполнял мои задания. Правда без особого энтузиазма. Пройденный час был уже позади, и мы стали собираться домой. — Почему ты так переживаешь? — прервала я это неловкое молчание. — Все происходит очень даже хорошо. Да, работы предстоит немало, но ведь… Белые зрачки свидетельствовали о его низком настроении. Я даже немного разозлилась. Ну что такое, в конце концов? Он же не ребенок. И сам же мне об этом говорил. — Эй, неуклюжий! — раздалось слева. Я повернулась. Трое монстров детей, стояли неподалеку. Самый старший из них осмотрел нас и добавил: — Ха! Ты все еще пытаешься стать как Альфис? Да и игрушку себе новую нашел! Я хотела сказать Блу, что нужно бы уйти, но повернувшись, увидела, что он убегал из Листопадья в сторону дома. Я подошла к смеющейся троице. Правда, самый младший из них, совсем ребенок, просто удивленно хлопал глазами, не понимая, почему его старшие друзья смеются. — И как вам не стыдно? Неужели вам доставляет удовольствие говорить другим гадости? Это отвратительно. Ваши слова вылетают как грязь. У них заметно сменились выражения лиц. На какую-то таинственность и усталость. — Вместо того, чтобы задирать других, могли бы и подружиться с ними. — Нам нельзя, — тихо ответил малыш. Средний тут же дернул его за плечо. — Ты лучше не привязывайся к нему — самый старший нахмурил брови. — Себе же хуже сделаешь. — Это еще почему? — возмутилась я. — Он навязчивый, — добавил средний. — Да, он липучка, — воскликнул ребенок. — Да, может и так. Но это не значит, что он плохой. — Он когда-то дружил с Фредом… Старшие стали шикать на малыша. — А кто это? — Фред-это медведь. Он живет в Коулдсе. — И что? — я присела перед ним. — Они когда-то очень хорошо дружили. — Неужели? Видимо малыш обыденно молчал, потому что как только я стала его расспрашивать, его широкие глаза заблестели. — Ага. Они даже ходили везде вместе. Я видел, как скелет приходил к нему каждый день. — И что же случилось? — Они поссорились. — А как они поссорились? — Он сказал, что Блу ему надоел. — Ну как сказал, он наорал на него… — прокашлял средний. — Я думала все эти звонки и встречи это его забота и беспокойство, — сказала я вслух, размышляя о Чаре. — Его нарочно избегают, потому что он странный! — пояснил ребенок. — Ну что же тут странного? Да, он любит паззлы, фантастические книги, готовку, тренировки, собирает фигурки… — Не в этом дело, — сказал старший ребенок. — А в чем же? Они молчали. Неожиданно, женский голос позвал детей откуда-то сзади. — Пошли мелкий, — старший ребенок стал подталкивать младшего в спину. — Пока, — ребенок повернулся и помахал мне на прощание рукой. Да, дети самые честные и искренние существа на свете. Но и выдумывать они тоже мастера. Я торопилась домой. Ничего не понимаю. Почему все так избегают его. У него ценности и манеры получше, чем у некоторых особ. Он просто тот самый цветок, который распускается позже всех. Но ведь это и делает его не таким, как другие. Зачем же так ненавидеть его? Как же я не люблю, когда «топчут цветы в саду». Я сняла обувь и стала подниматься к комнате обиженного. Дверь была закрыта. Я не из тех, кто будет настойчиво врываться в личное пространство, но мне все же следует «достучаться» до него. — Блу, открой, пожалуйста, — рука постучала по двери. Он воинственно молчал. Но сдаваться я не намерена. — Я понимаю, что тебя задевают такие слова, но тебе не стоит обращать на них внимания. В ответ снова прозвучала гробовая тишина. Благо, Чара увела Папируса гулять. Я прекрасно справлюсь и без них. Я присела возле двери. — Не волнуйся. Я подожду. Все в порядке, я понимаю. Я слышала шорох его одежды. Он также как и я сидел на полу возле двери. — Зачем мне все это? — раздался его неуверенный голос. — Может бросить? Все же наверняка повторится… — Мы даже еще не начинали! А ты уже решил сдаться, не пройдя и полпути? — перебила я его. — Так ведь нельзя! Он замолчал. — Я думаю, ты просто скован. Не можешь сбросить старые ненужные цепи. У тебя есть нужный потенциал. Я вижу это. Я не слепая. У тебя нужные мотивы и цели. Тебе просто нужно направлять их в правильное русло. — И что? Ты собираешься их улучшать? Работать над ними? Тратить на меня свое драгоценное время? — с возмущением воскликнул он. — Хах. Ну конечно! И не тратить, а проводить его с тобой. Мое драгоценное время как раз-таки и заключается в совместном провождении его с тобой. Я знаю, тебя это тоже ведь делает счастливым. Пусть и не до радостного визга, а хотя бы до благодарной милой улыбки. Ты будто не воспринимаешь меня всерьез, вновь пытаешься сторониться меня. А ведь я верю тебе. Я слушала его прерывистое дыхание. — Блу, я ни куда не уйду! — улыбалась я сама себе. — Я хочу, чтобы ты понял, какой ты особенный. Ты мог вдохновлять других, когда у тебя не получилось приободрить самого себя. И я хочу помочь тебе в этом. Я хочу, чтобы ты вновь улыбался. Тебя просто не понимают, не хотят признавать, что ты особенный, не такой как все. А именно это мне в тебе и нравится. Я буду поддерживать тебя, несмотря ни на что. Я надеялась, что хоть чуть-чуть коснулась до его души. Надеялась, что поверит мне, хотя бы самую толику. — Сенпай, — его тихий голос, спустя пару минут разорвал длинную тишину. — Ты была в ситуации, когда тебя игнорировали? — Да, такое случалось. Мое пребывание здесь в теле призрака, нашло свое отражение в моей жизни сейчас. — Если бы Чара не заметила меня, я бы не появилась здесь. Но знаешь, это были просто обстоятельства. А так, ко мне всегда был интерес у окружающих, хотя я всегда предпочитала молчать. Я очень не любила разговаривать с другими, так как думала, что наговорю лишнего. — И как же ты справилась с этим? — Да никак. Я спасала других и помогла себе сама. Я не нуждалась ни в чьей поддержке. Потому что у меня и так не было тех, кто сказал бы мне нужные слова. Но затем, незнакомые мне личности сами стали говорить мне приятные вещи, когда увидели меня настоящую. Да, я была какое-то первоначальное время изгоем из-за определенных обстоятельств, мне было запрещено показывать свой характер, так как для меня уже нашли подходящее клеймо. Но вскоре я обрела любящую для меня семью. Тех, которые приняли меня настоящую. Он продолжал молчать. — А-ха-ха! Ты что не веришь мне? Ручка зашевелилась, и дверь медленно распахнулась. Блу выглянул и уперся об косяк двери. — Нет, нет! Что ты! Я верю каждому твоему слову! — Чудненько. Ты замечательный слушатель. Если бы не отмена Альфис, то ты бы был неплохим рыцарем. Он слегка улыбнулся. — Ты не считаешь меня неудачником? — Ни в коем разе! У всех бывают взлеты и падения. Переживать и то и другое нормально. Ты просто ученик. Зато какой способный! Ведь знаешь, у тех, кто упал только один путь: наверх. Не бывает постоянных побед, которые идут друг за другом. А если и бывают, то согласись, становится скучно, не так ли? Он согласно кивнул головой. — Да, бывает обидно, но ведь это хорошо. Это хорошо, что ты неидеален, хорошо, что у тебя есть ошибки и промахи за плечами, это означает, что у тебя есть над чем работать. Нет предела совершенству. — А ты? — А что я? — радостно спросила я, пожав плечами. — Ты ведь такая. Идеальная, без ошибок, без изъянов. — Ха-ха! Не смеши меня, Блу. Я — идеал? Нет, ха-ха. Это не так. То, что ты не видишь моих ошибок, это не значит, что их у меня нет. — Фриск, ты… любишь меня? — Что за глупый вопрос? Конечно, люблю. — Я лучший? — А-хах! Конечно, ты лучший. Тебе просто нужно опериться и окрепнуть. Он заплакал, и попытался спрятать его трогательное лицо в своих крепких объятиях мне. Я чувствовала его руки на себе. Руки, которые нуждались в поддержке. — Ничего страшного в слезах нет. Это не делает тебя слабым. Это просто эмоции и их нужно время от времени отпускать и проявлять. Он все сильнее вжимался в меня, словно боясь, что если отпустит, то я уйду. От его настоящей натуры я сама невольно пустила слезу. Пусть утопает в объятиях столько, сколько захочет. Мне не жаль давать ему свою заботу. — Ты… думаешь, что у меня все получится? — Мой милый, я верила, верю и буду верить в тебя до самого конца — усмехнулась я. Немного подумав, я добавила: — Знаешь, я не говорила тебе это, но… Мне нравятся твои паззлы. Он отпустил меня и уставился в мои глаза, будто хотел убедиться в сказанном мной. — Паззлы это работа ума. Причем в твоем случае двойная: придумать и решить. Для этого нужно обладать хорошей умственной деятельностью. Или гением, кем ты таковым и являешься. Я не удержалась и мягко ткнула ему в переносицу. Он не знал, что сказать. Как будто это было сном, из которого он не хотел просыпаться. — Знаешь, я хочу сделать тебе подарок. Я пошла к себе в комнату и вытащила из-под кровати коробку, завернутую в ленту. — Вот. Я сделала это для тебя. Думаю, тебе понравится. Мы оба с нетерпением ждали, когда Блу развернет упаковку.Он смотрел на содержимое и не шевелился. — О, звезды! Это… Это же… Он достал одежду и приложил к себе, примеряя. — Это же новая форма! — наконец радостно выдохнул он. — Тебе нравится? Мне было так приятно смотреть, как постепенно меняется его лицо с удивления на радость. Он прижал ее к себе. — Безумно. — Наденешь? — Конечно!!! Я подождала, пока Блу переоденется, затем, когда он разрешил войти, я стала любоваться своей работой на нем. Он стоял и смотрел на себя в зеркало. — Ну, как тебе? — спросила я, хотя и так было очевидно, что скелет в восторге. — Потрясающе, Фриск-сенпай! — Ты выглядел немного забавно в старом костюме… — подошла я к нему. — Здесь есть твой любимый голубой цвет. Я подумала, что стоит сузить верхнюю часть одежды и изменить форму брюк. Я подумала, что так ты будешь выглядеть в разы красивее. Я взяла его голубой шарф и распрямив его, завязала ему на шею. Но не в пышный бант, а в умеренный узел. — Я использовала те же цвета, что и в твоем привычном образе. Ах, да. Я также взяла тебе новую обувь. Так ты будешь казаться немного выше. Теперь благодаря моим приемам в швейном деле, Блу выглядел как настоящий парень. Одежда слегка облегала и создавала мужские линии и в его теле. И благодаря новым голубым сапогам, Блу теперь доставал мне до переносицы. — Я так благодарен тебе. — Я знаю… — я обхватила его сзади за шею. Мои действия вызывали у него слезы благодарности. Он развернулся и вновь крепко-крепко обнял меня. — Я так рада, что тебе понравилось. — Мне нравится АБСОЛЮТНО ВСЕ, ЧТО ТЫ ДЕЛАЕШЬ! — Ав-в-в~ Спасибо, Блу! Я слегка отодвинула его лицо и вытерла голубые слезы. — Пожалуйста, не теряй свою веру. Это самая страшная вещь на свете — потерять веру! Ты обещаешь? — Да, обещаю. Я обещаю, что не подведу тебя. — Я всегда буду верить в тебя!

Как забавно

Горячая подушка снова вырывала меня из сна. Я перевернулась на другой бок. Почему мой сон всегда прерывается жарой? Как же я ненавижу это. Неужели мне придется спать в трусах? Зато Чара уже наверняка видела седьмой сон. Ее странные позы, которые она принимала, когда спала, всегда удивляли меня. Скрип двери нашей комнаты заставил меня посмотреть на дверь. Но затем, мой слух уловил звук отдаляющихся шагов по лестнице. Я решилась встать. Приоткрыв дверь, я выглянула вниз. Блу в пижаме шел к себе. — Блу! — шепотом позвала его я. Он повернулся. Я тихонько спустилась к нему. — Что случилось? — спросила я, подойдя к нему. Он тут же обнял меня.Я погладила его по голове. — Тебе снова тошно, ведь так? Пожалуйста, не говори, что все мои слова были для тебя пустым звуком. — Нет, нет! Что ты! Прости, я просто еще не успел все отпустить. Не так то и просто избавиться от всего этого груза. — Все хорошо. Конечно же, я все понимаю. Не переживай так сильно. Пойдем-ка к тебе, — я взяла его под руку. Я закрыла дверь в его комнате. — Ложись, — велела я. Санс послушно лег. — Не думаю, что у меня получиться… — безнадежно улыбнулся он. — Ничего не знаю! А теперь Блу, давай договоримся. Я становлюсь твоим новым близким лучшим другом. Мы рассказываем друг другу наши терзания и переживания, и мы оба перестаем падать духом. Будем вместе гулять, придумывать пазлы, готовить и так далее. Договорились? — Угу! — радостно кивнул он. — А теперь давай укладывайся, — я села на кровать рядом с ним, упершись о стену. Он пододвинулся и положил свою голову на меня. Спустя пару мгновений, он взглянул на меня. — Я слежу за тобой Блу, — я состроила хитрую мину. — Спать! Он тихо хихикнул и послушно «закрыл глаза». — Я рад, что ты появилась. — Я тоже.  Спи, ягодный герой! Ты теперь веришь в меня, а я в тебя. Утром будет новый день. Уже очень скоро. Я аккуратно гладила его по лицу: мягко обводила пальцами его скулы, скользила по вискам, дожидаясь, когда его зрачки погаснут.