Это случилось в октябре

      Мне и раньше приходилось успокаивать Соль, когда она расставалась с очередным парнем, но в этот раз все было по-другому. В этот раз у Соль была самая настоящая истерика. Она рыдала, кричала, хотела запереться в ванной и не выходить… Да, видимо Маттео ей очень дорог, и она его очень любит.       Добрых сорок минут я вместе с мамой приводила ее в чувства, чтобы разузнать хоть что-нибудь.       Сначала я ждала, когда она проплачется и прокричится. Все это время сестра лежала на моих коленях, а я гладила ее по спине, шепча успокаивающие слова. Мне было тоже очень плохо. Я ненавижу, когда сестра страдает. Всю ее боль я переживаю на себе, как собственную. Когда истерика более менее спала, мама заварила ромашковый чай и настояла на том, чтобы Соль выпила успокоительных. Только после этого я смогла начать диалог. — Соль, что произошло? — спросила я, когда сестра молча, глядя в одну точку, сидела на кровати и пила чай. — А ты не поняла? — усмехнувшись, сказала Соль. — Мы расстались. Расстались, Луна. Расстались… — она вновь перешла на крик, и ее глаза заблестели от слез, а я, дабы успокоить, обняла ее. — Тише, Соль, тише. Расскажи, как все было. Что он именно сказал? — Он позвонил мне. Сказал, что нужно встретиться. Я пришла, — говорила Соль, всхлипывая через каждые пару слов. — А дальше? — осторожно спросила я. — А дальше он сказала, что запутался… Что не уверен в своих чувствах… И то, что нам нужно взять перерыв в отношениях, — так вот оно что! Маттео не хотел расставаться с Соль. Он просто хотел разобраться в себе. А Соль тут концерт устроила… — Но он же не бросил тебя! — вскрикнула я. Не понимаю, как можно было устроить только из-за какого-то перерыва в отношениях. Я-то думала… И ради чего было закатывать этот скандал?       Теперь во мне не было ни сострадания, ни жалости. Теперь мною властвовал гнев. Я столько времени страдала от безответных чувств, глядя на то, как моя сестра и мой возлюбленный гуляют вместе, держатся за руки, обнимаются, целуются… А тут…       Но я не стала подавать виду. Нельзя. Ради сестры. Ради своих собственных чувств. Нельзя. — Соль, — выдохнула я, — вы ведь не расстались. Это же всего лишь перерыв! — я старалась говорить как можно спокойней, но возмущение меня в край переполняло. — Всего лишь перерыв?! — вскрикнула Соль. — Знаю я, чем все эти перерывы заканчиваются! Он меня бросил. Он точно любит другую и… — Хватит! — я не ожидала, что мой вскрик получится слишком громким, но терпение более не было. Оно лопнуло. Но мне правда надоела эта эгоистичность сестры. Ранее я не наблюдала у неё такого. Или просто не замечала…       Но тем не менее. Соль напугалась моего крика. Она перестала рыдать, вжалась в стенку и округлившимися от удивления глазами посмотрела на меня.       Я знаю, что она удивлена. Я никогда не повышала на неё голос, за исключением двух раз: тогда в школе, когда она рассказывала о поцелуе с Маттео, делая мне неописуемо больно; и сегодня. Своим эгоизмом. И опять-таки из-за Маттео. В какой раз убеждаюсь, что от него одни проблемы. И зачем я подошла к нему в школе? Тогда. В октябре. Но сделанного не воротить. — Для чего ты устроила весь этот спектакль, а? — я продолжила кричать. Слишком доброй я была все это время. — Думаешь, тебе все это время тяжело было? Это ты страдала от безответной любви? Это ты переживала из-за того, что твоя сестра и лучшая подруга перестала с тобой общаться? Скажи мне! — Соль ошарашено смотрела на меня. Она обдумывала все, что я сказала ей. Она перестала плакать, истерить… Но теперь рыдала уже я. — Луна… — тихо обратилась ко мне Соль. — Что? — язвительно ответила я ей. — Ты… ты любишь Маттео? — я ничего не ответила. А что в такой ситуации можно сказать? Я просто села на кровать к сестре, положила свою голову на ее плечо, а она обняла меня и стала гладить по спине. — Прости меня, — шептала Соль, — прости…       Я не знаю, сколько времени мы вот так просидели. Молча, в обнимку. Думаю, именно это нам и нужно было. Простые сестринские объятия. — И как давно? — спустя время, спросила Соль. — О чем ты? — я действительно не понимала, о чем она. За эти волшебные минуты я успела забыть обо все, что мы обсуждали ранее. — Ну, влюблена… влюблена в Маттео? — Ах! Это… Достаточно давно. Вы ещё даже не встречались с ним, когда я поняла, что люблю его, — спокойно ответила я. Скрывать это незачем. Если мы говорим откровенно, то не нужно это скрывать. — Почему ты мне не сказала об этом?! — искренне удивилась Соль. — Ты его любишь не меньше, чем я. Ты была ему симпатична. Он — тебе. Я не хотела портить ваши отношения и вашу любовь, — отвечала я. — Луна, обещай мне, что между нами не будет более секретов. Обещай, что, если тебе кто-то понравится, ты мне обязательно расскажешь об этом. — И ты, Соль, обещай мне тоже самое. — Обещаю, — протянув мизинец, сказала сестра. — Обещаю, — ответив на жесть Соль, ответно пообещала я, а затем мы очень крепко обнялись.       Через некоторое время дверь скрипнула, а в дверном проёме показалась мама со словами: — Не понимаю я вас, девочки. Сначала пугаетесь так, что, мне кажется, соседи слышат, а через несколько минут обнимаетесь, как ни в чем не бывало.       Мы с сестрой переглянулись и одновременно засмеялись.

***

      Рождественские каникулы мы с сестрой провели потрясающе. Каждый день Соль м я гуляли по зимнему Нью-Йорку. Смотрели фильмы. Вместе готовили кексы, панкейки, брауни и многое другое. Все было прекрасно. О Маттео мы не вспоминали ни разу за каникулы. Лишь в тот откровенный вечер мы с Соль решили, что прекратим общение с Маттео. Ведь именно из-за него мы и начали ругаться. Однако это не значит, что мои чувства к Маттео исчезли. Я напротив скучала по нему и мечтала хотя бы мельком увидеть его. Но ради сестры я пыталась притупить чувства.       К сожалению, как бы мы того не хотели, каникулы закончились, и нам с Соль пришлось идти в школу. — Ненавижу, когда у меня не совпадает с тобой расписание, — простонала я, открывая шкафчик. — Да, я тоже, — согласилась сестра со мной. — Доброе утро, девочки, — с улыбкой обратился к нам тот, кто стал яблоком раздора в нашей семье. Эй, я что, стал невидимым? — не услышав ответа от нас, спросил Маттео. — Со мной тебе не о чем разговаривать, — весьма спокойно начала говорить Соль, рассматривая маникюр, — а вот с Луной можешь поговорить, — улыбнувшись, сестра скрылась в толпе учеников. Для чего она это сделала? О чем мне с ним говорить? И вообще, куда она делась? — Что это с ней? — нахмурился Маттео. — Не знаю, — тихо сказала я. Увидев объект своего воздыхания, все мысли спутались, и я совершенно не знала о чем говорить. — Думаю, мне тоже пора. Увидимся, — протараторила я и, развернувшись, направилась в сторону лестницы, но вдруг почувствовала, что кто-то схватил меня за руку и развернул. — У нас сейчас история. Это наш совместный урок, забыла? Пойдём вместе? — я лишь неуверенно кивнула в знак согласия. — Забавно, — усмехнулся Маттео, — помнишь, мы познакомились здесь. Я тогда раскладывал вещи в шкафчике, а ты на меня смотрела… — Да, помню, — улыбнувшись, ответила я. Помню, как неловко я себя чувствовала, когда он заметил на себе мой взгляд, — Пойдём в класс…

***

      Через три урока мы с Соль, наконец, встретились. В столовой. Я заметила ее за столом, когда она поедала сэндвич. Подсев за стол к сестре, я тут же выпалила: — Я не поняла, Бенсон, это что такое было? — Ты про что? — отложив еду, спросила Соль. — Не знаю, про что ты, а я про утро, — сестра все ещё недоуменно смотрела на меня. — Зачем ты оставила меня наедине с Маттео? — А-а-а-а… Ты про это… Луна, пойми, я хочу помочь тебе. Мы с Маттео не смогли быть вместе, поэтому я очень хочу, чтобы у вас с ним все сложилось…