Глава 5
21 января 2020 г., 19:43
Лучшей идеи не пришло, кроме как прийти к Перси. Некрасиво немного с моей стороны. Пришла без предупреждения, в такую позднюю ночь, в пижаме и с плохими новостями, что в ближайшие дни уезжаю. Не знаю, насколько это для него плохие новости, расстроит ли его это, но лично мне было грустно. Ведь именно Перси помог мне кое-как встать на ноги. Он и его друзья помогли меня заставить себя хоть иногда не цепляться за прошлое. Я была очень благодарна Перси, и не хотела его бросать. Но в то же время я чувствовала облегчение, что больше не увижу Сьюзен и мне не придётся сталкиваться с Мэттом.
Поднимаясь по лестнице, я пожалела, что пришла. Теперь эта идея не казалась мне такой хорошей. Я могла снять номер в отеле и переночевать там. Но Перси ведь сам говорил мне, что я могу обращаться к нему за помощью когда угодно. Может быть, он не имел в виду посреди ночи, но… помощь же мне нужна. И потом, мне просто хотелось увидеть Перси. Он был единственным человеком в этом городе, которому я доверяла и который понимал меня. Звучит убого, знаю, но это правда, уж простите.
Я постояла ещё пару минут около двери в квартиру Перси, переминаясь с ноги на ногу. Два часа ночи, уже скоро три. Он, скорее всего, спит. А если у него там девушка? Я зажмурила глаза и сморщила нос. Нет-нет, это будет ужасно неловко.
Силясь с духом ещё не пойми сколько минут, я занесла руку, чтобы постучать.
Ради всех богов, пусть там не будет девушки.
Тук-тук-тук.
Если он спит, он может и не проснуться, и мне придётся звонить в звонок. Либо я не решусь звонить в звонок и всё-таки пойду снимать номер в отеле.
Снова постучалась.
Запахнула накидку и начала ждать.
Вскоре послышались шаги. Спал? Не спал? С девушкой? А если с парнем?
Раздался щелчок замка, и дверь открылась.
— Бет?..
— Прости, пожалуйста, — тут же произнесла я. На нём были очки. Он точно не спал. И не думаю, что он стал бы заигрывать с девушкой, будучи в очках. Хотя он выглядел в них… неважно. — Просто кое-что случилось, а я не хочу в отель. Понимаю, эгоистично и некрасиво вот так заваливаться к тебе. Но я могу уйти, если что.
Говорила и не думала. Вот как это называется.
— Что? — нахмурился Перси. — Что случилось?
Он раскрыл дверь, приглашая войти. Наверное, не понял ни слова из моего бормотания.
— Прости, что так поздно, — сказала я, входя в квартиру.
— Всё хорошо. — Перси закрыл дверь. — Что случилось?
Мы прошли в гостиную, где на столе стоял включённый ноутбук, рядом с которым, помимо остального бардака, расположилась камера и блокнот. Перси налил мне чай, и я уселась рассказывать, что случилось. Не стала утаивать ничего. Рассказала как есть.
Облегчения пока не почувствовала. Наверное, это зависит от реакции Перси. Иначе я не знаю, почему я так пристально следила за его движениями.
— Оу, — выдохнул он, проведя пальцами по волосам. — Это… невесело.
Я печально усмехнулась. Перси внимательно слушал меня, ни раз не перебив, а потом подал салфетку, когда я начала рассказывать о том, что Мэтт приедет.
— То есть, ты намерена уехать? — спросил Перси. Я подняла на него взгляд. Он всё так же сидел с очками на носу. Насколько плохое у него зрение? Удивительно, что я не знала такой мелочи о нём.
— Да, — кивнула я. — Я уже посмотрела билеты. Маме напишу завтра. Не думаю, что она будет в восторге от этой идеи.
— Почему?
Я немного замялась перед тем, как рассказать, что обо всех своих приключениях ведала маме.
— Я рассказываю маме всё, что происходит со мной, — начала я, заправив прядь за ухо. — И много чего о вас рассказываю. Вы мне очень сильно помогли начать моё «восстановление», и мама была этому очень рада. Поэтому её расстроит, что я покидаю тех, кто «пробудил» меня.
Я тихо усмехнулась.
— Да, я… — Перси снова взлохматил себе волосы. Он улыбнулся мне. — Будет грустно без тебя. Очень грустно.
— Может быть, но вы есть друг у друга, — сказала я. — Вам будет легко.
— Не думаю, — покачал головой Перси, печально улыбнувшись. — Мы все привыкли к тебе. Без тебя будет по-другому.
— Это ты так хочешь отговорить меня уезжать?
— Что? Нет. — Перси поправил пальцем очки. — Просто говорю. А как же грустно станет мне. Ты меня радовала каждый день. Когда я смотрел, как ты стараешься снова жить, и как это у тебя получалось. Это то, что я мог бы смотреть вечно.
— Перси, не драматизируй, — махнула рукой я и упала на диван.
— Я серьёзно. — Он спустился с дивана и сел на пол, оказавшись у моего лица. — Но ты должна делать то, что считаешь нужным для тебя. О других не беспокойся.
Я вздохнула и посмотрела в потолок. Нужно позвонить утром маме, рассказать обо всём и сказать, что я переезжаю к ней и теперь буду работать в её компании. Я, наверное, всё так же буду появляться на конференциях с папой, но реже. А потом ещё реже, до того момента, как вообще не перестану появляться. Или команда придумает другой вариант.
Ну или…
Или…
Я открыла глаза. Где я? Тёплые лучи солнца, подушка под головой и одеяло на теле, однако матрас не такой, как был у меня в комнате.
Я резко поднялась на локтях. Оглянулась. Что это за комната? Везде бардак, какие-то журналы, мужская одежда. За пределами комнаты звучала негромкая музыка. Взгляд принялся сканировать каждый предмет. Заметив камеры, я вспомнила, где находилась.
Облегчённо выдохнув, я упала на кровать и схватилась за голову.
Стоп.
Я на кровати?
Если вернувшаяся память меня не подводит, то я лежала на диване прежде чем провалиться в сон. Перси меня перенёс сюда? О, господи…
Какая я, а! Завалилась к парню в квартиру, а потом отрубилась. Да, леди так и поступали.
Встав с кровати, я направилась к выходу из комнаты. Заметила ванную. Быстро шмыгнув туда, я закрыла за собой дверь и осмотрела себя в зеркале.
Да, с нарядом я угадала, ага. Короткие шорты, майка, накидка. Ни лифчика, ни футболки. Ударив себя по лбу, я опустилась на колени и проклинала себя за привычку убегать из дома после каждой ссоры со Сьюзен. Однако Перси накидку с меня не снимал. При мысли, что он может с меня что-то снять, пока я спала, по спине прошли неприятные мурашки. Но Перси никогда бы этого не сделал.
Кое-как умывшись, я вышла из ванной и направилась в кухню. Квартира была маленькая, поэтому считанных шагов хватило, чтобы оказаться в студии.
Я сильнее запахнула накидку, но когда я осмотрелась, то нигде не увидела Перси. Однако пройдя ещё немного, заметила его на диване. Спящего. Музыка исходила из колонки на столе. Перси спал, так и не сняв очки.
Тихо усмехнувшись, я аккуратно сняла их и отложила на полку. Сложив руки на спинке дивана, я медленно опустилась на колени и приблизилась к Перси. Длинные ресницы, густые брови. Я заметила шрамик около левой брови, веснушки на носу и щеках, которых издалека почти не видно. Ещё была царапина на линии челюсти. То ли от бритвы, то ли от ещё чего-то.
Наверное, это было стрёмно любоваться спящим человеком, которого ты знал меньше месяца. Если я его ещё и разбужу, будет ещё хуже. Я помнила, что он не спал нормально: иногда по два часа, иногда по двенадцать. С таким режимом он может полностью угробить своё здоровье. Мало того, он занимался спортом, тем самым изматывая своё тело ещё сильнее. Однако если я скажу это Перси, ему, скорее всего, будет всё равно, и он не послушает меня.
С этими мыслями я встала и решила больше не влезать в личное пространство парня.
Перси всё не просыпался, поэтому мне пришлось без его разрешения воспользоваться зарядкой. Не думаю, что это его разозлит. Включив телефон, я села, оперевшись спиной о стену, и отправила сообщение маме, что хочу уехать. Причём, как можно скорее.
Телефон зазвонил.
Мэттью.
Нахмурившись, я испугалась, что случилось что-то серьёзное, потому что братики не часто мне звонили.
— Алло?
— Эй, Ан, — позвал братец, и я сжала пальцами коленку.
— Что-то случилось? — спросила я.
— А? Нет. — По его голосу я могла понять, что Мэттью нервничал. Раздался чей-то шёпот. Наверное, Бобби. — Э-э, а ты где?
Я отпрянула. Что?
— Сьюзен спрашивает? — нахмурилась я. Она должна была сейчас прыгать от радости, что я не ночую дома.
— Что? Нет, не спрашивает, — ответил Мэттью, и либо мне показалось, либо я действительно услышала нотки обиды в его голосе. — Мы с Бобби просто… ну не знаю. Ты обычно возвращаешься после того как остываешь. А сегодня тебя дома не оказалось. Поэтому мы… ну не знаю… просто…
Я ахнула. Они волновались. А я даже не подумала о том, что им есть дело до этого. Они никогда не встревали в наши ссоры со Сьюзен после того, как я им запретила. Поэтому я не думала, что они следили, возвращалась ли я после.
— Я у друга, — сказала я. — Простите, что не написала. Надо было предупредить.
— Да, не, всё нормально, — отмахнулся Мэттью. — А что за друг? Тот, который приходил к нам домой?
— Да. — Они каждую нашу ссору слушали?
— А когда ты придёшь? — спросил Бобби. Его манера речи немного отличалась.
Я закусила губу. Я не подумала о том, что подумают братья, когда узнают, что я уезжаю. Я самая ужасная сестра, которая может существовать. Но я просто не подумала, что это их может расстроить. У них никогда не было проблем со Сьюзен, но они так же как и я недолюбливали её.
— Не знаю, — ответила я. — Но когда я приду, мы должны поговорить, хорошо?
— Э-э, — в унисон засомневались мальчики. Я усмехнулась.
— Не волнуйтесь, ругать вас никто не будет.
— Пф!
— Мы и не боялись этого. — Мэттью, скорее всего, закатил глаза. Это было семейное.
— Ладно, тогда я скоро приду, — улыбнулась я.
— Приводи своего друга, — сказал Бобби.
— Да-да! Это мальчик?
— А мама знает?
— Мальчики, — протянула я, понимая, что сейчас меня ждёт.
— Он старше или твоего возраста?
— А он такой же зануда как и ты?
— Это тот, с которым ты целовалась? Фу!
— Окей, мне пора! — попрощалась я, собираясь закончить разговор. — Скоро буду дома!
Под их пронзительные визги я нажала на экран, и голоса братьев затихли.
— Твои братья смотрели видео? — раздался голос Перси, и от неожиданности я вскочила и резко обернулась. Парень виновато засмеялся, вытянув руку. — Прости, не хотел пугать.
— Боги... — выдохнула я, прижав ладонь к груди.
Не успела я сказать и слова, как мой телефон снова зазвонил. Нахмурившись, я посмотрела на экран. Мама. Фэйстайм. О господи. Как она отреагирует на то, что я не дома? Оставалось надеяться, что она поймёт моё состояние. Показав Перси жестами, чтобы он не издавал ни звука, я задержала дыхание и провела пальцем по экрану.
— Привет, мам…
— В каком смысле «ты улетаешь»? — прервала меня мама. Она была при параде. Как всегда. Мне было даже стыдно за свой вид. — И где ты? Неужели, всё так плохо?
— Она пригласила Мэтта, — сказала я. Это прозвучало странно. — Мэтт скоро приедет по вине Сьюзен, а я не хочу его видеть. И Сьюзен я видеть тоже больше не могу.
— Где ты?
— У друга.
— У того брюнета?
— Да. — Мои уши загорелись, и я не стала смотреть на Перси, который остался сидеть на диване и глядел в мою сторону.
— А мальчики? — спросила мама.
— Я им ещё не говорила. Но они могут поехать со мной, если захотят.
— А об отце ты не подумала? — Мама ходила туда-сюда по комнате, в которой находилась. — Ладно, ты уезжаешь, это он ещё может пережить, но мальчики. Это же его единственные сыновья.
— А почему это он может пережить мой уезд? — обиделась я. — Дочь для него не так важна?
— Аннабет, у меня нет времени. Ты поняла, о чём я.
— Ты сама говорила, что я могу в любой момент уехать.
— Да, но это было до того момента, как я поговорила с мальчиками. А они не хотят оставаться там со Сьюзен.
— Пусть едут со мной, — сказала я. — А папа останется со Сьюзен. Пусть увидит, к чему привело её поведение и существование в принципе. Почему я должна терпеть её издевательства, чтобы папа не расстраивался? В то время как он не верит мне и не обращает внимания до того момента, пока мне не будет угрожать смертельная опасность.
Мама устало выдохнула и, закрыв глаза, прижала ладонь к голове. Подняв веки, она смотрела куда-то вперёд, скорее всего, обдумывая всё. Кто-то позвал её.
— Узнай, чего хотят мальчики, потом сообщи мне, — сказала мама. — Переговорю с командой и куплю билеты.
— Хорошо. Спасибо, мам.
— Я буду ждать.
И разговор закончился. Я смотрела в экран ещё пару секунд, пытаясь представить реакцию папы, когда мы с братьями скажем, что улетаем. Это его очень расстроит. Или разозлит. И у него появится на одну причину больше, почему стоит недолюбливать меня. В его планах было провести лето с семьёй, а я всё испортила, забрав мальчиков с собой. Но… я же не виновата. Это Сьюзен. Это она довела меня. Если бы она так себя не вела, ни у меня, ни у мальчиков не было бы причин уезжать.
— Ты как? — спросил Перси.
Я подняла голову. Он сидел на диване, поджав под себя ногу, с растрёпанными волосами и ещё не проснувшимися глазами. Я тихо усмехнулась и поднялась с пола.
— Всё хорошо, — улыбнулась я, сев на диван.
— Круто, — улыбнулся в ответ Перси и потрепал меня по голове.
Я засмеялась.
— Прости, что украла твоё место для сна.
— Пф, ничего страшного, — фыркнул он, махнув рукой. — Я там не всегда сплю. Спать на диване для меня нормально.
— Перси, так нельзя, — сказала я.
— Только не читай мне лекции, пожалуйста. — Перси со вздохом упал вперёд, мягко врезавшись головой в мой живот. Я засмеялась.
— Это действительно вредно, Перси, — поучительным тоном произнесла я, и парень снова жалобно застонал.
Подняв его голову, я прижала ладони к его щекам и посмотрела прямо в глаза.
— Следи за своим здоровьем, — чётко выговаривая каждое слово, сказала я. Щёки Перси надулись, и он, прикрыв глаза, устремил усталый взгляд наверх. Цокнув языком, я убрала руки и возмутительно посмотрела на парня. — Я вообще-то забочусь о тебе.
— Да я и слова не сказал, — засмеялся Перси и посмотрел на часы на стене.
— У тебя плохое зрение? — спросила я, вспомнив про очки. — Насколько?
— У меня? — поднял брови он. — У меня стопроцентное зрение.
— Но… — Я нахмурилась и указала на очки сзади на полке стеллажа.
— А, — усмехнулся Перси. — Я их часто ношу «для красоты».
— Серьёзно?
— Да. А что? Разве в них я не красавчик?
Перси поиграл бровями. Усмехнувшись, я закатила глаза и встала, чтобы направиться в кухню.
— Нам нужно поесть. — Я открыла холодильник, пока парень начал рыться в ноутбуке. — Ты готовишь?
— Если макароны и салат это значит «готовить», то да. — Перси включил другую песню, сделав её погромче, и подошёл ко мне вприпрыжку. — А ты?
— На троечку из пяти, — пожала плечами я, рассматривая содержимое холодильника. — Зато я прекрасно разбираюсь в хлопьях.
— Ты всё, о чём мог мечтать этот мир, — произнёс с улыбкой Перси и, подойдя к одному из шкафчиков, вынул оттуда коробку готового завтрака. Я засмеялась и потянулась за ней, но Перси лишь выше поднял руку.
— Не смешно, — протянула я и подпрыгнула, пытаясь достать хлопья. Перси начинал уже отходить назад, заставляя меня продолжать тянуться вверх.
— А по-моему уморительно, — игриво улыбался он, наслаждаясь моими страданиями.
— Ой, — закатила глаза я и, сложив руки на груди, отошла от парня. — Больно-то нужны были твои хлопья.
— А чем ты будешь завтракать? — склонил голову он, опустив руку с коробкой.
— Знаешь, уверена, у тебя есть и другое блюдо… — Я резко подбежала к Перси и выхватила свой завтрак. — Ха-ха!
Победно смеясь, я прыгала по комнате, следя за движениями парня. Его глаза были по-особенному сужены. Как я и предполагала, в следующий момент он ринулся за мной. Запищав от неожиданности и адреналина, я побежала куда глаза глядят. В квартире Перси не разбежишься, поэтому я скоро была поймана.
— Перестань! — взвизгнула я, когда Перси начал щекотать меня за бока. Меня не часто щекотали, поэтому я начала паниковать, но ничего серьёзного. У меня просто нарушилось дыхание и обострились все чувства.
— А волшебное слово?
— Отпусти!
Вырвавшись из его хватки, я поспешно отошла на пару шагов и встала за стол. Вытянула руку, словно это как-то может остановить Перси. Тот с широкой улыбкой смотрел на меня и посмеивался. Я, еле как справляясь с отдышкой, предупреждающе смотрела на него. Внутри скакало сердце, в животе ураган, а ноги готовы были подкоситься.
— Только попробуй подойти, — выдохнула я.
— А не то что? — Перси сделал резкий выпад, и я повелась.
— Перси! — крикнула я, на что парень рассмеялся.
— Теперь я знаю, как тебя доставать, — улыбался он.
— Нечестно, — сказала я, пока губы растягивались в улыбке.
— Честно-честно, — замотал головой Перси, открывая коробку хлопьев. — Будешь завтракать?
— А ты мне дашь спокойно позавтракать? — спросила я, до сих пор не подходя к нему.
— Раз ты скоро уезжаешь, я должен веселить тебя как можно чаще, — задумался Перси. — Поэтому нет. А теперь, пойдём кушать.
Он подмигнул мне и вытащил из холодильника молоко.
Я усмехнулась и присоединилась к приготовлению завтрака. Даже если я постоянно дёргалась от резких движений Перси, мне было так спокойно и хорошо, что улыбка не спадала с моего лица всё утро.
— Я буду звонить тебе и узнавать, в кровати ты или нет, — сказала я, ущипнув Перси за нос.
— Даже моя мама никогда так не делала, — ответил он.
— Ну кто-то же должен помочь тебе восстановить режим сна, — пожала плечами я и повернулась вперёд. Мы сходили на ярмарку, посещение которой было у меня в плане. Команда не обрадуется, что придётся перестраивать весь план. Но этим, скорее всего, займутся люди мамы. Ведь я решила, что буду жить и работать с ней.
— У меня никогда не было режима сна, — усмехнулся Перси.
— Что ж, теперь будет, — улыбнулась я. — Я тоже хочу помочь тебе с чем-нибудь. А сон это важный аспект крепкого здоровья.
— За-ну-да, — протянул Перси, закинув голову назад.
— Эй! — Я стукнула его по руке, на что тот пуще изобразил усталость. — Это важно.
— Да-да-да. — Перси изобразил ладонью разговаривающую меня и закатил глаза. Уголки губ подрагивали в улыбке, и я, скрестив руки на груди, наблюдала, как парень передразнивал меня.
Гуляя по ярмарке, мы разговаривали о своих семьях. Я рассказала, как папа перестал замечать меня, а Перси поведал, как его отец бросил их с мамой и братом, оставив почти ни с чем. Не представляю, как сложно им пришлось. Но они молодцы, что не сдались.
Подул ветер, и я поправила накидку. Так как я выбежала из дома, имея с собой только пижаму, мне пришлось купить новую одежду, потому что я отказывалась заходить домой.
— ЭЙ! — раздалось грубое откуда-то.
Мы с Перси обернулись в недоумении. Это нам?
— ЭЙ ТЫ! ТЫ!
Этот голос. Знакомый голос. Это же… Я замерла, чувствуя как вся кожа покрылась неприятными мурашками. Наверное, я даже дыхание задержала, потому что начала кашлять от нехватки воздуха.
— Аннабет? — Перси положил мне руку на плечо.
— Пошли, — прохрипела я и, схватив за запястье Перси, направилась в противоположную сторону. Как можно быстрее.
Нет, почему он уже здесь?
Как давно она ему звонила?
Почему всё происходит именно так?
— Бет, — позвал обеспокоенно Перси, но я продолжала упёрто идти вперёд. — Это он?
Я промолчала, чувствуя как горело горло.
— ЭЙ, УРОД!
Я испугалась оттого, как близко раздался голос. Я резко обернулась и увидела, как Мэтт, схватив Перси за плечо, развернул его и с размаху врезал в скулу.
Закричав, я прижала ладони ко рту. Перси согнулся и схватился за ушибленное место.
Мэтт занёс руку для ещё одного удара, но Перси заблокировал его. Мэтт, оттолкнув его руки, схватил Перси за ворот и процедил сквозь зубы:
— Какого чёрта ты крутишься вокруг моей девушки?
— Она не твоя девушка, — сказал Перси, сохраняя спокойствие. В отличие от меня. Я пребывала в шоке и панике, и не знала пойти ли за помощью или остаться здесь.
— А, значит, она теперь твоя? — Взгляд Мэтта был диким.
— Она ничья. — Перси отвёл голову назад. — Чувак, ты слишком близко. Серьёзно.
Мэтт оттолкнул от себя парня и потом посмотрел на меня. Взгляд смягчился, и он шагнул ко мне.
— Энн…
— Йо, давай ты уйдёшь отсюда, — сказал Перси, перегородив парню дорогу.
— А, может быть, ты уйдёшь?
— Ты типа мудак или серьёзно не понимаешь, что она не хочет тебя видеть? — нахмурился Перси, словно действительно интересовался.
— Ты ничего не знаешь, — вскинул подбородок Мэтт.
— Поверь, знать тут ничего не надо. А теперь уходи.
— Я никуда не уйду.
— Ладно, тогда уйдём мы.
Перси развернулся и, схватив меня за руку, начал уводить. Шок немного отпустил меня, и я могла разговаривать. Однако что я могла сказать Мэтту? Я уже всё высказала в прошлые разы. Почему он не может просто оставить меня позади?
— Не смей её трогать! — Мэтт схватил Перси за запястье и резко дёрнул, однако Перси, отпустив меня, перехватил руки парня и завёл их ему за спину. Удивившись от этого неожиданного профессионального движения, я снова чуть не потеряла дар речи.
— Если продолжишь преследовать, я вызову полицию, — сглотнув, сказала я. Я так и раньше говорила, но ему всегда было всё равно, потому что он знал, что я никогда так не сделаю. Но сейчас многое изменилось.
— Энн, это же я, — произнёс Мэтт, пытаясь вырваться из хватки Джексона.
— Тот, кто обидел её? Ну, да, спасибо, а то мы не узнали, — произнёс Перси.
— Да кто ты такой?..
— Я звоню в полицию, — сказала я, вытащив телефон.
— Нет-нет, малыш, я же… Ай! Больно, урод!
— Я покрасивее тебя буду, вообще-то, — заметил Перси. — Если я урод, то кто же ты?
— Ах ты ж… — Мэтт снова дёрнулся.
У меня вырвался нервный смешок. Хоть у Перси был невесёлый взгляд, он выглядел спокойным и отпускал саркастичные фразы. Но я не знала, что творилось у него внутри. Однако я всё равно немного расслабилась. К тому же, когда я увидела, как Перси справился с Мэттом, внутри появилось чувство безопасности.
— Энн, давай ты не будешь звонить в полицию? — заговорил Мэтт. — Ну, Энн, детка, я… Чёрт! Больно! Ты, придурок…
— Что? — наигранно не понял Перси. — Я ничего не делал. Не понимаю, о чём ты.
— Чё, Аннабет, — сказал Мэтт. Я продолжала смотреть на экран телефона, не решаясь нажать на кнопку вызова. В мыслях это казалось не таким страшным, я думала, что теперь-то смогу сделать это с лёгкостью. — Осмелела с этим мудаком? Да? Прячешься за его спиной? Ну да, ты со мной точно так же делала. Потом и трахаться с ним начнёшь? А что ещё ты ему сделаешь?..
Мэтт закричал и начал громко ругаться. Подняв голову, я поняла, что Перси заламывал ему руки. И выглядело это очень больно. Я оглянулась. Люди оборачивались. Кто-то сейчас действительно может вызвать полицию, сказав, что мы напали на кого-то.
— Перси, хватит, — сказала я. — Пошли. Пожалуйста.
Перси толкнул Мэтта, отпустив, и тот повалился на песок.
Я схватила Перси за руку и побежала, страшась, что Мэтт пойдёт за нами.
— Тебе точно нужно сообщить в полицию, — сказал Перси, когда мы сели в машину.
— Мама уже судилась с ними, — ответила я.
— Нужно добиться того, чтобы ему запретили к тебе подходить. — Он завёл машину, и мы отъехали.
— Если он продолжит, то мне придётся это сделать…
— Он точно продолжит, — покачал головой Перси. — Он очень стрёмный. Серьёзно, тебе нужно избавиться от него. Я твоей маме скажу, чтобы она занялась устранением его.
Я судорожно усмехнулась. Перси был прав. Однако это тоже опасно. Если я продолжу жить с отцом, Мэтт мог с лёгкостью нарушить правила и ворваться в мою комнату и что-то сделать, будучи в приступе ярости после того, как я испортила его репутацию. Ведь Сьюзен могла радушно впустить его. Даже зная, что ему не разрешено подходить ко мне. Ей наоборот было бы это на руку.
— Ты владеешь боевыми искусствами? — спросила я, решив сменить тему.
— Не думаю, что это так можно назвать, — усмехнулся Перси. — Мне пришлось чему-то научиться у друзей, чтобы хоть как-то противостоять отчиму. А потом когда подрос, драки были постоянно. И какие-то недонавыки остались со мной.
— Прости, — зажмурившись, произнесла я. Я и не подумала, что ему нужно было защищать младшего брата и маму от отчима. И как я не могла догадаться? Ну я и тупая.
— Всё хорошо, Бет. — Перси легонько погладил меня по запястью и убрал руку. — Мне составить тебе компанию?
Он кивнул в сторону нашего дома, к которому мы приближались.
Я задумалась. Я собиралась зайти туда, чтобы поговорить с братиками, а потом начать собираться. Если папа дома, то сообщить ему об уезде. Со Сьюзен оставаться наедине мне не хотелось, но в то же время я не хотела, чтобы Перси знакомился с ней. Она начнёт строить из себя невинную овечку. Даже если Перси ей не поверит, я всё равно не хотела, чтобы они виделись. Но…
— Да, если не возражаешь, — улыбнулась я.
Войдя в дом, я услышала поспешный топот. В следующую секунду в коридоре появились мальчики. Они бежали ко мне, но, заметив Перси, неожиданно остановились. Переглянувшись, они склонили головы.
— Это Перси, — представила парня я. — Мой друг.
— Привет, — улыбнулся Перси, махнув мальчикам. Те ответили, недоумённо замахав ладонями. — Вы никогда не видели людей?
— Э-э… — протянули братья.
— Эй, — сказала я. — А я не человек?
— Далеко нет, — мотнул головой Перси, за что получил локтем от меня в бок. Мальчики тут же заулыбались и подошли к нам. Они уже смелее представились и смотрели на Перси уже не так хмуро. Стоило этому парнише пошутить надо мной…
— Нам нужно поговорить, мальчики, — сказала я. — Сьюзен дома?
— Они с папой на заднем дворе, — ответил Мэттью.
Мальчики повели нас в гостиную. Здесь повсюду валялись игрушки Лего. Сколько конструкторов придётся увезти на этот раз?
Братья уселись перед столиком, на котором были построены большая ракета, несуразный многоэтажный дом и гигантские качели. Мы с Перси сели на диван возле стола.
— Итак, — начала я. — Вы знаете, какие сложные отношения у меня со Сьюзен.
— А Перси знает? — спросил Бобби.
— Да, ему можно здесь находиться, — кивнула я, и мальчики снова переключили всё внимание на меня. Как мило, что они понимали и волновались. — В общем, её поведение достигло пика, и я вынуждена уехать.
— Она заставляет тебя уехать? — поднял брови Мэттью.
— Не напрямую. Просто я больше не могу терпеть все эти ссоры, и я решила, что будет лучше, если я уеду и буду теперь жить с мамой. — Я смотрела в глаза мальчикам и старалась говорить мягко, чтобы они не подумали, что я их бросаю. — И я хотела спросить, хотите ли вы поехать со мной. Я знаю, вам тоже не нравится слушать весь этот ор. Поэтому мама готова купить билеты для нас всех. Но если вы хотите остаться, то всё хорошо. Выбор за вами.
Мальчики помолчали и переглянулись. Немой разговор между близнецами. Я нервничала. Я боялась, что они могли обидеться, решить, что я их бросала. Но это было не так. Совсем не так.
— А папа что скажет? — спросил Мэттью.
— «Пап, мы уезжаем!», «Что? А вы были с нами?», — передразнил голос папы Бобби, и у меня вырвалась удивлённая усмешка. Я никогда не задумывалась, что им тоже может не хватать внимания папы. Они всегда были весёлыми сами по себе, поэтому мне в голову не приходило, что им могло быть грустно. Мне нужно подарить футболку с надписью «Худшая сестра на свете».
— Он сам виноват, — сказала я. — Не думайте о нём. Думайте о том, что вы хотите сделать.
— Ну, тогда мы хотим с тобой, — сказал Мэттью, разведя руки.
— Да, вот только нужно всю нашу вселенную перенести как-то в мамину квартиру, — задумчиво произнёс Бобби, посмотрев на брата.
— Можно попросить Лайлу, — предложил Мэттью. — Она всегда решает все наши проблемы.
— Как тогда, когда мы забыли в аэропорту корабль Капитана Кружки!
— Да, она же потом вернула его нам!
— Ага, попросим её.
— Джек ещё тоже всегда помогает нам тащить новые коллекции.
Я облегчённо выдохнула. Разговор прошёл намного лучше, чем я ожидала. Я была рада, что мальчики не стали сильно волноваться, а тут же принялись обсуждать, как бы перенести все их игрушки, словно готовы были согласиться переехать к маме задолго до нашего разговора. Наверное, они догадывались, о чём я хотела поговорить. Всё-таки они тоже очень сообразительные.
— Я напишу маме. — Я встала с дивана и вышла в коридор. Перси пошёл за мной, а мальчики продолжали планировать переезд. Набрав маме сообщение, я положила телефон обратно в карман и посмотрела на Перси. Губы сами собой растянулись в улыбке. — Всё идёт хорошо.
— Я рад, — улыбнулся Перси, подойдя. Он засунул руки в карманы шорт. — Наконец, всё будет так, как ты хочешь.
— Даже не верится, — произнесла я и заглянула парню в глаза. — Мне будет тебя сильно не хватать. Буду звонить и докучать.
— Вот бли-ин.
— Ой, — закатив глаза, я схватила Перси за руку и потянула в сторону лестницы.
Нужно было собирать вещи.
Стоило подождать ответа мамы, и потом я готова была улетать. И я больше не увижу Сьюзен.
И Перси.
Ну… я надеялась, что когда-то наша встреча состоится. И что состоится очень скоро. Хотя обычно в таких ситуациях получается так, что следующая встреча происходит через очень много времени.
Когда мы подходили к моей комнате, телефон звякнул, и я резко посмотрела на него. Перси, находившись сзади, нагнулся к телефону. Мне ответила Шер, ассистентка мамы. «Самолёт будет в четверг. Детали вышлю через два часа».
Пискнув, я покружилась на месте и упала в объятия Перси. Тот засмеялся.
— Поздравляю.
— Мне нужно поговорить с папой, — сказала я. — Тебе, наверное, лучше не слышать этого.
— Как скажешь, моя леди, — улыбнулся он и развернулся к входной двери. — Напишешь, как всё уладишь. Я буду в спортзале.
— Хорошо.
Папа был не в восторге. Как бы очень не в восторге. Окей, он был в гневе. Пока он кричал на меня, я успела почувствовать на своих плечах тяжёлый груз вины. Мне было стыдно, что я создала столько проблем, что забирала братьев, хотя папа планировал провести всё лето в отдыхе со своей семьёй.
— Если не хотела проводить с нами времени, тогда не надо было вообще ехать. — Его строгий голос разнёсся по комнате, и я уже который раз сдерживала себя, чтобы не вжать в себя плечи. Меня часто отчитывали, но отвратительное ощущение никуда не уходило, всегда было рядом. — Аннабет, я серьёзно. Зачем ты приехала? Чтобы испортить всё? Я и так малого от тебя прошу.
— Папа, я не планировала испортить тебе отдых, — произнесла я, посмотрев ему в глаза. Он ходил по гостиной, пока я сидела на диване, а Сьюзен около двери. Мальчиков отправили наверх. — Я же не знала, что Сьюзен перейдёт черту и заставит меня…
— Аннабет, прекрати клеветать! — крикнул он, стукнув по полке шкафа, из-за чего я вздрогнула. — Сколько раз я должен повторять? Это уже ни в какие рамки не лезет!
— Пап, ты даже не слушаешь! — крикнула я в ответ, встав с дивана. Руки дрожали, как и все внутренности. Казалось, я сейчас рассыплюсь от страха. — Ты всегда готов помочь мне, стоит какой-то девчонке обозвать меня, но когда дело касается Сьюзен, ты никогда не пытаешься поверить мне. Почему? Пап, она не лучше! Это она испортила всё. Она довела меня. Она тебе ничего не рассказывает и никогда не издевается надо мной, когда ты рядом. Почему ты не можешь поверить мне?!
Папа следил за мной, остановившись и устремив ледяной взгляд на меня.
— Не повышай на меня голос, юная леди, — произнёс он холодно, но это меня не испугало. Я возмутительно усмехнулась. Он серьёзно? Мой тон это первое, что его встревожило? — Ты не имеешь права со мной так разговаривать.
Его суровый взгляд больше не пугал меня. Я готова была схватить мальчиков за руки и увезти нафиг. Папа никогда не поверит мне. Я могла бы сказать ему, чтобы он спросил мальчиков насчёт Сьюзен, но совершенно не хотела вплетать их в наши ссоры. Одно дело слушать, другое дело быть вовлечённым в нею кем-то.
— Пап, ты сам виноват, что всё так закончилось, — сказала я. — Поверь ты мне и постарайся поговорить со Сьюзен, то ничего из этого бы не было.
— Аннабет Чейз! — крикнул он, когда я, схватив рюкзак, вышла из комнаты.
Я никогда не уходила после того, как папа отчитывал меня, да я никогда и не отвечала, когда он что-то предъявлял мне. Но в этот раз дело касалось не штата или нашего идеального образа. Я понимала, что внезапный переезд всех трёх детей негативно отразится на репутации папы, поэтому готова была поддерживать с ним связь ради снимков, готова была посещать вместе с ним мероприятия, чтобы у журналистов не возникало вопросов. Однако я больше не собиралась жить в их доме и терпеть выходки его пассии.
— Остановись! — словно гром раздался голос отца, и я замерла, вмиг поняв, что наделала. Я никогда не позволяла так себя вести перед папой, поэтому понятно, что он был в шоке и ярости. Однако я тоже была зла и расстроена и совсем забыла про правила поведения.
Он встал передо мной в коридоре.
— Что ты себе позволяешь? Подними глаза.
Я посмотрела в карие глаза, в которых бушевала злость.
— Тебе должно быть стыдно за своё поведение, — произнёс он. — Я тебя никогда не учил такому безобразию.
Да, ты учил молчать и повиноваться.
— Вот таким отношением ты благодаришь меня за то, что ты сейчас имеешь?
Я ахнула. Значит, все те годы, когда я молчала и делала всё, что меня просили, не в счёт? Когда я согласилась пойти на тот ужин, где было полно этих толстых дипломатов, после того, как один из них приставал ко мне? Когда меня заставили пойти на идиотское мероприятие, где я должна была через силу улыбаться, когда моя душа разрывалась от горя, потому что день назад умерла моя собака, тоже не считается? Я могу назвать кучу моментов, когда я делала всё, о чём меня просили, ни разу не пожаловавшись. И сейчас, когда я ушла, потому что меня обвиняли в клевете, хотя просто отказывались мне поверить, папа хотел назвать меня неблагодарной?
— Мы улетаем в четверг, — произнесла я. Веки папы пугающе приподнялись. — И мы больше не будем жить в твоём доме.
— Это не решается за один день, — ответил он.
— Я знаю, — сказала я. — Поэтому я буду следовать плану до тех пор, пока не составят новый. Однако жить я всё равно буду с мамой.
— Ты не можешь просто взять и исчезнуть из нашей жизни. Ты знаешь, как на это отреагируют журналисты.
— А я и не буду. — Я не дура и понимала, что общественное мнение важно для карьеры папы, поэтому меня не сильно задело, что журналисты интересовали его больше, чем то, что он станет намного реже видеть меня и мальчиков. — Всё, что касается твоей работы, я буду делать, как и раньше. Но всё остальное время я буду проводить с мамой.
Когда ответа не последовало, я развернулась и направилась к выходу. Папа ни слова больше не сказал, и я не знала, какие мысли занимали его голову. Я никогда не понимала его.
Перси не отвечал на звонки, и я вспомнила, что он пошёл на тренировку. Я ходила в тот же спортивный центр, куда ходил Перси, поэтому я знала, куда идти.
Пока я добиралась до него, мой мозг был занят столькими мыслями, а душа запуталась в стольких чувствах, что в конце концов я решила, что была даже благодарна папе за то, что он накричал на меня. Ведь я смогла ответить ему. Может быть не убедить, но высказать свои мысли. Раз я смогла выстоять спор с папой, то я могла что угодно. Странно бояться своего родного папу? Я не знала ответа на этот вопрос. Я всегда его боялась. Сколько себя помнила. Если маму я просто уважала, то папу я и уважала, и боялась.
— Здравствуйте! — улыбнулась я парню на ресепшене.
Взяв ключи от шкафчика, я направилась прямиком в зал, потому что заниматься я не собиралась. Я готова была просто понаблюдать за Перси. Знакомо чувство, когда тебе хватало просто, чтобы человек был рядом, и тебе становилось намного легче? Вот именно это чувство у меня появлялось, каждый раз, когда я была с Перси. Наверное, поэтому я постоянно приходила к нему, когда мне было плохо.
Он отрабатывал удары на груше. Вокруг него было ещё несколько парней и девушек, занимающихся со своими грушами и другими тренажерами.
Сев на сиденье у стены, я вытащила из рюкзака блокнот и карандаш. У меня было очень много хобби, которым я убивала время в детстве, например, когда, я застревала на скучных мероприятиях, куда меня затаскивали родители. Сами они это только поощряли, потому что: а) я не достаю своим нытьём; б) будет, что показать общественности, мол, видите, какая у губернатора дочь разносторонняя. Одним из моих занятий было рисование. Я самоучка, поэтому часто поддавалась критике одноклассниц, которые ходили в художественную школу. Сначала меня это задевало, и я старалась прислушиваться к их замечаниям, а потом забила и начала рисовать, как мне хотелось и как умела. Это облегчило мне всё, и я действительно получала удовольствие от рисования, не загружая себя мыслями, что я делаю что-то неправильно. Вот бы со всем было бы так легко.
Закинув ногу на ногу, я подняла взгляд, чтобы запечатлеть окружение. Честно, сначала я оглядывала каждого, чтобы не наглеть и не показаться стрёмной, но потом взгляд просто напросто отказывался отрываться от Перси. Я не понимала ничего в том, что он делал, какие приёмы исполнял, но выглядело это превосходно, и этого было достаточно. До этого момента я никогда не рассматривала его тело так пристально. Перси был в белой майке, прилипшей от пота к коже. Идеальные пропорции. Совсем не бодибилдер, и это мне нравилось. Как удобно, слушайте.
Несколько минут я выбирала, в какой позе запечатлеть Перси. В итоге, я остановилась на моменте, когда он наносил удар по груше голенью. У меня было достаточно времени, чтобы освоиться с работой карандаша, но я как бы не так часто рисовала полуголых людей. «Но Перси не полуголый! На нём майка». Дорогие мои, она прилипла к нему так, словно стала его второй кожей. И ему, видимо, было всё равно.
Я водила кончиком грифеля по бумаге, вычерчивая его мышцы, и чувствовала себя той ещё развратницей. Но, на самом деле, ничего такого я не делала. Рисовала то, что было.
Я увлеклась с тенями и когда подняла глаза, то испугалась. Перси, уперев руки в бока, с лёгкой улыбкой смотрел на меня. Его грудь и плечи поднимались и опускались с каждым глубоким вздохом, а язык был прикушен зубами. Я уставилась на парня, и не узнала того милого и невинного мальчика, с которым успела сблизиться. На меня смотрела его полная противоположность. Меня бросило в жар, и я испугалась такой своей реакцией. Дабы добить меня, Перси подмигнул мне. Я не понимала, что происходит, поэтому просто рассмеялась.
На мой смех обернулось пару человек, поэтому я смутилась и опустила голову.
Наверное, прошло достаточно времени, потому что в один миг Перси появился передо мной и сел на сиденье рядом со мной.
— Что делаешь, моя леди?
Я захлопнула блокнот и резко посмотрела на Перси. Тот вопросительно кивнул мне. На губах до сих пор играла игривая ухмылка.
— Что ты там рисовала? — спросил он.
— Ничего.
— Честно?
— Нет.
— А что тогда?
— Ничего.
Перси засмеялся и потянулся за блокнотом. Я притянула его к груди, не разрешая притрагиваться.
— Нельзя? — спросил он.
— Нет.
— Почему?
— Потому что.
— А если пожалуйста?
— Нет.
Перси смотрел на меня ещё пару секунд, пытаясь уговорить меня взглядом, однако когда ответа от меня не последовало, он сдался. Вздохнув, Перси покачал головой.
— Поговорила с папой?
Одним вопросом меня вернуло в реальность. Я опустила блокнот на колени и прочистила горло.
— Да, — кивнула я. — Он не рад.
— Но всё нормально? — спросил Перси.
— Ну, наверное, — неуверенно пожала плечами я. — Не знаю. Я вроде объяснила ему, что не намерена разрушать его репутацию. Он ничего не ответил. Поэтому я ушла.
— Ты уходишь только после громкой ссоры, — заметил Перси. — Ты бы не ушла, будь всё тихо и нормально.
— Я ушла, потому что папа отказывался верить мне, что виновата во всём Сьюзен, — объяснила я. — Он очень сильно разозлился, когда я снова об этом заговорила. А потом он не напрямую сказал, что я неблагодарно к нему отношусь, хотя я всегда старалась делать всё, что от меня просили, и это был единственный момент, когда я постояла за себя.
Вздохнув, я упёрла локоть в колено и положила подбородок на ладонь. Не знала, захочет ли папа дальше поддерживать отношения со мной. Я ведь «наклеветала» на его девушку, ответила на его предъявления. Я никогда не позволяла себе повышать тон на него, никогда не уходила, не дослушав. Да, я раньше пыталась предупредить его насчёт Сьюзен, но в те разы я вела себя очень осторожно, говоря сначала намёками и только потом напрямую. И то я была ультра-вежливой. А сейчас меня словно с цепи сорвали.
— Окей. — Перси встал с сиденья. Я вопросительно посмотрела на него, подняв голову. — Пойдём?
— Куда?
— К груше.
— Куда?!
— Пошли, Солнце. — Перси схватил меня за руку и, выхватив блокнот, бросил его к моему рюкзаку.
Он схватил меня за плечи и повёл туда, где занимался пару минут назад. Изумлённая, я не очень-то сопротивлялась, хотя даже постарайся я, у меня бы ничего не вышло.
— Что мы будем делать? — озадаченно нахмурилась я, когда Перси поставил меня напротив себя.
— А что ты хочешь делать? — подмигнул мне парень, и я ахнула.
— С каких пор ты стал таким смелым? — удивилась я.
— Я всегда таким был, — пожал плечами Перси, поправляя свои повязки на руках. — Просто не хотел пугать тебя.
— Ох, — фыркнула я. — Я бы не испугалась.
— Я не говорю, что ты трусиха или ещё что, — объяснил он. — Я не хотел вести себя так из-за сама знаешь чего.
— Да, я поняла, мистер Благородный. — Я сложила руки на груди.
— Ты не подумай, что я двуличный или противоречивый, — Перси положил руки на бёдра. — Просто с первого раза не всегда получается узнать все стороны человека. Это нормально.
— Давай без твоих мудростей, — закатила глаза я.
— Это не моя мудрость, а мамы, — усмехнулся он. — Всё, что я тебе говорю и та штука с блокнотом, это были идеи мамы.
— О, правда? — смягчилась я.
— Ага. И те фразы с советами. Я пытался сформулировать их так, как она писала их мне. Мама так помогала нам с Тайсоном справится с нашими проблемами.
— Как мило, — протянула я.
— Ещё как, — улыбнулся Перси. — Итак, я привёл тебя сюда, чтобы отвлечь. Давай поучу самообороне.
— Что? Прям так? — спросила я, вытянув руки.
— Почему нет. Знаешь, как себя оборонять?
— Да, — дёрнула плечами я, снова сложив руки на груди. Я мысленно сравнила свои руки и руки Перси. Насколько беззащитной я выглядела? На самом деле, я умела за себя постоять. Словами. Ну, и может быть… В голове всплыл приём удара в пах. И удар локтем куда угодно. Насколько я знала, локоть это одно из самых твёрдых мест на теле человека.
— Продемонстрируешь?
Я закусила губу. Продемонстрировать ему, как я постараюсь ударить ему между ног? Ну… если позориться, то по-крупному.
— Знаешь какую шутку мне рассказала сестрёнка, когда я сегодня с ней разговаривал? — вдруг сказал Перси.
Я улыбнулась:
— Какую?
— Она мне позвонила перед тренировкой и с таким энтузиазмом спрашивает, хочу ли я услышать её шутку. — Перси коротко усмехнулся. — Я, естественно, согласился. И она такая: «План на день: первое — то, второе — сё… пятое, десятое».
— Что? — засмеялась я, умилившись сестрёнке Перси. — О, боже, как мило.
— Она была так горда собой, когда рассказала мне эту шутку. Мама говорит, что от меня набралась.
— Хочешь сказать, ты тоже постоянно так шутишь? — усмехнулась я.
— Ой, ты ещё не слышала, какой я весёлый. О-о-ой! — махнул рукой Перси, и я засмеялась. — Окей, потом. Сейчас к обороне. Готовься.
— Но я хочу услышать твои шутки! — топнула ножкой я.
— Покажешь, что умеешь, потом, может быть, услышишь.
Надув губки, я встала в стойку. «Встала в стойку». Я понятия не имела, как нужно было вставать в стойку, но попыталась сделать вид, мол, готова к атаке.
— Я наброшусь на тебя, не в полную силу, а ты защитишься. Идёт?
— Ага, — кивнула я, хотя в мыслях я представляла, как Перси разговаривал со своей сестрёнкой. Очень милая картина всплыла в голове. Уголок моего рта устремился вверх.
— Всё серьёзно, Солнце.
Он подходил ближе, но у меня из головы до сих пор не выходила мысль, как он заботливо относился почти ко всем. Мне не хотелось оборонятся. Лучше уж упасть в его объятия и не волноваться ни о чём. Наверное, я сходила с ума.
Перси без предупреждения бросился на меня, а я до сих пор думала о его светлой стороне и никак не отреагировала. Я прижала руки к себе и со смехом вскрикнула, наблюдая, как Перси вот-вот столкнётся со мной. Он еле остановился, но всё равно задел меня грудью. Я засмеялась, закинув голову назад, ведь всё-таки оказалась в объятиях Перси. Хоть и незапланированных и неуклюжих.
— Плохой приём, — заключил он, отойдя, но всё так же придерживая меня руками.
— Почему? — в притворной невинности спросила я. — А по-моему действенно.
— Очень действенно, — хитро улыбнулся Перси и подмигнул мне.
Я засмеялась и шутливо ударила его.
— Я бы обняла тебя, но ты весь потный, — сказала я, ткнув парня в плечо.
— Пот на голом теле это сексуально, — произнёс Перси и, засмеявшись, увернулся от моего следующего удара.
— Стыдоба, — в смущении произнесла я. — Иди в душ давай.
— Ой, ты не поверишь, как я себя сдержал, чтобы не пошутить, когда мы вчера говорили про ванны, — сказал Перси, эмоционально мотнув головой.
— Я больше не буду ночевать у тебя!
— Ладно, прости-прости, — засмеялся он.
— Иди отсюда. — Я толкнула его подальше. Перси, отсалютовав мне, побежал в сторону раздевалки.
Я с улыбкой покачала головой. Кто бы мог подумать? Хотя Перси прав. Первое впечатление — это не обязательно то, кем человек является на самом деле. И то, каким ты его видишь — необязательно полностью настоящий он. Иногда это может обернуться в хорошую сторону, а иногда, к сожалению, в плохую.
Я тоже не всю себя показывала, как и Перси некоторые свои черты скрывал, и у каждого свои причины. Он не хотел как-то задеть или испугать меня, а я не привыкла выходить за рамки воспитания.
Я буду очень и очень скучать по нему.
