Глава 8
10 сентября 2020 г., 18:40
Перси
В комнате было темно, шторы задвинуты. Единственным источником света был экран ноутбука, на котором проигрывалось моё готовое видео. Я его ещё не выложил, и не уверен, что когда-либо выложу, потому что Аннабет этого не одобрит. А не одобрит из-за того, что там почти каждую секунду появляется её лицо.
На часах было за полночь. В комнате полный бардак, поэтому я начал прибираться. Не запихивать всё в шкаф, лишь бы создать видимость чистоты, а складывать каждую футболку и вешать каждую рубашку. Дело утомительное, никогда бы не подумал.
Со сном у меня всегда были проблемы. Вроде устал, но засыпать не получается. Наверное, сказалась жизнь вместе с отчимом. Когда тебе просто страшно засыпать, потому что ты боишься, что он может что-то натворить маме или мелким. Несмотря на то, что мама больше с ним не жила, бессонница осталась.
Я приехал домой в Нью-Йорк два дня назад, поэтому не успел рассказать ей, что именно случилось в том маленьком городе Бломфилде. Не мог оставаться в Гаррисоне, где я впервые встретил Аннабет, потому что там всё напоминало о ней — город очень маленький, и мы побывали везде.
На телефон пришло сообщение. Несмотря на то, что я потерял уже какую-либо надежду, моё тело всё равно инстинктивно бросалось к телефону, продолжая надеется, что это было от неё. Но я умом понимал, что она мне больше не напишет. И не позвонит. Её мама ясно дала мне это понять. Неожиданная смерть Талии, её близкой подруги, нанесла сильный удар по её психике. Миссис Чейз рассказывала мне, как сложно Аннабет было идти на похороны. Она готова была упасть в обморок несколько раз.
На данный момент она, скорее всего, всеми силами желает отвлечься и старается с головой уйти в работу, в свой привычный ритм жизни до этого лета. Я лишь предполагаю, потому что со мной Аннабет больше ничем не делиться. Я сделал такие выводы по её снова активному Инстаграму, по статьям, которые выходят. Очень странно следить так за девушкой.
Она прощалась со мной, в то время как у неё был нервный срыв. Из-за этого наша последняя встреча продлилась не больше пятнадцати минут, из которой я понял, что она чувствовала огромную вину за то, что не догадалась раньше о болезни Талии. По словам её мамы она плакала постоянно. Я пытался быть рядом и поддержать, но всё что делала Аннабет — это отталкивала меня.
Дверь открылась. Я поспешно потёр глаза и повернулся к маме, стоявшей в пороге. Она улыбнулась, поджав губы.
— Не спится? — спросила она. Я покачал головой, держа в руках футболку.
— Навожу здесь порядок. — Я кивнул на открытую дверцу шкафа, в котором лежала сложенная одежда.
— Впервые за семнадцать лет, — тепло улыбнулась мама.
— Неправда. Не обижай меня.
Мама тихо усмехнулась и подошла ко мне. Я продолжал складывать тёмно-синюю футболку. Никогда не замечал, что у меня так много футболок.
— Та девушка так на тебя повлияла? — Мама погладила меня по руке.
— На меня так влияет бессонница.
— Ты не можешь уснуть, потому что думаешь о ней или?..
— Я не знаю. — Подошёл к шкафу и положил футболку на стопку одежды. — Я просто не могу уснуть.
Когда я подходил к кровати, где лежало ещё немного одежды, мама оглянулась на ноутбук.
— Она милая. Я бы хотела её встретить как твою подругу.
— Я бы тоже хотел.
Мама погладила меня по спине худыми ладонями. У неё были тонкие, утончённые пальчики, которые уже немного сморщились. Я помнил какими гладкими были её кисти, когда мы с Тайсоном были совсем маленькими. Мне нравилось, когда она гладила меня по щеке, и я чувствовал эту гладкость.
— Она сейчас живёт в Лос-Анджелесе? — спросила мама. Я кивнул.
— И, наверное, учится в какой-то супер-частной школе, где обед подают дворецкие на золотых блюдцах, — пошутил я. Мама, усмехнувшись, ущипнула меня за руку. — Я даже не знаю, ходит ли она в школу как все. Может быть, у неё какая-нибудь особая система образования, подгонная прямо под неё. Потому что она часто сопровождает родителей на множествах мероприятий.
— Какая важная девушка, — протянула мама.
— Ой ты не представляешь какая. — Я сел на кровать и взъерошил волосы. — У неё ещё столько тараканов в голове. И столько причин сдаться. Я восхищён тем, насколько она сильная, хотя сама этого не понимает.
— Ты уверен, что она этого не понимает? — Мама села рядом со мной.
— Нет. Может, понимает. Не знаю. — Я вскочил на ноги и зашагал из стороны в сторону. — Я хочу помочь. Я хочу быть рядом. Я верю, что ей это поможет. Я не буду давать ей никаких советов, потому что я никогда через это не проходил, но я могу выслушать и просто молча быть рядом. Мисс Гостман хорошая женщина и мать, но она не всегда сможет уделять ей время, потому что она та ещё занятая работяга.
— Так почему ты не рядом?
— Потому что она меня не подпускает! Она не отвечает. Ни на звонки, ни на сообщения. Я даже письмо ей на почту отправил и заранее обратился к её ассистентам, потому что я не уверен, что она владеет паролем своей рабочей почты. — Мои плечи поднималась и опускались при каждом тяжёлом вздохе, и я не понимал, что начинал паниковать. — Я не понимаю, почему она это делает. Разве я что-то не так сделал? Я виноват? Если так, то почему она мне просто не скажет, я попрошу прощения. Она просто сказала мне, что больше так не может и ушла…
— Хэй-эй, всё хорошо. — Мама встала и подошла ко мне, опуская мои руки, которые хватались за голову. Она успокаивающе погладила меня по плечам. — Всё хорошо. Не волнуйся. Понимаю, ты в недоумении, но не стоит загружать голову вопросами и догадками. Она, скорее всего, проходит терапию, где ей помогают профессионалы. Если ты хочешь быть рядом, не мне тебя отговаривать. Единственное, о чём я тебя попрошу — не торопи её. Эта девушка много чего натерпелась, и от тебя она будет ждать лишь понимания и терпения.
Я закивал.
— Спасибо, мам.
— Я всегда готова помочь, — улыбнулась она, погладив меня по щеке. — Спокойной ночи.
— Спокойной.
Она вышла из комнаты, снова глянув на меня и оставила дверь приоткрытой. Волновалась, что у меня снова начнутся кошмары. Не начнутся. Я держу себя в руках и контролирую.
Я повернулся, положив руки на бёдра. Взгляд упал на ноутбук. Видео давно закончилось. На паузе было лицо улыбающейся Аннабет.
Я хотел быть рядом, но я не знал, как это сделать. А если она этого не хочет? Но я не знал, почему. Я не хотел настаивать общаться со мной… Ничего не понимаю.
Ладно, не первый раз занимаемся с тем, о чём ноль мыслей. Разберёмся. Главное, ничего не испортить.
— Каким образом ты собираешься добираться до неё? — Кларисса нагнулась, уперевшись ладонями в стол. — Ладно, ты приедешь в Лос-Анджелес. На самолете, ага. Потратив кучу денег, которых у тебя нет. А потом что? Ты знаешь, где она живёт?
— В интернете есть, — произнёс я. — Я поискал. Вот только я не знаю, какая квартира.
— Да, давай стучать в каждую дверь в каком-то жилом комплексе, где, я уверена, живут одни известные богачи.
— Если так, то нам откроют их дворецкие.
— Тебя потом повяжут, друг мой.
В сети действительно была информация о том, где находился дом отца Аннабет и квартира её матери. Нашёл даже план их хором. В белом особняке губернатора было настолько много комнат, что они, наверное, придумать не могли, чем занять пустые. Ведь два спортзала уже есть. Квартира мамы Аннабет тоже была огромной. Удивительно, что там не два этажа. Хотя, скорее всего, у мисс Гостман несколько квартир, и одна из них трёхэтажная.
— А вдруг она сейчас в другом городе? — спросила Кларисса.
— Она там. Посмотри в Инсте.
— Ну, а если к твоему приезду она уедет?
— Я буду её ждать.
— А если она уедет на несколько недель? Месяцев?
Кларисса, Лео, Дрю и Пайпер приехали вместе со мной обратно в Нью-Йорк. Остальные остались в Гаррисоне по разным причинам: помогали родителям, не было машины. Большинство приехало на машине Гроувера, а тот пока не мог уехать из-за дяди, ведь работал у него в магазине.
— Где ты найдёшь деньги на проживание, Рыбья башка? — Кларисса толкнула меня в голову, садясь на стул.
— Я что-нибудь придумаю, — пожал плечами я. Я уже написал и позвонил в модельное агенство, которое даёт мне работу. Не уверен, что это сработает и они найдут мне её за два дня, но попытаться стоило.
— Кларисса права, — произнесла Пайпер, отодвигая стул и опускаясь на него.
— Что удивительно, — добавила Дрю, глянув на девушку. Та уставилась на Танаку, готовая кинуться на неё с руками и ногами.
— Понимаю, что денег тебе обычно хватает, но билеты в Калифорнию не дешёвые, учитывая то, что ты собираешься отправиться на другой конец континента. — Пайпер заглянула в мой ноутбук. — Вдобавок тебе нужно будет снять номер. Не пойми на сколько времени.
— А я отговаривать тебя не стану. — Лео подошёл к нашему столу и плюхнулся на стул с закусками в руках. — Я поеду с тобой.
— А ты-то откуда деньги возьмёшь? — усмехнулась Кларисса, откинувшись на спину.
— Мы поедем на машине.
— На машине?! — прикрикнула Дрю. — Сколько это займёт? Две недели?
— Ты офигела? — Лео получил по голове. — Максимум дня три.
— Ты действительно собираешься поехать? — спросила Дрю.
— Да, я в деле, — кивнул парень. — Дорогуша, мы едем в Эл-Эй, в особняк или огромную квартиру с двадцатью комнатами. Конечно, я еду.
— Ты понимаешь, что ты едешь разбираться с девушкой Перси, а не отдыхать в гостях? — произнесла Кларисса. Лео демонстративно закатил глаза, за что снова получил подзатыльник.
— Когда ты собираешься ехать? — Пайпер повернулась ко мне.
— Как можно скорее, — ответил я.
Я не уверен, что мы поедем на машине, потому что это слишком опасно. Я никогда не преодолевал такое большое расстояние самостоятельно, не уверен, что моей выносливости хватит. Я либо заблужусь, потрачу все деньги на еду или умру от паники. Кроме этого, я погуглил, и поездка на машине выходит дороже, чем на поезде и самолёте. Разница в стоимости между поездом и самолётом небольшая, поэтому, скорее всего, стоило выбрать то, что быстрее.
Билеты я и на завтра могу купить. Я не привык тратить деньги на всё подряд, поэтому моих сбережений на всё хватит.
Я расслышал, что Лео продолжал описывать наш маршрут, чью машину мы возьмём, как будем делить траты на бензин.
— Я хочу полететь на самолёте, — произнёс я, позвав Лео. Тот отвлёкся от девчонок и посмотрел на меня.
— Это не дороже обойдётся? — спросил парень.
— Как раз наоборот.
— Ты в этом уверен?
— Нет. Но я погуглил.
— Если вы полетите на самолёте, я с вами, — подняла руку Дрю. — Я давно не была в Калифорнии.
— Ты же не хотела, — заметил Лео, повернувшись к ней.
— Потому что если выбирать между сороками часами в машине или пятью часами в самолёте, я выбираю второе. — Дрю отбросила длинную прядь волос назад. Её взгляд сосредоточился на одном месте, и она сузила глаза. — Что это?
Её рука потянулась за камерой, стоявшей на краю стола.
— Ты записываешь? — спросила она, посмотрев на экране, что ведётся запись.
— Ага.
— Зачем?
— Могу потом показать Аннабет. Уверен, ей будет интересно.
— Не думаю, — промычала Дрю, поставив камеру на место.
— Угу, — согласилась Пайпер. — Бет всё-таки переживает смерть своей подруги.
Я закивал. Если у меня не хватит смелости показать это будущее видео Аннабет, я этого не сделаю. Я понимал, что эти воспоминания могут ассоциироваться у неё с потерей Талии. Я не стану снимать реакцию Бет на мой приезд. Нет. В задницу такое. Просто сниму, как добирался до Лос-Анджелеса, не освещая для чего именно. Может быть, таким образом, это видео будет напоминать не о скорби по Талии, а о том, как я пытался добиться внимания Бет… Нет? Не знаю. Посмотрим в конце, что из этого выйдет.
Когда я собрался покупать билеты, Лео сказал, что не сможет позволить себе такую спонтанную поездку. Кларисса изначально не собиралась ехать со мной, а Пайпер думала. Сначала я терпеливо ждал, когда она взвесит все «за» и «против», но когда прошло пятнадцать минут, я не вытерпел и уставился на неё. Пока она раздумывала, я таращился на неё в ожидании ответа. В конце концов, она согласилась. Однако я всё равно не мог приступить к покупке, потому что:
— Я могу оплатить тебе, — произнесла Пайпер, тряся Лео за руку.
— Не нужно, Пайпс.
— Это же ты был «в деле» с самого начала. Даже не перечил Перси. Ты должен поехать.
— Я не могу.
— Он поедет, — повернулась ко мне Пайпер.
— Нет!
Пайпер распоряжаясь кредитной картой своего успешного папы-актёра. Ему назло, разумеется. Она всегда искала новые методы насолить ему, потому что он не уделял ей достаточного внимания.
— Кларисс, что насчёт тебя? — спросила Пайпер. — За тебя тоже могу оплатить.
— Уоу-уоу-уоу, малышка, — усмехнулась Ла Ру. — Я, конечно, понимаю — проблемы с богатеньким папочкой и всё такое, но тебе это потом аукнется.
— Я знаю, — произнесла Пайпер.
— Я думал, она этого и добивается, — произнёс я.
— Да-да, — согласились все остальные, зашумев.
— Ладно-ладно! Но всё равно не поеду.
Пайпер не особо важно, что говорят другие, поэтому она всё равно купила ещё один билет. Даже если Кларисса всё равно откажется, и билет пропадёт впустую, то Пайпер всё равно будет довольна, ведь она в любом случае насолила своему отцу, а это была её главная цель.
Не знаю, что ребята будут делать вместе со мной в Лос-Анджелесе, пока я буду искать Аннабет, а потом пытаться с ней поговорить. Не уверен, хотел бы я, чтобы кто-то был рядом при нашей встрече. Что-то мне подсказывало, что она не будет рада всему нашему народу. Может быть, мой приезд ей вообще не сдался, и она только разозлится. Или наоборот ей это придаст сил, и она с широкими объятиями побежит ко мне и больше никогда не оттолкнёт меня… ага.
Следующие полчаса мы искали в интернете, где сможем остановиться, если поиски Аннабет и попытки с ней поговорить займут больше одного дня. Я искал мотели, потому что они дешевле и нам не нужны огромные хоромы и трёхразовое питание. Однако:
— А вдруг там микробы на кроватях или ванных, — сморщила носик Дрю.
— Я выбираю те, что с хорошими кроватями и ванными комнатами, — произнёс я, проводя пальцами по тачпаду.
— Мы туда не отдыхать, — повторила Пайпер.
— Мы туда выяснять отношения с девушкой Перси, — добавила Кларисса.
Она не моя девушка. Но ребятам это повторять бесполезно, потому что они не слушали и продолжали так её называть. Не то чтобы мне это не нравилось, но, скорее всего, это не понравилось бы Аннабет.
— Мы посадим её в комнату для допросов и направим лампу прямо в лицо, чтобы можно было заметить каждое движение каждого мускула. — Лео хлопнул по столу и поправил манжеты воображаемой рубашки. — Всё-таки целый месяц игнорила Перси.
— Мы будем стоять по обе стороны, чтобы не сбежала, — закивала Пайпер.
— У неё не останется другого выбора, кроме как расколоться, — согласилась Кларисса.
— У неё несколько сотен телохранителей, — напомнила Дрю. — Ваш план провалится.
А что если Аннабет попросит своих телохранителей избавиться от меня? Не убить. А выволочь из здания. Вдруг она попросит меня больше не появляться? А если она возненавидит меня из-за того, что я приволок с собой друзей, хотя это касается только нас двоих? Фиг поймёшь, что происходит в голове у этой девушки. Я её понимаю, но в то же время не понимаю. Её мозг работает слишком быстро и каким-то особенным образом, и я не успеваю. Я уверен, у неё проскачет тысяча мыслей, когда она увидит меня, и какие-то из них в любом случае окажутся негативными.
Если она оттолкнёт меня снова и безвозвратно, что мне делать потом?
Был вечер. Тайсон гулял с друзьями. Мама с Полом и Эстель вернулись с супермаркета. До этого они были на вечеринке по поводу дня рождения подруги Эстель. Они что-то громко и весело обсуждали на кухне, пока я собирал рюкзак в своей комнате. Я ещё не говорил маме, что завтра улетаю. В душе сидела и скрежетала стенки вина, ведь я только недавно вернулся. Эстель расстроится и обидится на меня. Маму это тоже заденет, но я не мог иначе. Всё равно я уже купил и билеты, и забронировал номера в мотеле. Мне оставалось лишь пообещать, что это ненадолго.
Я поднялся с кровати, держа в руках рюкзак, и поставил его на стол. Взял камеру с комода и закончил запись. Подошёл к корпусу удлинителя и опустился, чтобы подключить камеру заряжаться. Здесь было полно проводов, и я не уверен, когда уберусь здесь. Ненавидел провода всем сердцем, поэтому не хотел тратить нервы лишний раз и пытаться как-то разобраться с этим хаосом. Пока мне удобно, всё хорошо.
За дверью послышался топот, звук которого приближался. Дверь распахнулась и, не успел я обернуться, как на мою спину набросился маленький человечек. Я улыбнулся.
— Перси! — пропела Эстель.
Я поднялся на ноги, удерживая сестрёнку на спине. Она звонко рассмеялась, оглушая моё правое ухо.
— Ты пойдёшь завтра с нами? — спросила она. — Папа пообещал мне, что купит платьице пчёлки! Ты пойдёшь? Пойдёшь?
— Я ещё не уверен, карапуз. — Я вышел в коридор с Эстель на спине и прошёл мимо комнаты Тайсона в родительскую.
Моя комната и ванная были самыми дальними, мол, я подросток, нуждающийся в личном пространстве, одиночестве и громкой музыке. Мама постоянно спрашивала у Тайсона и Эстель, кто хотел занять мою комнату, когда я перееду, на что Тайсон говорил, что определённо он, а Эстель говорила, что ей нравилось быть рядом с родителями.
— Будешь переодеваться? — Я опустил Эстель, и та побежала к шкафчику.
— Завтра у меня будет новое платье.
— Уверен, ты будешь выглядеть в нём потрясающе.
— Я тоже уверена.
Я протянул руку с кулачком, и Эстель, подпрыгнув, ударила по нему. Выйдя из её комнаты, я направился на кухню, чтобы поговорить с мамой. Неосознанно глубоко вздохнул.
Мама с Полом раскладывали продукты, обсуждая во сколько завтра нужно выйти, сколько примерно займёт покупка платья, и куда они потом пойдут. Мама заметила меня и тут же улыбнулась.
— Перси! Завтра мы идём покупать платье для Эстель, — произнесла она, складывая молочные продукты в холодильник.
— Да, она мне уже всё рассказала, — кивнул я, уперевшись ладонями о спинку ближайшего стула. — Платье пчёлки.
— Да, — засмеялась мама.
— Мы видели его два дня назад. — Пол вытаскивал из бумажного пакета коробку хлопьев. — В магазине игрушек. Что-то мне подсказывает, что мы купим не только платье.
Мама с Полом засмеялись, и я с улыбкой закивал.
— Ты идёшь с нами? — спросила мама.
— Э-э, тут такое дело, — начал я. — Кое-что случилось. В общем… я завтра улетаю.
Мама остановилась и повернулась ко мне. Её улыбка исчезла и она настороженно посмотрела на меня.
— А что случилось?
— Да ничего, на самом деле. Просто мне нужно завтра уехать.
— Ты же только недавно приехал из Гаррисона, — заметил Пол. — Даже недели не прошло.
— Я знаю.
— Эстель тебя так ждала, — произнёс он.
— О-о-о, не делайте этого. — Я закрыл лицо руками и покачал головой.
Эстель постоянно звонила мне, когда я был в Гаррисоне, а потом очень сильно радовалась, когда я приехал раньше планированного. На самом деле, я не так много времени провожу дома, наверное, поэтому я так нравлюсь сестрёнке. Находись я дома 24/7, она бы не так радовалась каждому моему появлению.
— Это… из-за Аннабет? — догадалась мама. Я поднял на неё голову. Она сжимала упаковку синего красителя, беспокойно смотря на меня. Я медленно закивал.
— Той девушки из видео? — спросил Пол.
— Она живёт в Лос-Анджелесе, — сказала мама.
— Где?! — Пол раскрыл глаза от удивления. — Это же… далеко.
— Когда ты приедешь обратно?
— Не знаю, — ответил я. — Может быть, через два дня. А может, чуть позже.
Мама положила упаковку в полку и закивала.
— Ты знаешь, где она живёт?
— Да. Только квартиру осталось узнать.
Пока собирал рюкзак, я подумал, что мама может знать точный адрес квартиры мисс Гостман. Я знал, что мама создавала дизайны для её офиса, но вдруг она проектировала и комнаты её квартиры.
— Ты не знаешь точный адрес? — спросил я.
— Я не имею права тебе говорить, — произнесла она.
Точно. Я понимающе закивал. Конечно, она не сможет мне сказать. Скорее всего, она подписала какую-то бумажку, где говорилось о том, что она не может делиться информацией о местонахождении квартиры. Я мог бы догадаться.
— Знаете, я ещё видела там кошку такую красивую. — Эстель прибежала в кухню. — Она белая, пушистая. Милая такая.
— Хорошо, Перси, — улыбнулась мама, подойдя ко мне. — Не задерживайся там, пожалуйста.
Она повернулась к Эстель, которая принялась описывать кошку.
Пол подозвал меня и вывел из кухни.
— Не волнуйся, Перси, — сказал он. — Ты уже взрослый мальчик, который сам себя обеспечивает. Едь куда хочешь. Просто твоя мама волнуется за тебя. Всё-таки она тебя очень любит и боится отпускать своего ребёнка так далеко.
— Понимаю…
Мама, наверное, обиделась. Или ей грустно. Меня слишком часто не бывало дома. Нужно это как-нибудь исправить после поездки.
— Я буду осторожен.
— Удачи тебе. — Пол подмигнул и хлопнул меня по плечу. Он был ниже меня, и когда хотел забросить мне руку за шею, ему приходилось постоянно тянуться вверх, и выглядел он при этом забавно. — Привези нам какой-нибудь сувенир. Желательно, девушку.
— По-ол, ужасная шутка. — Я отмахнулся, а он рассмеялся и, снова хлопнув по плечу, вошёл обратно в кухню.
Что ж, проблемой меньше, проблемой больше.
Лос-Анджелес, 15:47.
— А если тебе понадобится пропуск, чтобы зайти в само здание? — спросила Дрю.
— Скорее всего, они не пускают не-жильцов, — добавила Кларисса. — Тебе всё равно придётся позвонить ей.
— Что-то мне подсказывает, что её не будет дома, — сказал Лео. — Она всё-таки занятая дева, которая уже работает, в отличие от обычных подростков. Поэтому нам, наверное, стоит приехать к ней ближе к ночи.
— А они не вызовут охрану, если кто-то попытается встретиться с Аннабет ночью? — спросила Пайпер.
— Ну, мы же не станем приходить туда как бандиты, — сказал Лео.
— Кто говорил, что мы будем допрашивать её, стоя по обе стороны? — напомнила Дрю.
— Мы будет действовать как полицейские, глупышка. — Парень получил кулаком в плечо. — Я буду хорошим копом, а вы злыми. Перси будет жертвой.
— А почему это мы злые? — возмутилась Дрю.
— Ну, вам и притворяться не особо нужно. — Лео усмехнулся и тут же бросился бежать, потому что за ним ринулись остальные девчонки.
Я открыл на телефоне навигатор и принялся прикрывать ладонями экран — из-за яркого солнца было очень сложно что-то разглядеть. Время приближалось к четвёртому часу. Я проверял страницу Аннабет в Инстаграм почти каждую минуту, но обновления со вчерашнего дня не было. Вчера у неё была история с каких-то съёмок. Она ею руководила или что-то в этом роде. Мне так и хотелось предложить свои услуги. Хоть за бесплатно. Главное, её увидеть. Я готов был предложить ей абсолютно любые услуги.
— Я даже не подумал, что нас могут просто не впустить к лифту, — произнёс я, когда мы ехали в метро.
— Неудивительно, — пожала плечами Дрю. — Ты никогда не обдумываешь детали наперёд.
— Если нас не впустят к лифту, что нам тогда делать? — задумчиво спросила Пайпер.
— Залезть через окно, — предложил Лео. — Пайпер узнаёт квартиру Аннабет, использовав своё очарование. Потом мы рассчитываем, где находится её окно, и лезем по стене.
— Там, скорее всего, датчики движения на стенах, — сказал я. — Которые жарят тут же как только засекут кого-то.
— Ну, а если там насекомые какие-то взбираются по стене? — сказала Пайпер. — Не думаю, что они стали бы сжигать бедных беспозвоночных.
— Да, скорее всего, они реагируют на движения тел крупнее, — согласился Лео.
— Почему мы обсуждаем это так, словно действительно будем взбираться по стене?! — взорвалась Кларисса, вскинув руки, и мы тут же разразились смехом. — Ребят, у вас детское чувство юмора. Это не смешно.
— Кларисс, иногда нужно просто посмеяться, — улыбнулась Пайпер.
— Короче, ладно, — сказал Лео. — Сказали, что разберёмся на месте, значит разберёмся.
Когда мы приехали к многоквартирному зданию, где жила Аннабет, несколько минут мы рассматривали окрестности. Мы находились в богатом районе, где ходили либо туристы, либо люди в дорогой одежде. Я удивлён, что Аннабет, её мама и братья не живут там, где посторонним даже во двор запрещено было заходить.
Мы придумали план. Пайпер должна была зайти и поговорить с консьержем, использовав своё очарование, узнать квартиру Аннабет и добиться того, чтобы нас впустили. Под очарованием Пайпер имелись в виду её родственные связи с Тристаном, её отцом. Наверное, мы все понимали, что процент того, что наш план обвенчается успехом, был ниже пятидесяти, но в любых других случаях очарование Пайпер срабатывало. Может быть, консьержа такого дома этим не удивишь.
— Ты должен позвонить ей, — сказала Кларисса. Мы сидели за высоким забором, ожидая Пайпер.
— Да, и именно в этот раз она ответит, — кивнула Дрю.
— Позвони с моего телефона, — сказал Лео.
— Мы так уже пробовали, — протянула Танака. — Ничего не выходит. Словно у неё отобрали телефон, и только ассистент имел право отвечать на звонки. А он в свою очередь имеет суперспособность — видеть для чего именно звонит человек: для работы или для любви.
— Любовь вообще не ценится в этом их мире, — произнёс Лео, пнув небольшой камень. — Пайпер всегда так говорит.
— У них словно аллергия на настоящую здоровую любовь, — сказал я. — Девушка отца Аннабет сущая фурия, и я понятия не имею, зачем он с ней.
— Подстать ему? — пожала плечами Дрю.
Я покачал головой. Что я только что ляпнул? Настоящая здоровая любовь? У нас с Аннабет? Что за глупость я сморозил. Я её даже полгода не знал. Ну как. Знал, но не лично. Да, она мне нравилась. Да, я влюблён. Но для любви ещё рановато. И я не был уверен, что моя влюблённость взаимна. Ну…
— Пайпер!
Все повставали и обернулись. Маклин бежала к нам с улыбкой. Дрю начала подпрыгивать, и её браслеты с ожерельями зазвенели.
— Сработало, — сказала Пайпер. Мы тут же закричали, но потом начали со смехом шикать друг на друга.
— Я не верю, что это действительно сработало, — прошептала Кларисса.
— Но, — остудила наш пыл Пайпер. Её улыбка немного спала. — Её сейчас нет дома. — Лео хлопнул в ладоши, мол, говоря, что он был прав. — Она приходит домой поздно вечером, почти ночью, но в это время охрана не впускает тех, кого в первый раз видит. Разве что если сама Аннабет не спустится и не скажет, мол, мои чуваки, запускайте. А этого точно не случится.
— Но зато она спустится, и вы поговорите. — Дрю замахала руками.
— Я не думаю, что она станет разговаривать с тобой на виду у всех, — произнёс Лео. — Не потому, что ей стыдно из-за тебя, а потому что на вас просто тупо все будут смотреть.
— Или потому что ей будет стыдно из-за тебя, — сказала Кларисса.
— Она не захочет говорить при всех, — начала Пайпер, — поэтому пригласит тебя домой, чтобы поговорить там.
— Её мама, наверное, будет дома, — покачал головой Лео.
— А если её не будет дома? — ответила Дрю.
— Но консьерж сказал, типа, она и мисс Гостман возвращаются ночью и так далее, — сказала Пайпер.
Мой телефон зазвонил. В моей крови бурлил адреналин, и я не заметил, как ответил. Даже не посмотрел, кто звонил.
— Перси! — послышался мужской голос. — Чего не отвечаешь? Я тебе сотню сообщений написал.
Я узнал Эда, с модельного агенства. У него была для меня работа?
— Прости. — Я повернулся и попытался восстановить дыхание. — Не услышал.
— Ужас, Перси. Никогда больше так не делай. У меня очень важное дело к тебе. Ты же сейчас в Лос-Анджелесе?
— Да.
— Люциусу и Шарлотте не хватает моделей. Решили сообщить об этом в самый последний момент! Вверх безответственности! Только ты им это не говори. — Громкость голоса Эда скакала туда-сюда, из-за чего я то отдалял телефон от уха, то снова приближал. — Это их первый крупный проект в Лос-Анджелесе. Там будут самые известные и успешные люди высокой моды. Ты туда идёшь. Не как главное лицо, прости, но тебе придётся выходить чаще, чем обычно, потому что я не уверен, что мы сможем найти достаточное количество манекенщиков.
— Э-э. — У меня в мозгу что-то заклинило, а потом осенило. — Типа, показ мод?
— Типа, показ мод! Да! Ты сегодня с единорога свалился, дорогуша?
Ребята начали маячить у меня перед глазами, тихо спрашивая, что случилось и с кем я болтаю в такой важный момент. Мой мозг перегружался, и тысяча мыслей влетало мне в голову.
— Там будет Аманда Гостман? — спросил я.
— Разумеется!
— А её дочь?
— Судя по тому, что она всюду теперь следует за ней, то да. К чему эти вопросы? Я скину тебе адрес. Не опоздай. Опоздаешь, выгоним. Шучу, детка. Целую! И не опаздывай!
Гудки. Я опустил телефон и посмотрел на экран. Он прислал мне семь сообщений. «СРОЧНО!» и всё в таком духе. Ребята продолжали что-то говорить мне.
Телефон звякнул. Эд прислал адрес, дату и время. Завтра?! Действительно, сообщили в самый-самый последний момент. Люциус и Шарлотта, наверное, сейчас в жутком стрессе.
— Перси! — Кларисса с силой толкнула меня, из-за чего я врезался спиной в забор. Железка больно ударила по мне, и я охнул. — Чего молчишь? Кто тебе звонил?
Я потёр спину. Будет не круто, если у меня завтра появится там синяк — придётся тратить время и замазывать его, если мне попадётся наряд с открытой спиной.
— Мне звонил Эд, — сказал я. Ребята выстроились в полукруг передо мной и беспокойно ожидали мои следующие слова. — Он нашёл мне работу. Там будут Гостманы.
— Отлично! — Лео хлопнул в ладоши. — Там ты с ней и поговоришь.
— Я смогу сделать это только после того, как всё закончится, — сказал я.
— У них же должно быть что-то вроде афтепати? — предположила Дрю. — Даже если нет, я думаю, ты успеешь подловить её перед уездом.
— Мы можем её задержать. — Кларисса ударила кулаком в открытую ладонь, скорее всего, из-за привычки, а не потому, что намеревалась насильно удерживать Аннабет.
— Как думаешь, сколько телохранителей у неё будет? — спросил Лео, повернувшись к Пайпер.
— Тогда пошли домой. — Дрю направилась в ту сторону, откуда мы сюда пришли. Она повернулась к нам. — Мы завтра идём на показ мод.
— Я не могу серьёзно воспринимать слова «показ мод» или «подиум» из-за многочисленных детских мультфильмов, которые я смотрела, когда была маленькой, — произнесла Пайпер. Я разговаривал с ней по телефону, пока остальные пытались узнать, пришла Аннабет или нет. У меня не вышло самому узнать, потому что меня тут же схватили и усадили в кресло — я выходил первым.
— Никогда не мечтала стать моделью? — спросил я.
— Нет. Я не такая как все.
— Замолчи. А то стошнит.
Пайпер засмеялась, но тут же замолчала:
— О, боже, боже, Перси, она здесь! Аннабет здесь! Она сидит в первом ряду.
— Не паникуй, — послышался голоса ребят. — Не упади.
— Перси, убери телефон! — раздался голос женщины сбоку. — Скоро начинаем!
— Я должен идти, — сказал я. — Спасибо.
— Удачи!
Я закончил разговор и поднял голову. Глубоко вздохнул. Да начнётся хаос.
Хаос. Вот, что происходило за кулисами модных показов. Это страшная картина, наполненная шумом, беготнёй и людьми с резкой разницей в росте. Такая обстановка царила не во всех показах — где-то всё происходило относительно мирно, но этот огромный проект был первым в опыте работы Люциуса и Шарлотты.
В моё ухо жужжал фен для волос. Я сидел неподвижно в кресле, пока передо мной летали чьи-то руки. У меня зачесался затылок. Но я ничего не трогал. Трону, от меня и мокрого места не останется. Однажды, когда мне было двенадцать, я почесал голову, потому что мне на волосы напрыскали очень много лака. На меня наорали так, что во мне зародилась уверенность, что та женщина потеряла голос на следующую неделю. Выходить мне надо было через минуту, и вокруг меня крутились громкие люди, поправляя мне волосы. Я не понимал, почему они так волновались из-за волос, если самое главное — это одежда. Но потом принесли шляпу. Мне надо было носить шляпу. Кто приносит шляпу в последние секунды? Её же фиг нацепишь.
Неудивительно, что когда я вышел, шляпа упала на середине дорожки. Поднимать её или как-то толкать я не мог, поэтому продолжил идти.
— Перси, сорок секунд, — произнёс парень с наушниками и листами бумаг, когда я стоял у выхода.
Я почему-то нервничал. Глубоко дышал, чтобы восстановить дыхание. Позади меня раздавались громкие голоса, шум фена, стук каблуков. Я не смогу посмотреть на Аннабет. Я должен смотреть только вперёд. Самое главное, что я хотя бы знаю, где находится Аннабет, и я в одном здании с ней. Звучит крипово, но ничего такого я не имел в виду.
— Пошёл.
Я зашагал. Раньше меня тревожило то, что я должен был пройтись по длинному подиуму, пока на меня смотрят десятки пар оценивающих глаз. У меня была ломка, горло пересыхало, а руки постоянно потели. Я вбивал в голову мысль, что они смотрели не на меня, а на одежду. Они оценивали одежду, а не моё лицо или тело. Да, у них, наверняка, проскочит мысль, мол, «Ужас, что за руки/волосы/походка…», но она исчезнет с такой же скоростью, как и появится. Они забудут про меня через секунду.
Мне всё равно было некуда деваться, поэтому приходилось мириться.
Она сидела в первом ряду. Рядом с мамой. И ещё с кем-то, наверное. С какой стороны? Я не мог посмотреть. А если она узнает меня и захочет тут же уйти? Ей позволят? Станет ли она это делать? Ребята говорили, что они хотят найти выход, откуда выйдут все приглашённые, но я не думаю, что Аннабет станет слушать их. Она меня-то не слушает.
Она догадается, что я приехал ради неё, а не ради работы? Или она подумает: «Нет, он не настолько идиот»?
Я выбежал из-за двери и чуть не врезался в толпу людей. Я вытянул шею в поисках белокурых волнистых волос. Понятия не имел, как я сумею найти её в этой большой толпе самых разных людей. Я даже не знал, в чём она была одета. В Инстаграм она (или её ассистент) выложила видео с моделями, как они шли по подиуму в одеяниях Люциуса и Шарлотты, но ничего с собой. Даже фотографии на фоне её лимузина или панорамных окон не было.
Я побродил по залу несколько минут и начал паниковать. Написал ребятам, что вышел, показ закончился, и теперь я искал Аннабет. Те, оказывается, разделились и пытались найти все двери этого здания. Я нервно усмехнулся, но был им безмерно благодарен за помощь. Скорее всего, у этого здания предусмотрен скрытый чёрный выход, предназначенный именно для таких ситуаций, когда кто-то поджидает гостей.
В какой-то момент мне начало казаться, что я слышал знакомый голос, но когда я поворачивался, мои глаза не могли никого найти.
В мою грудь ударило что-то невидимое, когда я наконец нашёл её. Я резко вдохнул и чуть не улыбнулся. Аннабет разговаривала с кем-то, фальшиво улыбаясь и смеясь. Она была одета в облегающее белое платье, от которого я непроизвольно задержал дыхание. Волосы собраны, открывая вид на длинные блестящие серьги. Я заметил, что она сцепила пальцы в замок в знаке нервозности.
Мы встретились взглядами, и ни я, ни Аннабет этого не ожидали. Я очаровался её облику и забылся, поэтому когда серые глаза встретились с моими, я вздрогнул и словно резко упал с небес. Улыбка Аннабет тут же спала, но она попыталась нацепить её снова. Она, видимо, извинилась перед своим собеседником и развернулась.
Я пошёл за ней. Аннабет двигалась быстро, но, несмотря на это, её движения оставались грациозными и элегантными. В её руке откуда-то появился клатч, которым она прикрывала лицо.
Когда Аннабет освободилась от натисков толпы, она перешла на лёгкий, но поспешный бег. Её туфли были на каблуках, но девушка не показывала никакого дискомфорта. Она толкнула дверь, которая вела в коридор, и скрылась за ней. Я полетел за ней и через секунду тоже выходил из зала. Я подбежал к Аннабет и потянул руку, чтобы остановить девушку.
— Тебя здесь не должно быть, — послышался её громкий шёпот.
— Бет…
— Что ты здесь делаешь? Зачем ты сюда пришёл?
Она задавала вопросы и не давала ответить, словно на самом деле не хотела меня слушать. Она продолжала куда-то идти быстрым шагом, и я просто следовал за ней. Мы шли мимо каких-то людей, некоторые из которых оглядывались на нас, а другие не обращали никакого внимания. Чем дальше мы шли, тем меньше было людей, пока они вообще не исчезли. В какой-то момент я подумал, что она шла к выходу, где стояла её машина с телохранителями, поэтому я потянул Аннабет за руку, останавливая её.
— Что тебе нужно? — спросила она, когда я повернул её к себе. Она продолжала пытаться вырваться, но делала это слишком слабо, поэтому я продолжал удерживать её без особых усилий.
— Я хочу поговорить. — Я пытался заглянуть ей в глаза, но она не смотрела на меня.
— Я не хочу разговаривать.
— Но почему? Ты мне ничего не объяснила. Я даже не знаю, что сделал не так.
Аннабет вырвала руку и отошла на несколько шагов, закрывая лицо. Она больше не спешила бежать. Я медленно подошёл к ней. Внутри этой девушки бесновалась такая война, которую не все могут себе представить. Она сдавалась уже тысячу раз, вставала и падала обратно, держалась, терпя всё плохое, что принесла ей жизнь. Мне так хотелось быть рядом с ней, что я готов был выть.
— Бет. — Моя рука приблизилась к лицу девушки, но я боялся притронуться. Аннабет упёрлась спиной в стену и вздохнула, опустив руки. Её брови были нахмурены, глаза грустно смотрели вниз. Моя ладонь мягко и осторожно притронулась к щеке девушки. Протестов не последовало, и я шагнул ближе. — Бет. Посмотри на меня.
Её грудь быстро поднялась и опустилась. Она заплачет? Вторая ладонь тоже поднялась к лицу Аннабет, и я подошёл к ней почти вплотную.
— Бет, — прошептал я. По её щеке скатилась слеза. — Бет.
Она покачала головой.
— Я не могу…
Она приложила свои ладони к моим. Моё сердце стучало как бешеное. Я боялся сказать что-то неправильное.
Я видел, как собирались слёзы в уголках её глаз. Она тяжело вздохнула.
— Почему? — прошептал я. — Что я сделал не так?
— Ты ничего не делал. — Она всхлипнула. — Это всё я. Виновата я.
Мне хотелось тут же ответить «Ты не виновата!», но я себя отдёрнул. Мне нужно её послушать, выслушать. Она не перестанет считать себя виноватой только потому, что я так сказал. Я ждал, когда она продолжит, но она молчала.
— Бет, — позвал я. — Расскажи мне.
Её брови нахмурились сильнее.
— Я не должна была, — прошептала она. — Я её бросила.
— Что ты такое говоришь?.. — сказал я, не сумев закрыть рот, и внутри у меня сразу проснулась тревога.
— Она сражалась с этим совсем одна. — Её голос дрожал, но стал громче. — Я никогда ей не помогала по-настоящему, в то время как она всегда была рядом.
— Не говори так.
— Я не заслуживаю ничего из этого. — Она сжала пальцы в кулаки. — Я ужасна.
— Перестань. — Моё сердце забилось громче, словно в ожидании чего-то страшного.
— Ты не понимаешь! — Аннабет оттолкнула меня и посмотрела на меня глазами, наполненными злостью, грустью и ненавистью. — Пока я расслаблялась в Гаррисоне, Талия терпела боль от своей болезни. Пока я смеялась, улыбалась и веселилась, Талия страдала. Я не была с ней рядом, не помогла ей. Я ни разу не заметила ни одного признака за все эти годы! Всё это время я была настолько сосредоточена на своих проблемах, что ни разу даже не поинтересовалась состоянием Талии. А она всегда отдавала всю себя в нашей дружбе. Я ненавижу… всё это.
— Ты не могла знать…
— Я её самый близкий человек! — Аннабет тяжело дышала и дрожала. — Я была самым близким для неё человеком. Я предала её… и не заслуживаю ничего хорошего.
— Аннабет…
— Замолчи! — Она вскинула руки и отошла дальше. Мои глаза слезились. Она смотрела на меня, плакала и выглядела такой несчастной и красивой. — Я не заслуживаю… ни тебя, ни кого другого.
— Не надо.
Её голова опустилась, пальцы всё так же были сжаты в кулаки. Она тихо произнесла:
— Иногда я думаю, что лучше бы я вообще тебя не встречала.
Я сглотнул. Мне хотелось сложиться по полам от боли в груди. Она отдалялась. Я готов был пасть на колени, сделать что угодно, чтобы она не уходила.
— Ты меня больше не увидишь, Перси. Не пытайся встретиться со мной. Если попытаешься, я сообщу в полицию.
Судорожный вздох.
— Ты даже о Мэтте не рассказала полиции… — произнёс я, и сам услышал, насколько разбитым звучал мой голос.
Мне было так больно. Она отказывалась от собственного счастья из-за такой странной и необдуманной вещи, что я поражался, как такая умная девушка могла закопать себя таким способом. Я понимал, что её тянул вниз огромный груз вины, но она же должна была осознавать, что убив себя саму, она ничего не решит.
Я мог бы сказать, что она «снова» поступала эгоистично, потому что она не думала о том, какую боль наносила мне своим поступком. Она не понимала, что я привязался к ней так же сильно как и она ко мне, я нуждался в ней так же сильно как она во мне. Она думала только о том, как посуровее наказать себя и не осознавала, что одновременно наказывала и меня.
Но я так не скажу. Потому что я знал, как сильно это её ранит, а она и так истекала кровью.
Аннабет смотрела на меня ещё секунды две, а потом развернулась и побежала к дверям, которые вели на улицу. Я остался на месте и не двинулся за ней.
